1 миллион галеонов

Письма пришли на рассвете 31 октября. Они были написаны на плотной пергаментной бумаге цвета слоновой кости, запечатаны сургучной печатью без герба — только буква «S», выдавленная в воске. «Дорогой друг, В эту ночь, когда грань между мирами истончается, я приглашаю тебя в замок Рейвенскрофт. Всего на одну ночь. Ты встретишь старых знакомых, вспомнишь былое и, возможно, проверишь свою удачу. Правило простое: доживи до рассвета. Приз победителю — 1 000 000 галеонов. Приходи один. Опоздавших не ждут. И пожалуйста, не воспринимай это слишком серьезно. Это всего лишь игра». Гарри Поттер нахмурился, перечитывая письмо в третий раз. Рядом с ним, уткнувшись носом в его плечо, сладко посапывала Гермиона. Он поцеловал её в макушку и отложил пергамент. Чушь какая-то. Розыгрыш. Но любопытство, как всегда, взяло верх. *** Замок Рейвенскрофт встретил гостей завыванием ветра в пустых башнях и скрипом вековых половиц. Гостиная, куда их проводил безмолвный эльф, была обставлена с мрачной роскошью: камин, в котором весело потрескивал огонь, длинный стол, уставленный закусками и тыквенным соком, и десяток кресел, расставленных полукругом. Народ прибывал постепенно. Рон Уизли вошел под руку с Лавандой Браун, которая то и дело поправляла прическу и бросала ревнивые взгляды на Гарри и Гермиону. Сестры Патил держались вместе, Падма выглядела задумчивой, Парвати — настороженной. Блейз Забини, элегантный, как всегда, занял кресло у камина и молча потягивал огневиски из карманной фляжки. Драко Малфой появился в компании Теодора Нотта и Пэнси Паркинсон. Пэнси сразу же поджала губы, увидев «Золотое трио» в сборе, но промолчала. Малфой скользнул взглядом по собравшимся, задержался на мгновение на Джинни Уизли, которая стояла у окна, демонстративно отвернувшись от всех, и прошел в самый темный угол. Невилл Лонгботтом приехал с Ханной Эббот — они держались за руки и выглядели смущенными. Луна Лавгуд вошла последней, рассеянно оглядывая потолок, словно ожидала увидеть там стайку мозгошмыгов. — Итак, — Гарри встал, привлекая внимание. — Кто-нибудь знает, что это за хрень? Кто нас пригласил? — Я думала, это ты устроил сюрприз, — Гермиона нахмурилась, обводя взглядом комнату. — Это не похоже на шутку. Слишком... мрачно. — Может, это розыгрыш для очередной статьи Скитер? — фыркнул Рон. — «Бывшие ученики Хогвартса в замке с привидениями». С нас напишут, как мы будем орать от испуга, и положат миллион в карман. — Ты такой наивный, Уизли, — протянул Малфой из своего угла. — Никто не даст тебе миллион просто так. Особенно тебе. — Заткнись, Малфой, — огрызнулся Рон, но Лаванда одернула его. В этот момент свет в люстре мигнул и погас. Наступила полная темнота, а затем камин вспыхнул ярче, отбрасывая на стены пляшущие тени. Когда глаза привыкли, все увидели, что в центре комнаты стоит маленький столик, которого минуту назад не было. На столике лежали пергамент и перо. Невилл, как самый смелый (или самый любопытный), подошел и прочитал вслух: — «Добро пожаловать в игру. Правила просты. Кто-то из вас умрет первым. Остальным придется постараться, чтобы дожить до утра. Убийца среди вас. Или среди теней. Подсказки спрятаны в замке. И помните: магия здесь работает странно. Аппарация невозможна. Камины заблокированы. Вы одни». — Очень смешно, — голос Пэнси дрогнул. — Кто это написал? Выходи! Тишина. И тут раздался крик. Он донесся сверху, из библиотеки, которая находилась этажом выше. Крик был коротким, оборванным на полуслове. Женский крик. Все замерли, а потом, повинуясь инстинкту, бросились к лестнице. Гарри бежал первым, выкрикивая имя Гермионы. Он не заметил, что её нет среди них. Только когда они ворвались в библиотеку и свет от палочек выхватил из темноты картину, он понял. Она лежала на полу, раскинув руки. Книги, сорванные с полок, усыпали её тело, словно кто-то пытался укрыть её или, наоборот, похоронить заживо. Глаза Гермионы Грейнджер были широко открыты и смотрели в пустоту. На шее — багровая полоса. Тишина взорвалась криками. Лаванда завизжала и спряталась за Рона. Падма Патил побледнела так, что стала похожа на Миртл. Блейз Забини выругался по-итальянски. Гарри рухнул на колени рядом с телом, трясущимися руками пытаясь нащупать пульс. Рон стоял столбом, не в силах пошевелиться. Джинни закрыла рот ладонью, сдерживая рвотный позыв. — Это... это не по-настоящему, — прошептала Пэнси. — Это иллюзия. — Это не иллюзия, — голос Малфоя прозвучал резко и холодно. Он стоял в дверях, глядя на тело. — Она мертва. — Откуда ты знаешь? — выкрикнул Гарри, поднимая на него мокрые от слез глаза. — Ты... ты был здесь? Ты видел? — Я был в гостиной, Поттер. Со всеми. — Драко перевел взгляд на остальных. — Мы все были там. Кроме неё. Она вышла первой, помните? Сказала, что хочет осмотреться. — Она всегда хочет осмотреться, — эхом отозвался Невилл. — Она... она была самой умной из нас. — Была, — тихо подтвердила Луна, глядя на тело без страха, с какой-то странной печалью. — Теперь игра началась по-настоящему. И в этот момент свет погас окончательно. Когда Джинни зажгла Люмос, тела Гермионы на полу не было. Только лужица темной жидкости, медленно впитывающейся в деревянный пол, и одинокий лист пергамента, приколотый ножом к стене. Невилл, пересилив себя, вытащил нож и прочитал: «Гермиона Грейнджер покинула игру. Осталось 13 игроков. Следующий будет через час. Ищите подсказки. Время пошло». *** Никто не спал в ту ночь. Они заперлись в гостиной, выставив охрану у дверей. Гарри сидел в углу, уставившись в одну точку. Рон пытался его утешить, но получалось плохо — Лаванда рыдала у него на плече, требуя, чтобы он её защитил. Пэнси Паркинсон взяла на себя роль организатора. — Нам нужно держаться вместе, — заявила она. — Очевидно, что кто-то из нас убийца. Или убийца — это тот, кто нас пригласил, и он прячется в замке. — Исключено, — Блейз покачал головой. — Эльф проводил нас, запер дверь. Мы проверили, все окна и двери запечатаны магией. Никто не войдет и не выйдет. — Значит, убийца среди нас, — прошептала Падма, отодвигаясь от сестры. — О, ради Мерлина, — Драко закатил глаза. — Хватит истерики. Если бы кто-то из нас хотел убить Грейнджер, он бы сделал это тихо, а не в первой же сцене этого дешевого спектакля. — Ты всегда рад её смерти, Малфой? — Гарри вскочил, палочка в его руке дрожала. — Я рад, что она больше не будет строить из себя всезнайку, — холодно ответил Драко. — Но я её не убивал. У меня было алиби — вся ваша шумная компания. — Кроме тех пяти минут, когда ты выходил в туалет, — тихо заметил Теодор Нотт. Все головы повернулись к Малфою. — Ты следил за мной, Тео? — усмехнулся Драко. — Я просто заметил. Мы все заметили. Джинни, молчавшая весь вечер, вдруг поднялась. — Хватит. Вы все ведете себя как горстка перепуганных флоббер-червей. Кто-то убил Гермиону. Она была... она была мне как сестра. — Голос её дрогнул, но она взяла себя в руки. — Мы должны найти, кто это сделал. Или мы все умрем. — С чего ты взяла? — спросила Ханна Эббот. — А ты думаешь, убийца остановится на одном? — Джинни обвела всех взглядом. — Это игра. Игра на выживание. Нас пригласили не просто так. Кто-то нас ненавидит. Или кому-то нужны наши деньги. Или... — Она запнулась. — Или это месть. Луна подняла голову. — Я видела странные тени на лестнице. Они двигались не так, как мы. — Привидения? — с надеждой спросила Лаванда. — Нет. Тени прошлого. *** Час прошел. Ничего не случилось. Напряжение нарастало. Кто-то задремал в креслах, кто-то пил тыквенный сок трясущимися руками. Гарри не мог найти себе места. Он ходил по комнате, как заведенный, бормоча что-то под нос. — Гарри, сядь, — устало попросил Рон. — Ты мешаешь. — Я не могу сидеть, когда она... когда она... — Мы знаем. Но если ты выйдешь, тебя убьют следующим. Внезапно свет снова мигнул. — Опять! — взвизгнула Парвати. — Спокойно, — Блейз встал, направляя палочку на дверь. — Все на местах? Перекличка. Они начали называть имена. Все отозвались. — Где Лаванда? — вдруг спросила Пэнси. Рон обернулся. Кресло, где только что сидела Лаванда, было пусто. — Она... она сказала, что ей нужно в дамскую комнату, — прошептал он побелевшими губами. — Я не пустил её одну, пошла Падма... — Я здесь, — Падма возникла из темноты коридора. Её лицо было мертвенно-бледным. — Я... я не нашла её. Её там нет. Они нашли Лаванду в оранжерее на первом этаже. Она висела вверх ногами среди засохших роз, опутанная колючими лианами, словно сам сад ожил и убил её. Глаза её были открыты, на губах застыла улыбка — странная, блаженная. — Чего она улыбается? — прошептала Ханна, пряча лицо на груди у Невилла. — Это не улыбка, — Драко наклонился ближе, игнорируя протесты Рона. — Это оскал. Ей ввели что-то. Яд, наверное. Сначала парализует, потом убивает. — Откуда ты знаешь? — Гарри снова наставил на него палочку. — Читал. В отличие от тебя, Поттер, я умею пользоваться библиотекой. На стене, рядом с телом Лаванды, висел новый пергамент. «Лаванда Браун покинула игру. Осталось 12 игроков. Время уходит. Ссорьтесь, ищите, умирайте. Это так увлекательно». — Нам нужно выбираться отсюда, — голос Рона сорвался на визг. — Нужно взломать двери, вызвать подмогу... — Мы пробовали, — устало сказал Невилл. — Магия здесь не работает на выход. Только внутри. — Значит, мы должны найти убийцу, — твердо сказала Джинни. — Или того, кто это затеял. *** Они разделились на группы — так велел Гарри, который наконец взял себя в руки и вспомнил, что он аврор. Первая группа: Гарри, Рон и Невилл — пошли обыскивать подвалы. Вторая группа: Джинни, Луна и Ханна — отправились в восточное крыло. Третья группа: Малфой, Нотт, Забини и Пэнси — остались в гостиной, чтобы охранять "штаб". Сестры Патил вызвались осмотреть башни. Драко и Джинни пересеклись в коридоре, когда её группа уже выходила. — Будь осторожна, Уизли, — тихо сказал он, так, чтобы никто не слышал. — Твоя группа — сплошные девочки. Если что, кричи. — Я думала, тебе плевать, Малфой. — Мне плевать на всех. Но ты... ты похожа на феникса в курятнике. Будет жаль, если ты сгоришь. Он ушел, не дожидаясь ответа. Джинни смотрела ему вслед, чувствуя, как странно колотится сердце. Глупости. Это просто страх. Или адреналин. В восточном крыле ничего не было. Пустые комнаты, пыль, старые портреты с пустыми рамами. Луна нашла какую-то странную шкатулку, но внутри оказались только засохшие лепестки. — Это розы, — задумчиво сказала она. — Такие же, как в оранжерее, где нашли Лаванду. — Думаешь, это подсказка? — спросила Ханна. — Думаю, это память. Внезапно снизу донесся крик. Женский, пронзительный. — Это Падма или Парвати! — Джинни бросилась к лестнице. Они вбежали в холл и увидели сестер Патил, стоящих у подножия башни. Падма рыдала, прижимая к себе что-то. Павати трясло. — Что случилось? — Там... там... — Падма не могла говорить. Павати подняла руку. В руке был окровавленный кинжал. — Это не я! — закричала она. — Я нашла его! Он лежал на ступеньках! Это подстава! В этот момент из подвала выбежали Гарри, Рон и Невилл. — Что здесь? — Убийца — Парвати! — выкрикнула Пэнси, появившаяся из гостиной со своей группой. — У неё орудие убийства! — Я не убивала! — Кровь на руках! Началась паника. Все кричали, тыкали палочками друг в друга. Гарри пытался всех успокоить, но безуспешно. И только Джинни заметила, что Малфой не участвует в перепалке. Он стоял в стороне и смотрел наверх, на галерею второго этажа. — Там кто-то есть, — тихо сказал он, подходя к Джинни. — Видишь? Она прищурилась. В темноте, за перилами, мелькнула тень. Высокая, худая, с развевающимися волосами. — Это... это Гермиона? — прошептала Джинни, холодея. — Не может быть, — ответил Драко, но голос его дрогнул. — Мы все видели её мертвой. Тень исчезла. *** Воспользовавшись всеобщей суматохой, кто-то погасил свет. На этот раз окончательно. — Люмос! — закричали сразу несколько голосов. Когда огоньки зажглись, в центре холла никого не было. Только на полу лежал новый пергамент. «Вы так шумно играете. Парвати Патил не убийца. Но она могла бы им быть. В игре все еще 12 игроков. Кто следующий?» Парвати разрыдалась от облегчения. Падма обняла её. Напряжение чуть спало, но ненадолго. — Где Пэнси? — вдруг спросил Блейз. Все замерли. Пэнси Паркинсон не было в холле. — Она стояла рядом со мной, — сказал Теодор. — Когда погас свет, я почувствовал, как она отшатнулась. Я думал, она просто испугалась. Они обыскали весь холл, потом гостиную, потом коридоры. Пэнси нашли в библиотеке — там же, где убили Гермиону. Она сидела в кресле, устремив взгляд в пустой камин. На вид она была жива — глаза открыты, грудь вздымалась. Но когда Невилл подошел ближе и тронул её за плечо, она рассыпалась в прах. — Петрификус Тоталус с отсроченным эффектом, — тихо сказал Драко. — Её парализовали, а потом... испепелили заклинанием. Кто-то очень злой и очень умелый. На коленях у праха Пэнси лежала записка. «Пэнси Паркинсон покинула игру. Осталось 11 игроков. Полночь близко. Веселье только начинается». *** После смерти Пэнси атмосфера стала невыносимой. Подозрения витали в воздухе гуще, чем пыль в старых гобеленах. Рон подозревал Малфоя. Малфой подозревал всех. Гарри подозревал себя — за то, что не уберег Гермиону. Сестры Патил не отходили друг от друга ни на шаг. Ханна и Невилл забились в угол и держались за руки, словно это могло их спасти. Луна бродила по замку в одиночку, несмотря на уговоры, и возвращалась с новыми странными теориями. — Это не человек, — сказала она, когда её заставили сесть и не вставать. — Это тень, которая питается страхом. Она принимает облик тех, кого мы потеряли. — Луна, пожалуйста, не сейчас, — устало попросил Гарри. — Она права, — неожиданно поддержал её Драко. — Я видел на галерее... фигуру. Похожую на Грейнджер. — Не смей говорить о ней, — Гарри вскочил. — Я не оскорбляю её, Поттер. Я говорю, что убийца использует иллюзии. Или... — он запнулся. — Или она действительно здесь. Не живая. — Мерлин, только не призраки, — простонал Рон. Джинни смотрела на Драко. В отблесках камина его лицо казалось высеченным из мрамора. Красивым. Пустым. Но в глазах плескалось что-то живое — страх? Любопытство? Или что-то другое? — Пойдем со мной, — вдруг сказала она, вставая. — Нам нужно проверить восточную башню. Ты единственный, кто не сходит с ума. — Ты доверяешь мне, Уизли? — Я доверяю твоему хладнокровию. В нём нет места панике. Идем. Они вышли вдвоем, оставив остальных спорить. *** Восточная башня оказалась старой обсерваторией. Круглая комната под куполом, усыпанная звездной пылью и древними астрономическими инструментами. — Красиво, — тихо сказала Джинни, глядя в разбитое окно на настоящие звезды. — Опасно, — ответил Драко, проверяя углы. — Здесь слишком много теней. Они стояли рядом, почти касаясь плечами. Тишина была такой густой, что её можно было резать ножом. — Зачем ты согласился приехать? — спросила Джинни. — Ты же ненавидишь такие сборища. — Я подумал, что будет забавно посмотреть на вас, идиотов, в замке с привидениями. — Он усмехнулся. — Оказалось, забавно только сначала. — А теперь? — Теперь я хочу выжить. И, кажется, понять, кто это делает. — Зачем тебе понимать? Тебе же плевать на всех. Драко повернулся к ней. В темноте его глаза блестели, как у кошки. — Мне не плевать на тебя. Джинни замерла. — Что? — Ты всегда была... другой. Не как Поттер, не как Уизли. Ты горела. В школе, на поле, в жизни. А теперь ты здесь, и ты не сломалась. Даже когда умерла Грейнджер. Даже когда нашли Браун. Ты злишься. Ты ищешь. Это... — Он запнулся, подбирая слово. — Это притягательно. Джинни не знала, что ответить. Воздух между ними нагрелся, хотя в башне было холодно. — Драко... Снизу донесся крик. На этот раз мужской. Они выбежали из башни, забыв о разговоре. *** В холле, у подножия лестницы, лежал Теодор Нотт. Он был жив, но из спины у него торчал кинжал — тот самый, который раньше держала Павати. — Кто? — Гарри склонился над ним. — Тео, кто? Нотт открыл рот, попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип. Его палец слабо шевельнулся, указывая куда-то в сторону гостиной. А потом он замер. «Теодор Нотт покинул игру. Осталось 10 игроков. Кто следующий?» — записка упала сверху, словно сброшенная невидимой рукой. — Это Блейз, — выдохнула Падма. — Нотт указывал на гостиную. Там был Блейз. — Я никого не убивал! — Забини вскинул руки. — Я всё время был с вами! — Кроме тех пяти минут, когда ходил за огневиски! — выкрикнул Рон. Началась драка. Блейз выхватил палочку, Рон — свою. Гарри встал между ними. Сестры Патил завизжали. Ханна и Невилл попытались оттащить Рона. В этом хаосе никто не заметил, как погас свет. А когда он зажегся снова (кто-то крикнул «Люмос максимум!»), на полу лежали уже двое. Падма Патил и Ханна Эббот. Падма — с перерезанным горлом. Ханна — с застывшим выражением ужаса на лице и синей кожей — яд. — НЕТ! — закричал Невилл, бросаясь к Ханне. — Нет, нет, нет... Павати замерла, глядя на сестру, и вдруг, не сказав ни слова, бросилась бежать в темноту. — Парвати, стой! — крикнул Гарри, но было поздно. Через минуту из коридора донесся ее крик, оборвавшийся так же внезапно, как крик Гермионы в начале ночи. «Сестры Патил и Ханна Эббот покинули игру. Осталось 6 игроков: Поттер, Уизли (Рональд), Уизли (Джиневра), Малфой, Забини, Лонгботтом, Патил. Полночь. Самое время для финала». *** Они заперлись в гостиной, загородив дверь тяжелым шкафом. Семеро. Гарри, Рон, Джинни, Драко, Блейз, Невилл, Парвати.  Невилл сидел, уткнувшись лицом в ладони, и молчал. Рон трясся в углу. Блейз метался по комнате, как зверь в клетке. — Это бесполезно, — бормотал он. — Бесполезно. Мы все умрем. Все до одного. — Заткнись, Забини, — рявкнула Патил. — Мы будем держаться вместе. Никто не выйдет. — А если убийца уже среди нас? — тихо спросил Рон. — Если это ты, Парвати? Или ты, Малфой? — Если бы это был я, Уизли, ты бы уже был трупом, — устало ответил Драко. Он сидел у камина, глядя на огонь. Джинни сидела рядом. Ближе, чем следовало. — Почему они умирают? — прошептала она. — Почему именно эти люди? Гермиона, Лаванда, Пэнси, Тео, Падма,  Ханна... Что их объединяет? — Они были свидетелями, — вдруг сказал Драко. — Чего? — Не знаю. Но Грейнджер что-то искала. Она всегда что-то искала. Может, она нашла. — В школе, — поднял голову Невилл. — Она много копала в школьных архивах. Говорила, что хочет написать книгу о забытых событиях. — О каких событиях? — О... о смерти одного магла. Много лет назад. Она думала, что это был не несчастный случай. Все переглянулись. — Чья смерть? — спросил Гарри. — Я не помню. Она говорила, но я... я не слушал. Думал, это очередной её проект. Драко вдруг встал, подошел к книжному шкафу, который стоял в гостиной — единственному, который не тронули. Провел пальцем по корешкам. — Здесь есть дневники. Старые, школьные. — Он вытащил один. — Это почерк Грейнджер? Гарри подошел, взглянул. — Да. Это её. Они открыли дневник на последней странице. Там было всего несколько слов: «Мистер Нотт-старший. 1978 год. Магл по имени Джон Смит. Несчастный случай? Или убийство? Теодор должен знать. Спросить его на вечеринке». — Теодор знал, — тихо сказал Драко. — Поэтому он умер. Он что-то сказал убийце? Или отказался говорить? — Или убийца — тот, кто боялся, что Теодор расскажет, — закончила Джинни. Все посмотрели на Блейза. — Что? — Забини отшатнулся. — Вы думаете, я? Моя мать  не имела к этому отношения! — Твоя мать дружил с Ноттом-старшим, — медленно произнес Драко. — Я помню. Они вместе охотились на магов-отступников. — Это ложь! В этот момент свет снова погас. *** Когда Люмос зажглись, Блейз Забини лежал на полу с кинжалом в спине. Тот же почерк, что и с Ноттом. «Блейз Забини покинул игру. Осталось 6 игроков. Финал близок. Кто из вас пятерых выживет?» — Это не я, — прошептал Невилл. — Я сидел на месте. — Мы все сидели, — Гарри обвел взглядом оставшихся. — Рон, ты сидел у двери. Джинни и Малфой — у камина. Я — у стола. Невилл с Парвати — в кресле. Блейз стоял. Свет погас на секунду. Убийца двинулся, убил и вернулся на место. Кто-то из нас. — Это Малфой, — выдохнул Рон. — Он единственный, кто умеет двигаться бесшумно. — А может, это ты, Рональд? — огрызнулся Драко. — Ты всегда меня подозревал. Слишком удобно. — Хватит! — Джинни встала между ними. — Мы не знаем. Но если мы начнем убивать друг друга, победит тот, кто это затеял. — Умная девочка, — раздался голос из темноты. Все замерли. Из тени за шкафом вышла фигура. Высокая, худая, с развевающимися волосами. Гермиона. — Нет, — выдохнул Гарри. — Ты мертва. Я видел. — Ты видел то, что я хотела, чтобы ты видел, Гарри. — Она улыбнулась — холодно, жестко. — Оборотное зелье. Старый трюк. Тело, которое вы нашли в библиотеке, было не моим. Это была та самая домработница, которую я наняла для этого вечера. Бедная женщина, она даже не поняла, что произошло. — Гермиона, что ты несешь? — Рон попятился. — Я несу правду. Вы все думали, что я хорошая. Правильная. Всезнайка Грейнджер, которая всех спасет. А знаете, что я делала на самом деле? Я копала. Копала под вас. Под ваши семьи. И нашла столько грязи... Она обвела взглядом комнату. — Нотт-старший убил магла. Забини-старший покрывал его. Паркинсоны продавали темным артефактам. Патил молчали, потому что боялись. Эббот знала, но предпочла забыть. Браун — её тетка была Пожирательницей. И все вы... все вы жили припеваючи, пока я собирала на вас досье. — Зачем? — Гарри шагнул к ней, но она выставила палочку. — Затем, что я устала быть хорошей. Я устала прощать. Ваши родители, ваши родственники творили грязь, а вы притворялись, что ничего не было. Я решила вас наказать. Собрать в одном месте. И посмотреть, как вы будете убивать друг друга. — Ты убила невинных людей, — тихо сказала Джинни. — Невинных? — Гермиона рассмеялась. — Нет невинных. Есть только выжившие. И сегодня выживу я. Получу свой миллион, который, кстати, я же и выставила — украла у Ноттов, и уеду. Начну новую жизнь. — Ты чудовище, — выдохнул Невилл. — Я зеркало, Невилл. Я отражаю то, что вы создали. Драко сделал шаг вперед. — А я? Моя семья заплатила. Мой отец сидит в Азкабане. Я потерял всё. — Ты потерял? — Гермиона посмотрела на него с презрением. — Ты мог бы получить меня в жены. Я могла бы сделать тебя счастливым. А ты... ты смотрел на неё. — Она перевела взгляд на Джинни. — Я всё видела. На кладбище, в замке. Твои взгляды. Ты променял меня на рыжую выскочку. — Ты никогда бы не стала моей женой, — голос Драко дрогнул. — Грязнокровкам не место на фамильном древе.  —Грязнокровка. Твое любимое. И поэтому ты умрешь первым. Она подняла палочку. Но Джинни была быстрее: — Экспеллиармус! — палочка Гермионы вылетела из руки. — Петрификус Тоталус! — это уже выкрикнул Гарри. Гермиона замерла, глядя на них горящими глазами. — Это не конец, — прошептала она, прежде чем паралич сковал её губы. — Вы все... всё равно умрёте... игра... продолжается... Эпилог: Рассвет Рассвет пришел тихо, золотыми лучами сквозь витражи. Они сидели в гостиной впятером — Гарри, Рон, Невилл, Джинни и Драко. Пятеро. Гермиона лежала связанная в углу, под чарами сна. Дверь замка со скрипом отворилась сама собой. Чары пали. — Мы выжили, — тихо сказал Невилл. — Мы потеряли стольких, — Гарри закрыл лицо руками. — И всё из-за неё. Из-за её ненависти. — Идемте, — Рон встал. — Нужно вызвать авроров. Пусть забирают. Они вышли во двор. Солнце поднималось над старым замком, разгоняя тени. Джинни остановилась, глядя на горизонт. Рядом встал Драко. — Ты как? — тихо спросил он. — Жива. — Она повернулась к нему. — Ты спас меня там, в башне. Если бы не ты... — Ты бы спаслась и без меня. Ты сильная. — Спасибо. Они смотрели друг на друга, и в этом взгляде было всё: страх прошедшей ночи, адреналин, близость смерти и что-то ещё, чему они пока не могли дать названия. — Драко, я... — Не надо. — Он покачал головой. — Не сейчас. Мы в дерьме по уши, нас ждут допросы, похороны, разбирательства. Но... после. Может быть, после. — Хорошо, — кивнула Джинни. — После. Гарри позвал их. Пора было уходить. Они зашагали прочь от замка, оставляя за спиной ночь, полную ужаса, и тело той, кого они считали подругой. Впереди был рассвет. И неизвестность.