Часть 5
3 марта 2026 г., 15:05
Совет старейшин был недоволен. Подобное не подобает Хокаге.
Слишком много слухов и много вопросов.
— Хокаге должен быть примером, и не давать повод распускать подобные слухи,— звучало сухо.
Какаши слушал молча, позволяя им высказаться.
А потом впервые за долгое время позволил себе не быть удобным.
— Я и есть пример, — спокойно ответил он. — Я защищаю деревню. Я принимаю решения. И я не откажусь от человека, который делает меня сильнее.
Это не было признанием в любви.
Но это было больше, чем они могли себе представить.
После заседания он вышел на крышу резиденции. Рэйден уже ждал там.
— Ты выглядишь так, будто только что устроил переворот, — тихо сказал Рэйден. Хотелось разрядить обстановку, чтобы это меньше давило на Какаши.
— Почти.
Пауза.
Ветер играл светлыми волосами Какаши. Он смотрел на деревню — крыши, фонари, жизнь.
— Я не могу обещать, что будет легко, Рэйден.
— Мне это не нужно, ты знаешь, не сомневайся в моем решении.
И тогда Какаши сделал то, чего никогда бы не сделал раньше.
Он взял его за руку.
Открыто и просто. Так, как хотелось всегда.
Без вызова. Без демонстрации. Без страха.
Внизу кто-то заметил.
Кто-то шепнул.
Кто-то улыбнулся.
Мир не рухнул.
Коноха продолжала жить.
А они — наконец-то не прятались.
Прошло время.
Иногда они спорили.
Иногда Какаши всё ещё пытался жертвовать собой ради работы.
Иногда Рэйден злился на его упрямство.
Но по вечерам свет в резиденции гас чуть позже обычного.
Иногда Хокаге засыпал за документами — и просыпался под тёплым пледом, который явно не сам на себя накинул.
Иногда Рэйден возвращался с миссии и находил на столе записку:
«Живым. Это приказ.»
И подпись — криво нарисованный пёс.
Они не стали легендой.
Не стали скандалом.
Они стали чем-то гораздо сложнее.
Выбором.
Каждый день — заново.
И если в тишине ночи кто-то видел силуэт двух фигур у окна резиденции Хокаге —
то это была не слабость.
Это была жизнь, которую они позволили себе прожить.
