Морские приключения Зайчика и капитана Лисички

Ночь в Порт-Рояле была тихой, пока тени матросов Харитона не скользнули по каменной набережной. Операция прошла молниеносно: пока губернаторская стража дремала, Ромку, выходящего из таверны, оглушили, упаковали в пыльный мешок из-под муки и перекинули через плечо, как тушу кабана. Когда «Верный Рог» отошел на безопасное расстояние, Антона и Харитона встретил на палубе яростно извивающийся кокон. Снимайте с него чехол, а то задохнётся наш Ромео, прохрипел Харитон, опираясь на деревянную ногу. Матрос сорвал мешок. Ромка, взлохмаченный, с красным от гнева лицом и связанными руками, тут же выдал такую тираду, от которой даже у старых пиратов покраснели уши. Вы что, черти закатные, совсем страх потеряли?! орал Пятифан, пытаясь боднуть ближайшего матроса. Тоха?! Ты?! Ты что тут забыл с этим старым хрычом? Развязывай немедленно, я вам всем сейчас печень вскрою! Остынь, Рома, Антон подошел ближе, поправляя очки. У нас к тебе дело государственной важности. Какое дело?! Вы меня среди ночи в мешке тащите! Ромка замер, подозрительно прищурившись. Ты должен поцеловать Полину, выпалил Антон, стараясь говорить максимально серьезно. На палубе воцарилась гробовая тишина, которую прервал лишь громовой, надтреснутый хохот капитана Харитона. Старик так заливался, что его деревянная нога выстукивала по доскам чечётку. Поцеловать?! Ромка вытаращил глаза, а его лицо из красного стало пунцовым. Это что, шутка такая?! Вы меня выкрали, чтобы я с сиренами целовался?! Тоха, ты перегрелся, или тебя по кумполу приложили? Не ори, болван! Харитон перестал смеяться и сурово посмотрел на парня. Это единственный способ её спасти. Она сирена, её душа в плену у морского дьявола. Чары сильны, но искренний поцелуй такого дурня, как ты, это единственный молот, который разобьёт это ледяное заклятие. Ромка на секунду замолчал, его взгляд смягчился при упоминании имени Полины, но он тут же снова вскинулся: Да вы издеваетесь! Я пират! Я абордажный боец! А вы из меня делаете какую-то принцессу из сказки! Рома, Антон положил руку ему на плечо. Ты же сам видел её в бухте. Ты же её любишь. Если не ты, то она навечно останется монстром с хвостом и костяной скрипкой. Ты хочешь, чтобы она всю жизнь топила корабли и плакала? Пятифан засопел, отвел взгляд в сторону темного океана и проворчал: Ладно... Но если об этом узнает Бяша или кто из пацанов в Порт-Рояле я вас обоих за борт выкину. Поняли? Договорились, улыбнулся Антон, доставая из кармана два плотных ватных шарика. А теперь вставляй это в уши. Сейчас мы входим в туманную бухту. И постарайся не промахнуться мимо губ, герой-любовник! *** Фрегат «Верный Рог» бесшумно вошел в туман, окутавший зловещие скалы. Полина сидела на самом краю утеса, ее бледная кожа мерцала в лунном свете, а смычок из кости выводил мелодию, от которой по дереву корабля бежали трещины. Ромка, пора! шепнул Антон, вынимая вату из ушей друга. Пятифан, шатаясь, взобрался на рею. Капитан Харитон подвел корабль вплотную к скале, но внезапная волна ударила в борт. Ромка вскрикнул, потерял равновесие и полетел вниз. Матросы ахнули, но удача была на стороне хулигана: его нога запуталась в петле абордажного каната. Ромка повис вниз головой, раскачиваясь прямо перед лицом Полины. Его лицо было в паре сантиметров от ее губ. Полина замерла, ее глаза, затянутые белесой пеленой, на миг встретились с его бешеным взглядом. Ну чего смотришь?! Прохрипел Ромка, багровея от прилива крови к голове. Целуй уже, пока я не лопнул! Он рванулся вперед, и их губы встретились. В ту же секунду скрипка в руках сирены рассыпалась в прах, а туман вокруг скал взорвался ярким белым светом. Пелена с глаз Полины спала. Она охнула, осознав, что висит над бездной, и инстинктивно вцепилась в тот же канат, за который держался Ромка. Полина! Держись! закричал Антон с палубы. Тяни, остолопы! скомандовал Харитон. Матросы дружно налегли на лебедку. Ромка, всё еще болтаясь вниз головой, и прижавшаяся к нему Полина медленно поплыли вверх. Как только их ноги коснулись палубы, Харитон резко крутанул штурвал, уводя фрегат подальше от проклятого места. Живая... прошептал Ромка, когда Антон помог ему распутать ногу. Полина дрожала, кутаясь в чей-то матросский бушлат, но ее глаза снова были прекрасными голубыми и живыми. Она посмотрела на Ромку, потом на деда, который едва сдерживал слезы, и тихо произнесла: Спасибо... Я думала, эта песня никогда не кончится. Больше никаких концертов на море, отрезал Харитон, обнимая внучку. Идем домой. Корабль на всех парусах уходил в рассвет, оставляя позади сирен и Порт-Рояль. Антон стоял у борта, глядя на счастливого Ромку, и думал, что теперь остался последний пункт в его плане найти ту самую рыжую плутовку, которая ждет его где-то среди волн.