Подарок

Слава разлепил глаза и, поморщившись от яркого света, посмотрел на экран телефона. На экране горело: “сержант”. Перевел взгляд на время. Десять вечера. Слава вздохнул и сел, удивляясь, когда это он успел задремать, даже не раздевшись. — Ало. — Пятница, — с ухмылкой напомнил голос на том конце. — Тебе тут подарок привезли. Слава поднял голову в потолок и устало потер переносицу. — Забирать будешь? В этот раз, кажется, клубничный. Как же хотелось проигнорировать все, принять душ, завалиться в прохладную шуршащую постель, смять одеяло и никого не видеть, не разговаривать и не выходить из дома семь тысяч лет. До следующего вторника. — Скоро буду. — выдохнул Слава и положил трубку. Зайдя в полицейский участок, он поздоровался с сержантом и прошел привычным коридором к камерам предварительного заключения. Остановившись у решетки, сунул руки в карманы и уступил дорогу полицейскому с ключами. По ту сторону на скамейке вальяжно развалился белобрысый парень в коричневом пальто, костюме и дорогих туфлях, раскиданных по камере. Судя по всему, Вампир чувствовал себя прекрасно и что-то неразборчиво напевал, дирижируя самому себе вытянутой рукой. Рядом с ним на скамейке ютилась подарочная коробка из местной кондитерской. Заметив на стене тень, загородившую свет лампы, Вампир свесил голову и, увидев перевернутого Славу, пьяно и солнечно ему улыбнулся, обнажая клыки. — Ты пришел. — И не стыдно тебе, — упрекнул сержант, открывая камеру, — я бы на месте профессора уже б давно на тебя рукой махнул. Каждую пятницу одно и то же, как по часам. Заключенный с трудом встал со своей лежанки, влез в туфли, сминая пятки, вышел из камеры, сунул в руки Славе коробку с тортом и уверенно шагнул влево, отсалютовав: — Товарищ милиционер. Слава закатил глаза, схватил парня за шиворот и развернул в сторону выхода. — До следующей пятницы, профессор. — ухмыльнулся сержант. Слава устало помахал ему рукой, не оборачиваясь, и поспешил в машину в надежде, что Вампир замешкается и останется стоять на улице. Я для него бесплатное такси, что ли? Столько лет прошло, а все то же. Но каким-то образом тот его опередил и уже кутался в пальто на переднем сидении. И все равно несусь к нему каждый раз посреди ночи по первому же зову. Бесит. Он сел, пристроил коробку на приборной панели и завел мотор. В машине пахло холодом и Славиными духами. — Ну, и что на этот раз? Отхлебнул кого-то на Думской? Сколько раз я говорил… — На Жуковского, — насупился Вампир, и Слава беспомощно замолчал. Из-за побочного эффекта бессмертия Вампир прилично отставал в возрасте, и Слава в свои тридцать выглядел чуть ли не его молодым отцом. Да и чувствовал себя порой так же. Он указал подбородком на приборную панель. Торт сплюснулся, будто по нему задницей ерзали. — А это зачем? — Ты в последнее время выглядишь ужасно уставшим, вот я и хотел тебя порадовать. — виновато пробормотал Вампир, пряча нос в воротник, — Ты же любишь все, что с клубникой. И тебе нужно больше отдыхать. Слава не знал, плакать ему или смеяться — это ж из-за кого он сейчас не отдыхает в своей кровати? Услышав мирное сопение, он вздохнул, стянул с шеи шарф и намотал на задремавшего вампиреныша. Потом завел мотор, включил печку на полную, хотя самому было жарко, и, наклонившись, перевел поток теплого воздуха на пассажира. Дыхание Вампира приятно отдавало сладким алкоголем, и Слава непроизвольно сглотнул. — Руки, блин, ледяные… — проворчал он, накрывая чужие пальцы своей ладонью. Поездка на другой конец города занимала полчаса. Дороги были пустые, а дома какие-то зыбкие, нарисованные, как картонные декорации к фильму. Салон освещали желтые пятна проносившихся мимо фонарей и редких встречных машин. Дворники лениво смахивали мокрый снег. Половину пути осоловевший в тепле Вампир сверлил взглядом подарочную коробку, так что Слава, в конце концов, не выдержал: — Да бери уже. — Разрешил он, останавливаясь на красном. — Растает. Вампир замешкался. — Но я для тебя купил. — Не купил, а украл. Вампир снова по-детски насупился. — Не правда… Слава повернулся к нему всем телом и приподнял бровь. — Ты, пьяный, вломился посреди ночи в закрытую кондитерскую, разбил окно, — за которое я, кстати, заплатил штраф, если кому-то интересно, — перевернул все вверх дном, и украл чертов торт. — Но для тебя же! Они помолчали. — Жест я оценил, спасибо, — сдержанно кивнул Слава, глядя на то, как переключается сигнал светофора, и снова нажал на газ, — теперь можешь съесть его, если хочешь. Я угощаю. Зеленоватый Вампир, отчего-то ужасно довольный, притянул к себе коробку, схватил рукой кусок кремового торта и умял его за пару тройку укусов. Только он собрался ее отряхнуть и обо что-то вытереть, как Слава швырнул в него салфетки: — Оставишь крошки в салоне — подсыплю слабительное в пакет крови. Понял? — Поал, — дожевывая, кивнул Вампир и громко икнул. Слава бросил на него грозный взгляд, но, не выдержав, тут же обреченно улыбнулся, умилившись с растрепанных белых волос и вымазанного кремом лица. — Господи, и за что же мне такое счастье досталось… — покачал он головой, вытирая пальцем крем с теплой щеки.