Единственный омега-роза во вселенной

— Эй, ты слышал, в этом году на боевой факультет поступил омега. — Ха? У тебя же нет генетической болезни, почему тогда среди бела дня начал сходить с ума? — Чушь! Как омега может пойти на боевой факультет? Мне кажется, ты настолько хочешь омегу, что уже свихнулся! — Жаждущий женитьбы альфа действительно такой никчёмный. Филл, увидев, что ему никто не верит, тут же заволновался: — Раз омега может жить в общежитии для альф, что сомнительного в том, что он присоединился к боевому факультету? И потом, правда это или нет, мы вскоре узнаем. Пойдёмте со мной, посмотрим. Несколько друзей подумали и решили, что слова Филла не лишены смысла. — Верно, в конце концов, новобранцы сегодня начинают первую тренировку. Сходим украдкой посмотрим и проверим, правда ли это или слух. Но некоторые вспомнили о ранее наказанных альфах и не решались рисковать: — А что, если в новом наборе боевого факультета и вправду есть омега? Нас не поймают? Филл пристально посмотрел на колеблющегося альфу своими ясными и глупыми голубыми глазами, указывая на него и ругая: — Ты такой глупый! Кто сказал, что мы пойдем смотреть на омегу? Мы пойдем заботиться о наших младших сокурсниках! Будучи самым многочисленным факультетом военной академии Тёмной планеты, боевой факультет имел одну из традиций. В день начала официальных занятий для новичков старшекурсники дарили этим малышам «пакет благословений». Он включал в себя, помимо прочего, участие в физической подготовке для создания препятствий для первокурсников, личную тренировку молодых альф без боевого опыта на занятиях по боевым искусствам, а также высвобождение феромонов и ментальной силы высокоуровневых альф для их подавления. Каждый набор альф и бет боевого факультета проходил через это. Они сами «промокли под дождём» и, конечно, должны были «порвать зонтики» младших сокурсников. П.п. «Самому промокнуть под дождём, а затем отобрать у других зонтики» — пройти через тяжелый опыт, а затем намеренно создать другим трудности, заставляя проходить их через то же самое. В какой-то степени, это тоже было преемственностью военной академии Тёмной планеты, верно? Несколькими фразами Филл развеял сомнения товарищей, и желание увидеть омегу заставило их рискнуть, несмотря на возможное наказание. Однако, добравшись до тренировочного поля, они обнаружили, что такие же мысли возникли не только у них. Увидев перед собой толпы альф и бет, Филл и другие широко раскрыли глаза. Их настроение мгновенно изменилось с первоначальной осторожности на сожаление, что они не пришли раньше, из-за чего оказались на самом краю, даже не в состоянии подойти ко входу на поле. Филл оставил товарищей и с трудом начал пробиваться вперёд сквозь толпу. Вокруг сновали удушающие феромоны альф, от которых у него кружилась голова и темнело в глазах, а обоняние почти отказывало. Едва выбравшись вперёд и ещё не успев встать, Филл услышал оглушительный взрыв ликования в толпе. Он поспешно ухватился за соседнего альфу-гориллу, чтобы его не оттолкнули назад. Он взглянул и увидел, что среди новобранцев боевого факультета действительно появился омега! С прибытием новобранцев на тренировочное поле Цюэ Цю медленно появился под ожидающими взглядами, вызвав огромный ажиотаж на месте! Альфа-хаски взволнованно залился слезами, и слово «жена» вырвалось само собой, но кроме нескольких ближайших альф, повернувшихся и злобно посмотревших на него, подавляющее большинство зрителей не заметило, что какой-то альфа осмелился нагрубить омеге. Его голос был словно маленький камень, брошенный в водопад, не вызвав ни малейшей ряби, полностью заглушённый нарастающими волнами ликования. — А-а-а-а, такой милый! Ещё и гусеницу приколол на тренировочную форму, какой изобретательный маленький омега~ — Я не ошибся, это и вправду омега?! — На боевом факультете военной академии Тёмной планеты ещё никогда не было омег! — А-а-а-а-а-а, ударьте меня! Скажите, что это правда, а не сон! — Я всё ещё могу перевестись с факультета управления на боевой? У меня все предметы уровня A, волне соответствует требованиям для перевода! — Мне перевод не нужен, я просто хочу знать, можно ли остаться на второй год без причины? Как же завидно этим малышам! Альф и бет, узнавших новость, становилось всё больше. Все прибывали из разных частей академии, полностью окружив тренировочное поле диаметром в несколько сотен метров. Многие предпочли прогулять занятия, лишь бы взглянуть на этого омегу, выбравшего боевой факультет. И с увеличением потока людей постепенно стало больше недоброжелательных голосов. Помимо первоначальной радости, они с запозданием начали волноваться: действительно ли такой изнеженный омега выдержит тяготы боевого факультета? — Хотя я рад, что на боевом факультете есть омега, но, честно говоря, омегам действительно не подходит боевой факультет. — Если не ошибаюсь, на итоговом практическом экзамене в прошлом семестре, не говоря уже о передовой, даже при наборе сопровождающих омег-целителей на фронт не нашлось ни одного желающего. — Это же реальное поле боя! Даже если они не выйдут на передовую против зергов, там всё равно полно опасностей. Омегам вообще не стоит рисковать. — Поэтому омегам не стоит оставаться на боевом факультете, их и так мало. Если что-то случится, кто возьмёт на себя ответственность? Более того, некоторые даже напрямую резко нападали на Цюэ Цю. — Неужели омегам нельзя спокойно сидеть в своих замках и играть в дочки-матери? Обязательно надо по прихоти учиться в боевом факультете? Это не только создает проблемы товарищам, но и серьезно влияет на качество обучения. — Они вообще не думают, подходят ли до этого, а основываются только на личных предпочтениях! Разве такие люди действительно могут остаться на боевом факультете? — Все ведь знают, какие омеги: смотрят свысока и на альф, и на бет. Их характеры избалованные и капризные, а физическая подготовка вообще никудышная. — Есть же более подходящий целительский факультет, обязательно надо выбрать самый трудный боевой? Неужели на поле боя он будет покорять зергов красотой, капризничая перед ними? Но поскольку подавляющее большинство альф и бет все же заботились об омегах, такие чрезмерно резкие высказывания не стали нормой. В основном лишь отдельные альфы тихо ворчали, даже не смея говорить громко. Фиго с некоторым беспокойством смотрел на Цюэ Цю. Чем выше был уровень альфы, тем острее его восприятие внешнего мира. Он мог с легкостью слышать эти агрессивные слова и очень боялся, что чувствительный, хрупкий маленький омега не выдержит этих оценивающих взглядов и речей. — Не обращай внимания на этих скучных альф и бет. Выбор факультета — твоё собственное решение, мнение других совершенно не важно. Цюэ Цю, естественно, тоже слышал эти нападки, но его лицо с самого начала не выражало никаких эмоций, и даже взгляд оставался спокойным. Он вел себя так, будто подобное его не волновало. — Ничего страшного, — сказал он. — Мне все равно, что обо мне думают другие. Тан Бутянь когда-то тоже был одним из тех, кто безмерно увлекался омегами, но после недолгого общения с Цюэ Цю в течение дня он обнаружил, что хотя этот омега по сравнению с обычными казался еще более нежным и избалованным, он не был тем, кого стоило высоко возносить и почитать, а скорее напоминал теплый, ласковый солнечный свет, согревающий его. Он подвинулся вперед, пытаясь закрыть омегу собой от любопытных и изучающих взглядов, затем обернулся и, оскалив белые зубы в улыбке, сказал: — Ничего, когда придет главный инструктор, они наверняка перестанут тут толпиться. Сюй Фэн, будучи альфой, выглядел даже более пугливым в такой многолюдной обстановке, чем Цюэ Цю. Но он тоже собрался с духом и согласно кивнул в подтверждении слов Тан Бутяня: — Мм! Люди из их комнаты держались вместе, немного в стороне от остальных однокурсников. Все альфы-новобранцы с ожидающими, восторженными взглядами смотрели на Цюэ Цю, но не решались приблизиться, словно щенки, только открывшие глаза, полные почтительного обожания и робко надеявшиеся, что хозяин заберет их домой. Эти альфы-новобранцы ещё не прошли системную подготовку. Они не пытались анализировать, подходит ли Цюэ Цю для боевого факультета, а просто следовали инстинкту, заложенному в их генах. Они с радостью приветствовали приход Цюэ Цю, и даже каждая клеточка в их телах ликовала от того, что они могли находиться так близко к омеге.

* * *

— Хорошо, что есть ограничивающие ошейники. Иначе при таком количестве альф, если бы их феромоны вышли из-под контроля, последствия могли бы быть очень серьезными, — вздохнул директор Гэб. Янь Вэйли стоял рядом с ним. Оба находились на башне с часами недалеко от тренировочного поля, наблюдая за происходящим. Высокомерный альфа-черный леопард пренебрежительно фыркнул. В его глазах мелькнул холодный свет. — Конечно, ты так говоришь, потому что ты бета и никогда не пробовал носить ограничивающий ошейник на шее, правда? Думаю, тебе лучше не высказываться о том, чего ты на самом деле не испытывал. Гэб слегка улыбнулся, его глаза за круглыми очками по-прежнему внимательно наблюдали за происходящим неподалеку. — Не стоит злиться при упоминании таких вещей, как ограничивающий ошейник. Ты ведь знаешь, что это защищает не только омег, но и альф. Янь Вэйли резко произнёс — Не каждый альфа — насильник, а радость при виде омег — не их вина. Альфы от природы производят феромоны, когда видят тех, кто им нравится, а ты хочешь лишить их этой природы. Эти студенты поколение за поколением носят ошейники, как собаки! Уже и этого хватает, а теперь и даже пожаловаться нельзя? Даже столкнувшись с такой беспощадной критикой, Гэб не разозлился и по-прежнему добродушно улыбался: — Омегам тоже приходится носить сигнализацию, разве нет? Строго говоря, альфы теряют достоинство, омеги — свободу, а беты — уважение. Никто не получает больше выгод. Более того, вопрос ношения ограничивающих ошейников решаю не я. Это правила, установленные аристократами. Я лишь следую этим правилам. Янь Вэйли и так не был красноречив, тем более перед директором Гэбом, мастером общения и переговоров, так что теперь ему и вовсе нечего было сказать. Он сдерживал в себе клокочущую злобу и перевел взгляд на яркое золотистое пятно на тренировочном поле. Почему-то, когда он увидел Цюэ Цю, злоба в его сердце необъяснимо сгладилась. Гэб, заметив это, поинтересовался: — Твоё душевное состояние в последнее время, кажется, нестабильно. Если нужна ментальная помощь, лучше заранее предупредить медпункт, чтобы они подготовились. Янь Вэйли на мгновение застыл, затем сжал кулаки и, вернувшись к прежнему холодному выражению лица, отрывисто сказал: — Я в порядке, моё ментальное состояние тоже стабильное. Спасибо за заботу. Гэб больше не стал говорить и повернулся, продолжая смотреть на тренировочное поле вдали. — Как думаешь, этот боевой омега уровня S действительно сможет продержаться на боевом факультете? Эта фраза заставила Янь Вэйли вспомнить, как он опозорился в тот день. Неприятные воспоминания нахлынули, отчего его брови дёрнулись. Но, говоря по справедливости, даже перед лицом стольких альф, Цюэ Цю совершенно не подвергся влиянию. Он действительно сильно отличался от других омег. — По крайней мере, он не станет называть альф вонючими псами и грязью при встрече. Что касается того, сможет ли он продержаться на боевом факультете, это зависит от его собственных способностей и навыков. Гэб оглянулся на него, слегка удивлённый: — О? Ты же сначала был против его выбора боевого факультета? Почему мне теперь кажется, что ты настроен оптимистично? — В мире альф есть только два типа людей: слабые и нуждающиеся в защите или сильные и достойные преклонения, — сказал Янь Вэйли. — Если омега сможет быть сильнее альфы, почему я не могу преклоняться перед ним? Гэб усмехнулся и больше не стал продолжать разговор.

* * *

В это время, на тренировочном поле, Цюэ Цю не знал, что неподалёку от него у Гэба и Янь Вэйли произошло довольно бурное обсуждение. После ожидания более получаса главный инструктор нового набора боевого факультета наконец-то прибыл. Он ещё не появился, только послышались шаги армейских ботинок по песку, и альфы, стоявшие у входа, поспешили расступиться. Новобранцы с любопытством смотрели на прибывшего, а Цюэ Цю заметил, что Фиго, стоявший рядом с ним, почему-то вдруг сжал кулаки. Все мышцы его тела напряглись, и он смертельно ненавидящим взглядом уставился в сторону главного инструктора. Что-то было не так. Цюэ Цю остро осознал, что, возможно, возникнут проблемы, и с беспокойством посмотрел на Фиго: — С тобой всё в порядке? Фиго, что было редкостью, не ответил ему, лишь крепко стиснул зубы, скрипя ими и издавая леденящий душу звук. Его взгляд словно был готов пожрать живьём того, на кого он смотрел. Альфа-тигр, с первого знакомства проявлявший себя жизнерадостным и надёжным, вдруг стал таким вспыльчивым и злым, словно полностью изменился. Цюэ Цю с недоумением смотрел на появившегося под общим ожиданием главного инструктора, предполагая, что между ним и Фиго, возможно, были непримиримые противоречия. Альфы расступились, образовав узкую тропинку, и через несколько мгновений из толпы вышел мужчина в чёрной инструкторской форме с холодным лицом. Это был альфа с белыми волосами, двумя треугольными волчьими ушами на голове, сзади которого естественно свисал пушистый хвост. Его уши и хвост были того же цвета, что и волосы, отливая серебристым блеском под солнечным светом. Он остановился примерно в десяти метрах от новобранцев. Его светло-голубые глаза напоминали чистую холодную воду, и одного лишь случайного взгляда было достаточно, чтобы у многих только что повзрослевших альф возник страх, поднимающийся из глубины души. Он кивнул и представился холодным, как снег, голосом: — Доброе утро, я ваш главный инструктор, альфа-снежный волк Ань Вэйжань. Как только были произнесены эти слова, в толпе зрителей раздался шёпот студентов: — Это же Ань Вэйжань, один из двух боевых альф уровня S в академии, кроме заведующего Янь Вэйли! — Этим новобранцам не поздоровится. Все старшие знают, что Ань Вэйжань — самый строгий инструктор в военной академии Тёмной планеты. — Странно, он же в прошлом году вёл 22-й набор. Почему он не довёл его до конца, а пришёл к этому? — Ты ещё не слышал? Вероятно, из-за итоговой практической проверки в прошлом семестре. Он собственноручно казнил своего студента… В этот момент говоривших словно пронзил холодный луч, и после внезапной паники шёпот резко прекратился. Все зрители, будь то альфы или беты, один за другим замолчали, не смея больше болтать. Цюэ Цю заметил, что после упоминания той итоговой проверки и без того нестабильный Фиго, казалось, стал ещё более возбуждённым. Вены на его руках выглядели неестественно отчётливыми. Как напряжённые линии мышц, так и пылающий огонь в глазах — всё показывало его враждебность и гнев к тому альфе-снежному волку. А также… ненависть. Но помимо этого Цюэ Цю также заметил, что сжатый кулак Фиго всё ещё слегка дрожал, как будто… от страха. Цюэ Цю предчувствовал неладное, но только он протянул руку, как Фиго, словно выпущенная из лука стрела, стремительно бросился вперёд и под широко раскрытыми от ужаса глазами всех нанёс удар главному инструктору. — Твою мать! — Этот парень сошёл с ума! — Это же альфа уровня S! — Ему совсем не жалко жизни! Под крики удивления, Ань Вэйжань провернулся боком и легко уклонился от удара, нанесенного Фиго. Альфа-тигр быстро обернулся, желая снова атаковать его, но был пойман на промахе: инструктор согнул колено и с силой ударил его в спину. Почти был слышен глухой звук яростного столкновения кости с костью. Фиго вскрикнул от боли, сделав несколько шагов вперед, а затем, опершись о землю, сделал переворот, отдалившись от Ань Вэйжаня. Увидев, что Фиго не получил серьезных повреждений, Цюэ Цю облегченно вздохнул, но тут же, когда все подумали, что эта внезапная атака окончена, Фиго снова бросился вперед, как безумный. В его вертикальных зрачках застыла безмерная ярость. Он обругал альфу-снежного волка и на этот раз произвёл серьёзную атаку: в момент активации сверхспособности уровня A «магнитное поле хищника» все альфы и беты с уровнем ниже его побледнели, и даже их дыхание стало затрудненным. Ань Вэйжань нахмурился: — Ты с ума сошел? — Убийца! Ты должен отправиться в ад, чтобы сопровождать капитана! Фиго, не обращая внимания, полностью активировал свою сверхспособность. Земля вокруг него начала слегка дрожать, а песок, ветки, камни и другие предметы затрепетали и взлетели в воздух. Те студенты, оказавшиеся в радиусе его атаки, даже если целью были не они, всё равно подверглись беспорядочному нападению. Внезапно увеличившаяся в десятки раз гравитация прижала их к земле, не давая подняться. — Чья это бешеная собака, быстрее уберите ее! — Твою мать, совсем с катушек съехал?! Начал драться без предупреждения! — Достали уже эти альфы высокого уровня! В одно мгновение раздались жалобы, но Фиго было не до этого. В его голове оставался лишь образ Ань Вэйжаня с окровавленными руками, который холодно и безжалостно говорил рыдающему ему, что генетические болезни должны быть полностью уничтожены. Сердце и глаза Фиго были заполнены лишь одной мыслью… Заставить этого убийцу заплатить жизнью! Ань Вэйжань немного помнил Фиго, но в его голове приходилось держать слишком много дел, и, очевидно, парень не был тем, кого стоило запомнить. Он лишь нетерпеливо нахмурился, с одной стороны, вызвав медпункт и школьную инспекцию быстрее разобраться с внезапно взбесившимся альфой, с другой — бросился к Цюэ Цю и прикрыл его собой. — Ты с ума сошел, здесь ещё есть омега! Цюэ Цю ухватился за рукав Ань Вэйжаня. Инструктор подумал, что маленький омега испугался такой сцены. Хотя он от природы имел холодное лицо и никогда не утешал людей, но сложилась особая ситуация, поэтому он всё же постарался смягчить голос. Ань Вэйжань наклонился и ласково спросил: — Всё в порядке? Цюэ Цю покачал головой: — Я в порядке. В отличие от него, сейчас омега больше беспокоился, что внезапный приступ Фиго сочтут за проявление генетической болезни и задержат его. В этот миг уже было не до многого. Цюэ Цю повысил голос, обращаясь к всё ещё выпускающему сверхспособность и готовому в любой момент атаковать неконтролируемому альфе: — Фиго, успокойся! Молодой человек привлёк внимание Фиго. Видя, как альфа с багровыми глазами шагает навстречу к Цюэ Цю, Ань Вэйжань, как перед лицом смертельной опасности, заслонил омегу собой, предупредив его: — Перед тобой омега! — Я не причиню вреда омеге! Альфы — не только разрушающие монстры! Слова мужчины не только не остановили его, но и усилили раздражение. Движения Фиго внезапно стали очень быстрыми, и в следующую секунду, когда он собирался атаковать, произошло то, чего никто не ожидал! Когда Ань Вэйжань увидел, что человек позади него внезапно исчез, его зрачки резко сузились: — Не подходи! Это опасно! Этот омега, казавшийся хрупким и маленьким, внезапно вышел из-под защиты инструктора и, как кролик, в мгновение ока оказался перед неконтролируемым альфой. Цюэ Цю использовал инерцию и вскочил на грудь Фиго, затем подпрыгнул в воздух, сразу же захватив его шею приёмом «ножницы». После он напряг ноги и с легкостью перевернул альфу-тигра на землю! Из толпы раздался возглас удивления: «!!!» Но этого было мало. Перевернув Фиго на землю, Цюэ Цю приземлился на одно колено и уперся им в спину парня. После обездвиживания, под прикрытием тела, он тайно сконцентрировал в кончиках пальцев золотую духовную энергию и ввел её в тело Фиго. Фиго поборолся несколько мгновений, а затем быстро прекратил движения. Всё его тело обмякло, и он послушно потерял сознание. Увидев это, зрители, чьи сердца замерли в горле, наконец облегченно выдохнули и похлопали себя по груди от страха. Ань Вэйжань на мгновение застыл на месте. Прошло довольно много времени, пока не пришли вызванные им врач и инспекционная команда, и лишь тогда он наконец пришел в себя. Он посмотрел на омегу, который привлёк внимание бесчисленного количества людей и находился в центре внимания. Северный ветер слегка развевал его волосы. На солнце они источали чистый, ясный свет, а те прекрасные глаза казались самыми яркими драгоценными камнями. Тело, облаченное в строгий и стильный тренировочный костюм, было не таким хрупким и слабым, как они думали, а полным силы и смелости. Он не был лишь красивым омегой, которого должны были защищать другие. Он также мог быть объектом восхищения. Восхищения тысяч людей. Автору есть что сказать: Цюэ Цю такой крутой!