I’m here, I’m there, I’m everywhere.

Единственный источник света в покоях Натаниэля — медленно догорающая свеча, которая грозится залить воском стол. Она вырывает из мрака черты фигуры Ичиро, сидящего на кровати и наблюдающего за исчезающем в тенях Натаниэлем.  После изнуряющей тренировки он предпочел развалиться на мягкой тахте с красивой вышивкой, лежащей на связывающем их покои, огромном балконе. Подставив свое лицо исчезающему закату, Натаниэль стремился впитать в себя атмосферу ночного города и спокойствия. Ичиро сидит расслабленно, даже лениво, но его глаза неотрывно следят за каждым действием. Он лениво крутит в пальцах баночку мази для ушибов Веснински, которые нужно обработать как можно скорее, но рыжий не особо спешит подойти к другу.  — Долго там будешь валяться? — Ичиро удивился своему охрипшему голосу. Видимо, стоит лучше обращать внимание на перекрикивания во время боя. Натаниэль ничего ему на это не отвечает, даже пальцем не шевелит. Конечно, такое поведение не удивляет Ичиро: он уже давно привык, что для рыжего он всего-лишь друг, товарищ...Да кто угодно, но только не наследник народа Огня.  Раздраженно выдохнув, Морияма поднялся с кровати и подошел к Натаниэлю.  Заснул?  Опустившись на корточки перед рыжеволосым, он немного грубо взял его за руку и оттянул ткань тренировочной формы, которая была окрашена в красивый бордовый цвет с золотой вышивкой.  — Ты думаешь, что можешь разжалобить меня и забуду про беспорядок, который ты устроил? — голос Натаниеля тих, но в убаюкивающей тишине комнаты  он звучит непривычно громко. Не заснул. Веснински не открыл глаза, но он мог ощущать как его прожигает взгляд Ичиро.  — А ты думаешь, что тебе удастся уйти? И не забывай, с кем ты разговаривашь, — Ичиро чуть наклоняет голову, его поза становится похожа на готовящуюся к броску кобру, ту самую, что изображена на гербе его семьи.  Тишина давит, а пальцы Морияма сильно сжимают кожу Натаниеля, оставляя на ней новые синяки. Тень медленно сползает с лица напротив и Веснински медленно открывает глаза и смотрит прямо на Ичиро. В них загорается что-то дикое, живое и спокойное одновренно. Хватка от этого взгляда становится слабее.  — Я свободный человек. Не нужно пытаться сделать из меня моего отца. — Забавно, что ты носишь его фамилию, его внешность и имя в его честь, а вскоре и его должность, — Ичиро опускает руку Натаниеля, так и не обработав её. Даже наоборот, наделав на ней еще больше синяков. Он выпрямляется и встает прямо перед Веснински, будто показывая разницу в статусе наследника и его будущей правой руки. Морияма знал, что поднимая вопрос о статусе Натаниеля, когда Ичиро взойдет на трон, и не обсуждая это с виновником разговора, он непременно наткнется на злость со стороны товарища.  Но сейчас в душе и голове рыжего происходило, что-то другое. Это точно была не злость, обида или что-то еще.  Нет.  Это скорее была... Ярость. — Знаешь сказку о исчезнувшем Аватаре? — Взгляд Веснински был направлен на сбежавший закат, уступивший небо полотну из сверкающих звезд. Не дожидаясь ответа, он продолжил. — «И сказал Аватар своё последнее слово, прежде чем уйти. Что будет он прятаться среди деревьев и земли, что следы его останутся на ветру. И будут видеть его лицо в любом месте, но никто не сможет боле поймать его.» Огонёк свечи начинает быстро мерцать от дунувшего ветра, тени на стенах оживают, колеблются. Кажется, что стены комнаты раздвигаются, становятся тоньше. — Я тоже буду здесь... — продолжает Натаниель. — Там, тут, повсюду. Легкая, едва заметная улыбка касается его губ.  — Но теперь и тебе меня не поймать, —Натаниэль плавно встает с тахты и идет внутрь своих покоев. Ичиро делает резкое движение, чтобы преградить путь, но что-то его останавливает.  Внутри у наследника бурлила мерзкая растерянность. Осознание, что перед ним не тот Натаниэль, которого можно было удержать в этой, резкой ставшей душной, комнате било особенно сильно. Что-то точно поменялось. И это что-то было во взгляде, движениях, словах Натаниэля. — Ты что несёшь!? — сорвавшись на истеричечкий шепот, проговаривает в спину Натаниелю Ичиро. — Ты обязан выполнить свой долг не то, что перед своей семьёй, а перед нашей Империей, передо мной! — Морияма подошел вплотную. — Вздумал пойти на измену? Или сбежать? Ответа не последовало, лишь удаляющаяся спина Натаниэля с балкона давала понять искренние чувствa товарища. Двери в покои Натаниэля Веснински закрываются. Ичиро остается один на балконе, полном теней и внезапной, звенящей пустоты. Он смотрит на дверь, затем переводит взгляд на окно, за которым начинается лес. Там, далеко, в темноте, ветер раскачивает верхушки деревьев. Он не пытается догонять. Он знает, что это бесполезно.  Потому что лес уже шепчет имя Натаниэля, а ветер уносит его следы.