Любовь или жизнь?

Призраки вокруг маяка были все время, что Флинс прожил здесь, но лишь в последние пару недель неупокоенные сущности стали доставлять проблемы. Кажется, это началось пару недель назад. А может и раньше, но Флинс просто не замечал, занятый борьбой с дикой охотой. Последние полгода вообще все крутилось в бешеном темпе — дикая охота, Лунный мститель в лице грешника из Каэнри’ах, Дотторе, дух Андриуса, с которым он помогал Варке разобраться. Да, наверное, на странных призраков Флинс обратил внимание именно после отъезда Варки. Когда помощь светоносцев рыцарям Мондштата уже не была необходима, Флинс наконец вернулся на маяк. До этого он останавливался в Пирамиде, а иногда и в лагере Варки. Хотел бы наведаться и в лагерь Иллуги, но… нет, Флинс давно объяснился с юным светоносцем, сказал, что его не привлекают парни. Иллуги был для Кирилла сродни младшему брату. Шебутной, маленький, юркий, с горящими глазами. Флинс даже не помнил, был ли сам таким когда-нибудь. Может, во времена Белого Царя. Но Иллуги не скрывал симпатии к старшему товарищу. Глупо, по-детски наивно, он впивался во Флинса глазами, когда они оба оказывались на лекциях Айно, когда им обоим выпадало остаться ночевать в Пирамиде, Иллуги мог постучать в дверь Флинса среди ночи, состроить несчастную мордашку с щенячьими глазками и попроситься пустить к себе. Вначале Флинс не отказывал. Но лишь вначале. Иллуги с каждым разом становился все напористее, ластился к старшему товарищу то ли как голодная собака, то ли как озабоченный подросток. Флинс, может и мало что понимал в отношениях, но ни разу не сомневался, что пальчики Иллуги, которые тот запускал ему под рубашку, просунув между пуговицами и поглаживая кожу груди, томный взгляд из-под ресниц и шепот «Флинс, ну ты же знаешь как я страдаю из-за кошмаров? Наверняка спать в твоих объятиях будет легче» — было ничем иным как попыткой соблазнения. После нескольких таких попыток Флинс перестал пускать Иллуги к себе по ночам. За ночь на траве образовался иней и сейчас хрустел под ногами. Флинс провел последние часы, безрезультатно патрулируя окрестности. Дикой охоты не было. Новые очаги перестали возникать еще после возвращения Варки из артерий земли. Но привычка была привычкой. Светоносец выходил на патруль, бродил по окрестностям, распугивая мелких ночных животных и возвращался на маяк. Сегодня под дверью даже не ждал Иллуги. Это радовало. И в какой-то степени огорчало. Призраков на кладбище тоже видно не было. Было слишком пусто. Флинс уже потянулся к ручке двери, когда взгляд привлекла выцарапанная на металлической двери надпись. «Любовь или жизнь?» — кривым почерком, будто острием ножа или ключа. Сил разбираться с этим не было. Кирилл вздохнул, запер дверь изнутри на засов и упал на кровать. Тело альва не требовало сна, не требовало пищи, но накатившая усталость не давала подняться с постели. Где-то раздался скрежет металла. Призраки опять шалят. Утомили. Флинс успел попробовать уже несколько ритуалов чтобы усмирить неспокойные души, но раз за разом они приходили к маяку. Сменить место жительства? Ха. В его новой жизни, с момента, как он вступил в битву с дикой охотой, у него был лишь маяк и фонарь, способный разогнать туман. Среди светоносцев Флинс снискал славу надежного товарища, хоть и закрытого и молчаливого, но того, что не откажется пропустить стаканчик-другой огненной воды. Наверное, в его жизни появилось больше движения и эмоций лишь с появлением Варки. Да, пока мондштатский магистр был в Нод-Крае, Флинса частенько можно было застать в городе или в штабе Ордо Фавониус, рыцари знали его и принимали как своего. Но Варка уехал. А с ним, очевидно, и спокойствие Флинса. Где-то у двери опять раздался скрежет. Такой неприятный звук, будто чем-то острым ковыряют металл. Флинс зажмурил глаза. Звук не прекращался, но даже под него усталый разум отключился, погружая Кирилла в подобие сна. Пробуждение было тяжелым. Веки опухли, голова раскалывалась. В дверь тарабанили с недюжинной силой и настойчивостью. — Кто там? — Флинс сам не узнал свой голос. Как скрежет заржавевшего механизма. Стук не прекращался. — Флинс! — голос Иллуги за дверью был бодрым. Ну конечно, Иллуги-то днем бодрствует, как и все люди. Это Флинс активничает ночами. — Добрый день, — Флинс натянул вежливую улыбку, открывая дверь перед гостем. — Ой! — Иллуги аж отпрянул. — Ты болен? — Ты о чем? — поднял бровь Флинс. — Выглядишь так… — Иллуги покрутил рукой в воздухе. Флинс отошел на пару шагов назад, пропуская гостя и мельком заглядывая в зеркало. С глади зеркала на Флинса смотрело его отражение. В целом привычное, он нечасто рассматривал себя, но взгляд зацепился за пересохшие губы, потом за ярко-фиолетовые синяки под глазами, да и все лицо будто будто зажило своей жизнью и поползло куда-то вниз. Флинс отступил от зеркала, накидывая на стекло подвернувшийся под руку плащ. Смотреть на себя не хотелось. Иллуги уже хозяйничал на кухне. — Выглядишь уставшим, я чай заварил, давай садись, я за тобой поухаживаю, — промурлыкал молодой светоносец. Флинс послушно плюхается в старое продавленное кресло. Иллуги что-то щебечет, Кирилл не слушает, но кивает. Видимо, невпопад. — Ты меня не слушаешь! — заявляет наконец юноша, уперев руки в боки. — Я для кого тут говорю о необходимости следить за своим состоянием? — Иллуги, — Флинс прикрывает глаза. Звонкий голос отдается болью в затылке. — Я хотел бы поспать. Иллуги уже вдыхает чтобы снова начать речь, но со шкафа с грохотом падает бокал, разбиваясь на мелкие осколки. — Опять твои друзья-призраки шалят? — Иллуги со вздохом присаживается, начиная собирать осколки. — А это что? — Иллуги поднимает с пола письмо. Уже открытое, но в печати угадывается герб Ордо Фавониус. Кажется, его присылал Варка, а Флинс потом убрал на сервант и забыл. — Письмо, — Иллуги достает бумагу из конверта. — Старое уже, от магистра Варки. Может я выкину? — Дай сюда, — Флинс забирает бумагу из рук юноши и едва не роняет чашку чая. Все тем же кривым почерком на бумаге нацарапано одно единственное слово: «Любовь?». Выцарапано так, что видно лишь под определенным углом, прямо поверх текста, но даже уставшие, глаза альва все еще зорче человеческих. — Все в порядке? Ты побледнел… — Иллуги преданным щенком заглянул в глаза. — Иллуги, — выдавил из себя Флинс. — Будь добр, вернись к своим обязанностям светоносца. Иллуги обиженно поджал губы. — Тебе этот рыцарь нужен, да? — он потупил взгляд в пол. — Почему не я, Кирилл? Что, так хочется почувствовать себя девкой рядом с ним? Вешаться на него как все девки во «Флагмане»? Флинс, ты бы мог чувствовать себя мужчиной со мной! Сильным и нужным мне тем, кто ты есть! — Иллуги, я так много прошу? — Флинс произнес с нажимом, но в голосе сквозила усталость. Никита возглавлял светоносцев уже не первый год. Несомненно, одним из самых важных качеств для командира он считал умение оценивать состояние своих подчиненых. Тем более Иллуги. Когда-то он вытащил мальчишку из лап дикой охоты, воспитал как своего сына и с года на год готовился передать подающему надежды юноше свое место. Конечно, от него не могло не укрыться поведение Иллуги и на этот раз, когда юноша пронесся мимо ураганом, хлопнув дверью своей комнаты. — Иллуги, — старик осторожно постучал. — Я могу войти? — Заходи, — буркнули в ответ приглушенно. Как в легких романах, что Никита пару раз читал от скуки, Иллуги лежал лицом в подушку, все еще облаченный в броню. — Иллуги, что-то случилось на патруле? — Никита спросил осторожно, присел на край кровати. — Нет, — Иллуги отвернулся к стене. — Это все Флинс, — прозвучало так, будто юноша был готов расплакаться. — Но, Иллуги, Флинс патрулирует земли на юге, а твоя зона на севере. Чем он помешал тебе? В ответ было только обиженное сопение. — Ты не был в патруле, — с горечью подвел итог Никита. — Иллуги… — Да хватит! — Иллуги наконец поднял взгляд. В глазах стояли слезы. — Иллуги то, Иллуги это! Зачем вообще этот патруль? Дикой охоты больше нет! А я пытался спасти товарища! Я не смог спасти родителей, а теперь и Флинс! — Тише, тише, — Никита примирительно поднял руки. — С Кириллом что-то случилось? — Нет. Да. Не знаю, — юноша наконец выдохнул. — Это все этот мондштатский магистр. Я из-за него потеряю Кирилла! Никита устало вздохнул. — Иллуги, давай ты вернешься к обязанностям. Это ведь было важно для тебя… да, я знаю, пока дикая охота была. Но Кирилла мы не потеряем. Я поговорю с ним. — То есть «любовь или жизнь»? — Спросил под конец рассказа Никита, потягивая огненную воду и сидя в кресле напротив Флинса. Кирилл выглядел уставшим, но все было не так плохо на первый взгляд. — Как в детском «конфеты или жизнь?» на Хеллоуин? — Я не знаю, — Кирилл повел плечом. — А ты сам что думаешь? — Ну, если мне предлагают отдать любовь и остаться в живых, то это бред. У меня никого нет. Никита задумался. Огонь плясал в камине. — Иллуги говорил что с этим всем как-то связан Магистр Варка. — Варка ни при чем, — Флинс махнул рукой. — Он мой добрый друг, но он давно вернулся в Мондштат. — И именно после его отъезда начались все странности? — посуда на серванте одобрительно загудела. Флинс поежился, Никита продолжил. — Я знаю что Иллуги к тебе неровно дышит, мальчишка еще, скрывать не умеет, ты уж его прости. — Я не злюсь, — выдал было Флинс, а потом достал из-за пазухи письмо. — Если играете в детектива, но взгляните на это. Там нацарапано. Тем же почерком. Никита разглядывал письмо пристально, наклонил под углом к свету, прочитал надпись и кивнул своих мыслям. — И все же какие отношения у тебя с магистром Варкой? — Вы же знаете, — Флинс устало вздохнул. — Выпивали вместе, иногда он в патрулях присоединялся. Никита кивнул. — Знаешь, поздно уже. Пойду-ка я. Подумаю над твоими загадками в пирамиде. Флинс проводил гостя по территории кладбища. В патруль идти не хотелось. Рискнул. Вернулся на маяк и стянул плащ с зеркала — отражение выглядело еще более удручающе. — Да что вам надо? — прохрипел Кирилл, оглядываясь по сторонам. Призраки в последнее время не показывались. — Вы были моими товарищами! Мы бились бок о бок! — он начал расхаживать по комнате, меряя шагами крохотное пространство маяка. — Я захоронил ваши тела после битвы, ухаживаю за могилами, даже не покидаю вас на долго уже столько времени, а вы не довольны? В ответ лишь где наверху задребезжала посуда. На стол магистра легла стопка писем. Дела, дела, дела… взгляд зацепился за письмо из Нод-Края, с печатью Пирамиды. Снова беда с дикой охотой? Не может быть. Великому Магистру Варке. Уважаемый магистр, вы недавно покинули Нод-Край. От лица фракции светоносцев выражаю Вам искреннюю благодарность за помощь в борьбе против дикой охоты. Насколько мне известно, Вы и мой подчиненный Кирилл Чудомирович Флинс были связаны дружескими отношениями. С сожалением сообщаю Вам, что с вашим товарищем происходит нечто из ряда вон выходящее. Есть основания полагать, что это может быть связано с Вами. Прошу в ответном письме сообщить мне, не замечали ли Вы странностей в поведении Кирилла перед своим отъездом. С уважением, Старшина Никита. Варка перечитал письмо дважды. Глотнул огненной воды из фляги. Перечитал еще раз. Они же уничтожили дикую охоту. Что за напасть приключилась с нелюдимым светоносцем? В прочем, Варка все равно собирался разобраться с делами в Мондштате и снова наведаться в лагерь на севере. А Джинн, вообще-то, справлялась с документами куда лучше него. Решив не рисковать здоровьем и жизнью, Варка оставил для Джинн записку, и окольными путями, не попадаясь лишний раз на глаза других рыцарей, покинул город. Барбатос по обыкновению нашелся в храме тысячи ветров. Наверное, вид Варки был уж чересчур всклокоченный, Венти даже не стал задавать вопросов, зачем магистру так срочно потребовалось вернуться в Нод-Край и услужливо договорился с Двалином. Дракон послушно подкинул магистра на своей спине — самый быстрый способ, если путешествуешь в одиночку. Кирилл медленно сходил с ума. Он ощущал это каждой клеткой своего тела. С визита Никиты прошло уже три дня, Иллуги больше не беспокоил, но призраки напротив, лишь больше бесновались, доводя до головных болей противным скрежетом и будто высасывая силы. Флинс решительно не понимал, за что они так взъелись. Он посвятил всю свою новую жизнь уходу за их могилами и ритуалам, дабы неупокоенным душам было комфортнее, а теперь его обычно тихие соседи хотели свести в могилу и его. Он не думал, что призраки вообще способны питаться силами живых, но тогда откуда такая тяжесть во всем теле? Ноги слушались с трудом, когда Флинс поднимался с кресла чтобы дойти до шкафа за очередной книгой, не бросая попыток разобраться, чем так раздосадованы его соседи. — Кирилл! — стук в дверь такой силы, что содрогнулись толстые стены старого маяка. — Кирилл, ты дома? — Варка? — вырвалось на выдохе. Ему мерещится? Магистр уехал. Надо проверить. Медленно, будто каждый шаг стоил годы жизни, Флинс доплелся до двери и отворил засов. На пороге действительно стоял магистр собственной персоной. По форме, взъерошенный. — Варка… — Флинс пару раз моргнул. Ну не привидится же такое. — Друг мой, что привело в мою обитель? — попытался вернуть привычный тон. — Я думал, экспедиция окончена. — А я тут не с экспедицией, — Варка шагнул вперед, сгреб Флинса в объятия. — А зачем я тут ты мне и объяснишь. Кирилл с присущей ему осторожностью отстранился, нервно отправляя одежду. — Не понимаю, о чем ты, дружище. — Кирилл, — Варка вздохнул, достал из-за пазухи письмо Никиты и протянул Флинсу. — И выглядишь ты так, будто вот-вот упадешь прямо здесь. О каком «нечто» говорил Никита? Флинс поднял брови в недоумении, пробежался взглядом по строкам письма. — Не было необходимости приезжать. Все в порядке. Ты действительно мог просто ответить Никите на письмо, но не думаю что это имеет к тебе отношение. — Но я уже приехал, — Варка оперся рукой на дверной косяк, чтобы Флинс не имел возможности закрыть дверь. Он и не собирался закрывать ее перед носом товарища. В груди неприятно кольнула обида. Варка действительно думает, что Флинс может так поступить? — Проходи, — Флинс вздохнул и отошел в сторону. — У меня нет варианта не рассказывать? — Нет, — подтвердил Варка, по-хозяйски устраиваясь в кресле. — Призраки на кладбище будто с ума сошли в последнее время. Это после твоего отъезда началось, вот Никита, видимо, с тобой это и связал. — С ума сошли? Призраки? — Да. Шумят, спать не дают. Дверь исцарапали. Ты не видел надпись? Флинс в очередной раз повторил всю историю, умолчав лишь о испорченном письме. — Такое чувство, что они хотят свести меня в могилу, уложить рядышком с собой, но я не понимаю, чем мог заслужить их немилость, — подвел итог Кирилл. Варка рассмеялся. — А ты не думал, что они наоборот тебе добра хотят? — Друг мой, мы как-то по-разному интерпретируем понятие добра. — Ну посмотри сам, — Варка тепло улыбнулся, объясняя, будто маленькому ребенку. — «Любовь или жизнь?». Действительно как у детишек на Хеллоуин. Если не выберешь любовь, то лишишься жизни. Они же видят как ты чахнешь на кладбище в одиночестве, вот и гонят тебя в свет чтобы ты себе там, ну, жену нашел, детишек завел. Флинс нахмурился. — Ладно тебе, дружище, давай-ка со мной во Флагман. Посидим, выпьем, обдумаешь эту мысль как следует, — Варка приобнял Флинса за плечо, ведя в сторону выхода с маяка. — Я тебе номер оплачу, заночуешь там без своих призраков, поспишь нормально. Не то чтобы у Флинса был вариант отказаться. Действительно было что обдумать, но в первую очередь хотелось наконец выдохнуть в компании товарища, а не обезумевших призраков. И поспать. Часов двенадцать, желательно. Последние недели он толком не покидал маяк, занятый проблемами с духами, но теперь было бы невежливо отказать в компании друга, прибывшему из такой дали. Путь до Нашгорода был не близкий, на улице уже темнеет, во Флагмане шумно и даже излюбленный Флинсом столик в дальнем углу занят. Варка наконец перестал травить байки со службы, которыми всю дорогу развлекал товарища (как и всегда, и до сих пор ни разу не повторился!) и отошел к бармену. — Кирилл, — Варка вернулся спустя пару минут, протянул ключи. — Номер всего один остался. Можем вместе переночевать. Ну или я в лагерь пойду после того как посидим. — Я могу вернуться на маяк, — вежливо заметил Флинс. — До лагеря несколько часов пути, мне до маяка всяко ближе будет. — Пущу я тебя с призраками мучаться, — Варка под локоть потащил Флинса к номеру. — Ты тут спать будешь. Сам уже серый и прозрачный как твои призраки. — Тогда будет лучше если ты тоже останешься, — согласился Флинс и замер на пороге комнаты. Кровать в номере была одна. Большая, конечно, но и Флинс не худенькая девица, а Варка так вообще в дверные проемы не везде проходил что в высоту, что в ширину. — Я могу… — На кровати ляжешь, — тут же отрезал Варка. — Я могу на полу поспать, привык за годы экспедиции. — Не стоит, — начал было Флинс, но Варка толкнул его на кровать и остановился уже в дверях. — Сиди, я на баре нам огненной воды возьму и вернусь. И Флинс сидел. Уставившись в пол, анализируя наконец весь этот день. Мысли, правда, ни во что конкретное не складывались — сказывалось долгое отсутствие нормального отдыха, поэтому к возвращению Варки он ничего путного так и не надумал. Поднял взгляд лишь когда перед ним шлепнулась на столик у кровати бутылка. Варка уселся на пол, спиной прислонившись к кровати, поднимая свою бутыль. — За встречу. — За встречу, — Флинс сполз с кровати на пол, усаживаясь около Варки и откупоривая свою бутылку. Первую выпили в молчании. — Ну так что думаешь насчет твоих призраков? — спросил Варка, выставляя еще две бутылки. — Не знаю, — Флинс растерянно покачал головой. — Но если они хотят от меня жену и детишек, то вынужден буду их разочаровать. — Почему же? Уверен, многие девушки на тебя заглядываются, — Варка снова приобнял Флинса за плечо, придвигая вплотную к себе. — Мне нравятся мужчины. — Вот как… — Ослаблять хватку Варка и не подумал. Даже рука не дернулась. — Ну тогда достойного кавалера себе подыщешь. Тоже наверняка не так сложно окажется. — Пока только Иллуги навязывается, но… — Флинс не стал договаривать, залпом влил в себя почти половину бутылки. Варка тоже спрашивать не стал, вернулся к своим историям, все так же оставив руку закинутой на плечо друга. К концу третьей бутылки рыцарь уже разошелся в историях, активно жестикулируя рукой с выпивкой и громко смеясь над своими же историями. Флинс мягко улыбался. Крепкий алкоголь делал свое дело, уставшее тело приятно расслабилось, голова как-то сама собой легла на плечо Варки. — И представляешь, уже третье свидание, а мне эта девица вдруг выдает, что для нее это дружеские посиделки и ей мои истории нравятся, а как мужчина я не в ее вкусе! — восклицает Варка. — Кстати, Кирилл. Флинс дернулся, поднимая расфокусированный взгляд на Варку. Давно он так не пьянел. — А какие парни в твоем вкусе? Есть кто на примете может? — Эээ… — совершенно не аристократично протянул Флинс. — Ну, Иллуги думает что мне нужен кто-то слабее меня, с проблемами и всем таким, с кем я буду чувствовать себя «сильным мужчиной», как он говорит. — А сам ты как думаешь? — Варка наклонился ближе или Флинсу кажется? Алкоголь в крови услужливо подсказывает, что Флинсу нужно. В целом, он и так это знал. — А мне нужно чтобы он бросил все дела и примчался, как только решил, что со мной что-то случилось, рассказывал истории часами, сражался так, что мне бы сразу было понятно — если бы он был моим противником, то исход был бы решен сразу… — Вот это запросы, — Варка смеется. — Даже не знаю где такого искать. — А я знаю, только вот бы узнать его отношение к этому всему, — с непривычной пьяной улыбкой промурлыкал Флинс, снова уложив голову на плечо Варки и заглянув рыцарю в глаза. — Очень даже положительное отношение, — эту улыбку Варки Флинс почувствовал уже губами.