🔥 Пламя найдёт своё Солнце 🌞

На улице стояла летняя ночь. Все лесные звери давно спали, слышны были лишь неугомонные мелодии сверчков и уханья сов. Где-то в том лесу располагался большой двухэтажный особняк из дерева, единственное строение в этом округе. Дверь и все стены особняка по периметру были обклеены синей бумагой со странными надписями. Была уже глубокая ночь, а живущие в особняке люди, похоже, не спешили отходить ко сну. В каждом из окон горел свет, но в одном из них на втором этаже свет горел особенно слабо. В этой комнате горели только две свечи. Само помещение было небольшое, в ней воняло сыростью, на стенах были застарелые пятна различного происхождения. Единственная мебель – старая столешница, на которой стояла одна из свечей, тогда как вторая стояла на подоконнике. Ещё был какой-то, словно съёжившийся комок, под тонкой простынёй. На полу в центре комнаты углём смешанным с кровью была нарисована печать, а в её центре стояла ещё одна незажжённая свеча поменьше. Перед печатью на коленях сидела девушка. Худая, волосы грязные и немного растрёпанные, а платье её старое и потрёпанное, грязно-розового оттенка. Её глаза обладали прекрасным цветом,похожим на дно чистого синего моря, но были наполнены ненавистью и отчаяньем, которую, по всей видимости, она решила вылить в страшную месть при помощи этой печати. Она, что-то шепчет. Заклинание на странном языке. – Te voco. Ausculta clamori meo. Veni et desiderium meum imple. Ultionem meam perfice! – заклинание, первая часть призыва. В последнем предложении она подняла руки и в этот самый момент, маленькая свеча в центра зажглась сама собой. Девушка продолжила, но уже на понятном человеческом, своём родном языке. Теперь она перешла на часть озвучивания своего имени и чего именно она хочет. – Я – Алисия Дэ Альбедо! Я хочу, чтобы ты пришёл на мой зов и убил всех кто находится в этом грёбаном особняке! Всех до единого, без исключений! – в этот момент девушка начала плакать – кроме одного они все сумасшедшие сектанты, что похитили меня пять лет назад для жертвы могущественному демону. Убей. Убей их всех! В замен я отплачу тебе своим телом, можешь забрать его. Печать на полу начала исчезать,словно,впитываясь в пол. Алисия произнесла финальное: – Appare, Flamma! – тем самым завершив ритуал призыва. Ритуальная печать полностью исчезла, маленькая свеча заискрилась и потухла, Алисия потеряла сознание, а её запястье, которое она порезала, чтобы достать кровь для печати, перестала кровоточить, не смотря на то, что рана была довольно глубокая. Очнулась она спустя час от того, что её окатили холодной водой. В ушах звенело, девушка закшлялась. – Выспалась напоследок? Теперь живо вставай, чумазая! – скомандовал чей-то громкий голос. Над Алисией возвышалось несколько сектантов, один из которых бесцеремонно схватил бледную девушку за запястье и потянул вверх. Девушка заскулила от боли после чего получила хлёсткую пощёчину. Она упала, вновь оказавшись на полу, держась за левую половину лица, что горела от удара и дрожала, но уже не от страха, а от боли и очередного унижения. Мужчина уже хотел пнуть её, когда кто-то из его приспешников напомнил: – Не трать на это время, у нас его и так мало. Уже пора начинать ритуал – старик был седовлас с залысиной и небольшой бородой, одетый в тёмно-коричневый плащ. Поторопив его он сам вышел из комнаты, спускаясь на первый этаж. Сектант ударивший Алисию лишь цокнул и снова схватил её за руку, которую она держала на лице и уже хотел потащить, когда девушка еле слышно проговорила: Алисия: – Я могу идти сама… Сектант: – Чего? Что ты там мямлишь? – он резко к ней повернулся от чего его рыжие волосы упали прямо на его смуглое лицо. Выглядело это нелепо и смешно. Алисия: – Я могу идти сама. – уже громче сказала девушка. Мужчина силой швырнул её остальным трём сектантам , стоявшим рядом и, заорал: – Ты ещё смеешь говорить что-то?! Тащите её! Девушка сектант сразу же подошла, но не для того, чтобы помочь бедной девушке, а чтобы схватить её за волосы и потащить к выходу. Они спустились по лестнице в холл, далее направившись по коридору в сторону подвала, где и собирались провести ритуал жертвоприношения души демону. Стены коридора были увешаны различными картинами в деревянных рамах с тематикой сатанизма и изображениями бесов. На этих же стенах, между картинами прикреплены канделябры по три свечи на каждом. С потолка свисали около трёх деревянных люстр по периметру коридора, в них также были зажжены восковые свечи. Ковёр на полу длинный, пепельно-красного оттенка из-за скопившейся пыли. Сектантка также продолжала тащить Алисию за волосы, всё сильнее сжимая. Бедная девушка кричала от боли, но не из-за той, что её дёргают за волосы, с силой утаскивая дальше, а из-за ею же проведённого ранее ритуала. Он начал действовать. Теперь, как-только её душу принесут в жертву одному демону, её телом завладеет другой. Боль была настолько сильная, что она уже почти пожалела, что провела ритуал, но её ненависть была сильнее. Алисия продолжала истошно кричать и плакать , в то время как гордые и довольные собой люди тащили её, предвкушая как сейчас их желания исполнит демон, которому они её продадут и даст им всё о чём они попросят. Даже не подозревая, что совсем скоро к ним придёт расплата. Наконец они вошли в подвал. Комната больше напоминала небольшой, но вместительный зал. Единственное освещение здесь – это свечи на высоких канделябрах, расставленные по всей площади, несколько канделябров, также как в коридоре, были прикреплены к стенам. В центре помещения стоял алтарь, а под ним уже была нарисована круглая печать с древними символами и демоническими рунами. – Привяжите её к алтарю. – скомандовал старик, ранее поторопивший рыжего сектанта привести Алисию – и закройте ей рот, голова уже болит от её воплей.–добавил он, взглянув на корчащуюся от боли девушку с презрением. Сектанты так и сделали. Трое крепко взяли Алисию и чуть не вывернули ей руки, перемещая их за спину, после чего туго завязали их верёвкой, а саму девушку чуть ли не кинули на алтарь и завязали ноги. Рот они ей заткнули половой тряпкой. Синие глаза девушки были широко открыты и из них градом лились слёзы. Ей было очень больно, она продолжала приглушённо кричать в грязную тряпку. Дюжина сектантов окружили алтарь. Седовласый сектант поднял руки, сдвинув их вместе и, начал бормотать, что-то на странном языке, остальные сектанты повторяли за ним. Их голоса были настолько синхронны, что казались эхом. Старый сектант: – О, приди же, демон! Мы даруем тебе душу этой девушки в обмен на наши желания! После этих слов старик опустился на колени в глубоком поклоне, руки опустились вперёд, но были всё также придвинуты друг к другу, остальные приспешники снова повторили за ним и опустились на колени. В комнате ничего не поменялось, ничего и никого лишнего не добавилось, по крайней мере для людский очей, но после слов старика, словно рокот, с ними заговорил голос: – Какова цена этой души, что вы, ничтожества, так нагло требуете у меня исполнения даже не одного желания, а сразу на всех? – голос был ни сколько высокомерным, сколько горделивым, но внушал страх в людей. Однако сектанты давно не люди, точнее не такие как все. Они больше уверены в себе в такой ситуации, потому старый сектант ответил на его вопрос: – Она – потомок Человека Неба! Одного из великих! Услышав ответ голос какое-то время молчал, после чего наконец коротко ответил: – Принимаю. В комнате из ниоткуда появился лёгкий ветер. И в этот самый момент, Алисия, почувствовавшая как душа медленно покидает её тело, поменяла крики на истеричный смех, глаза её прищурились и из глаз упали последние слёзы…