Оксюморон

Дано ли ангелам познать любовь?  Познать собственную сущность? А так ли светлы и безгрешны ангелы, как кажется с виду?  Есть ли у ангелов пороки, которые они ставят выше собственной спокойной жизни?  Или же они отказываются от своих совершенных ошибок как от нежелаемого мороженого, которое перехотел маленький ребенок, держа в руках пломбир, а не клубничный сливочный шарик, как просил он изначально? Он должен радоваться, что получил мороженое. И почему он не счастлив? А его кто нибудь спросил чего он хочет на самом деле? ****** Азирафаэль занял свое место.   Он снова один из своих, в сияющем белизной костюме, который идеально ему подходил. Кружевная отделка на лацканах, манжетах и оборках его впечатляла. Такая мелкая работа выполнена превосходно, словно самая опытная швея из старой деревушки Англии, вроде Уилтшира, несколько лет ткала замысловатый узор самыми отборными шелковыми нитями.  В какой то мере он даже скучал по этому месту, хотя холодная пустота и бесконечность небесных коридоров слегка удручала очеловеченную натуру. Это мягко сказано, удручала. Первые несколько часов он был рад, на двенадцатый час нахождения здесь глазам стал больно.  Он снова ангел в полноценной форме этого слова. Не евший вкусную пищу, не пивший отборные вина и чай. Он просто не имел в этом потребности. Да и вкуса он бы не почувствовал.  Он был идеальным служащим, без чувств и желаний.  Вот только в кое чем Стерилизаторы были не правы, когда превращали из земного «грязного» Азирафаэля девственную куклу - они то ли из за своей безалаберности, то ли из за чьего то легкого веяния руки забыли забрать его душу. Как мы помним, у ангелов нет души, на то они и ангелы. Они не имеют права делать выбор, на что как раз таки и способна человеческая сущность.  Поэтому после эффекта эйфории, который прошел за пол человеческого дня, ему стало неимоверно тоскливо.  Без Кроули.  ***** – Ой, смотри, уткам построили домик, чтобы они не мерзли! Мило же? - Азирафаэль указал пальцем на деревянную конструкцию, располагающаяся на берегу озера. На дворе уже был крепкий ноябрь.  Листья вековых лондонских кленов побагровели, от малейшего дуновения ветра устраивая настоящую сказку из цветастых пятен огненного оттенка.   Ангел закутался в свой пушистый шарф цвета теплого сливочного масла в крупную клетку. Он слегка поежился из за внезапного холодного порыва. Ветерок гулял не только в яркой листве, но и смешно шевелил белокурые кудряшки.  Кроули был в черном длинном пальто и таком же черном кашне. Он сам не любил обильные и яркие образы, однако его забавляли и умиляли образы Азирафаэля, которой сейчас в своем пуховом шарфе был похож на зяблика.  – Да, мило, - после некоторой паузы ответил демон, смотря на домик для уток, на который показывал ангел.  Кроули повернулся в сторону мужчины, с особо нескрываемой нежностью, разглядывая родные черты. Почему то сейчас он считал Азирафаэля очень уютным, что хотела уткнуться куда нибудь в шею и вдохнуть теплый запах книг, недавнего какао, и чего-то, что он не мог описать. Но оно принадлежало только ангелу.   – Кроули, - Азирафаэль улыбнулся уголком губ, ловя пристальный взгляд.  – М?  – Иди сюда, - ангел сделал шаг вперед и распахнул руки для объятия. Кроули даже не сопротивлялся. Он прильнул к нему, обвив руками спину. Длинные пальцы поглаживали поверхность пальто, нос зарылся в шарф, делая то, что демон хотел мгновение назад.  Он набрал полные легкие воздуха, вдыхая ангельский аромат.  Азирафаэль прикрыл глаза, довольно улыбаясь куда-то в угловатое плечо Кроули, запоминая такой искренний и интимный момент.  Внезапно что-то холодное, намного холоднее внезапных порывов ветра, коснулось курносого носа ангела.  В Сохо не часто шел снег, как и в общем в Англии. Это было редкостью, которая обычно радовала где нибудь в преддверии Рождества.  Но первые снежинки в ноябре были действительно чудом.  – Кроули! Смотри, первый снег! Загадывай желание, - Азирафаэль отнял голову от черного пальто, но всё так же заключал мужчину в объятиях.  – Ой, да ладно, ангел, это же людские глупые выдумки, - пробурчал тот, закатывая змеиные глаза.  – Ну Кроули! - когда демон слышал подобную интонацию, то сразу знал, что после этого последует выражение лица, которое он не сможет выдержать, и согласится на что угодно, хоть с крыши прыгнуть. Главное, чтобы его ангел не расстраивался.  – Ох, ладно, - протянул гласные демон, действительно загадывая желание. Он считал это идиотизмом, потому что уже давно не верил в чудо. Но сейчас почему то захотелось на мгновение стать той же безмятежной душой, которая могла безгранично творить, легко паря от одного уголка вселенной в другой. – Ну, что ты загадал? - все еще прибывающий в восторге от погоды Азирафаэль смотрел своими голубыми глазами в темные очки демона.  – Нельзя же рассказывать, а то не сбудется, - Кроули чуть вздернул брови.  – Агаа! Значит знаешь про «человеческие глупости»! - ангел хихикнул, довольно улыбаясь.  – Ой, да отстань ты..- демон слегка смутился. Он не любил когда его ловили с поличным. Особенно на знаниях таких мелочей. Они всё еще стояли в обнимку, снег за несколько минут от редких одиноких снежинок сменился крупными хлопьями, которые заполоняли собой все пространство.  – Пойдем в Книжный? – Пошли, а то что-то тепленького захотелось. Как на счет какао?  – Я предпочел бы теплое вино. – Тоже неплохой вариант, думаю у меня найдется отличный сорт, припасённый  как раз на такие случаи. Они выдвинулись к лавке, обсуждая все темы мира. Снег валил необычайно сильно, покрывая все поверхности ровным белым слоем. Азирафаэль мельком смотрел на Кроули, у которого на волосах была снеговая шапочка, и тихо хихикал. Кроули понял причину веселья только у Книжной лавки, недовольно очищая волосы. Азирафаль в тот день был одним из самых счастливых ангелов, а может и самым счастливым.  **** — Азирафаэль! Друг мой, здравствуй, - задорный голос Метатрона холодной склизкой хваткой вырвал ангела из таких сладких воспоминаний. Он поднял голову от стола, на котором лежал недописанный документ и мгновение назад его собственная щека. Маленькое  пятнышко медленно расцветало на коже, как напоминание. Он явно лежал так на 5 минут.  – Ох, Метатрон. Здравствуй, - голос дернулся и фальшивая улыбка, заменяющая радость, озарила уста.  – Как ты тут, справляешься с моим заданием? - писарь Божий строил гримасу доброжелательности. Тон был мягким, но нихрена не искренним.  – Да, ну конечно. Что тут может быть сложного? - Азирафаэль прикрывал рукой криво написанный текст на одну страничку, который сумел выдавить из себя за несколько часов.  Ему нужно было написать «краткое досье» по поводу своего выбора оставить Земную жизнь и Кроули.  Метатрон назвал это «обязательной исповедью». В Небесной канцелярии это  было никому не нужно, они оба это понимали. На самом  деле старший мужчина лишь хотел потешить свое эго. Напрямую издеваться над подчиненными он права не имел, но глумиться над ними забавы ради доставляло огромное удовольствие.  – Вот и славненько! Придется поддерживать новый статус, Азирафаэль. Не зря же мы тебя сделали верховным архангелом.  Докажи, что ты достоин.