Котёнок по имени Че

      Это должно было сохранится в памяти как обычное сонное утро августа 1958-ого. Однако это был день прихода Абеля с разведки. И нет, отряду больше всего запомнились не координаты солдатов Батисты, или количество пушек, которое было уготовано у их врага, а котёнок. Рыжий, маленький и чумазый, который цепко держался на плече Абеля по пути к их партизанскому лагерю. Нет, как известно, Абель никогда не питал слабости к кошкам. Просто тогда, ещё ночью пробираясь сквозь ветки и вечнозеленые леса Кубы, он нашёл заплутавшего и совсем ослабшего котёнка, который к тому же был без матери. Вид у рыжего комочка был такой жалобный, что мягкое сердце солдата не смогло оставить его на произвол судьбы, где-то в тёмном и диком лесу. По дороге обратно в лагерь, он, конечно, проходил в сотне метров от деревни, однако, к тому моменту он уже счёл рациональным просто приволочь котёнка в лагерь. Тем более, всю дорогу он так спокойно держался на его плече, не пищал, и не просил еды. Одним словом, показал пример стойкости духа настоящего революционера. Малыш им точно не доставит хлопот. Тем более провизии у них много, а рот у котёнка - маленький. Добравшись всё же до лагеря, он аккуратно снял с себя сиротку, и посадил его недалеко от костра, рядом с которым уже сидели Камило и Рауль, попивавшие свой утренний кофе. Рауль вопросительно кивнул на находку Абеля и безэмоционально спросил: — Миссия провалилась и ты решил задобрить моего брата новой игрушкой? — Абель отмахнулся, отвечая, что за неделю он добыл все сведения, которые от него требовал Кастро старший. Потом добавил “Совсем маленький, один не выживет”, оправдываясь. Они так помолчали, а затем Рауль, осознавая что эти двое не собираются вставать и кормить животинку, ушёл в одну из палаток, где они надежно прятали все свои запасы. Через несколько минут он вынес от туда одну консервную банку со свиной тушёнкой, а потом окрыв её ножом, наложил немного в пластиковую посудку, которую уже успел освободить Абель. Поставил еду перед котёнком. Малыш осторожно понюхал еду, потрогал её пару раз своей крохотной лапкой и принялся есть. — Осторожный. — прокомментировал красноречиво Кастро. — Может он думает, что мы хотим его отравить? — Ага, а ещё я привел животное врага в наш лагерь, — отозвался Абель, наблюдая за тем, как котёнок жадно поедает свой завтрак. Тут Камило ожил, поставил свою чашку с допитым кофе на землю у своих ног,и сказал. — Ну-ка, дайте его мне, я сразу определяю американских котов от кубинских, — Абель сначала запротестовал, мол зачем заморыша отрывать от еды, но Рауль ему его молча передал ради шутки. Камило повертел в руках замершего по струнке котёнка, пригляделся к его рыжей усатой мордочке, а затем аккуратно скинул его рядом с его недоеденным завтраком. Котёнок снова понюхал свою порцию и продолжил есть. — Кубинец. Он за нас. — Ему нужно имя. — сказал Абель, — Как назовём? И котёнка назвали Че

***

Прошло уже два дня с окончания командировки Абеля и прихода нового солдата в лагерь. Почему же солдата? Всё потому что, после завтрака в первый же день котёнок куда-то исчез, пока никто не видел, поэтому в обед ни Абелю, ни Камило и уж точно ни Раулю не довелрсь познакомить команданте Гевару с его двойником лично. Абель даже несколько расстроился, потому что чувствовал ответственность за котёнка. Как никак лес большой и в нём много диких зверей, а ближайший лагерь крестьян в нескольких километрах отсюда. К счастью, крохотный комочек снова появился ближе к вечеру, как Рауль предполагал “на ужин”, а затем после опять куда-то пропал и не появлялся ни у кого на виду до завтрака следующего утра. Эрнесто увиделся со своим тёзкой только на третий день, когда весь отряд сидел у потухшего костра и завтракал. Фидель подсел к ним самым последним, потому что в руках он уже держал открытую консерву с тушёнкой, и наложил её уже пришедшему котёнку. Рыжик встал со своего места, на котором только что сидел, а затем подойдя к миске потыкал в неё лапкой, понюхал и принялся есть. Наблюдавший за этим Камило вскинул брови. — Я ему пять минут назад положил то же самое и он не ел. Кажется он ест только тогда, если ему кладут Рауль и ты. — Недоверчивый, — пожал плечами младший Кастро и скинув свою банку с консервой в лежавший рядом мешок для мусора, потянулся, и безразлично сказал, перед тем как скрыться в своей палатке, — Прямо как наш Эрнесто. Всё это время Гевара даже не обращал никакого внимания на котёнка, подумаешь, он что, котов никогда не видел? Но услышав своё имя, он сразу же оторвался от блокнота, в котором накануне что-то писал, и кинул взгляд на котёнка. — Причём тут я? — спросил он, оглядывая котёнка с кончиков лап до хвоста, напоминавший ёлочку. Камило заулыбылся в привычной ему манере и объяснил, что котёнка назвали в честь него. Он явно ожидал иной реакции, судя по тому, с какой усмешкой он глядел на команданте. Однако Эрнесто не злился. Он немного помолчал заметив, с каким удовольствием котёнок уплетает еду, и сухо ответил. — Его следовало назвать в честь тебя, учитывая с каким энтузиазмом он относится к тушёнке. Камило возмутился. Абель сдержал смешок. Фидель ухмыльнулся. Гевара ушёл на перекур.

***

Одним ранним утром, когда Гевара вместе с Абелем и остальными партизанами ушли в город за провизией, Камило вместе с Фиделем сидели у костра, по радио звучали новости с радио Ребельде, а котёнок сидел рядом с правой ногой Фиделя и ел свою кашу. Камило, заметив, что уже четвертый день подряд малыш предпочитает садиться ближе к Кастро, даже когда просто ожидает еды, сказал, ехидно подмечая. — Избирательно доверчивый, пунктуальный и ходит за тобой по пятам, эль Хефе. Он тебе никого не напоминает? — Он по привычке поправил свою шляпу на голове. Фидель, изучая карту, что лежала рядом с ним на стуле, не особо вслушивался в слова Сьенфуэгоса, а потому поднял голову и переспросил. Мужчина повторил, а затем кивнул на завтракающего котёнка. Фидель, на секунду задумавшись, к кому могут относиться эти слова, слабо отмахнулся, возвращаясь к карте, но теперь изучал их местность с лёгкой улыбкой на губах. Камило её заметил.

***

— Че всё ещё не пришёл на завтрак, — сказал Рауль, поглядывая на свои наручные часы. Котёнок опаздывал на целых десять минут. Младший Кастро, уже успевший привязаться к пушистому чуду, начал размышлять куда мог пропасть их маленький соратник. Фидель, который только что вышел из палатки и пропустил свой приём пищи, услышал слова брата, и взглянул на сидевшего рядом Гевару, который чистил свою винтовку. — Ты что, не ел? Аргентинец отчитался, даже не задумываясь над словами командира: — Я пил мате. Повисло молчание. Сверившись с часами, Рауль решил, что ему следует внести ясность в ситуацию: — Я вообще-то про котёнка. Фидель, медленно кивнул и сухо произнёс: — Я тоже. Эрнесто устало вздохнул и вернулся к чистке своей винтовки: — Разумеется.

***

Уже вечером Фидель сидел и объяснял солдатам тактику сторонников Батисты. В это время, недалеко от палаток появился котёнок, который быстро преодолев расстояние в десять метров, оказался рядом с сидящем на деревянном ящике Фиделем. Он быстро, пока никто не заметил, зацепился коготочками о край его оливковых штанов, и стремительно стал карабкаться, пока не оказался на коленях. Кастро даже не обратил внимания, явно увлечённый разъяснением дела, что к концу его речи все уже заметили сиротку, кроме собственно человека, на котором он восседал. Заметив малыша, Фидель опустил на него свою большую, тёплую ладонь, и пару раз погладил его по рыжей спинке, в ответ на касание малыш довольно заурчал и прижался ближе к команданте. Камило, уже прослывший за эту неделю остряком на комментарии, не упустил свой шанс: — А Че нравится твоё внимание, эль Хефе. Эрнесто, сидевший в это время рядом и попивавший свой вечерний чай, поднял недовольные глаза из-за металлической трубочки. Камило даже не удостоил его взглядом. Знает же ведь как двусмысленно это звучит, и всё равно издевается, падла. Старший Кастро в свою очередь, продолжая гладить мурлыкающего котёнка, спокойно ответил: — Думаю, что он очень ласковый, если заслужить его доверие, — когда он произнёс конец фразы, то его глаза устремились чтобы поймать взгляд Эрнесто. Они так смотрели друг на друга пару секунд, прежде чем Кастро не отвёл взгляд, полностью отдавая своё внимание сидевшему у него на коленях чуду. Гевара же, пытаясь обработать происходящее, заглянул в блокнот, и сделал вид, что ему нужно что-то срочно в нём записать. Скулы аргентница слегка запылали, но в сумерках этого не было видно. И слава Богу. Уже позже тем же самым вечером, когда котёнок снова убежал, как любил выражаться Рауль “на разведку”, Гевара стоял на краю лагеря. Он глядел на небо, выдыхая никтоиновые колечки. Куполом над ним лежало темно-синее небо, облаченое в блестящие звезды и корону полумесяца. Это был май, но в горах всё так же было холодно. Он закутался в куртку поглубже, когда услышал приближающиеся шаги. Он, и не оборачиваясь, сразу понял кто это. Темп шагов команданте он выучил быстро. Они отличались от пружинистых шагов Сьенфуэгоса, отрывиствх шагов Абеля и чётких шагов Рауля. Они были твёрдые, уверенные. И каждый раз, слыша их, у Эрнесто всегда что-то замирало внутри. То ли от радости, то ли от напряжения или возбуждения. Гевара пока сам не мог определить. Не было у него столько времени, чтобы размышлять над каждой, хитро пробегавшей в его обросшей голове, мыслишкой. Кастро встал рядом, откусил кончик сигары и зажёг её, а потом выпустил изо рта сероватые облачка дыма. Он опустил свою ладонь на плечо Гевары чтобы по-дружески потрепать. Однако в этот раз его рука осталась на куртке Эрнесто дольше, чем нужно. Дольше, чем это могут себе позволить друзья. Аргентинец застыл на месте, даже не потянувшись к сигаре, чтобы вытащить её изо рта. Фидель почувствовал как напрягся его команданте, а потому очень тихо его спросил, как между делом: — Я пока не заслужил твоего доверия, Эрнесто? Эрнесто ещё сильнее сжал губами сигару, и исподолбья посмотрел на кубинца. Фидель довольно ухмыльнулся, видя замешательство на лице мужчины. Ещё сильнее он расстянул губы, поймав искорки смущения в глазах напротив. Эрнесто ему ничего так и не ответив, отводит глаза, убирает сигару изо рта, и выдыхает дым. Чёрт бы побрал этого Камило.