Дым сигарет с ментолом и оттенками виски

ГЛАВА V Настал очередной день в отеле. Ничего нового не происходит: ни драк особенных, ни приставучих алкашей, буквально ничего. Все носятся со своим искуплением, как черт со ступой, а Хаск все сидит за уже надоевшей барной стойкой и пьёт уже надоевший алкоголь. Медленным, целеустремлённым шагом по залу идёт Аластор… Хаск: Эй, Аластор Аластор (как всегда, улыбаясь): Что тебе от меня нужно, друг мой! Хаск: Знаешь, мне этот отель уже хуже горькой редьки, я хочу уволится. Аластор: Хахаха, очень смешно Хаск, спасибо что развеселил! Хаск: Мля, ты все смеёшься, да ты в своём репертуаре, но я реально заебался сидеть в этой дыре. Аластор (с нарастающей улыбкой): Оу, дружище, ты походу забыл одну… важную… вещь… «О дьявол, снова в глазах туман и глюки, голова как баскетбольный мячик, а тело… даже не чувствуется, будто его нет. Что эта улыбающаяся ебака со мной делает» Хаск очнулся в темном мрачном коридоре, где нет ни намёка на то, что здесь кто либо вообще был. Аластор стоял к Хаску спиной… Аластор (как всегда расплывшись в улыбках): Так-с, ты что то там сказал у барной стойки, я так и не расслышал, повтори, пожалуйста. Хаск (в напряжении): ну я это… говорил что меня задрала это дыра и… что не хочу… здесь работать. Аластор: Ах вот здесь что. Ну тут я могу тебе дать один ответ, ты от сюда не уйдёшь. Хаск (в ещё более сильном напряжении): А если уйду, что ты мне сделаешь, улыбающаяся тварь? Аластор обвил вокруг шеи Хаска холодную железную цепь, и замкнул ее в ошейник. Взявшись за поводок, Аластор подкинул и со всей силы уронил Хаска на пол. Его слова звучали спокойно, с лица не спадала голливудская улыбка, от чего становилось невыносимо страшно… Аластор: Дружище, мне кажется ты забыл одну вещичку. Ты по пьяне проиграл мне свою душу в покер, хах, как это было смешно. Так вот учти теперь, друг мой - я тебя никуда и никогда не отпущу, и свободы от меня не жди. Захочешь ещё раз выкрутить такое, то душа тебе больше и не понадобится (тихий смешок). Хаск (в полном ужасе): я… я!… все п… понял.  Аластор (отпустив Хаска с привязи): Я так и знал что мы придём к взаимопониманию… Хаск снова потерял сознание, очнувшись, он еле еле поднялся с пола «Ой блять, как же все болит. Аластор этот чертов мудила. Надо ж было, согласится играть в покер с радио-демоном. Алкоголь мой единственный друг, он же мой единственный враг…» Поднявшись с пола Хаск оглядел все вокруг. В отеле такая же гробовая тишина, и только в другом углу зала Ниффти учит своих многострадальных тараканов танцевать. Хаск подумал «А эта ситуация с Аластором вообще реальной была? Или же я опять нажрался в слюни? Хотя боль то… настоящая». Дни у Энджела шли тоже без особенностей. Встал, сел в лимузин, приехал, потрахался, уехал, набухался, лёг спать. И так 365 дней в году 24/7. Ко всему этому можно добавить переодические истерики, но, разве Энджел о них помнит? Пьяный угар стирает из памяти все что творилось за день, и оставляет только дофамин в крови. Приехав на съёмки таме повторяется: занюхнул пыльцу, и члены не кажутся таким уж и противными. Но последнюю неделю Энджел, сам от себя ахуевая, завязал с алкоголем и наркотиками, так, чисто прикола ради. И терпение его уменьшалось в геометрической прогрессии. Между съемками, Энджел снова сорвался Энджел: Так, Валентино, меня это окончательно заебало, я ухожу навсегда, а ты и продолжай снимать то, как твои шлюхи трахаються без перерыва. Валентино (в своей манере и под кумаром сигары): Ох, gatito, снова ты огорчаешь папочку, на, выпей немного, станешь веселее. Ты ведь прекрасно знаешь как твоего папочку злят недовольные шлюшечки. Энджел: Ну уж нет Вал, ты не заставишь меня травится этим вонючим пойлом! Валентино (прыгнул на Энджела, и шепчет ему ласковым тоном на ушко): Ну прекрати, дорогуша. Побесились и хватит, чуть чуть выходить из себя я разрешаю. Энджел (сквозь зубы): Слезь с меня, мудака кусок! Валентино (прижал Энджела ещё сильнее): Оу, я понял. Моей шлюшке надоели эти уроды-партнеры. Шлюшка хочет отдаться своему папочке… Энджел (также сквозь зубы): Да я лучше пойду на кастрацию, чем ебаться с тобой и сосать твой болт. Валентино (засунув в открытый рот Энджела свой пистолет): Хм, хочешь по интереснее? Хочешь быть застреленным своим папочкой? Интересные у моих шлюшек фетиши однако. (Все таки же ласковым шопотом) Энджел начал в ужасе стонать и пытаться сказать хоть слово Валентино: Если хочешь, что бы папочка убрал пистолет из твоего горлышка, ответь правильно на вышезаданный мною вопрос… Энджел, дрожа как осиновый лист, начал конвульсивно кивать. Валентино (убирая пистолет и гладя Энджела по лицу): Правильно… узнаю свою шлюшку. Этот невыносимо долгий день наконец то подошёл к концу. В центре города засверкали вывески, зазвенели фужеры и заиграла музыка. Хаск, пока никто не видит, вышел из за барной стойки, тихонько открыл дверь и ушёл в неизвестном направлении. Хаск шёл, и наслаждался тем, что он просто идёт, без цели, без задачи, без смысла. Тихим, спокойным темпом, сам того неожидая, Хаск дошёл до самого центра. Всю дорогу голова была свободна от мыслей, и тут всплыла одна: «хм, а может быть зайти в клуб? За несколькими коктейльчиками?» Вопрос был риторический, а ответ очевидный. Хаск вошёл в первый попавшийся клуб. Запах алкоголя, сигарет и парфюма, на пилоне танцуют красивые девушки, а бармен взбивает очередной коктейль. Бармен: Добрый вечер, уважаемый гость, чего пожелаете выпить? Хаск: И вам вечер добрый, один мохито с двойным ромом  пожалуйста.  Бармен: Одну секунду. «Неужели, я чувствую себя расслабленным? Как я оказывается по этому чувству соскучился - думал про себя Хаск - Мне даже немного весело, вообще не помню когда я последний раз веселился.» Поток его мыслей отвлёк бармен. Хаск сделал глоток сладкого, ледяного, крепкого мохито и закусил листком мяты. «Вот он какой, балдёж на вкус» сделал он комплимент бармену.  После трёхчасовой ебли с Валентино, Энджел сбежал из этого гадюшника. Он бежал без оглядки, с максимально быстрой скоростью. Обзор на дорогу Энджелу закрывали реки слез. Так наша порнозвездочка пробежала три квартала, пока дыхание не сбилось окончательно. «О дьявол, это ж сколько я пробежал? Вообще не ебу где я, надо по навигатору посмотреть». Энджел общупывает карманы, а телефона нет. «Да ну нахуй. Я свой телефон забыл в логове у этого мудилы. И вот что теперь делать? Снимать трусы и бегать!? Хотя я и так прилично набегался.» Он огляделся вокруг - он был в самом сердце Пентограмм Сити, где раньше никогда не был. Взглядом он увидел яркую вывеску клубешника и тихим, лёгким шагом пошёл в ту сторону. Клуб оказался довольно не дурным, и приглашал войти внутрь, привлекая неоновыми огнями. «Ну что, повеселимся, а?» спросил Энджел сам у себя. Громкая музыка, крики восхищенных зрителей у сцены и до боли приевшийся запах сигарет. Энджи зашёл в клуб, и присоединился к зрителям. На сцену вышла сексуальная танцовщица, и все, как один, начали пускать слюни. Энджел же начал анализировать движения танца. «Ну ногу по другому поставь. Да кто же так крутится то, палено ты ебаное! Ты что, забыла как руками пользоваться?» критиковал он все происходящее на сцене. Танцовщица: Слышь ты, душнила блять, вот выйди и сам танцуй, а я посмотрю!» Энджел: Да как нехуй делать! Смотри! Хаск все сидел, и потягивал свой мохито, и тут он решил посмотреть, а что же на сцене то происходит. Он смотрел сначала на общий зал, потом на зрителей, а потом и на сцену… «Святой ликёр, не Энджел ли это?» про себя подумал Хаск, и, не отрывая взгляда, смотрел на сцену… Энджел танцевал настолько хорошо, что все мужчины стоящие возле сцены попадали в обморок. И тут у него проснулась паранойя. «Хм, странно, неужели кто то так пристально пялится на меня? Или это Валентино меня ищет?» Энджел забегал глазами по клубу, и около барной стойки увидел знакомый кошачий силуэт. Энджел закончил танец и побежал в строну бара. Энджел: Бармен, виски с колой, 3:1. Бармен: Уточню, три колы к одному виски? Энджел: Наоборот. Хаск увидел, как в сторону бара бежит знакомая фигура, но из-за ярких вспышек и пьяного взгляда разглядеть детальнее никак не получается. Было видно, как этот кто то подошёл к противоположному концу стойки и позвал бармена. «Дай ка я подойду к этому кому-то. Какая никакая компания, а то чо в одиночку хлестать?». Хаск взял свой напиток и пошёл к тому концу бара… Энджел: Эй, ты кто? Хаск: Воу, чо так грубо то. Энджел поднял взгляд… Энджел: Глаза мои пиздят мне, Хаск? Хаск: Ебаный бренди, Энджел! И какими судьбами мы здесь? Энджел: Аналогичный вопрос. Хаск: Ну я это… как сказать… день херовый выдался… У тебя, я как погляжу, не лучше. Энджел: Блять, да ты зришь в корень! Между ними зависла нелепая тишина… Энджел: Сказать честно, ещё бы чуть чуть, и я оказался бы, если можно так сказать, на том свете. Хаск: Да примерно также. Энджел: Что, Аластор отругал котёнка за плохое поведение? Хаск: А ты что, Валентино не удовлетворил? Энджел: Бля, козырями бьешь. Хаск: Да ты тоже не промах. Энджел: Походу мы с тобой в одной упряжке.  Хаск: Грубо говоря если, то да. Здесь к ним пришло озарение. Они похожи, у них похожие проблемы, похожие ситуации, похожие страдания… Хаск: Это у тебя что, тройной виски с одной колой? А ты не прихуел такой адской смесью заправлятся? Бармен! Ну ка разбавь этому алкашику виски! Энджел: А че это ты до моего пойла докопался? Хаск: До потому что меня, алкоголика с рождения, от такой штуки валит с ног, а тебя то от 50 грамм Хеннесси развезло как я не знаю кого, а ты тут такое творишь. К тому времени бармен уже разбавил напиток. Энджел: Да епта, может я хотел что бы меня уебало посильнее? Хаск: Ага, что бы твои вопли снова были слышны на весь ад? Энджел уже поднёс стакан ко рту, потом остановился и поставил на стол… Бармен: Что то не так? Энджел: Принеси мартини с грейпфрутовым соком 1:1.  Бармен: А виски оставить? Или забрать? Энджел: Забери, но я за него заплачу. Бармен: Понял вас, одну секунду. И снова диалог был приостановлен. Громкая музыка одновременно и раздражала, и давала интересную атмосферу. Атмосферу свободы, дерзости, безответственности. Тем временем Энджелу уже принесли облегчённый вариант коктейля. Энджел (уже прилично пьяный): Слушай, Хаск (икает), а какое тебе нахуй дело до того, реву ли я или не реву? Хаск (пока что вменяемо пьяный): Да никакого, мне вообще на тебя похуй, просто неприятно слышать чьи то вопли в и так хуевом месте. Энджел: Так тебе (икает) тоже в этом говноотеле не нравится? Так какого хуя (икает) ты не теканешь от туда? Хаск: Да по той же причине что и ты не можешь уйти от Вала. Энджел: Ааа, да (икает) точняк!.. От опьянения Энджел отключился. Хаск (про себя): вот говорил же я тебе, что тройной виски с колой тебе крепко будет… Хаск спросил бармена: Извините, чёрный ход здесь есть? А то этот алкаш ебаный нажрался в слюни, не хочу что бы его кто то в таком состоянии видел. Бармен: Да, есть. По тому коридору прямо. Хаск: Спасибо. Вот за выпивку и на чаевые (кладёт пачку денег). «Вот алкаш блять. Я то думал я самый бухающий на свете, но видимо нет». Хаск взял Энджела под руки и потащил его к выходу Энджел (в пьяном бреду): блять, только не туда, только не туда… Хаск: ой да завали ебало!