Under the Cover of Darkness

Драко ещё раз затягивается сигаретой, в который раз задаваясь вопросом, как он оказался здесь, в этом беспорядке под названием вечеринка. Ну, он точно знал, чья это вина, и в данный момент она сидела в углу и целовалась со своей новой девушкой — девушкой-игроком в Квиддич, которая, как оказалось, тоже была Уизли. — Извини! Немного алкоголя вылилось Драко на рубашку, когда в него врезался ещё один бывший пьяный гриффиндорец. Он учился на год или два позже них в Хогвартсе. Драко поморщился и взмахнул палочкой над беспорядком. — Я могу принести ещё один, если хотите, — пьяный парень, должно быть, пытался флиртовать, но его слова были слишком невнятными, чтобы произвести нужный эффект. — Всё в порядке, — холодно отвечает Драко, отряхивая одежду и направляясь на кухню. Он знал, что ему следовало просто уйти, но, честно говоря, он уже давно никуда не выходил, и ему было приятно просто побыть среди других людей, вдали от гнетущей тишины Мэнора. Вечеринка начиналась хорошо, насколько это вообще возможно, когда на ней собрались в основном бывшие гриффиндорцы, которые ненавидят его до глубины души. К счастью, все, казалось, просто не обращали на него внимания. Прошло три года, но он знал, что этого явно недостаточно. Единственным, кто, казалось, вообще смотрел на него, был Поттер, и скорее сердито, чем просто так мимолётно. Драко заметил, что тот так же часто бросает на него взгляды, втайне радуясь, что, похоже, эти переглядывания провоцируют Поттера и отвлекают его внимание от друзей. С новым бокалом в руке он направился к остальным на вечеринке и снова поймал пристальный взгляд Поттера. Как раз в тот момент, когда Драко пытался изобразить надменность на своём лице, Лаванда протиснулась мимо него в середину комнаты. — Эй, ребята, давайте сыграем в игру! — Взрывающиеся карты на раздевание! — выкрикнул кто-то. — Бутылочка! — закричал Дин Томас. — Не-е-ет, — заскулил Невилл с места, где свернулся калачиком у камина. — Скучно… — протянула Панси. Должно быть, за последние несколько минут она выходила подышать воздухом, поскольку теперь она с Джиневрой сидели на краешке дивана, лишь частично соприкасаясь друг с другом. — О да, и что же ты тогда предлагаешь? — Поттер впился взглядом в Панси. Ах, вот оно. Панси только закатила глаза. — Что насчёт семи минут в раю? — Дин заговорил снова. — Что это? — спросила Джинерва. — Это маггловская игра, в которой двум людям завязывают глаза, а затем они идут в чулан целоваться, — объясняет он. Очевидно, Дину просто хотелось с кем-то поцеловаться, учитывая два его последних предложения. — Разве ты не понял бы, с кем идёшь, если бы увидел, что у него завязаны глаза? Чем это отличается от игры в бутылочку? Некоторые из них принялись спорить о достоинствах маггловских игр с поцелуями, но Драко быстро отключился и сосредоточился на том, чтобы допить свой напиток. Если бы у него была хоть капля здравого смысла, то он ушёл бы прямо сейчас. — У меня есть идея, — как только Джинерва произнесла эти слова, он решил, что самое время. Добром это не кончится. Она встала, подошла и схватила сумочку, которую, должно быть, прятала за одним из кресел. Он допил свой напиток и встал как раз в тот момент, когда она достала чёрный пакетик. Его прошиб холодный пот. Он никак не мог пересечь комнату и уйти, не привлекая к себе внимания. — Что? — спросил кто-то. — Если это наркота, то на всех не хватит, — протрубил Майкл Корнер, смеясь над собственной шуткой. Драко закатил бы глаза, если бы мог что-то сделать, а не стоять, застыв в панике. —Перуанский порошок мгновенной тьмы, — ответила она с поднятой бровью. — И что мы будем с ним делать? — спросил Дин. Комната погрузилась в идеальную тишину в ожидании её объяснений. — Ну, это как в игре, о которой говорил Дин, только вместо того, чтобы сидеть вдвоем в чулане. Никто не знает, кто из них кто, да? Вот дерьмо. — Вот дерьмо! — эхом отозвался Дин, но по его лицу было видно, что он рад этой идее гораздо больше, чем Драко. — Подождите, но как он работает? — спросила Лаванда. — Мы бы уже знали, где все находятся, — казалось, она оттачивала позицию Майкла Корнера, даже если и взрастила потенциальную проблему. — Нет, если сначала всем придётся пройтись по комнате, — Панси села, явно заинтересовавшись. Мерлин, она была ужасной подругой. Неужели она не видела, что он вспотел от паники? Он не мог играть в эту игру — даже если бы ему до сих пор не снились кошмары о том хаосе, который воцарился, когда он в последний раз использовал этот порошок, который прекрасно сработался со всем остальным, за что ему было ужасно стыдно — он не смог бы поцеловаться ни с кем в этой комнате. К тому же, если они узнают, что это был он… он вздрогнул. Они, скорее всего, нашлют на него сглаз под завесой тьмы. — …1 минута, и мы начнём. Итак, вы готовы? Он понял, что пропустил момент, когда все согласились с условиями игры. Всё было решено. Он огляделся в поисках выхода и увидел только заинтересованные лица вперемешку с волнением… ну, возможно, несколько человек паниковало вместе с ним, судя по выражению лица Лонгботтома. Джинерва перешагнула через толпу людей. Мерлин, здесь было по меньшей мере пятнадцать человек. Драко почувствовал, как его снова охватывает паника. Последнее, что он увидел, это как Панси наклонилась вперёд и обхватила мизинец своей подружки, сучка. И затем наступила темнота. Сначала было пугающе тихо, и Драко в панике подумал, что это какая-то новая смесь, которая также заглушает все звуки. Но затем раздался хихикающий смех, и люди начали переминаться с ноги на ногу. Драко на мгновение застыл на месте, а затем попытался проскользнуть в сторону двери. Может быть, ему удастся выбраться в коридор и переждать там. Он почувствовал, как кто-то случайно провёл рукой по нему, и услышал ещё несколько смешков. Ещё несколько шагов. Он осмелел и сделал большой шаг вперёд, налетев на кого-то всем телом. Не желая делать ничего, что могло быть истолковано как провокация, он застыл. Затем чья-то рука легла на его плечо, нежная, но твёрдая. Тёплое тело склонилось к нему; он не шевелился. Затем чьё-то дыхание прямо у него под ухом. Он резко вдохнул и ощутил едва уловимый запах геля для душа или шампуня, явно мужского. Позволив себе наклониться всего на волосок, он почувствовал, как лёгкая щетина коснулась его щеки, и вздрогнул. У него не было так давно. Может быть, он смог бы это сделать, рассуждал он сам с собой. Только один раз. В конце концов, все знали, что он был в комнате, когда всё началось. Не то чтобы они не понимали, что такое возможно. Он представил, как наклоняется вперёд и просто отдаётся моменту, но затем представил, что будет, когда действие порошка закончится… Затем губы коснулись его, и его разум опустел. Громкий стон сорвался с его губ, когда его прижали к стене. О, боги. Он ухватился за другого парня, чувствуя под футболкой крепкие мышцы. Запустил руки под подол рубашки. Если этому было суждено случиться, то он должен наслаждаться. К чёрту неизбежные последствия. Драко обхватил лодыжкой ногу мужчины и притянул ближе, вжимаясь между ним и стеной. Парень прижался к нему всем телом, и Драко почувствовал достаточное трение, чтобы возбудилось каждое нервное окончание в его теле, но недостаточное, чтобы это его удовлетворило. Драко вынырнул одной рукой из-под футболки и провёл ею по спине, задержавшись на растрёпанных волосах, прежде чем осторожно потянуть. В комнате постепенно становилось громче. Звуки поцелуев, стонов, всё ещё хихиканья и шарканья поблизости. В какой-то момент кто-то опрокинул что-то тяжёлое и большое. Однако потом последовало несколько негромких ругательств и ещё больше смеха, так что, скорее всего, серьёзных травм пока никто не получил. — Блять, — сказал другой мужчина. Драко снова застыл. Он бы узнал этот голос где угодно. Поттер. Голова Драко откинулась к стене, когда другой присосался к его горлу. Он не мог этого делать. Он хотел. О боги, он хотел. Но он не мог этого делать с Поттером. Неважно, что Драко притворялся, что чувствует к этому человеку, он не мог позволить Поттеру ненавидеть себя, когда этот момент кончится. Даже если всё происходило как в его влажных подростковых мечтах. Он не был таким эгоистичным ублюдком… во всяком случае, теперь нет. Как только он собирался оттолкнуть его, Гарри провёл своими бедрами по его, вызвав стон у обоих. — Малфой, — едва слышно прошептал Поттер. Румянец разлился по всему телу Драко, и он не смог сдержать дрожь. Должно быть, ему послышалось. Но… что, если? Совершив, возможно, самый смелый поступок, на который он когда-либо осмеливался, он наклонился вперёд и коснулся губами уха Гарри. — Поттер. В ответ Драко Поттер вздрогнул, прижавшись к нему. Какая бы лёгкая нерешительность не присутствовала до, она исчезла в порыве дыхания, тихом стоне. Губы сомкнулись, зубы клацнули, руки вцепились друг в друга. Драко всё ещё был прижат к стене, не в силах добиться того, к чему стремилось его тело. Наконец он схватил Поттера за бедра, слегка потянул его в сторону и выровнял их. Поттер застонал и прижался своим твёрдым членом к Драко, быстро двигаясь. Вскоре они нашли свой ритм. Боги, он собирался кончить в штаны. От Поттера. В комнате, полной их бывших однокурсников. Он был почти уверен, что видел такой сон раньше. Громкий стон сорвался с его губ, к счастью, заглушённый шумом в комнате, начиная весёлыми разговорами и заканчивая стонами. Ну, он был почти уверен, что это Панси кричала о своём оргазме на всю комнату. — О мой бог, Малфой. Я собираюсь… — Сделай это, — прошептал он в ухо Поттеру, прижимаясь к нему и раскачиваясь изо всех сил между неподвижной стеной позади него и твёрдым телом Поттера. Поттер напрягся и продолжил тереться о него, его движения становились всё более беспорядочными. Драко стремился к собственной разрядке, крепко держа мужчину, боясь, что тот может убежать, как только закончит. Но Поттер оставался рядом, посасывая шею Драко, а его ладони скользили вниз по его рукам. Он оставил дорожку из мелких поцелуев на шее, а затем наклонился к его уху: — Кончи на меня, Малфой. Драко кончил. Его тело содрогнулось в сильнейшем оргазме, когда он притянул Гарри ближе к себе. С минуту они стояли, тяжело дыша и не двигаясь. Поттер на секунду отодвинулся, всё ещё держа за руку Драко, словно стремясь сохранить осанку. Драко почувствовал, как нежное заклинание омыло его, приводя в порядок штаны. И тут он почувствовал, как реальность обрушивается на него, отодвигая на второй план всё посторгазменное блаженство, которое он мог бы испытать в противном случае. Это было лучше, чем он ожидал, лучше, чем он фантазировал так много ночей в общей спальне. Но он знал, что не сможет получить то же самое при свете дня. — Я должен идти, — тихо говорит он. Он почувствовал, как Поттер крепче сжал его руку. — Не уходи. Внезапно рука на его плече исчезла, и Драко почувствовал себя обездоленным. Даже если его никто не видел, он не мог позволить себе плакать здесь. Но прежде чем он успел повернуться и направиться к двери, до которой так и не добрался, чья-то рука мягко потянула его за собой. Его тянули вглубь комнаты. Больше ничего не оставалось, кроме как следовать. Он почувствовал присутствие нескольких человек, когда они проходили мимо, и услышал ещё нескольких, тихие стоны и звуки соприкосновения губ. В углу всё ещё продолжался шумный разговор, судя по голосам Уизли, Грейнджер и Лонгботтома. Панси и Джинерва, должно быть, устали, потому что замолчали. Он споткнулся обо что-то, возможно, о чью-то ногу, но Поттер только крепче сжал его и удержал на ногах. Затем его руку потянули вниз, и он понял, что сидит, зажатый между Поттером и подлокотником дивана. Гарри прислонился к Драко и обнял за плечи. — Ты уверен? — прошептал Драко. — Абсолютно.