1 глава: «заперты»
5 марта 2026 г., 15:34
Он уставал сидеть на парах в колледже. Ещё пару недель назад он был лучшим на потоке. Был лучшим братом для своей сестры Нии, ведь его успеваемость — не цифра в зачётке, а прямое доказательство, что у них всё хорошо. Но потом… Потом появился избалованный сынок директора и сместил его на второе место. Ко всей его радости, этого парня зачислили к нему на поток, в одну группу. Ко всему прочему этот блондинистый парнишка сидит позади него. Это кажется уже не простым совпадением, а настоящим издевательством.
Преподаватель раздаёт проверенные листки теста, у него девяносто восемь баллов, а у другого? Он оборачивается назад, сам того не желая, чтобы увидеть радость в чужих зелёных глазах. Но тот смотрит на свой результат без тени торжества, скорее устало, и отводит взгляд первым. Парень, похоже, потратил много сил на этот тест, чего явно не скажешь о его друге, что радостно улыбается, хватая другого за плечи.
— Ллойд! У тебя снова сто баллов, поздравляю! — доносится голос позади. На полкласса вскрикивает его друг — Джей.
Да, ожидаемо, разрыв в два балла. Он больше не будет первым на потоке. Пальцы лишь сильнее сжимают края листка, а сам парень тяжело выдыхает. Лист оказывается сложенным вдвое и сразу убранным в тетрадь. В висках начинает побаливать пульсацией. Опять. Ну ничего, в следующий раз он сможет набрать больше баллов. Будто ему не хватает того, что и так занимается до крови из носа.
— Кай Смит, ты отлично справился. — бережное касание плеча. Женский голос, похожий на материнский, немного успокаивает.
Он поднимает взгляд, замечая перед собой преподавателя, что мягко улыбается.
Шум в классе стихает окончательно, но вот Кай витает далеко в своих мыслях. Он не помнит, как закончился урок, как его похвалил преподаватель — это была женщина лет тридцати, она очень хорошая и добрая, всегда готовая помогать своим студентам. Наверно, даже хорошо, что именно она была их куратором, ведь оценивала именно знания, а не статус. Помнится, она даже как-то ругалась с Ллойдом за опоздание, Кай тогда точно был в шоке, ведь её могли спокойно уволить. Но Ллойд тогда опустил взгляд и извинился, а после урока подошёл к преподавателю, поясняя ситуацию. Смит его особо не слушал, но увидел на лице женщины добрую улыбку, утверждающую, что всё в порядке. Об этой истории мало кто знал, но почему-то Кай её помнил. Часто вспоминал об этом моменте. Возможно, искал подтверждение, что у Ллойда тоже могут быть проблемы. Что Гармадон на самом деле живой человек, а не просто кукла, которая получает идеальные отметки.
Их взгляд встречается, когда Кай смотрит на дверь колледжа через окно автобуса. Ллойд стоит в это время на остановке, явно ожидая кого-то. Насколько помнит сам Смит — Гармадон живёт в общежитии, ведь до дома добираться далеко. Он вроде как из-за этого в начале года сильно опаздывал.
Ллойд не отводит взгляд, пока автобус не тронется. Но даже потом Смит, уже отъехав, чувствует этот рассматривающий взгляд, что словно изучал. Это раздражает, кажется, будто тот рассматривал какое-то животное в клетке. Кай потирает виски. Голова, кажется, болит весь день.
Ладно, скоро он будет дома. Сможет немного отдохнуть, а после снова сядет за учёбу. Взгляд опускается на время на часах, его сестра уже должна была освободиться с занятий.
По приезде домой первым делом он хотел немного отдохнуть. Но всё пошло не по плану, когда он зацепил какой-то листок на столе. Тот, кружась, упал на пол. Смит опустился на корточки и уже было хотел подняться, но взгляд зацепился за первую строчку с его именем. Похоже, это письмо от сестры.
«Кай, я пишу тебе письмо, а не говорю в жизни только по одной причине — ты будешь зол, возможно, будешь волноваться.
Можешь подъехать к домику, что находится на Графской 11? Я хотела бы познакомить тебя со своим парнем.
Мы будем ждать тебя там к пяти.
С любовью от Нии».
Смит выключает дисплей телефона. Ещё с пару секунд назад он взял его в руки, чтобы набрать номер сестры, но заставил себя остановиться. Если Ния попросила приехать, лучше сделать так, у неё должна быть весомая причина, чтобы написать, а не сказать. Знает же своего брата слишком хорошо, поэтому так и сделала, понимая, что он ведомый эмоциями и чувствами, а не логикой. Ладно. Кай решает переодеться перед тем, как приедет такси, в рубашке не особо хочется знакомиться с парнем сестры. С парнем. Ему не нравится это слово. Он должен будет оказаться хорошим человеком, чтобы встречаться с Нией. Пальцы сильнее сжимаются на ключах от дома, что лежат в кармане. Почему ему нужно подъехать именно к этому дому? Там живёт парень его сестры? Когда он выходит из машины, что остановилась рядом с деревянным заборчиком. Взгляд проходится по всему зданию красивого двухэтажного домика. Повсюду высаженные цветы, кусты и пару деревьев. Двор выглядит ухоженным и живым, словно на его внешний вид потрачено много лет. Он замирает лишь на пару секунд рядом с входной дверью. Вокруг тихо. Слишком тихо для жилого района. Ни лая собак, ни голосов. Только лёгкий ветер шелестит листьями. Кай надеется, что не начнёт ссориться или кричать. Просто, пожалуйста, любимая сестра, пусть твой парень окажется не мудаком. Он приехал вовремя, пять часов только что пробило, — замечает, открывая входную дверь. Взгляд сразу же цепляется за уютную кухню, которая находится справа от него. Слева же слышит тихий скрип стула, сразу же поворачиваясь. Ожидает там увидеть Нию или же её парня, но… На стуле сидит Ллойд Монтгомери Гармадон, что поднимает на него свой взгляд изучающих зелёных глаз. — Только не закрывай дверь! — вскрикивает, поднимаясь на ноги. Но уже поздно, он слышит оглушающий звук. Дверь закрыта. — Почему ты здесь? И где моя сестра? — грубо спрашивает Кай, сжимая ладонь в кулак. — Неужели ты её парень? — он подходит ближе, сжимая свои пальцы на чужой футболке у горлышка. — Что? Нет! Боже! Я бы никогда не встречался с человеком с фамилией Смит! — повышает звонкий голос, пытаясь отцепиться от крепкой хватки. Смит после ответа сам убирает свои руки. Отходит на шаг назад и скрещивает руки на груди. Внимательно наблюдая за испуганным парнем, что сжимает свои ладони на краях футболки. — Что тебя не устраивает в моей сестре? — вопросительно выгибает бровь. Следит за действиями парня, который поднимает на него взгляд. А после показывает на него указательным пальцем. — Её брат. Самодовольно хмыкает и опускается на стул. — Ты чёртов придурок, из-за которого мы теперь здесь застряли. — О чём ты? — гнев понемногу начинает отступать. Теперь Кай смотрит на Ллойда как на сумасшедшего. Он ждёт чужого ответа, которым служит лишь кивок в сторону двери. Смит дёргает за ручку, но та даже не движется. — Я пробыл здесь уже с пару часов, дверь нельзя открыть изнутри. — замечает он, наблюдая за бессмысленными попытками Смита. — Ты не мог пробыть здесь пару часов. — поворачиваясь, произносит. Переключаясь на окно, пытаясь его открыть. — Нас отпустили полтора часа назад. — На время посмотри, сейчас почти восемь вечера. — закатывает глаза. А после скользит взглядом по спине парня, который пытается открыть окно. — Это тоже бесполезно. Окно открывается, но там словно невидимый барьер. Выбить его тоже нельзя. Я уже всё перепробовал. Смит не верит Ллойду, поэтому сам проверяет, ощущая невидимую стену, которая мешает высунуть руку из окна. Барьер или стена, что-то, что мешает вытянуть руку — теплое, словно стеклянное. Он искренне не понимает, как это работает, ведь прохладный ветер после открытия окна начал поступать в комнату. На улице уже темнеет. Стало намного темнее, будто сейчас и вправду не пять вечера. Кай переводит взгляд на часы. Без двадцати восемь. Он не мог потерять три часа за обычным разговором. Парни перекинулись всего парой фраз, тогда почему уже так поздно? Он точно помнит, как открывал дверь, помнит время на дисплее телефона. Препирания с Ллойдом и попытка открыть дверь — заняло минут пять, не больше. Смит переводит взгляд на спокойного парня, что упирается взглядом в круглый стол. Ему кажется, что Гармадон находится не здесь и вовсе. Да и к тому же, они находятся в странной ситуации без возможности выйти, тогда почему тот настолько спокоен и кажется равнодушным к происходящему? — Как ты сюда попал? — интересуется Кай, когда подходит ближе к круглому столу. — Получил письмо от подруги… Она хотела здесь встретиться. — его голос вздрагивает лишь на секунду, но этого достаточно, чтобы понять, что он сдерживается. Кай скользит взглядом по парню, замечая дрожь пальцев, что сжимают колени. Ллойд тоже в панике, просто не показывает этого. — И как давно её нет? — голос звучит тише. — Я приехал сюда к полпятому. Она хотела встретиться в пять. Дверь уже была открыта. Я… Я хотел позвонить, но связи нет. Ничего нет. Хотя здесь бесплатный интернет. Можно сидеть в мессенджерах, но… Но… Ничего не отправляется. Я не знаю… Не знаю, что происходит. — Голос дрожит лишь сильнее, как и пальцы, которыми он зарывается в светлые волосы. Пара передних прядей прикрывает лицо. Ллойд сдавленно вздыхает. — За эти три часа перепробовал все способы выбраться и попробовать с кем-то связаться. Но это бесполезно. Сети нет. Окна не бьются. Ничего не ломается… Здесь словно остановилось само время. Кай осторожно опускается рядом на соседний стул. Смотрит в протянутый ему телефон, где горит значок подключённого интернета. Бросается взглядом на бесчисленное множество недошедших звонков до друга Ллойда и выскочившую ошибку при попытке отправить сообщение. Хочет сказать что-то колкое, резкое. Но понимает, что Гармадон ни при чём, что он не виноват в происходящем. Возможно, сам Кай допустил огромную ошибку, когда хлопнул дверью. Сделал это со злости, не хотел признавать, что Ллойд может оказаться парнем его сестры. Он с пару секунд роется в своём кармане в поиске письма от Нии. Листок вскоре оказывается в руках Ллойда, что насмешливо улыбается. — Ты не знаешь парня своей сестры? И что же за брат из тебя такой? — дерзит, довольно улыбаясь. — Самый лучший. — замечает, довольно ухмыляясь. — Джей — это наш одногруппник. Мой лучший друг. Он сидит за тобой рядом со мной. Джей Уолкер — парень Нии Смит. Они в отношениях уже где-то с неделю. — озвучивает почти на одном дыхании. В горле чувствуется першение, поэтому он делает пару глотков из стакана, что стоит рядом с его локтем на столе. И теперь Кай не знает, из-за чего ему злиться больше. Оттого, что Ллойд знает, кто парень его сестры, а он нет, или оттого, что тот, не задумываясь, пьёт воду из этого дома. — Что я могу сказать. — слова вырывают из мыслей. — Мы оба пришли сюда с письмами примерно к одному и тому же времени, но в этом доме нет связи. И ко всему прочему здесь другой временный поток. Разное соотношение минут с нашим реальным миром. — Кай ловит себя на мысли, что попросту изучает говорящего парня, считая его доводы уместными. — Выйти мы не можем. Провизии пока предостаточно, но мы не знаем, насколько мы застряли. Здесь есть всё необходимое, но вопрос времени, когда мы либо сойдём с ума, либо начнём есть друг друга. — Боже, что за хрень ты говоришь? — кривится, показывая всем своим видом, что ему мерзко от чужих слов. — А что не так? — переводит взгляд на парня. — Рано или поздно у нас закончится еда. — сжимает зубы, чувствуя, как в уголках глаз начинают образовываться слёзы. Он не может договорить, понимая, что они находятся в чёртовой ловушке. Оба смотрят друг на друга. Эта тишина и взгляд — говорит сам за себя. Они боятся неизвестности. Маленький кусок стола начинает светиться. Парни видят, как на деревянном покрытии медленно появляется какая-то записка. Когда листок перестаёт светиться, Кай резко берёт его в руки. Кажется, что эта записка вот-вот исчезнет. Руки дрожат, но он всё ещё читает вслух запись:«Не закончится.
Интересно, как быстро вы поладите или поубиваете друг друга, находясь здесь».
Ллойд давится воздухом от содержания. Это похоже на какую-то глупую шутку! Совсем непонятно, что от них хотят, радует только то, что еды хватит надолго, но от этого возникает ещё один вопрос: сколько они здесь будут торчать? Гармадон едва поднимается на ватных ногах и стремится подойти к окну — ему нужен свежий воздух. Кажется, его сейчас стошнит. Боже, как же паршиво… Смит может всё так же сжимать края листка, борясь с желанием разорвать его на мелкие части. В тишине, кусая нижнюю губу, следить за побелевшим парнем, чей цвет кожи и так светлый. И лишь проследить взглядом, когда тот устало сядет на подоконник и скрестит висящие ноги. — Какому-то чёртову ублюдку нужно шоу, — проговаривает, начиная понемногу успокаиваться. — Мы не сможем выбраться просто так. — озвучивает словно в пустоту Кай, всё же сжимая письмо в ладони. Ллойд едва заметно вздрагивает от чужих слов. Его пальцы сильнее сжимают подоконник — до побеления костяшек. Гармадон тихо шепчет: «Я знаю». Тишина кажется ощутимой, мерзкой и тяжёлой. Они оба знают, что нет смысла начинать какой-либо разговор, да и поговорить им не о чём, не знают ничего о друг друге. Кай пытается написать своей сестре, надеясь, что хоть одно сообщение отправится. Он надеется, что проблемы только в телефоне Ллойда. Все попытки оказываются тщетными. Он устало облокачивается на спинку стула. Голова снова начинает болеть, гудит даже в ушах. Остаётся лишь помассировать переносицу и виски, надеясь, что эти действия помогут хоть с чем-то. Он слышит звук закипающей воды на кухне. Быстро скользит взглядом, замечая Гармадона, что решил сделать себе чай. — Совсем дурной? — спрашивает, приподнимаясь на стуле. — А что ещё делать? Ты сможешь найти суперспособ вызволить нас? — грубо отвечает вопросом на вопрос. Ллойд громко ставит кружку на стол. Сейчас он даже не понимает, из-за чего злится больше. От того, что он заперт с грубым и нахальным парнем в одном доме? Или оттого, что он вообще заперт. Или всё же дело в Кае? Да, безусловно, хорошо, что он здесь не один, что не сойдёт с ума, ведь будет с кем поговорить… Но это же Кай Смит. Тот самый парень, что сидит впереди него и постоянно его подкалывает. Тот, с кем он хотел подружиться в начале учебного года, но ему дали отворот-поворот. Он искренне ненавидит Кая, а тот, в свою очередь, на дух не переносит чужое присутствие. Они квиты. Но… Почему именно они? Вода из чайника льётся мимо кружки, стекает по столешнице и капает на носок. Ллойд готов расплакаться. Он оборачивается на другого парня, замечая, что тот не смотрит в его сторону — это радует. Быстро вытирает остатки воды и вешает синюю тряпочку обратно на крючок. Нижняя губа мелко дрожит. Ещё пара секунд, и он сорвётся окончательно. Прежде чем это произойдёт, он захватывает кружку с чаем, крепко сжимая её ручку пальцами, и направляется к лестнице. Не оборачивается на Смита, даже когда тот спрашивает, куда он намылился. Но всё равно останавливается на нижних ступенях. Делает глубокий вдох и громкий выдох, успокаиваясь. — Куда угодно, лишь бы тебя не видеть. — дерзит, быстро поднимаясь по лестнице. Он громко хлопает дверью. Кай понимает, что тот зол и на него, и на ситуацию в целом. Говорить он с ним не собирается, выяснять отношения тоже. Знает же, что если они хотя бы начнут говорить, то всё закончится ссорой, причём нелёгкой. Позже, когда уже окончательно темнеет за окном и надоедает сидеть на одном месте, Кай чувствует сонливость. Похоже, не стоит оставаться на кухне, лучше бы осмотреть второй этаж и завалиться в первую попавшуюся комнату. Он так и делает. Опускается на кровать и слышит тихие всхлипы за стеной. Смит, похоже, выбрал соседнюю комнату с парнем. Возможно, ему бы стоило поговорить с тем, кому явно сейчас плохо, но его это не касается. Они абсолютно не знакомые друг другу люди, что просто оказались в одном доме. Хотя нет, знакомые, но чужие. Это разное. Он устало прикрывает глаза. Кажется, голова не болит уже долгое время, есть хоть какой-то плюс. Точно не знает, сколько прошло времени. Он ворочается из-за чужих всхлипываний, что иногда перерастают в тихие рыдания. Но стоит звукам прекратиться, Кай понимает, что Ллойд уснул. Он и сам поворачивается на бок, засыпая.***
Они встречаются утром. Монтгомери тихо спускается по лестнице, Кай же, слыша звук, поворачивает голову. Первым делом в глаза бросается растрёпанный вид сонного парня. Ещё вчера Гармадон выглядел жизнерадостным, сейчас же он шмыгает носом, бросает небрежный, уставший взгляд покрасневшими глазами, выглядя в общем счёте неважно, как-то болезненно. — Отвратно выглядишь. — замечает Кай, скользя взглядом по мешкам под глазами. Ллойд останавливается, чтобы смерить парня недовольным взглядом и тихо хмыкнуть. — А сам когда в последний раз смотрел в зеркало? — голос звучит убедительно, твёрдо. Кажется, это последнее, что держит его. Он проходит на кухню. Включает кнопку электрического чайника. А после облокачивается на стол, скрещивая руки на груди, и наблюдает за парнем, что пьёт кофе. Да уж, а сам вчера на него ворчал. Пока закипает вода в чайнике, Ллойд решает сходить в туалет. И только поднимая взгляд на зеркало, видит свой внешний вид. Мысленно соглашается с Каем о своём отвратительном внешнем виде. Хотя чего он мог ожидать иного, когда пол ночи плакал, а остальную половину — пытался уснуть. Но стоило ему лишь прикрыть глаза, как появлялось чувство, будто за ним следили. Пару раз резко раскрывая глаза, ему казалось, что какая-то тень стояла у окна, скрещивая руки на груди, и просто наблюдала. Он так особо и поспать не смог. Отключился максимум на час, а потом подскочил на кровати от кошмара. Всё остальное время — рассматривал потолок. Жалеет, конечно, что не смог нормально поспать. Сейчас сидит на кухне на диванчике и пьёт чай, смотря в окно. — Может, пойдёшь поспишь? — предлагает Кай, поднимаясь со стула. — Нет, — машет головой. — Вряд ли получится, да и не стоит. Смит споласкивает кружку от заварного кофе. Кидает взгляд на парня через плечо. Отчасти понимает, что Ллойду некомфортно в этом месте, но всё же это не повод изводить себя и дальше. — Не хочешь спать один? — предполагает, пока опускается на коричневое кресло рядом. — Знаешь, — начинает Ллойд, подтягивая колени к груди. — Красивое место и красивый дом, но… — закусывает внутреннюю сторону щеки, пытаясь подобрать подходящее слово. — Здесь жутко. — Возможно, — проговаривает, задумываясь над чужими словами. — Я почему-то не чувствую никакого дискомфорта, здесь на удивление… тихо. Ллойд больше не участвует в диалоге, считая его бесполезным. Он прикрывает тяжёлые и жгучие веки, попутно зевая. Начинает рубить лишь сильнее. Не помог даже горячий чай. Постепенно всё вокруг кажется мутным и ненастоящим. — Просто спи уже, я посижу рядом. — голос Кая через призму сонного состояния кажется до жути мягким, даже ласковым. Монтгомери укладывается поудобнее на диване, угукает и поправляет подушку. Когда голова опускается, кажется, он мгновенно засыпает, чувствуя себя впервые за сутки в безопасности. — Словно маленький ребёнок, — замечает Кай, наблюдая за спящим парнем. Смит аккуратно поднимается с кресла. Так же тихо раскрывает светло-коричневый плед и накрывает им Ллойда. Парень, ощущая на себе вес, расслабляется, погружаясь глубже в сон. И почему только он, заметив чужое состояние, предложил тому поспать? Сам сказал, что будет сидеть рядом, но зачем? Да и что ему делать? Он достаёт телефон, сразу же заходя в игру. Но даже отвлечься особо не получается. Перед глазами словно завис вид Ллойда, который сидит на диване, обнимая свои колени. Смит понимает, что ошибался, когда думал, что Гармадон — лишь послушная кукла. Забавно даже, что он изменил своё мнение о парне всего за день.
