Освобождение Зейна

      Зейн заметил, как по лицу Коннора пробежала тень нерешительности, но тот не пошевелился и ничего не сказал. В этот момент он отдал бы все на свете, чтобы узнать, о чем думает Коннор, но это не было частью игры. Все, что сейчас происходило. Смелость Коннора застала его врасплох в гараже, но здесь... здесь он был в своей стихии. Он контролировал ситуацию и сам решал, как все будет происходить и чем закончится. Конечно, он уже знал, чем все закончится. С его членом, глубоко погруженным в гибкое тело Коннора.       Зейн не спеша изучал Коннора, нервно переминающегося с ноги на ногу. Его джинсы были выцветшими и поношенными, но чистыми. Они были немного мешковаты, и Зейн не мог не задаться вопросом, было ли это просто в его стиле или потому, что он похудел. Он предположил, что дело могло быть и в ноге, поскольку мог только догадываться, что натянуть джинсы поверх протеза может оказаться не самым простым делом. А это означало, что на то, чтобы снять их, тоже уйдет много времени. Не то чтобы это его беспокоило, поскольку он мог насладиться зрелищем, пока Коннор мучительно медленно обнажает свое тело. Он не мог сказать, какая рубашка была на Конноре, так как на нем была тонкая серая толстовка с капюшоном, а его волосы выглядели растрепанными, что заставило Зейна задуматься, не проводил ли он по ним руками.       Зейн заколебался, когда до него дошло, насколько по-настоящему молодо выглядит Коннор. Вместо того чтобы спросить Коннора о возрасте, Зейн протянул руку за листком бумаги, который тот мял в пальцах. Коннору потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, что к чему, и затем он передал его Зейну.       Облегчение Зейна было ощутимым, когда он просмотрел страницу и нашел возраст Коннора - 29. Достаточно взрослый. Он не удивился, увидев, что Коннор чист, и быстро положив документ на стол, достал собственные результаты анализов и передал их Коннору. Он не упустил из виду легкую дрожь пальцев Коннора, сжимавших бумагу с обеих сторон, и заметил, как Коннор поднял глаза и кивнул, прежде чем вернуть листок обратно.       - Я принес презервативы, - внезапно выпалил Коннор, его руки начали рыться в переднем кармане толстовки. - Я не знал, принесешь ли ты или предполагалось, что это сделаю я, - пробормотал Коннор, продолжая поиски. - Я выбрал разные размеры, так как не был уверен, насколько ты большой… В смысле, у меня есть представление после вчерашнего вечера. Ты показался мне довольно большим, поэтому я выбрал большой и сверхбольшой. Я не знаю, подходят ли они на большой размер, но очень надеюсь, что ты не такой большой, потому что не уверен, что справлюсь с этим.       Зейн был застигнут врасплох улыбкой, едва не расплывшейся на своем лице, когда он увидел, как Коннор достает что-то похожее на влажную салфетку, ключ от номера, еще один комплект ключей, свой мобильный телефон и, наконец, пластиковый пакет. Но глаза Коннора расширились, когда он взглянул на пакет в своей руке.       - Черт, извини, - сказал он испуганным тоном. - Сливочная помадка миссис Финни… обычно она дает мне ее в пластиковом контейнере, но у нее не было чистого, я торопился на автобус, поэтому сказал, что подойдет пластиковый пакет, но у нее не осталось ни одного, поэтому я отдал ей тот, в котором были презервативы...       Слова Коннора внезапно оборвались, когда он бросил пакет на стол и снова начал лихорадочно рыться в карманах. Затем он обшарил все свои карманы. Его рот открылся в виде буквы О.       - О Боже, я оставил их там. Я зашел в ее ванную, чтобы достать их из сумки, и на секунду положил на столик...        Зейн, наконец, улыбнулся, но Коннор, похоже, этого не заметил, так как закрыл рот и опустился на кровать. Только когда он увидел, как руки Коннора взъерошили волосы, он понял, что ситуация того совсем не забавляет.       - Я знал, что облажаюсь, - прошептал Коннор. - Думал, что смогу быть тем парнем...       - Каким парнем? - не удержался Зейн от вопроса.       Коннор все еще не смотрел на него.       - Тем парнем из гаража. Единственный, кто мог притвориться, что, черт возьми, знает, что делает.       Зейн встал и подошел к кровати. Он заставил себя опустить руки, хотя на самом деле ему хотелось дотянуться до Коннора и заставить его ослабить смертельную хватку, которой тот вцепился в собственные волосы. Поэтому он ограничился тем, что просунул ногу между ног Коннора, чтобы заставить их раздвинуться, и в ту же секунду Зейн встал между ними. Это привлекло внимание Коннора, и он, наконец, поднял глаза.       - Парень, которому не терпелось приласкать меня, все еще здесь? - спросил он.       Коннор высунул язык, чтобы облизать губы, и Зейну потребовалось все его мужество, чтобы не наклониться и не попробовать его на вкус. А потом Коннор кивнул, и все остальные мысли исчезли, а Зейн затаил дыхание, когда пальцы Коннора потянулись к пуговице на его брюках.       

***

      Коннор с трудом сглотнул, когда его пальцы занялись тем, что должно было стать простой задачей - расстегнуть брюки Зейна. Пуговица. Молния. Проще простого. Но, хоть убей, у него не получилось ни с первой попытки, ни даже со второй. В любую минуту Зейн мог покачать головой, издать довольный смешок и обозвать Коннора каким-нибудь уничижительным прозвищем, которое говорило бы как о его неуклюжести, так и о несвоевременном приступе словесного поноса. И он даже не мог списать свое поведение на черепно-мозговую травму, так кардинально изменившую ход его жизни... Нет, все дело было в его унизительной бессвязности и неспособности добраться до того, что, вероятно, было впечатляющим членом.       Он поднял голову, чтобы сказать Зейну, что все это пустая трата времени, но слова застряли в горле, когда он увидел неприкрытое вожделение в изумрудных глазах Зейна. И в этот момент его охватил прилив энергии, он вспомнил, как Зейн застонал от удовольствия, когда кончил в руку Коннора тем вечером в гараже. Этот мужчина - красивый, уверенный в себе, опытный, властный мужчина - хотел его. Он понятия не имел почему, но понял, что ему все равно.       Вместо того, чтобы снова потянуться к пуговице, Коннор положил руки на бедра Зейна. Даже сквозь тонкую ткань брюк Коннор чувствовал, как под его прикосновениями напрягаются мощные мускулы. Он позволил своим рукам скользить вверх по бедрам Зейна. Когда он стал вытаскивать рубашку из брюк, Зейн снял пиджак и бросил его на край кровати. Коннору потребовалось бы некоторое время, чтобы расстегнуть рубашку, но вместо этого он запустил руки под нее и провел ладонями по твердым мышцам живота Зейна. Зейн не издал ни звука, но быстрый взгляд показал, что он не остался равнодушным, потому что его глаза потемнели до невозможного зеленого оттенка, а челюсть плотно сжалась. Плоть под его ладонями была горячей и упругой, и Коннор не торопясь исследовал каждый бугорок и изгиб, скользя руками по спине Зейна. Его пальцы скользнули за пояс на пояснице Зейна, но он удержался от того, чтобы исследовать щель сзади, как ему хотелось, поскольку помнил заявление Зейна о том, что тот не бывает снизу.        - Сделай это.       Резкий, надтреснутый голос, раздавшийся над ним, застал Коннора врасплох в тишине комнаты, и он поднял взгляд. Его рука все еще была засунута Зейну в брюки. Но вместо того, чтобы прикоснуться к нему, как Зейн разрешал, Коннор быстро убрал руки и дернул Зейна за пуговицу. Его первоначальная неловкость исчезла, и потребовалось всего несколько секунд, чтобы расстегнуть брюки Зейна и стянуть их вместе с нижним бельем. Его взгляд упал на набухший, сочившийся член Зейна, но он бросил на него лишь мимолетный взгляд и снова скользнул руками к заднице Зейна. Ни один из мужчин, с которыми он когда-либо был, не позволял ему прикасаться к себе подобным образом, и он не собирался упускать такую возможность. Единственное, что было бы лучше, если бы он мог видеть всю эту восхитительную плоть, которую ощущал. Но он не собирался испытывать судьбу, поэтому снова поднял глаза и посмотрел на Зейна, скользя пальцем вниз по щели, нежно проводя кончиком между половинками. Дыхание Зейна учащалось с каждым движением его пальца вверх и вниз. Только после того, как Коннор по-настоящему дотронулся до дырки Зейна, Зейн разорвал зрительный контакт между ними, позволив глазам закрыться. И как бы сильно Коннор ни скучал по этой связи, он наслаждался видом приоткрывшихся губ Зейна и его раздувающихся ноздрей.       Коннор провел пальцем по морщинистой плоти вокруг отверстия Зейна, опустил глаза и увидев почти фиолетовый член Зейна, торчащий из его паха. Он был таким же длинным и толстым, как и предполагал Коннор, но мысль о том, что вся эта плоть будет его заполнять, нисколько его не обеспокоила. Инстинкт подсказывал ему, что это будет идеальная наполненность. Коннор сосредоточился на самой крупной вене, выступающей под гладкой шелковистой кожей. Он задавался вопросом, сможет ли почувствовать, как она пульсирует под его языком, и, не колеблясь, выяснил это, потянувшись и облизав Зейна от основания до кончика. Зейн не издал ни звука, но движение его бедер вперед заставило Коннора сделать это снова. Проводя языком по выпуклой головке, Коннор поднял глаза и увидел, что Зейн наблюдает за ним. Коннор все еще нежно играл с дырочкой Зейна, но когда втянул головку в рот, то обхватил бедра Зейна обеими руками, чтобы удержать на месте. У него не было большого опыта в минете, но случалось так, что его партнеры толкались в глотку прежде, чем он успевал ослабить рвотный рефлекс настолько, чтобы принять их. Но Зейн держался на удивление спокойно, и на мгновение Коннора охватила паника, что он все портит. Он уже собирался поднять взгляд, когда почувствовал, как пальцы зарылись в его волосы - не для того, чтобы удержать или контролировать. Нет, Зейн... Боже, он гладил его.       Подавив неожиданный всплеск эмоций, застрявший в горле, Коннор сосредоточился на расслаблении челюсти, чтобы лучше принять Зейна. Потребовалась почти дюжина попыток, чтобы, наконец, прижаться носом к паху Зейна, и он не смог удержаться, чтобы не вдохнуть мускусный запах мужчины. Он втянул щеки, усиливая всасывание, снова приоткрыл рот, и чувство победы пронзило его, когда он почувствовал, как пальцы Зейна вцепились ему в волосы. Ему никогда не нравилось, как грубо обращались с ним другие партнеры, пока он поступал с ними подобным образом, но внезапно поймал себя на том, что хочет от Зейна большего. Боже, он хотел всего, что мог дать ему этот мужчина.       Он выпустил член Зейна изо рта и посмотрел вверх.       - Трахни мой рот, - прошептал он, когда его глаза встретились с полуприкрытыми глазами Зейна.       Коннор втянул в рот только кончик члена Зейна, а затем приоткрыл рот так широко, как только мог. В награду Зейн толкнулся бедрами, и он застонал, когда головка Зейна уперлась ему в горло. Он знал, что его слова что-то пробудили в Зейне, потому что после этого он, не испытывая жалости, входил и выходил из него. Каждые несколько толчков Зейн входил в него полностью и удерживался так, пока Коннор пытался сдержать рвотные позывы, одновременно всасывая изо всех сил. Он понятия не имел, как долго Зейн трахал его, но внезапно Зейн высвободился из его объятий и рывком поставил на ноги. У него мелькнула дикая, нелепая надежда, что Зейн собирается его поцеловать, но вместо этого руки Зейна потянулись к его джинсам.       - Снимай, - пробормотал Зейн, указывая на толстовку с капюшоном Коннора.       Коннор быстро снял толстовку и футболку под ней. Зейн как раз стаскивал с Коннора джинсы, когда тот схватил его за запястье.       

***

      Зейну потребовалось мгновение, чтобы понять, что смертельная хватка Коннора на его запястье предназначалась для того, чтобы не дать ему спустить джинсы до лодыжек, как намеревался Зейн. По коже Зейна все еще пробегали электрические всполохи от неожиданного ощущения сочных губ Коннора, обхвативших его, и все остальное было трудно переварить. Это само по себе было тревожно, потому что вся эта встреча должна была быть посвящена контролю… а именно он ему требовался. Но с той секунды, как Коннор прикоснулся к нему, Зейн почувствовал, что его самообладание висит на волоске. Ему едва удавалось сдерживаться, пока пальцы Коннора играли с его дырочкой, но он полностью потерял самообладание, как только Коннор посмотрел на него своими красивыми глазами и сказал, чтобы он трахнул его в рот.       - Что? - спросил Зейн, удивленный собственной степенью разочарования. Черт, если Коннор передумал...       - Тебе не обязательно их снимать... Я могу просто наклониться.       Поскольку хватка Коннора на его запястье не ослабла ни на йоту, Зейн заставил себя сделать глубокий вдох. Его молчание, казалось, заставило Коннора снова напрячься, потому что он произнес:       - Или ты можешь повернуться, а я могу... залезть под одеяло. Мы можем выключить свет, и я постараюсь, чтобы он тебя не касался. Или я могу его снять.       Зейн сосчитал до десяти, пытаясь взять свое вожделение под контроль, в попытке понять, о чем, черт возьми, говорит Коннор.       - Я просто наклонюсь, - быстро сказал Коннор, отпустил Зейна и повернулся.       Он спустил штаны ровно настолько, чтобы обнажить задницу, прежде чем положить руки на кровать. Зейн шагнул вперед и прижал ладони к круглым ягодицам, и как бы ему ни хотелось развести их в стороны, увидеть, как Коннор раскрывается, перемена в его поведении слишком сильно беспокоила. Он уже собирался спросить, что происходит, когда случайно опустил взгляд и увидел, что одна рука Коннора оторвалась от кровати и обхватила пояс джинсов. Зейна охватил шок, когда он понял, что Коннор отчаянно пытается их удержать, чтобы они не обвились вокруг его лодыжек.       Чтобы Зейн не увидел его ногу. Иисус.       Зейн сдержал проклятие, обдумывая, что делать дальше. Это не то, на что он подписывался.       - Пожалуйста, Зейн, я все еще хочу этого.       Неприкрытые эмоции в голосе Коннора заставили Зейна наклониться вперед, прежде чем он успел передумать. Он обнял Коннора за грудь и медленно приподнял его, пока полностью не прижал Коннора спиной к своей груди. Его член жадно ткнулся в задницу Коннора, но он проигнорировал это и обнял Коннора другой рукой, чтобы тот не отстранился, как ему явно хотелось. И это движение заставило Коннора ослабить хватку, которой он держал джинсы. Зейн подвинулся настолько, чтобы чувствовать, как бедра Коннора прижимаются к его бедрам, но только правая нога Коннора касалась Зейна ниже колена.              - Я же говорил тебе, мне плевать на ногу, - прошептал Зейн на ухо Коннору. Боже, как легко было провести губами по раковине. Он подумал, не является ли она одной из эрогенных зон Коннора.       Он почувствовал, как рука Коннора накрыла его ладонь, лежавшую у него на груди.       - Сначала он тоже так говорил...       Ярость охватила Зейна, когда он догадался, кого имел в виду Коннор.       - Саттер?       - Пожалуйста, Зейн, я просто прикрою его. Ты даже не заметишь, что он есть, - расстроенно сказал Коннор, пытаясь вырваться из объятий Зейна.       Зейн развернул его к себе.       - Не сравнивай меня с Саттером, - рявкнул он.       Коннор, наконец, поднял глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, но они казались пустыми.       - Мне нужно идти, - прошептал он.       Ярость охватила Зейна, когда он обхватил Коннора руками и опустил его на кровать. Он накрыл Коннора своим телом, чтобы тот не двигался, и сдержал улыбку удовлетворения, когда их члены потерлись друг о друга, а Коннор застонал и закрыл глаза. Это был грязный прием, но Зейн не собирался позволять этому куску дерьма Саттеру украсть и это у Коннора. Или у него, если уж на то пошло.       Зейн просунул руку между их телами и начал медленно поглаживать Коннора. С каждым движением его рука скользила все ниже по телу Коннора, и он с удивлением осознал, что мешковатая одежда Коннора скрывает поистине потрясающее тело. Несмотря на то, что он был высоким и худощавым, каждая мышца четко выделялась, а живот был таким рельефным, что Зейн, в конце концов, провел языком по мышцам, прежде чем смог себя остановить. И он был таким охуенно отзывчивым!        Каждое прикосновение пальцев или губ к телу Коннора заставляло его извиваться в отчаянии, а стоны желания сводили Зейна с ума. Ему удалось соскользнуть на пол, все еще продолжая давить на член Коннора, но как только его свободная рука коснулась бедра Коннора, тот напрягся. Коннор приподнялся на локтях и, казалось, собирался что-то сказать, но промолчал, так как за него говорили его голодные глаза.       Коннор хотел этого, несмотря на неуверенность, внушенную Джейсоном Саттером в отношении ноги.       Зейн отпустил член Коннора и потянулся, чтобы стянуть с него джинсы. Сначала нужно было снять обувь, но когда он добрался до протеза Коннора, то заколебался. Обувь выглядела точно так же, как и предыдущая, но он взглянул на Коннора, чтобы убедиться. По кивку Коннора, он осторожно снял ботинок с искусственной ноги. Чтобы снять брюки, потребовалось немного усилий, и он услышал, как Коннор глубоко вздохнул, когда взгляд Зейна упал на его протез. Он никогда не видел протез вблизи, но тот выглядел ожидаемо: ступня телесного цвета, какой-то металлический стержень и пластиковый корпус, соединяющий протез с ногой Коннора чуть ниже колена. Зейн знал, что Коннор уже был на грани отказа от всего этого, поэтому не стал задерживаться и задавать вопросы. Но он все же провел пальцами по обеим ногам, возвращаясь к члену Коннора. Было странно ощущать горячую плоть под одной рукой и прохладный металл под другой, но это, черт возьми, его совершенно не беспокоило. Его собственное тело снова начало разогреваться после кратковременного охлаждения, поэтому он без колебаний добрался до члена Коннора. Он просто глубоко втянул его в рот и сглотнул. Его движение, казалось, застало Коннора врасплох, потому что он издал удивленный возглас, а затем приподнялся и обхватил голову Зейна руками.       - О Боже, да, - пробормотал Коннор, отчаянно двигая бедрами. - Соси сильнее, - прорычал он, и Зейн почувствовал, как собственный член дернулся в ответ.       Он никогда раньше не подчинялся чьим-либо приказам в постели, но, с другой стороны, он никому не позволял трогать свою дырочку. Сегодня он нарушил почти все свои правила.       Зейн втянул Коннора глубже в рот и сжал еще сильнее, проводя языком по гладкой плоти. Он слышал, как его имя снова и снова слетает с губ Коннора, и это возбуждало еще больше. Сдерживаться никогда не было для него проблемой, но Коннор становился загадкой, и Зейн знал, что если не остановится, то они оба кончат прежде, чем он приблизится к маленькой дырочке Коннора. Помня об этом, он в последний раз пососал Коннора и затем поднялся на ноги. Глаза Коннора следили за каждым его движением, пока Зейн искал презерватив и упаковку смазки, которые были у него в кармане брюк - тех самых, которые сейчас были обернуты вокруг лодыжек. Но у него не хватило терпения снять их полностью. Он разорвал упаковку презерватива зубами и натянул его. Следующей была смазка, и он намазал ее по всей длине, прежде чем устроиться между ног Коннора.       - Подними, - сказал он, и его хриплый голос прозвучал резко в тишине комнаты.       Коннор, казалось, понял, что он имел в виду, потому что поднял ноги и обхватил их руками. Это движение выставило его на всеобщее обозрение, и Зейн хрипло выругался, увидев, как вход Коннора дергается и пульсирует. Он почувствовал, как его рот наполняется слюной, когда подумал о том, чтобы обхватить губами отверстие и пососать его, но отбросил эту мысль. Предполагалось, что это будет быстрый перепихон и ничего больше.       Зейн нанес немного смазки на дырочку Коннора, прежде чем нежно надавить на нее одним пальцем. Коннор насадился на него и зашипел, когда палец Зейна исчез внутри его тела. Зейн не торопился, втирая в Коннора смазку, и к тому времени, как он добавил второй палец, Коннор уже вовсю ругался. Это оказалось слишком для необузданной страсти Зейна, и он быстро высвободил пальцы из горячего тела, которое так красиво вобрало его в себя. Зейн вытер пальцы о покрывало, размышляя над своей последней проблемой. Его план с самого начала состоял в том, чтобы взять Коннора сзади, чтобы все выглядело как можно более обезличено, и хотя Коннор разнес эту идею к чертовой матери в ту же секунду, как прикоснулся к Зейну, Зейн знал, он ни за что не сможет смотреть, как этот человек распадается на части в его объятиях.       - Что? Что такое? - Тихо спросил Коннор.       - Эм, я хочу... Я хочу взять тебя сзади, - сумел выдавить из себя Зейн, хотя произнесенные слова заставили почувствовать себя трусливым куском дерьма.       Но если Коннор и заметил, что что-то не так, он этого не сказал. На самом деле, ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы перевернуться. Его глаза на мгновение встретились с глазами Зейна, прежде чем он опустил голову и глубоко вздохнул.       

***

      Все тело Коннора затрепетало от удовольствия, когда он почувствовал, как член Зейна начал вжиматься в него. Он подался бедрами и стал ждать боли, казалось, всегда сопровождавшей первые толчки его партнера, но Зейн вообще не входил в него. Он просто завис так, и Коннор восхищался ощущением, как его тело втягивает Зейна в себя. Боли не было, только сильное жжение и странное ощущение, что его наполняют до отказа. Но даже это прошло, когда Зейн скользнул в него глубже, и к тому времени, как бедра Зейна коснулись его бедер, Коннор был готов умолять Зейна пошевелиться. У него не возникло никаких проблем с тем, что Зейн взял его сзади, и теперь он понял, что на самом деле благодарен за смену позы, потому что этот опыт разрывал его изнутри на части. Хотя он с самого начала доверял Зейну, он не ожидал, что тот проявит столько заботы и внимания. И он, черт возьми, точно не ожидал, что поверит Зейну в том, что тот сказал о ноге. Джейсон говорил те же самые слова, когда они занимались сексом в первый раз, но как только увидел протез Коннора, то попросил его снять. Но это только еще больше разозлило Джейсона, и он небрежно накрыл Коннора одеялом, чтобы не было видно культи.       - Ты в порядке? - Пробормотал Зейн, его большая ладонь скользнула по спине.       Коннор сумел кивнуть, но не сводил глаз с уродливого покрывала в цветочек под ним. Его член казался стальной трубой, торчащей между ног, и он начал перебирать в уме варианты напитков в отчаянной попытке предотвратить надвигающийся оргазм. Но не смог сдержать стона, когда Зейн вышел из него, а затем медленно вошел обратно. Все его тело дернулось от прошедшей через него вспышки энергии.       - Я долго не продержусь, - наконец, признался Коннор, когда следующий толчок Зейна оказался мучительно медленным и неглубоким.       Он ожидал какого-нибудь грубого замечания о своей выносливости, но вместо этого получил твердую руку, обхватившую яйца и оттянувшую их вниз. В то же время толчки Зейна усилились, но его хватка на Конноре фактически лишила способности поддаться разрядке, которой он жаждал каждой клеточкой своего тела.       - Зейн, пожалуйста, - прошептал он, его пальцы впились в простыню.       Задница словно горела огнем, когда Зейн начал входить в него, но наслаждение пронзило его насквозь и распространилось по всему телу. Он попытался сомкнуть локти, но тело отказывалось повиноваться, и он упал грудью на кровать. Свободной рукой Зейн обхватил его за талию, удерживая бедра в воздухе. Дрожь страха пробежала по телу, когда он понял, что абсолютно не контролирует тело и его реакцию, но тут Зейн склонился над его спиной.        - Я держу тебя, Коннор, - прошептал он ему в шею и в то же мгновение отпустил яйца Коннора и вместо этого сжал его член.       Между тем, как Зейн входил и выходил из него, а его грубые пальцы скользили по члену, Коннор был обречен за считанные секунды, и он попытался заглушить свой крик, уткнувшись в одеяло. Последовал хриплый стон, но Коннор едва расслышал его, так как его собственное тело содрогалось в конвульсиях, и стон за стоном срывались с его губ. Он почувствовал, как сперма ударила в живот, и даже грудь, как волна за волной, наслаждение поглотило его. Скользкое тело Зейна полностью прижало его к кровати, но Коннор был рад этому, потому что ощущение ткани брюк Зейна было единственным, что удерживало Коннора от того, чтобы провалиться в небытие. Дыхание Зейна обдувало его затылок, и Коннору потребовалось все его мужество, чтобы не повернуть голову и не попросить Зейна поцеловать его. Прошли минуты - он понятия не имел, сколько именно - и затем Зейн отодвинулся от него и высвободился. Тело Коннора все еще было слишком истощено, чтобы двигаться, поэтому он просто лежал и прислушивался к шагам Зейна. Он услышал звук, похожий на шум льющейся воды в ванной, а затем еще какое-то движение. Но когда услышал шаги, приближающиеся к кровати, Коннор заставил себя закрыть глаза, потому что меньше всего на свете ему хотелось смотреть, как Зейн выходит из комнаты. Но он все равно услышал, и когда мгновение спустя дверь со щелчком закрылась, Коннор отчаянно пожалел, что не нашел способа заглушить этот звук, чтобы еще немного побыть в своем блаженном мире.       

***

      Коннор не спеша поднялся по нескольким ступенькам, ведущим на второй этаж дома. Нога у него болела, как обычно, но, поскольку все тело, и особенно задница, все еще покалывало, он едва замечал боль. Ему не потребовалось много времени, чтобы привести себя в порядок и покинуть номер в мотеле, но он умудрился опоздать на автобус, так что у него было время посидеть на автобусной остановке и поразмышлять о том, что произошло в той полутемной комнате. Он был так рассеян, что чуть не пропустил следующий автобус, а через десять минут и свою остановку. Его телефон звонил почти дюжину раз, но по мелодии звонка он мог определить, кто звонит, поэтому не обращал внимания. Даже сейчас, когда он искал ключ от своей квартиры, телефон зазвонил снова. Он знал, что в какой-то момент ему придется ответить, иначе это будет продолжаться весь день, но он все еще не был готов покинуть маленький кокон спокойствия в своем сознании и вернуться в реальный мир.       Встреча с Зейном оправдала все его надежды и даже больше. Конечно, начало было довольно тяжелым, и был момент, когда он понял, что Зейн собирается осмотреть его ногу, но конечный результат того стоил. И даже если это был просто отличный трах, что с того? Наконец-то, он получил ответы на некоторые вопросы о себе. Может, он и не был богом секса в постели, но, возможно, это не только его вина. Сколько лет он провел, думая, что секс - не его конек... что он не такой, как все остальные? Сколько раз он наблюдал, как партнер уходит от него с довольной улыбкой, в то время как он не испытывал ничего, кроме раздражения? И какого черта он позволил кому-то, вроде Джейсона Саттера, заставить чувствовать себя неполноценным человеком? Размышления Коннора были прерваны открывшейся дверью с другой стороны крыльца.       - Коннор, мальчик мой, так и думала, что это ты.       Он улыбнулся миссис Финни и отвернулся от двери. Она стояла в дверях своей комнаты в розовом домашнем халате, застегнутом до шеи и свисавшем гораздо ниже ее тощих колен. На ней были чулки, которые, казалось, вот-вот сползут с лодыжек, а розовые тапочки в тон были украшены какими-то цветочками.        В одной руке она держала трость, и он побледнел, увидев, что было в другой ее руке. Он совершенно забыл о презервативах, случайно оставленных у нее дома, но, увидев их в кофейной кружке с надписью «Поцелуй меня, я ирландец», он запнулся, подыскивая слова. И в довершение всего он заметил большой флакон лубриканта, о котором тоже забыл, торчащий из кармана ее домашнего халата.       - Миссис Финни, простите... - начал он, торопливо пересекая крыльцо и направляясь в ее сторону дома.       - Сверхбольшой, - сказала она с широкой улыбкой, а ее губы, накрашенные рубиново-красной помадой, казались тонкими. Он никогда не спрашивал ее о возрасте, но предположил, что ей около семидесяти. Она была миниатюрной и казалась еще меньше из-за легкой сутулости. – Здорово.       Коннор улыбнулся, принимая кружку. Это было здорово. Зейн не был гигантом, но очень большие презервативы определенно были бы кстати.       - Новый мужчина? - задумчиво спросила миссис Финни. - Потому что тот противный мальчишка был совсем мелким.       Коннор рассмеялся, услышав описание Джейсона. К чести миссис Финни, она была недалека от истины.       - Помадка была вкусной, - подстраховался Коннор. Он вытащил пустой пластиковый пакет из-под своей толстовки и поднял его. В итоге он съел все конфеты, пока ждал автобус.       Отвлекающий маневр сработал, потому что миссис Финни хлопнула в ладоши, а затем потянулась, чтобы взять его за руку.       - Пойдем, я дам тебе еще. И ты сможешь рассказать мне все о новом мужчине в своей жизни, - радостно сказала она. - О, и не забудь вот это... Наверное, хорошо, что флакон такой большой, - сказала она, передавая смазку. - Сверхбольшой и все такое, - добавила она усмехнувшись и скрылась в своей квартире.       Коннор покачал головой и последовал за ней.