Как в последний раз

Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в яркий красный оттенок. Ровно такой же, каким запылали щеки Танджиро, когда ему пришлось повторить: –Токито, сходи со мной на свидание.

***

Всё началось задолго до этого. После сражения с четвертой Высшей Луной Камадо понадобилось довольно много времени на восстановление и очень мало дней на то, чтобы начать скучать. К счастью, совсем скоро его посетил Токито. Танджиро был невероятно рад видеть его здоровым и уже почти готовым вернуться на службу. В тот день они много говорили. Так много, что Муичиро ушел только после того, как жутко сонная и оттого разъярённая Аой загнала пациента обратно в постель. Токито приходил несколько следующих дней, прежде чем вернуться в свое поместье, чтобы подготовиться к проведению тренировки для истребителей, и лишь после его ухода Камадо осознал, как много радости принесли ему эти встречи. Они так много говорили по душам, так много вместе смеялись и даже плакали, так сильно друг другу открылись, что теперь, снова оставшись в одиночестве, Танджиро начал ужасно скучать. Даже Недзуко иногда выходила за ворота поместья и долго смотрела на дорогу в надежде, что Токито снова придет. Он тоже ей нравился. Конечно же, не так сильно, как Танджиро. На самом деле, между ними кое-что произошло. Маленький и очень смущающий разговор о том, как они ценят присутствие друг друга и как сильно они друг другу.. нравятся. Но их прервали прежде, чем Танджиро или Муичиро успели сказать самое главное. Впрочем, возможно, это и к лучшему. Камадо ещё какое-то время сомневался в том, насколько правильно распознал свои чувства. Они ведь так мало знакомы, не может же Танджиро так сильно в кого-то влюбиться за несколько дней? Как оказалось, может. И каково же было счастье Камадо, когда оказалось, что и Муичиро тоже. Тогда они уже были в поместье Токито, и Танджиро заговорил об этом в тот же миг, как они остались наедине. Впрочем, разговор довольно быстро закончился синхронным признанием и смущенными, но невероятно счастливыми объятиями. Однако в дальнейшем у них было совсем немного времени, которое они могли бы провести вместе. Весь день занимали тренировки, а ночью, как бы сильно Муичиро не хотел остаться с Камадо, он уходил тренироваться с другими столпами. Им оставалось лишь сидеть рядом и тихо и сонно беседовать утром, перед пробуждением остальных, и вечером, до ухода Токито. Впрочем, просто побыть рядом, наедине друг с другом, было достаточно. Но счастье их длилось недолго – Танджиро быстро закончил тренировку Муичиро и тот, пусть и не хотел расставаться с ним, отправил его дальше. Даже здесь Камадо нашел, чем его удивить. Весь оставшийся день они веселились с другими истребителями, запуская бумажные самолётики, и Токито был невероятно счастлив. Он никогда бы не подумал, что может достигнуть такого единства с большим количеством людей и почувствовать себя рядом с ними так легко и радостно. Впрочем, он был уверен, что всё это благодаря Танджиро. В тот день он закончил тренировки раньше, отправив всех отдыхать, и смог остаться наедине с Танджиро на пару часов. Однако этот раз не отличался от остальных дней: они просто гуляли по территории поместья и расслабленно беседовали, невольно улыбаясь и позволяя себе почти безотрывно смотреть друг на друга, любоваться, восхищаться. Этот день был последним, когда они могут побыть вместе перед долгой разлукой, и Танджиро до последнего не хотел расставаться так скоро. —Подожди, —Камадо с невероятной аккуратностью хватает Муичиро за запястье, когда тот уже собирается уходить, чтобы снова встретиться с другими хашира. —Может, ты сегодня не пойдешь?.. —Почему это? Токито склоняет голову набок, внимательно глядя мечнику в глаза. Глубоко внутри он отчаянно хотел, чтобы Танджиро убедил его остаться, чтобы они провели всю ночь вместе, но тренировки и подготовка к битве с демонами была главным приоритетом, и они оба это понимали. —Я просто.. хочу побыть вместе ещё немного, —Танджиро говорил тихо, не отрывая взгляда от мелких камней под ногами. —Прости. Это слишком эгоистично с моей стороны. —Нет. Я понимаю. —Токито поворачивается к мечнику и подходит ближе, с лёгкой грустью улыбаясь уголками губ. —Я бы тоже хотел остаться с тобой. Чувствуя, как взволнованно вдруг забилось его сердце, Камадо смотрит Муичиро в глаза. В голову заползает отчаянная идея того, как он мог бы удержать столпа, и щеки в одно мгновение покрываются румянцем. —Тогда… Тогда может.. сходим на свидание? Повисает отвратительно неловкая пауза. —Что? —Токито точно его услышал. Просто хотел, чтобы Танджиро сказал это не так тихо и неуверенно. Отступать было некуда. Глубоко вздохнув и выпрямившись, Камадо берет руку хашира в свои ладони и, глядя ему в глаза и едва ли справляясь с волнением, снова просит. —Токито, пойдем со мной на свидание. На мгновение между ними вновь воцаряется тишина. Муичиро, кажется, что-то старательно обдумывает, пытаясь игнорировать неожиданно нахлынувшую на него волну смущения и радости. После чего улыбается и, изо всех сил сдерживая лишнюю радость в голосе, произносит: —Так и быть. В любом случае, нельзя забывать и об отдыхе. —Токито придумывает это на ходу, чтобы хоть как-то оправдать один из немногих выборов, что он сделал сердцем, а не головой. Танджиро, получив согласие, чуть ли не буквально засветился. На его лице расцвела радостная и взволнованная улыбка, но прежде, чем он успевает поблагодарить хашира, тот снова подаёт голос. –Куда мы пойдем? Токито старается выглядеть до ужаса невозмутимым, и всё же сквозь этот туманный холодный барьер Камадо удаётся разглядеть неподдельный интерес. Он неловко улыбается – признаться честно, так далеко свой план он не продумывал – и пожимает плечами. –Не знаю.

***

Они бегали под глицинией, смеялись и шикали друг на друга, хихикая, будто нашкодившие дети. Дети. Такое ощущение, будто они впервые были просто детьми. Беззаботными счастливыми подростками, чьи головы не занимали готовящие нападение демоны и бесконечные битвы, чьи тела не были усыпаны страшными шрамами, чьи судьбы не были такими ужасными. Будто завтра утром им не придется вернуться к изнуряющим тренировкам, а эта ночь не последняя, когда они могут побыть наедине друг с другом. —Токито, —заливаясь смехом, Танджиро пытался поспеть за скачущим от дерева к дереву столпом, что легко скрывался за могущественными стволами и ловко избегал каждую попытку парня осалить его. —Перестань убегать! —А ты поймай, —Муичиро останавливается, выглядывая из-за дерева и ехидно, но так нежно улыбаясь, что у Танджиро подкашиваются ноги. Осознание, что только ему Муичиро так улыбается, что только с ним он готов так глупо забавляться и вести себя как ребенок, разливалось теплом по всему телу, делало его ужасно непослушным и ватным. —Поймай меня, Танджиро! Камадо не понимает, вызов это или просьба, не думает об этом – звенящий весенней капелью смех хашира занимает все его мысли, наполняет лёгкие воздухом. Он подбегает к дереву, за которым прятался Токито, пытается обогнуть его и дотянуться до парня, но тот каждый раз отскакивает в сторону или уворачивается, смеясь и дразня: «ну же, поймай меня! Ты совсем не стараешься!» На секунду Танджиро теряет Муичиро, скрывшегося за деревом, а в следующее мгновение спиной ощущает мимолётное прикосновение теплой ладони. Оборачивается, но того уже и след простыл. Камадо отходит от глицинии, осматриваясь по сторонам: пробегается взглядом от самой земли до верхушек деревьев, но не замечает даже силуэта Токито, и улыбка медленно сходит с его лица. —Токито? Запах его вдруг так ослаб, что Танджиро испугался. Неужели демоны уже... Не успевает он предположить самое страшное, как Муичиро напрыгивает со спины и повисает у него на шее. От неожиданности тихо вздохнув, Танджиро оборачивается и встречается взглядом с ужасно самодовольным Токито. Улыбнувшись, Камадо обнимает парня за талию и кружит его, слушая этот прекрасный смех. Он так сильно напоминал Танджиро о давно минувших счастливых днях с семьёй, что мечник, казалось, должен был бы сильно загрустить, но смех Муичиро делал его таким счастливым. Этот смех заставлял позабыть всех на свете кроме своего обладателя. Впрочем, само присутствие Муичиро, смеялся он или нет, делало его до одури счастливым. Они уселись под одну из глициний. Точнее, сидел только Танджиро, а Муичиро лежал на спине, положив голову ему на колени. Он смотрел на темное, едва ли видное за раскидистыми лапами фиолетовых цветов небо, а Танджиро с обожанием перебирал его волосы, гладил по голове и тихо вдыхал его запах. Муичиро пах землёй после дождя, утренней росой, свежестью. Он пах спокойствием. И это умиротворение, о котором Камадо и мечтать не мог, казалось таким.. блаженным. Будто они в раю, где время остановилось на самом лучшем моменте, где никто не погиб, где нет никаких проблем. Где они по-настоящему счастливы. —Танджиро, —с нежностью в голосе тихо зовет Токито. —М? —Танджиро опускает голову, смотрит в эти прелестные голубые глаза и лишь сейчас замечает, что ладонь Муичиро покоится у него на щеке. Как долго он её вот так держал? —Поцелуй меня. Сердце Камадо пропускает удар, и он чувствует, как к щекам стремительно приливает жар. —Что? —его голос невольно дрогнул, от чего Танджиро почувствовал ещё большее смущение. —Поцелуй меня. —терпеливо повторяет Муичиро, умиротворенно смотря в глаза Танджиро и поглаживая большим пальцем его скулу. Он обожал смотреть на то, как парень заливается румянцем при малейшем намёке на близость. Было в его невинности что-то очаровательное. Недоступное для понимания Токито, питающее его интерес и любовь к этому маленькому солнышку, что вернуло ему, казалось, не только память, но и смысл жизни. Даже теперь Танджиро наполнял его жизнь смыслом. —Но Токито- —Перестань уже звать меня по фамилии. —Прости. Камадо отводит глаза, не в силах выдержать пронзительный взгляд Муичиро. Тот тихо вздыхает и улыбается уголками губ. —Танджиро, посмотри на меня, —просит, слегка надавливая ладонью на его щеку, чтобы парень повернул голову обратно, и мечник беспрекословно отвечает на его просьбу. Хашира убирает руку, положив её себе на живот, и несколько секунд смотрит ему в глаза, прежде чем вновь обратить задумчивый взгляд к небу. —Наверное, тебе кажется, что я слишком тороплюсь, но... Мы ведь истребители. Вот ты живёшь себе спокойно, а вот ты уже мертвец. Ты помог мне вернуть память и стать самим собой. Ты дал мне ещё один повод жить и сражаться. И, пока у нас ещё есть такая возможность, я хочу насладиться каждой секундой, проведённой рядом с тобой. Поэтому я хочу проживать каждый день так, будто он последний. Танджиро, слушая маленький монолог Муичиро, кажется, перестает дышать. Он не ожидал такой искренности со стороны столпа. У него в голове всё ещё не укладывалось, как Токито, с виду такой хладнокровный и отстранённый, мог быть таким любвеобильным и напористым. Возможно, это и было причиной его поведения. Камадо так привык поддерживать свой бесконечный оптимизм, что совсем не задумывался об их отношениях и жизни так, как на это смотрел Муичиро. А ведь демоны не дремлют. Недзуко победила солнце, и Мудзан наверняка готовит нападение. Кто знает, как много из них выживет, когда истребители столкнуться с ним и Высшими лунами. Возможно, это последние минуты их спокойствия и счастья. Возможно, это последняя ночь, когда они оба живы. —Ты прав. —наконец подаёт голос Камадо. Ему было тяжело принимать правду, однако убегать от неё было бы ужасно глупо. —...Муичиро, —Танджиро кажется, будто он слышал, как сердце хашира забилось быстрее в унисон с его собственным. Токито смотрит на Танджиро с непередаваемыми эмоциями, озорным блеском отразившимися в его глазах. —Давай проживем эту ночь так, будто она последняя. Камадо касается его подбородка пальцами и с осторожностью и нежностью отклоняет голову Токито назад. Муичиро моргает и замирает, когда чувствует на своих губах горячее дрожащее дыхание. Танджиро глубоко вздыхает, отчаянно пытаясь выровнять своё сердцебиение, и взволнованно сглатывает, прежде чем прильнуть к мягким губам. Вопреки ожиданиям хашира, Танджиро очень скоро отстраняется. Он лишь коснулся его губ своими и ненадолго замер – едва ли это можно было назвать поцелуем. Выпрямляясь и борясь с горящими румянцем щеками, Камадо вдруг слышит тихий смех и смотрит на Муичиро, прикрывшего рот ладонью и сдержанно хихикающего. —Что такое? —Это был слишком скромный поцелуй для твоей решительной фразы, —с улыбкой замечает Токито и стреляет ехидным взглядом в Камадо. —Я ожидал большего. —Прости! Я просто не умею.. —Танджиро чувствует, как от стыда краснеют даже кончики ушей. —Ничего страшного, —Муичиро принимает сидячее положение, и мечник испуганно думает, что тот, разочаровавшись, собирается уйти. Однако не успевает ничего ни сделать, ни сказать – слова застревают в горле, когда тот поворачивается, перекидывает ногу и усаживается у него на коленях. —Я тоже не умею. —Токито плавно ведёт ладонями вверх по груди Камадо и кладет руки ему на плечи, с улыбкой заглядывая ему в глаза. —Давай учиться вместе. У Танджиро перехватывает дыхание. Ему кажется, что он готов потерять сознание всего лишь от пары фраз, взгляда и таких скромных прикосновений. Пока Камадо пытался совладать со своими чувствами и перестать с открытым ртом пялиться на терпеливо ожидающего Муичиро, руки сами собой ложатся на талию хашира. Тот, замечая это, довольно улыбается и двигается ближе к Танджиро, прижимаясь своим лбом к его. Камадо смотрит в глаза Токито и осознает, что без зазрения совести готов без остатка раствориться в этих загадочных омутах. Раствориться в самом Муичиро, стать с ним единым целым, чтобы они никогда не разлучались, чтобы никто не мог украсть их счастье. –Моё терпение не бесконечное, Танджиро. – приводит его в чувства столп. Он снова кладет ладонь на щеку парня, оглаживает и спускается ниже, слегка надавливая большим пальцем на нижнюю губу. И, приблизившись, шепчет прямо в губы. –Давай уже. Мечник снова краснеет, задаваясь про себя вопросом, точно ли Муичиро такой же неопытный, но озвучить его ему не дают – хашира, не дождавшись, когда Танджиро совладает со своим смущением, целует его первым. Он начинает точно так же, как и Камадо ранее, – прижимаясь губами – но вскоре, прислушиваясь к интуиции, начинает действовать: неловко чмокает его, едва отрываясь, приоткрывает рот и сминает губы Танджиро, медленно и немного нервно выдыхая через нос. Пытаясь поспеть за Муичиро, мечник не находит иного выхода, как повторять за ним. На удивление, у них выходит что-то сносное. По крайней мере, так кажется Танджиро. Остановившись на несколько мгновений, чтобы восстановить дыхание, Токито вскоре вновь льнет к губам Танджиро, и в этот раз он отвечает гораздо активнее, мучительно стараясь понять, как лучше и правильнее. Муичиро вдруг начинает снова сдавленно хихикать сквозь поцелуй, сбивая ритм и прерывисто выдыхая в губы Танджиро. Тот не может сдержать довольной и нежной улыбки – смех Токито заразителен и в любом случае делает его счастливым, над чем бы тот не смеялся. –Что такое? Снова плохо? – Камадо отстраняется, чтобы спросить это без прежней стыдливости и смущения и вновь заглянуть в прекрасные, блестящие радостью глаза Муичиро. –Вовсе нет, – отвечает столп, накрывая щеки Танджиро ладонями и тем самым слегка сжимая его лицо. Он был слишком рад и восхищен красотой парня, чтобы контролировать свой приступ нежности. –Я просто безумно счастлив. В этот раз Камадо не может справиться со смущением и нахлынувшим приливом нежности. Он сгибает ноги в коленях, заставляя Токито скатиться вниз и прижаться к Танджиро грудью, сжимает его в объятиях и принимается расцеловывать лицо Муичиро: его мягкие губы, подрагивающие веки, щеки, на которых от смеха и широкой улыбки показались невероятно милые ямочки, его уши, нос, лоб – буквально каждый сантиметр. В каждый поцелуй Камадо вкладывал всё своё обожание и восхищение Муичиро, и мог бы целовать его вот так до бесконечности, если бы тот, задыхаясь от смеха и удушающих, но невероятно приятных объятий, не прервал его. –Ну всё, всё, хватит, – посмеиваясь, Токито немного отодвигает его от себя за плечи. –Я уже понял, как сильно ты меня любишь. –Но это даже не треть от всего того, что я сейчас испытываю, – решительно заявляет Танджиро, с абсолютной искренностью глядя на хашира. Тот медленно покрывается милым румянцем, но даже это не мешает Муичиро смотреть на него сверху-вниз с всё теми же самоуверенностью и спокойствием. –Ты ещё успеешь мне всё показать, – Токито вновь улыбается и легонько давит на плечи Камадо, вынуждая его ослабить хватку, после чего поднимается на ноги и протягивает ему руку. От приступа счастья у него появилось так много энергии, что он просто не мог усидеть на месте. –Пойдем. Танджиро смотрит на него с интересом и скрытым разочарованием – он мог бы ещё очень долго вот так сидеть, обнимать и целовать Муичиро – и хватается за его руку, поднимаясь с земли. –Куда? Токито немного неловко, но до ужаса счастливо и нежно улыбается, пожимая плечами. –Не знаю.

***

Они гуляли по пустынным улицам и любовались усыпанным звёздами небом, разговаривая о чем-то глупом и совершенно неважном. Танджиро рассказывал Токито смешные истории из жизни и шутки, которые когда-то придумали его отец и младшие братья, а тот как мог сдерживал смех, прижимая ладонь ко рту. Муичиро разболтал все сплетни и секреты о столпах и истребителях, которые помнил, и долго дразнил смущенного такими подробностями мечника. Они смеялись и бегали друг за другом, тыкали пальцами в небо, указывая на, как им казалось, какие-то созвездия, обнимались и целовались, позабыв обо всём на свете. —Эй, Танджиро, —с улыбкой зовёт Муичиро, останавливаясь посреди улицы и указывая на особенно темный и узкий проулок. —А пойдем туда? —Почему именно сюда, Муичиро? —Камадо спрашивает это с опаской, но в то же время следует за Токито прямиком в темноту с абсолютным доверием. —А что такое? Боишься, что нас кто-нибудь поймает? —то, с какой уверенностью хашира пошёл по переулку, ничуть не удивляло. И всё же, несмотря на то, что ничьего другого запаха, кроме Муичиро, Танджиро не чувствовал, его немного напрягало это место. —Нет, просто... —не успевает мечник договорить, как Токито неожиданно разворачивается и, схватив его за запястья, вжимает Танджиро в стену. —Даже так? Муичиро промурлыкал эту фразу прямо над ухом Камадо, прижав его руки к стене по обе стороны от головы. Даже в кромешной тьме ему удалось разглядеть, как тот покрывается ярким румянцем. –Муичиро, что ты делаешь? – с дрожью в голосе инстинктивно перейдя на шепот, Танджиро поворачивает голову в другую сторону, пытаясь избавиться от ощущения горячего дыхания столпа на своем ухе, посылающего мурашки по всему телу. –Что такое, Танджиро? – Токито ухмыляется, наклоняясь ближе, чтобы снова прошептать это над ухом Камадо, но немного промахивается и утыкается носом в его шею под ухом. Мечник мелко вздрагивает, когда тот, решив воспользоваться этой случайностью, целует его в шею. –Тебе не нравится то, что я делаю? –Нет, вовсе нет, – быстро заговорил Танджиро, не различив наигранности в расстроенном голосе Муичиро. –Тогда что же не так, Танджиро? – хашира скользит губами вниз по шее, останавливаясь на кадыке и отчетливо чувствуя, как тот нервно сглатывает. –Может, тебе не нравится, что я не даю тебе возможности двигаться? – говоря это, он крепче сжимает запястья Танджиро и поднимает их немного выше. Лишь немного, потому что ростом Муичиро ниже, и поднять руки парня у него над головой ему не по силам. Однако это не мешало ему смущать милого Камадо дальше. –Или тебе не нравится, как я говорю… – он вновь приближается к его уху, и Танджиро чувствует, как у него сводит мышцы внизу живота от этого низкого голоса. Окончательно сводит с ума то, как Муичиро аккуратно кусает мочку уха. –Или то, как я касаюсь тебя? –Муи… –Ты что-нибудь слышал? Танджиро чувствует, как стремительно его сердце ушло куда-то в ноги. Муичиро испугался не меньше. Стоило ему услышать чужой голос и приближающиеся шаги, как он, вздрогнув, отпустил руки мечника и всем телом прижался к нему. Однако это было лишь первичной реакцией: когда он вплотную прижался своей грудью к его, Танджиро отчетливо почувствовал размеренное сердцебиение – Токито был спокоен. Не удивительно. Даже в борьбе с Высшими Лунами он сохранял предельное хладнокровие, так с чего бы ему бояться проходящих мимо людей? Вскоре из-за угла показалось два человека в форме истребителей. Один из них направил лампу в переулок, и Муичиро почувствовал, как Танджиро ещё сильнее прижимает его к себе, стараясь не дышать. К счастью, слабая яркость света лампы и густая темнота не позволили патрульным разглядеть их, едва ли не слившихся со стеной. Охотники предполагают, что им лишь показалось, отправляются дальше по улице и, когда звуки шагов окончательно стихают, Муичиро и Танджиро одновременно с облегчением выдыхают. –Пронесло, – переводя взгляд на Токито, шепчет мечник. Натренированные глаза уже достаточно привыкли к темноте, чтобы различить на лице столпа вновь расцветшую улыбку. –Муичиро! Мы чуть не попались, что бы о тебе поду- Не успевает Камадо довозмущаться, как Токито прикладывает к его губам указательный палец. –Танджиро, ты помнишь? Сегодня как в последний раз. – Муичиро издает тихий смешок, хватает Танджиро за плечи, разворачивается вместе с ним на пятках и, обняв его за шею, теперь уже сам прижимается спиной к стене. –Когда бы ты ещё прятался в переулке от патруля, обжимаясь с хашира? Внутри Танджиро хочет снова возмутиться, но не может сдержать смеха от очередного приступа счастья. –Я уже и забыл, что ты можешь быть таким невыносимым. Не позволив Муичиро вставить и слова, он одной рукой обнимает его за талию и прижимает вплотную к себе, утягивая в очередной переполненный нежностью поцелуй.

***

–…Ты уверен, что я могу остаться у тебя на ночь? –Что за глупые вопросы, Танджиро? Муичиро снимает маленький чайник с огня и осторожно переносит его на стол, за которым сидел мечник, в который раз нервно поправляющий стоящую рядом с ним чашку. Они могли бы и дальше гулять по деревне, если бы ночь не стала слишком холодной, и Токито не начал чихать. Не то чтобы столп мог вот так легко простудиться, и всё же Танджиро настоял на возвращении в поместье. Однако ночь для них ещё не закончилась. –В таком случае, большое спасибо, Муичиро. – Танджиро улыбается, проверяя, остыл ли чайник, чтобы разлить чай. –Это тебе спасибо, –Токито усаживается за стол напротив мечника и тянется к чашке, из которой клубился пар. –За то, что остался со мной этой ночью. –Это были мои слова. –Танджиро издает смешок, ставит чайник на подставку и берет свою чашку в руки. Сделав скромный глоток, он тихо мычит и поднимает взгляд на хашира. –Очень вкусно. –Этот чай прислала мне Шинобу. Она довольно часто передает мне различные лекарственные средства, помогающие быстро восстановиться и поддерживать здоровье. – Муичиро улыбается уголками губ, не скрывая легкого удивления тому, что чай был действительно вкусным. Обычно все лекарства Котё были ужасно горькими - плата за их поражающую эффективность. –Это очень мило с её стороны. Кажется, за эту ночь они успели обсудить всё на свете. Впрочем, Танджиро был готов найти ещё тысячи тем для разговора – что угодно, лишь бы и дальше слушать убаюкивающий голос Муичиро. Впрочем, молчание вовсе не было для них чем-то страшным, оттого и беседа выходила такой ненапряженной. С разговорами или без, они оба были безумно счастливы просто находиться рядом друг с другом. Сердце Танджиро трепетало от одного только осознания, что Муичиро здесь, рядом с ним, и всё остальное становилось таким несущественным по сравнению с этими несколькими часами, что они провели вдвоем. Танджиро был счастлив слышать размеренное дыхание Муичиро, его мелодичный смех и тихий голос, видеть его нежную улыбку и блестящие голубые глаза, наблюдать за каждым его движением, будь то взмах руки или легкое подрагивание век. Он был счастлив, осознавая, что хашира испытывает по отношению к нему те же чувства, что и он. –Эй, Танджиро… –тихонько зовет Муичиро, дергая мечника за рукав юкаты. Они сидели на улице, прижавшись друг к другу. Токито положил голову на плечо Танджиро, а тот нежно гладил его по волосам и молча наблюдал за медленно плывущей по небу луной. –М? –Как думаешь, когда всё это закончится.. Мы могли бы проводить так каждую ночь? Муичиро поднимает голову, заглядывая Камадо в глаза. Несколько секунд он молчит, – ему требуется время, чтобы переварить сам факт того, что Муичиро хотел проводить каждую свою ночь с ним – а затем лучезарно улыбается, прикрывая глаза. –Конечно. Ну, может, не каждую, мне ведь всё ещё нужно заботиться о Недзуко. Он с легкой неловкостью отводит взгляд, почесывая затылок, а Муичиро хрипло смеется. Столп обвивает его талию руками, вновь как можно сильнее прижимаясь, тихо вздыхает и поднимает мечтательный взгляд на небо. Танджиро был неисправимым оптимистом, но именно эти слова Муичиро больше всего хотелось услышать. Ему хотелось думать, что совсем скоро они уничтожат демонов и смогут прожить остаток своей жизни как самые обычные люди. И только Танджиро мог с абсолютной уверенностью и широкой улыбкой заявить, что именно так всё и будет… Он будто вышел со страниц какой-то очень светлой и доброй сказки – какие бы беды не упали на голову Камадо, он встречал их с улыбкой и самыми добросердечными пожеланиями. Именно эта черта восхищала Муичиро больше всего. Танджиро был словно ещё одно солнце, но путешествующее по земле и дарящее людям не только тепло, но и надежду и счастье. И Муичиро, осознавая, как много внимания этого самого солнышка досталось именно ему, не испытывал и капли стыда – только счастье и благодарность. Токито всё же пришлось отвечать за свои слова – об отдыхе действительно нельзя забывать, и, как бы ему не хотелось, чтобы эта ночь никогда не кончалась, луна начинала спускаться. Осознав, что уже через несколько часов начнет светать, Танджиро убедил хашира пойти спать, в основном лишь благодаря тому, что они договорились спать в одной комнате, тем самым максимально продлив время вместе. Однако у Муичиро всё ещё оставались планы. Танджиро только успел поудобнее устроиться на футоне с Токито под боком, как тот приподнимается на локтях и внимательно смотрит в глаза мечнику. –Раз уж это наши последние часы перед разлукой… – столп плавно перекидывает ногу через Камадо и ложится ему на грудь, пока тот хоть и глядит на него с недоумением, но кладет ладони на его спину.  –Исполнишь ещё одно моё желание, Танджиро? –в полутьме мечнику удается разглядеть, как щеки Муичиро вдруг заливаются краской, а сам он опускает взгляд. Токито какое-то время молчит, и Танджиро глубоко вдыхает в томительном ожидании, чувствуя недоброе в этом промедлении. –Давай.. займемся любовью? Лицо Камадо мгновенно вспыхивает, – так, как не вспыхивал даже его клинок при использовании Танца Бога огня - а сам он на мгновение теряет дар речи. –Т-ты имеешь в виду… Из-за смущения мечник не находит в себе сил закончить свою мысль, но Муичиро и без этого прекрасно его понимает. –Мгм, – он ведет пальцем по мягкой ткани юкаты Камадо от плеча к груди. Кажется, он и сам ужасно стеснялся, но не хотел показывать это, потому и не смотрел в глаза мечника. –Мы ведь решили прожить эту ночь как последнюю… Или ты не хочешь? Преодолев стыд, Токито снова смотрит в глаза Танджиро, желая получить искренний ответ. Да, конечно, они договорились сегодня придерживаться этого принципа, однако Муичиро прекрасно понимал, что не смеет просить о подобном без явного согласия. Столп хотел этого, но совершенно точно был готов к отказу и ничуть не расстроился бы – неважно, как они проведут остаток этой ночи, главное, чтобы Танджиро был рядом. –Муичиро, я… Я не уверен… – голос Камадо дрожит и сам он слишком нервничает, чтобы ясно выразить свои мысли. –Ничего страшного, Танджиро, ты не обязан, – но едва ли он успевает договорить, как тот возражает. –Нет! Я имею в виду, что я... хочу этого, просто.. я ведь совсем не разбираюсь, —Камадо и без того говорил вполголоса, боясь оказаться слишком громким, но с каждым словом его речь становилась всё тише и скомканнее. Токито нежно улыбается. —Как будто я знаю больше тебя, —усмехается он, упираясь руками в футон и приподнимаясь. Муичиро наклоняется над лицом Танджиро, и его длинные волосы мягкой завесой падают на подушку по бокам от головы мечника, закрывая их двоих от всего остального мира. —Всё так же, как и с поцелуями: будем учиться вместе. –Муичиро.. –Танджиро кажется, что он готов здесь и сейчас расплакаться от любви к Токито. Он кладет ладонь на щеку хашира и нежно поглаживает большим пальцем, прежде чем приподняться и прижаться к его губам с поцелуем. Токито, не желая терять времени, отвечает на поцелуй и тут же одной рукой тянется к поясу на юкате Камадо. Нащупав узел, он ловко подцепляет его пальцами и развязывает. Почувствовав неожиданную свободу и легкую прохладу, которая так же внезапно сменяется теплом от чужой ладони у него на груди, Танджиро отрывисто выдыхает в губы Муичиро и снова краснеет. Когда воздух в легких заканчивается, Токито отстраняется и, зацепившись взглядом за лицо слега паникующего мечника, смотрит на свою собственную ладонь, бессовестно оглаживавшую упругую грудь. –А ты заметно улучшил свою физическую форму с момента нашей последней встречи в Доме бабочки. – столп медленно проводит двумя пальцами по прессу Танджиро, откровенно любуясь каждым сантиметром его тела, слегка давит на живот, заставляя того мелко вздрогнуть, и хихикает. –Так держать, Танджиро. –Муичиро, перестань сейчас же, –Камадо искренне возмущен и до ужаса смущен, но злиться на Токито сил ему не хватает, как и подавить улыбку. –Ты уже видел мою форму. –Но до этого не имел возможности её похвалить, – “и рассмотреть так близко” хочет добавить Муичиро, но вместо слов из его горла вырывается удивленный вздох, когда Танджиро вдруг хватает его за запястье и, легонько толкнув коленом в бок, меняет их местами. –Я тоже могу так делать, –заявление парня прозвучало бы куда увереннее, если бы не предательски дрогнувший голос. –О-о, –удивленно тянет Муичиро, с румянцем на щеках и всей внимательностью глядя на изо всех сил пытающегося совладать с собой Танджиро. От его смущенного и отчаянно решительного вида всё внутри переворачивается. –Ну, тогда вперед, милашка. –Муичиро! Камадо снова вспыхивает, а Токито тихо и нежно смеется, прикрывая губы тыльной стороной ладони. Приоткрыв глаза, он с бесконечным обожанием и доверием смотрит на мечника, чем окончательно сводит его с ума. –Давай же, Танджиро. Вид раскинувшихся по всему футону длинных и мягких волос Муичиро, расслабившегося и всецело поддавшегося Танджиро, улыбающегося и терпеливо ожидающего, смотрящего на него с такой любовью, заставлял его сердце пропускать каждый второй удар. Камадо был готов встать на колени и поклоняться Муичиро как божеству, однако сейчас у него была возможность выразить своё восхищение в куда более интимной форме. Отпустив руку Токито и уперевшись в футон, чтобы случайно не надавить на его запястье слишком сильно, Танджиро глубоко и медленно вдыхает и выдыхает, успокаиваясь, и склоняется над ним. Однако, вопреки ожиданиям Муичиро, целует его не в губы, а шею, чем заставляет столпа снова удивленно вздохнуть. По всему телу бегут мурашки, когда Танджиро на пробу скромно прикусывает нежную кожу. Хашира обвивает руками его шею, зарываясь пальцами в волосы и легонько массируя, а Камадо дорожкой мелких поцелуев добирается от ключицы до челюсти и всё же целует его в губы с уже привычной неторопливостью и нежностью. Между тем он свободной рукой тянется к поясу на юкате, однако узел, как бы он не старался, не подается, и Танджиро, когда Муичиро наконец отчаивается сдержать смех, теряет момент. Измученно промычав, он утыкается лбом в плечо Токито, успокаивающе похлопывающего его по спине, и смеется в унисон с парнем сам над собой. –Это не твоя вина, –спокойно произносит хашира и сам развязывает свой мудреный узел, распахивая юкату. –Просто я никогда не исключаю возможности того, что однажды мне придется сражаться в пижаме. Танджиро хочет что-то ответить, но все слова мгновенно вылетают прочь из головы, когда перед ним предстает полностью обнаженный Муичиро. То, как сочетались особенности его телосложения с неестественно большой для его возраста массой мышц, было великолепно: крепкие, покрытые шрамами плечи и аккуратные, идеально ровные ключицы; до предела раскачанные мышцы живота и выпирающие косточки бедер, подчеркивающие здоровую худобу… Дальше смотреть Камадо не решился, – слишком разволновался и посчитал постыдным вот так откровенно разглядывать Муичиро – но внутренне был уверен, что мог бы до бесконечности подмечать каждую родинку и каждый маленький шрам и восхищаться ими. –Танджиро, –Токито ерзает, согнутыми коленями пихнув мечника в бока. Тот поднимает на него взгляд и замечает в этих прекрасных голубых глазах нетерпеливый блеск. Как бы сильно Муичиро не хотел растянуть каждое мгновение, времени у них оставалось всё меньше, не говоря уже о том, что с каждой секундой ему становилось труднее сдерживать нарастающее возбуждение. –Ускоряйся. Камадо неуверенно кивает и снова наклоняется к Муичиро для поцелуя. Как бы сильно он не был смущен и взбудоражен происходящим, нужно было взять себя в руки. Он ведь истребитель демонов, даже Молодую луну саморучно убил (хоть и не без весомой помощи остальных), так почему руки дрожат, когда он ведет ладонями по талии хашира, а сердце готово выпрыгнуть из груди, когда тот обнимает его за шею и прижимает как можно ближе к себе? Почему даже перед демонами его страх и волнение не разрастались в груди так, как в тот момент, когда он спускается ниже, расцеловывая бледные плечи Токито? Шершавыми подушечками пальцев Танджиро исследовал каждый сантиметр тела Муичиро, пока тот от волнения иногда подергивал ногой и нервно, но до невозможного нежно перебирал волосы мечника у него на затылке. В одно мгновение он невольно задевает большим пальцем ставший неожиданно твердым сосок Муичиро, и тот вздрагивает, приглушенно вздыхая. Камадо тут же поднимает голову, с волнением всматриваясь в покрасневшее лицо хашира. –Больно? –Нет, вовсе нет, –выдыхает Токито, прикладывая к губам тыльную сторону ладони, и просит. –…Сделай так ещё раз. Быстро отойдя от ступора, вызванного вдруг прилившим к низу живота жаром, Танджиро повинуется, мягко давит большими пальцами на соски, и столп снова вздрагивает. –Вот так? –Да, м-мх, –прикрыв глаза, Муичиро тихонько мычит и невольно приподнимается за счет плеч, подаваясь навстречу массирующим движениям, пока Камадо не может свести с него полный интереса и восхищения взгляд. –Так странно ощущается… Прия-аа- Танджиро! –когда мечник вдруг сжимает один из сосков губами, а следом зубами, речь хашира срывается на резкий вдох, сменившийся немного испуганным «Танджиро». –Прости! –Камадо тут же поднимает голову, виновато глядя в глаза Токито. Ему стало слишком интересно, что будет, если укусить его, но Муичиро, кажется, не одобрил. –Тебе не понравилось? –Нет.. В смысле, нет, мне понравилось, просто ты сделал это слишком неожиданно. –столп делает глубокий вздох, приводя в порядок разлетевшиеся во все стороны мысли. –Прости, я больше не буду. –только успевает пообещать Танджиро, как вдруг волосы на его затылке слегка сжимают, заставляя опустить голову обратно к груди Муичиро. –Разве я просил тебя больше так не делать? От того, как низко вдруг зазвучал голос Токито, у мечника по спине пробежали мурашки, а в животе что-то навязчиво и приятно потянуло. Едва ли удержавшись от желания выпалить разгоряченное «простите, Господин», Камадо оставляет несколько быстрых поцелуев на груди Муичиро и спускается ниже. Не прекращая иногда надавливать на сосок большим пальцем одной руки, второй Танджиро бегло исследовал шрамы на теле хашира, убеждаясь, что со всем обожанием и любовью поцеловал каждый из них. Муичиро вырисовывал незамысловатые узоры на спине мечника подушечками пальцев, массируя его голову и иногда коротким мычанием или жестом заставляя его подняться, чтобы подарить очередной поцелуй в губы. Ещё никогда Муичиро не чувствовал себя таким обожаемым и любимым, как сейчас. От того, с каким восторгом Танджиро оглаживал и выцеловывал каждый сантиметр его тела, создавалось ощущение, будто он – одно из самых ценных и прекрасных существ в мире. Впрочем, в мире Танджиро всё именно так и было. Наверное, именно поэтому он с такой охотой отдал всю инициативу в руки Танджиро. Муичиро не смог бы сделать всё так же потрясающе нежно и осторожно, растягивая секунды и превращая каждую из них в чудесное, незабываемое мгновение. Как же сильно Токито хотелось раствориться в Камадо целиком и без остатка. Стать с ним единым целым, чтобы всегда быть рядом, чтобы иметь возможность каждую секунду напоминать ему, как сильно он его любит, чтобы их сердца бились в унисон до последнего вздоха. –Муичиро, можно я… Из слишком прекрасных для их суровой реальности мечт столпа вырывает шепот Танджиро. Растерянно моргнув, Муичиро прислушивается к ощущениям и обнаруживает, что ладонь мечника уже была у него на животе, слегка надавливая, но не смела двигаться ниже без разрешения. Осознав, что именно хочет сделать Камадо, он на мгновение пугается – Токито и сам не знал, чего ожидать, однако… Кому он и мог довериться без промедления и раздумий, так это единственному и неповторимому Танджиро. –Конечно. Муичиро кивает и, сам того не замечая, слегка жмурит один глаз в томительном ожидании. А когда мечник с волнением и всей своей аккуратностью прикасается к напряженному органу, медленно проводя по всей длине парой пальцев, с его губ срывается тихий, отрывистый вздох, напоминающий стон. –Всё хорошо? –Танджиро заметно нервничает, и с лица его не сходит яркий румянец, однако он уже пообещал себе не отступать. Получив бесконечные доверие и любовь Муичиро, пообещав ему, что эту ночь они проживут так, будто она последняя, Камадо не мог идти на попятную. Не тогда, когда он наконец мог показать ему все свои чувства. –Д-да, более чем, –всё ещё держа ладонь у лица, вторую руку Токито кладет на плечо мечника, слегка сжимая ткань всё ещё висевшей на нем юкаты. Кивнув самому себе и рвано вздохнув, Танджиро обхватывает член хашира у основания тремя пальцами и медленно ведет рукой вверх. Изучает на ощупь, не смея взглянуть даже на мгновение, и концентрируется на лице Муичиро. Ему же становилось всё сложнее держать дыхание ровным и глубоким, что срывалось на сдавленное мычание каждый раз, стоило Камадо вновь прикоснуться. Токито чувствовал, как в животе завязался тугой узел и лишь сильнее затягивался с каждым новым движением руки мечника, что принялся снова повсюду целовать его. Ноги невольно подрагивали, а из горла вместе с дыханием норовили вырваться странные, непривычные звуки, из-за чего столп кусает себя за палец, заставляя себя дышать через нос, что выходит шумно и слишком отрывисто. В тот момент, когда Танджиро вновь укусил его, Муичиро вздрогнул, вдруг почувствовав что-то до ужаса приятное, но пугающее своей неизвестностью, и сжал плечо мечника чуть сильнее. –Танджиро, я м.. я могу-ах, подожди, –с придыханием останавливает его Токито, слабо толкая Камадо в плечо. Признаться честно, он и сам не знал, что конкретно может сделать, не понимал, как описать это странное и приятное, мучительное и тянущее чувство. Но почему-то он не хотел, а возможно даже боялся того, что могло произойти, если бы Танджиро продолжил. –Всё в порядке, Муичиро? –мечнику начинает казаться, будто он немного сошел с ума. Он волновался и нервничал, не хотел торопиться и старался делать всё максимально аккуратно, но внутри был до предела взбудоражен. Его сердце колотилось как бешеное, ему хотелось, чтобы Муичиро было больше, хотелось любить его, любить всем сердцем и телом, не отлипать от него ни на секунду. В какой-то момент парень, оставляя нежный и мягкий укус на плече хашира, даже поймал себя на мысли, что хотел бы его съесть. –Нам стоит остановиться? –Ни в коем случае, –Танджиро облегченно выдыхает внутри себя. Меньше всего ему сейчас хотелось вот так заканчивать, едва ли начав. Впрочем, желание Муичиро для него закон, и как же хорошо, что сейчас Муичиро желал.. большего. –Давай просто... пойдем дальше? Сердце Камадо пропускает удар, но в следующий момент он впадает в ступор. А что дальше?.. Танджиро никто и никогда об этом не рассказывал, да и сам он совсем не интересовался. Разве что.. кажется, во время миссии в Квартале красных фонарей он слышал некоторые подробности. Но вдруг он всё совсем не так понял? –Муичиро… –Да? –Я… не совсем понимаю, что дальше, –несмотря на вернувшееся к нему сильное смущение, Камадо смотрел Токито прямо в глаза. Наверное, надеялся, что тот лучше знает, что нужно делать. Или наоборот не знает вовсе, чтобы не было так неловко за свою непросвещенность. –Я должен... оказаться в тебе?.. –Оу, ну.. Я не знаю, – признается Муичиро, на мгновение отводя взгляд. Как он и сказал, он знал не больше Танджиро. Мог разве что предположить… –…Может? Давай проверим. Мечник нервно сглатывает. Нет, всё же лучше было бы, если бы Токито знал, что делать. С другой стороны… Мысль о том, что Танджиро – первый, что Муичиро захотел познать такую близость с ним, доверился ему, заставляла сердце биться чаще, а сознание путаться. Спустившись ниже, Камадо садится между ног Муичиро и, поколебавшись, с помощью руки направляет свой член к колечку мышц. Однако же, уперевшись в него головкой, чувствуя, как столп тут же вздрагивает, останавливается и поднимает неуверенный взгляд на него. –Я не уверен, что он вот так пролезет… Муичиро задумчиво и измученно мычит, принимая сидячее положение. Возможно, он и знал что-то ранее, но память его лишь начала восстанавливаться, и об этих вещах хашира наверняка вспомнит в самую последнюю очередь. Впрочем, обращаясь к воспоминаниям сегодняшней ночи, он неожиданно находит возможный выход. –Сейчас, –бросает Токито, вскакивая на ноги и в пару прыжков добираясь до шкафа. Опускается на колени перед самым нижним ящиком, где он хранил все свои лекарства, парень некоторое время там роется, пытаясь прочитать в полутьме этикетки на пузырьках, пока не натыкается на надпись «восстанавливающее и увлажняющее масло» – хвала Шинобу Котё.  –Нашел! –Захлопнув ящик, Муичиро возвращается на футон к недоумевающему Танджиро и показывает ему пузырек. Кажется, Шинобу говорила, что это масло хорошо ухаживает за кожей и увлажняет её, а ещё приятно пахнет цветами. –Возможно, это нам поможет. –И... как именно?.. –Танджиро склоняет голову набок, наблюдая за тем, как столп без особых усилий откупоривает пузырек. –Не уверен, но… Токито выливает немного жидкости себе на пальцы и подносит к анусу, размазывая масло по всей поверхности. Затем с небольшим усилием пропихивает внутрь один палец, рвано выдохнув и закусив губу, и смазывает всё изнутри. Камадо собирает в себе все последние силы, чтобы не поддаться искушению опустить глаза и взглянуть на то, что Муичиро делал с собственным телом. Каждый его тихий вздох и тихое шуршание заставляли кончики ушей краснеть, сердце пропускать удар, а легкую ноющую боль в паху – усилиться. Единственное, что помогает держать себя в руках – это разлившийся по комнате и щекотавший чувствительный нос Танджиро аромат луговых цветов. –Теперь… –аккуратно поставив пузырек рядом с футоном, столп, схватив Танджиро за руку и потянув за собой, снова ложится на спину. –Давай попробуем снова. Возвращаясь с небес на землю, мечник скользит взглядом по телу Муичиро и, прежде чем снова устроиться у него между ног, замечает стоящее рядом масло. Подумав, что лишним это не будет, Танджиро выливает немного на свою ладонь и размазывает по пульсирующему органу. Приблизившись к Токито, он нежно оглаживает его бедро и, поцеловав в коленку, чем заставляет того дернуть ногой, пытается войти в него снова. Муичиро глубоко и медленно вздыхает, но в следующее мгновение давится воздухом, стоит ему ощутить, как Танджиро проникает внутрь. Среди всех предыдущих ощущений это оказывается наименее приятным. Столп болезненно выдыхает, сжимая в пальцах одеяло под ним. –Что такое? –Камадо не успевает осознать собственных ощущений, тут же обращая всё своё внимание к Токито. –Это немного.. неприятно. Стоит Танджиро услышать эти слова, как он мгновенно подаётся назад, заставляя того снова резко выдохнуть. Он не смел продолжать, пока не будет уверен, что Муичиро получит от этого исключительно удовольствие. Но.. что в таком случае им делать? Если его член был для него большим (хотя Танджиро не сказал бы, что он действительно большой, и в их случае это даже играло им на руку), то, наверное, для начала стоило привыкнуть к чему-то поменьше? Вспоминая то, как Токито наносил на себя масло, Камадо краснеет до кончиков ушей и снова хватает пузырек. –Муичиро, можно я… подготовлю тебя? –хашира, всё это время смотревший на него, приподнявшись на локтях, вдруг покрывается таким же ярким румянцем и без раздумий кивает. Взгляд Муичиро скользит по лицу Танджиро, медленно опускается к его рукам, на одну из которых он снова выливал масло. Когда тот откладывает пузырек и наклоняется, поднося пальцы ко входу парня, Токито нервно сглатывает и невольно напрягается. Первый палец проходит без особенного труда, только вот Муичиро реагирует на это так, будто его ударило легким разрядом тока. Это было так странно и непривычно, так пугающе и маняще одновременно. Да, всего пару минут назад он проворачивал тот же трюк со своими собственными пальцами, но пальцы Танджиро ощущались совершенно иначе. Тот плавно вводит указательный палец до самого основания, заставляя дрожь пробежаться по всему телу Токито, а его – откинуть голову назад и тяжело задышать. Он вздрагивает, когда мечник слегка сгибает палец, огрубевшей подушечкой поглаживая мягкие стенки, размазывая по ним немного вязкую, пахучую жидкость. Едва ли проходит несколько секунд, как Танджиро вынимает палец и давит на колечко мышц уже двумя. Муичиро поднимает голову и, к своему собственному удивлению, встречается взглядом с мечником, что всё ещё слишком нервничал, чтобы смотреть на столпа там. От этого внимательного и взволнованного взгляда у Токито начинает кружиться голова. Он закусывает губу и отводит взгляд, чувствуя, как его нутро сопротивляется внешнему вторжению, как бы сильно ему не хотелось, чтобы Танджиро поскорее оказался в нём, и вздрагивает, когда тот наклоняется к его лицу и просит. –Муичиро, расслабься, пожалуйста, –он коротко целует его в губы, прежде чем спуститься к шее. Токито снова откидывает голову назад и прикрывает глаза, глубоко вздыхая. План Камадо отвлечь его поцелуями действительно работает, и мышцы наконец поддаются, позволяя пальцам проскользнуть внутрь. Прошипев на выдохе и дернувшись, он подгибает ноги и сжимает коленями торс Танджиро, не понимая, хочет оттолкнуть его или наоборот обнять, но не успевает сделать ничего из этого. Мечник кладет свободную руку на колено Муичиро и слегка отводит его вбок, не прекращая скользить губами по его телу. В тот момент, когда он проталкивает пальцы глубже, Танджиро добирается до груди и берет в рот один из его сосков, заставляя Токито задохнуться. –Танд..жиро-о, –отрывисто и тихо стонет он, инстинктивно подаваясь грудью вперед, пока пальцы мечника проникали всё глубже. Камадо кусает его, вырывая из горла слегка испуганный выдох, и Токито комкает в руке одеяло, чувствуя, как внутри затягивается болезненно пульсирующий узел. Танджиро наполовину вынимает пальцы только чтобы снова толкнуться в него, и несмотря на то, что это было достаточно аккуратно и плавно, Муичиро подбрасывает, и сам он почти падает на спину, чувствуя, как подрагивающие руки медленно слабели. –Тебе нравится, Муичиро? – тихо спрашивает Камадо, ведя дорожку поцелуев вверх по его груди и смотря на столпа исподлобья. Каждый малейший вздох или движение со стороны Муичиро заставляло его органы делать сальто, наполняя пространство под животом тягучим жаром. –Д-да, –только и может выдохнуть Токито, закусывая губу и жмуря один глаз. На самом деле, он испытывал легкий дискомфорт, особенно когда Танджиро немного разводит пальцы в стороны, ещё сильнее раздвигая его стенки, но это странное тянущее чувство, эта болезненная пульсация, эти нежные поцелуи и легкие укусы мечника, которыми он осыпал его плечи – всё это было гораздо выше этого небольшого дискомфорта. Тем более, что он хашира, и по сравнению со всей той болью, что ему довелось испытать, эта была самой приятной и желанной. С каждым новым небольшим толчком или разведением пальцев Танджиро, медленно терявший последние крупицы терпения и обладания, понемногу ускорялся, однако же очень скоро этого стало совершенно недостаточно. Всё тело Токито подрагивало от предвкушения и нетерпения, и напряженный до предела орган даже начал болеть от возбуждения. Едва ли у Камадо всё обстояло лучше, но он стойко удерживал себя от любой спешки. Сегодня он хотел получать и давать любовь и только любовь – никакой боли. Муичиро ужасно хотелось дотронуться до себя, но ещё сильнее ему хотелось, чтобы это сделал Танджиро, да только вот тот был занят растяжкой и поцелуями, которые начали изрядно надоедать своей затянутостью и льющимся через край обожанием. –Танджиро, пожалуйста, –с придыханием просит Токито, заставляя Камадо поднять на него взбудораженный взгляд. –Я уже готов, пожалуйста, –он возбужденно выдыхает, когда Танджиро, подарив ему неуверенное мычание, говорящее о его сомнении в заявленном, снова проталкивает в него пальцы, и Муичиро на одном дыхании молит. –Пожалуйста, боже, я хочу, чтобы это был ты, а не пальцы. Танджиро теряет весь воздух и чувствует, как в голову бьет жаром, заставляя всё кружиться. Мольба Муичиро выбивает из-под ног всю почву, и ему приходится упереться одной рукой в пол, чтобы вернуть себе равновесие. Он вынимает пальцы, и Токито, разочарованный вдруг образовавшейся пустотой, нетерпеливо выдыхает и, падая на спину, тянется к Танджиро. Схватив его за щеки, Муичиро горячо шепчет ему в губы лишь короткое «давай уже» и прижимается со смазанным, разгоряченным поцелуем. Он кусает его нижнюю губу, и Камадо громко и нетерпеливо выдыхает, покорно открывая рот и позволяя языку хашира проникнуть внутрь, пока сам он притягивает Токито к себе за бедра и, наконец, толкается в него. Муичиро вскрикивает и тут же заходится дрожью от распирающего чувства заполненности – Танджиро не рассчитал силу и довольно резко вошел в него сразу наполовину. Мечник хочет отстраниться, чтобы узнать, всё ли в порядке, но ему не позволяют этого и снова кусают нижнюю губу. –Прости, –только и может пробормотать Танджиро в поцелуй, ставший слишком хаотичным и грязным. Он чувствовал пульсирующую приятную боль в нижней губе и мышцах, чувствовал, как по подбородку стекает слюна, а на языке появился едкий привкус крови, вытекающей из ранки, образовавшейся после яростного укуса столпа. Муичиро чувствовал слишком много: боль вперемешку с удовольствием от ощущения Танджиро внутри него, перевозбуждение, заставляющее всё его тело дрожать и болезненно отзывающееся в члене, бесконечная любовь, захлестнувшая его с головой. Но самое страшное в этом было то, что ему хотелось больше. Гораздо больше. –Быстрее, Танджиро, пожалуйста, –не в силах четко выразить своё желание, молит Токито и, отстранившись от него, чтобы сделать спасительный глоток воздуха, смотрит ему в глаза с таким возбуждением и желанием, что у Камадо подкашиваются ноги и болезненно сводит живот. –Продолжай. Глубоко вздохнув, Танджиро, больше не позволяя себе столь резких движений, слегка сжимает бедра Муичиро и плавно выходит, чтобы так же медленно снова войти, в этот раз немного дальше. Хашира тихо стонет и жмурится, лениво сминая губы мечника, пока тот повторял одно и то же мучительно неспешное и осторожное действие. Несмотря на то, что Токито в нетерпении заверил партнера в том, что он готов, это всё ещё было неприятно. Но та нежность, с которой Камадо целовал его и успокаивающе гладил по бедрам, та любовь, которая чувствовалась буквально во всём, – даже в его дыхании – та забота, которой он его окружил – всё это сполна перекрывало портящие весь процесс ощущения. Тем более, что с каждый новым толчком стенки всё лучше подавались, и саднящая боль медленно переходила в лёгкую пульсацию. Когда Танджиро, наконец, совершает последний толчок и входит до конца, они синхронно выдыхают с облегчением и удовольствием. –Так странно, –шепчет Токито, снова притягивая мечника за щеки для поцелуя. –Очень, –выдыхает ему в губы Камадо, прикрывая глаза и чувствуя, как по лицу столпа расползается улыбка. –Но приятно. –Мгм… На несколько мгновений они замирают, медленно целуясь и привыкая к абсолютно новым, пробирающим до самого основания ощущениям. Затем Танджиро отстраняется, смотрит ему в глаза с всё тем же бесконечным обожанием, что заставляло сердце Муичиро трепетать, и тихо спрашивает. –Я могу продолжить? –Конечно, –мягко улыбается хашира, возвращая ему не менее любящий взгляд. Сейчас Камадо мог бы снова впасть в ступор и с ещё большим стыдом сообщить, что снова не знает, что дальше. Однако же небольшая подготовка и то, как Муичиро реагировал на его движения пальцами, дали ему понять, что им делать теперь. Тем более, что он уже пробовал входить и выходить, что, судя по его вздохам и тремору, понравилось хашира. Значит, это именно то, что им нужно. Танджиро медленно выходит из партнёра почти до конца и на пробу толкается. Муичиро стонет. Его слегка подбрасывает на футоне, и он тут же пытается поймать дыхание, вырвавшееся из его груди вместе с этим постыдным, но ужасно возбуждающим звуком. Камадо нервно вдыхает, чувствуя, как всё тело поддается мелкой дрожи. Он снова подаётся бедрами назад, и пытается войти как можно глубже, выдавливая из Токито протяжное мычание, заглушенное плотно сжатыми губами. Его нутро всё ещё не слишком хорошо подавалось новым для него движениям, но, боги, как же это было хорошо. Танджиро далеко не сразу обратил внимание на собственные ощущения, будучи всецело сконцентрированным на столпе, однако, стоило ему успокоиться, как мозги снова стали плавиться. То, как Муичиро сжимался вокруг его напряженного пульсирующего органа, то, как он постанывал и нервно сжимал волосы у него на затылке, легонько дергаясь теперь от каждого поцелуя, то, как потрясающе он чувствовал себя внутри столпа, то, как быстро и неровно билось его сердце, как пах от каждого движения сводило маленькой судорогой – всё это сводило его с ума. Мечник едва сдерживал желание ускориться и толкаться глубже, сжимать Муичиро в своих руках, целовать его, кусать… Что угодно, лишь бы услышать его ставший таким возбуждающим голос, увидеть, как он дрожит от удовольствия и просит о большем. Камадо пугается собственных мыслей. Никогда в жизни у него не возникало таких странных, будоражащий желаний, но вот он здесь, рядом с Муичиро, что сводит его с ума всю эту ночь, и он больше не уверен в том, насколько хорошо себя знает. Единственное, в чем он теперь уверен – это в бесконечной любви к этому человеку, готовности даже горы свернуть ради него. --Муичиро, -- на выдохе зовет Танджиро, замирая, из-за чего хашира открывает глаза и смотрит на него с недоумением и разочарованием – ему так сильно хотелось большего, но Камадо вдруг берет и останавливается. –Я ужасно… ужасно хочу.. но не хочу сделать тебе больно… Танджиро никак не мог выровнять дыхание и привести мысли в порядок, но Муичиро, будучи в том же разгоряченно-расплавленном состоянии, с первых секунд понял, что хотел донести до него парень. --Выкинь уже эту мысль, --шепчет столп и тянет руки к лицу мечника, чтобы прислониться своим лбом к его. –Я тоже хочу… очень-очень хочу, --он бормочет это сквозь ненавязчивый тягучий поцелуй, в которой затянул его Танджиро, и поглаживает ладонями его щеки. –Я обещаю, что скажу, если мне будет больно, но до этого момента, Танджиро… не смей сдерживаться.