пиздапокалипсис андрея

– хочу трахнуть фёдора, – спокойно заявил андрей и федя почти не удивился. у них с андреем особые высокие отношения: они любят друг друга, трахаются, но иногда приходят ещё другие люди, знаете, как в курилку, и андрей ебётся ещё и с ними. правда раньше это всегда были девушки, но фёдор стэдди – приятный во всех отношениях парень, андрея можно понять. андрей у феди – особенная снежинка, просто очаровательно, что из всех людей на земле федино глупенькое сердце избрало обаятельного алкаша-сексоголика с сюрпризом. ну хоть с витаминками андрей завязал, и на том спасибо боженьке за малые наши милости. – хорошо, – сказал федя. чё он ещё мог сказать? – договорись с ним пожалуйста, я стесняюсь, – попросил андрей. – родной, надеюсь это шутка, потому что звучит смешно, – федя захмыкал в кулак и вытаращил глаза, когда понял, что андрей не шутит, – можно тогда узнать, как ты планируешь с ним потрахаться, если стесняешься даже подкатить? – я об этом не подумал, – покаялся андрей, – но мне главное, чтобы он согласился, думаю дальше я справлюсь. – окей, – федя букер всегда был компанейским парнем, осталось только известить компанию.

***

легко пообещать, предстояло объясниться с фёдором, который мог и в зубы феде дать за такую хуйню. ну ладно, положим зубы свои федя не на помойке нашёл, найдёт в себе силы защититься, но вот здороваться фёдор с федей может и перестать. им удалось пересечься на квартире у одного из общих корешей. андрей дома задротил в комп, так что общаться им предстояло один на один. фёдор ему обрадовался, последний раз они общались с ним в том году, когда писали епишку, с учётом того, что в прошлом у андрея и фёдора была специфическая дружба, когда они то срались чуть ли не до драк, то андрей начинал восхвалять своего братика с золотыми руками, феде предстояло интересно провести время. фёдор охуел конечно, но лишь самую малость, как бывший близкий коллега, о некоторых особенностях андрея он знал не понаслышке. – долго он продержался, – фёдор настроен был иронично. – его было кому продержать, – букер сама скромность. – забавно, поменял значит федю на федю... – давай не пизди, пожалуйста. тебя ждать? – подумаю, – фёдор хмыкнул грустно, – так и передай своей владычице морской. федя тоже улыбнулся. по себе знал, что от таких предложений не отказываются.

***

– ну что? – андрей стянул наушники на шею и посмотрел на федю с затаённой надеждой. федя, переодетый уже в домашнее, плюхнулся в кресло, похлопал себя по колену. – подойди сюда. андрей, в жизни обычно активный и насмешливый, наедине с федей неуловимо менялся. куда-то стекала вся вредность, самоуверенность, он рядом с федей становился почти робким. вот и сейчас, стоило феде понизить тембр голоса, как андрей посмотрел на него стеклянными глупыми глазами, разом растеряв весь свой словарный запас. андрей снял наушники, положил на клавиатуру, не глядя даже, а потом, шаркая тапками, пошёл в федину сторону. – садись, – говорит федя, андрей усаживается на колено к нему, дёргает бровями трогательно, типа я не понимаю. федя мгновенно руки на тонкой талии сцепляет. теперь не уйдёт, только с боем если вырываться. – давай, родной, обсудим с тобой, что мы имеем, – начинает обстоятельно федя, притягивая андрея поближе и устраивая свой подбородок на его плече, – мы с тобой зовём фёдора к нам как кого? он просто чел, который тусанёт с нами один раз или мы с тобой ещё должны обсудить некоторые моменты? андрей смотрит жалобно, начинает нервно ковырять носком тапка ковролин, молчит. федя смотрит на это, улыбается терпеливо, продолжает: – я умею делать выводы, андрюш, и понимаю тебя без слов, но тут дело тонкое, потребуется проговорить это голосом, понимаешь? – мне просто всегда хотелось, понимаешь... – андрей начинает, замолкает, смотрит тупо в пол, шмыгает носом смешно, – ну просто, бля, тогда это было так ярко, тебя ещё не было тут, мне было интересно, а он злился, но я знаю, что хотел. в общем, мне просто хотелось наверное закрыть этот вопрос? чтобы он уже точно не висел в моей жизни, нашей, – тут же поправляется он. – я правильно понимаю, что ты не влюблён и секс не разобьёт тебе сердце? ты контролируешь эту сторону себя или мне беспокоиться? – не, я раньше думал про это, но сейчас точно нет, но он мне нравится всё равно, – андрей наконец поднимает на федю глаза, они блестят как-то, как будто андрей всё же не до конца разобрался в себе или немножко лукавит. но федя понимает, что это получится выяснить только опытным путём, а значит он даст андрею, то, что тот хочет, разделит с ним этот опыт. федя гладит андрея по спине, проводит по позвоночнику, чувствует, как тот покрывается мурашками. федя за эти годы приноровился к андрею, как к любимой гитаре, он идеально совпадает с его излучинами, ложится в ладони как надо. федя целует острое плечо, чувствует, как андрей начинает плыть. ему много не надо вообще, моментально загорается. вторую руку федя перемещает на живот андрею, двигает пальцы под резинку шорт, чувствует как поднимается температура его тела, как поджимается впалое андреево пузико, опускает ладонь ещё ниже, тут совсем горячо и уже влажно, андрей давно не брился, лобок зарос щетиной, но феде так вообще фиолетово, есть волосы или нет. мягкие складочки принимают его палец дружелюбно, андрей приоткрывает рот, вздыхает на грани слышимости. – соскучился, да? – оказалось, что федя любитель попиздеть в койке, ну кто бы мог подумать. андрей захлёбывается стоном, когда федя впервые обводит пальцем клитор, нежно гладит его. андрей поджимает пальцы на ногах, скребёт ногтями по фединой футболке. ребро ладони отлично потирает, андрей начинает тереться об него, ёрзает на фединой коленке. у него на лбу выступает испарина, глаза зажмурены и на мокром месте. федя такого распалённого андрея страсть как любит. ладонь его уже полностью мокрая, андрей всегда обильно течёт. – ну-ка, привстань. андрей на ватных ногах встаёт, отходит чуть в сторону. федя чмокает его в плечо, быстро снимает свои штаны и футболку, потом раздевает андрея. садится в кресло опять, андрей споро забирается ему на колени, садится верхом, почти сразу рукой нащупывает федин член, чуть приподнимается, чтобы со стоном протолкнуть его в себя. андрей всегда такой узкий, сколько бы они не занимались сексом, он всегда жаркий и отзывчивый. федя не знает, как так вышло, что этот порочный робкий дьявол достался именно ему, но теперь он своего не упустит. он подкидывает бёдра вверх, андрей мокро подвывает, обнимает его шею, скребёт ногтями загривок, всхлипывает в ухо, его стоны – самая сладкая музыка, федя играет на андрюше как на инструменте, извлекает эти прекрасные звуки, нежит его, но интенсивно поддаёт снизу, чтобы тот не расслаблялся. бедра все в смазке, андрей ёрзает, не может в этой позе как следует подмахнуть, приходится терпеть и довериться феде, который планомерно ведёт его к краю. самому ему тоже не просто, внутри так влажно-ребристо, так славно сжимает всё сильней, андрюша как пиявочка, которая присосалась со всех сторон, грызет федино плечо острыми зубками, воет в ключицу, наконец стон случается совсем тонкий, нежный, андрюша до боли втягивает кожу в рот, оставляя красный след, а федя вжимает андрея в себя, фиксирует бедра, пока тот плавится от долгожданного тепла внутри. дальше дело привычки, федя подхватывает разомлевшего андрея, несёт в спальню, складывает на кровать. спина спасибо не скажет, но скажет андрей, а это важнее. мокрым полотенцем обтирает его, сухое подкладывает под бёдра, сейчас натечёт, федя знает, что андрей не может залететь, и от этого очень любит полежать вот так, понежиться. в первые разы это конечно сносило башню, что можно кончить вот так, без резинки, во влажную теплоту. сейчас, честно говоря, тоже сносит, просто федя научился сдерживаться за почти семь совместных лет. – полежи со мной, – сыто мурчит андрей, когда видит, что тот полез в телефон, федя падает рядом, целуя того в макушку. – он только что согласился.

***

фёдор трёт лицо похолодевшими ладонями, когда букер присылает адрес. как же, блять, проклято. какая дикая ситуация, причём загнал себя сам. чего стоило обойти федю и съебаться в тот вечер от него и его странно-волнующих приглашений. и андрей тоже ещё, ясно-понятно, чья идея, букеру фёдор в койке в хуй не упёрся, а вот андрей всегда был жадиной, зачем ему один федя, когда можно два. фёдору вспоминается старый твит андрея, разлетевшийся по твиттеру и попавший даже в его ленту. что-то про то, что девочка выбирает моногамию, а женщина предпочитает с одним по чётным дням, с другим – по нечётным. фёдор тогда хихикнул даже, потому что в этом весь андрей, как он крутился всегда вокруг фёдора, как бессильно страдал, что не может быть ближе, ведь фёдор в отношениях. между ними искрило пиздец, с самого начала искрило. было страшно оставаться наедине, фёдор и сам боялся сорваться, андрей всегда по грани ходил, провоцировал как будто. доебался однажды с обнимашками, фёдора дёрнуло, чуть не убил его. в гримёрке тогда после концерта плюхнулся ему лохматой башкой на колени, когда фёдор заебанный сидел, мокрый, без футболки. начал что-то саркастично затирать про то, какой фёдор молодец, как он хорошо вытягивает бэки, тот слушал и зверел. а потом андрей потерся башкой о фёдорову ширинку, которая прям в затылок упиралась, стояк конечно трудно было скрыть, посмотрел на него снизу вверх и вдруг широко лизнул блядскую дорожку на животе. фёдор тогда бездумно, как на автомате, схватил его за цепь ебучую, каждый раз этот придурок её шею вешал, модница нахуй, андрей и дернуться не успел, как фёдор его вздёрнул, вдавил грудью в спинку дивана, сам сзади прижался. шея побелела под цепью, андрей захрипел, заскрёб по звеньям трясущимися пальцами, из последних сил выдавил: – бля, больно! фёдор ему в ухо зашипел: – ещё раз так сделаешь, я тебе въебу... – лучше выеби, – хрипят в ответ. фёдор выпустил цепь, оттолкнулся, отскочил от дивана. андрей медленно развернулся, лицо покраснело, глаза мокрые от слёз, от этого будто ещё ярче горели, рот жадно воздух хватает. глянул из-под чёлки дико, как-то нехорошо, хрипло протянул: – ну и душный ты, фёдор, – на нетвёрдых ногах вышел за дверь. и что самое главное, больше почти не лез. на сцене бывало обнимет, на людях руку или голову на плечо положит и всё. как отрезало. а фёдор с тех пор как зверь из засады настороженно провожал его глазами, чувствовал, что сломал андрей внутри него что-то. другие мужики при этом фёдору не нравились, даже не смотрел на них, а тут как помешательство. хорошо, что пути их разминулись, думал иногда. что бы вышло, если б он поддался тогда, но до конца боялся представлять. а тут вот, спустя столько лет такой прикол, главное дождался ведь, пока федя останется один, без обязательств перед девушкой.

***

с самого утра зарядил весенний дождь, весь день федя смотрел, как андрей мечется по квартире, тот делал вид, что ему всё равно, но федя-то видел. перехватил его в конце концов одной рукой за талию, тормознул. – так. пошли со мной на кухню. андрей поплёлся следом, как приговорённый. федя усадил его, кинул в бокал пакетик чая с лавандой, залил кипятком из чайника, поставил кружку перед андреем. – родной, всё в порядке будет, я понимаю, что ты нервничаешь, но ты и сам знаешь, что я приму тебя с кем угодно. давай ты попьёшь чай, съешь что-нибудь и расслабишься. андрей посмотрел на него отчаянными глазами: – ты правда уверен, что примешь меня любым? ты не бросишь меня, потому что я без тебя никакой, я не смогу. – так и я не смогу, куда мы друг от друга. андрей только допил чай, когда в домофон позвонили. федя встрепенулся, пошёл открывать, а андрей опять замер, не дыша от волнения. второй этаж, фёдор поднялся быстро. зашёл, стряхивая капли дождя с капюшона ветровки, пожал руку феде, посмотрел на андрея, впившегося ногтями в дверной косяк: – привет, андрюш. – п-привет, – тот заикнулся и дрогнул голосом буквально на секунду, но потом взял себя в руки, – хорошо, что пришёл, проходи, мой руки, ванная в конце коридора, – и юркнул опять на кухню. федя и фёдор переглянулись, федя прошёл за ним к ванной, смотрел как тот тщательно мылит широкие ладони. – он волнуется, не жести с ним, будь добр. – федь, я не урод, я вижу. в комнату вернулись вместе, андрей сидел на диване, открывал своё любимое вино. фёдор улыбнулся немного смущённо: – вы прям подготовились... андрей вскинул голову и федя подумал, что андрей сейчас очень красивый: вечерний закатный свет из окна выкрасил его в золотисто-розовый цвет, глаза блеснули немножко хитро, силуэт андрея почти светился нежным золотым ореолом, образуя гало. андрей никак особенно не наряжался, простая белая футболка, серые спортивки, белые носки, но выглядел выжидающе-торжественно, федя подумал, что это видно только ему, он знал, что андрей нервничал, а фёдор мог этого и не видеть. – мы же ждали тебя. федя посмотрел на фёдора краем глаза, тот неотрывно смотрел на андрея, очевидно был смущён, но и очарован тоже. андрею не нужно было специально что-то делать, он просто магнитил к себе взгляды, прикосновения, чувства. этот андрей, был полузнакомцем для фёдора, не таким бешеным, как тот, юный, не таким ярким; взрослый андрей был тонким, нежным, почти прозрачным, как сказочный эльф. но, фёдор подозревал, внутри всё ещё пламенел тот пироман, которого он помнил, без разбора сжигающий всё и всех на своём пути. при этом андрей с бокалом вина был таким привычным и органичным, как будто они вернулись на шесть-семь лет назад, он покачивал ногой, закинутой на ногу, что-то болтал о том, что заебался с текстом, что вышла новая игра и хорошо бы достать её поиграть, федя глотал слишком сладкое на его вкус вино и смотрел, как щёки андрея раскраснелись, как ещё сильней заблестели глаза, как стала раскованней поза и думал ну вот щас, вот сейчас, пора. фёдор встал с кресла напротив андрея, обошёл журнальный столик, взял пустой бокал, убрал его из рук андрея, потянул его за руку к себе. они были одного почти роста, но нынешний андрей казался ещё более хрупким на фоне смуглого широкоплечего фёдора. целовать его фёдор не спешил, погладил по щеке, очертил острый уголок челюсти, пригладил брови, обвёл глаза, по спинке носа спустился к губам, тронул пальцем остренькие уголки лука купидона, прижал палец к нижней губе, надавливая. андрей, глядя ему в глаза, втянул кончик пальца в рот, прикусил мягко зубами. – всё такой же кусливый? – усмехнулся фёдор, приподнимая голову андрея и одновременно проталкивая палец глубже в рот, прихватил его изнутри и снаружи за щёку, потыкался пальцем. андрей всё это время не сводил с него полуприкрытых глаз, не пытался сделать что-то сам, – какой же послушный стал. фёдор перехватил узкий подбородок, подтянул к себе, тут андрей уже и сам потянулся, припал к губам фёдора, положил робко руки на плечи. фёдор целовал жёстко, чувствовалось, что не планирует отпускать контроль. это было необычно, федя понимал, что он сильно больше, поэтому давал андрею порулить, старался играть с ним на равных, лишь иногда, когда андрей был в особом настроении, брал контроль в свои руки и действовал жёстко. фёдор же был точен и размерен как часовой механизм, целовал так, что андрей забил на борьбу, сдался сразу, принимал в себя язык, слюну, всё, что фёдор был готов ему дать. незаметно для него сзади подошёл заскучавший федя, его большие ладони на талии прожигали сквозь ткань, они потянули футболку вверх, андрей вынужденно поднял руки, позволяя себя раздеть. федя бросил взгляд в зеркало на стене: зажатый между двумя более крупными тёмными фигурами, стройный белокожий андрей смотрелся как ягнёнок, окружённый волками. пока андрей и фёдор целовались, федя вылизывал андрюшину шею, гладил по груди, тёр соски, отчего андрей тихо постанывал фёдору в рот. фёдор тоже начал активно изучать тело андрея, огладил плечи, руки, распластал ладонь на спине, надавил на поясницу, андрей качнулся в его сторону, потёрся грудью о ткань, хныкнул недовольно, отрываясь от фёдоровых губ: – вы не будете раздеваться? федя оторвался, быстро, по-пионерски, скинул с себя и футболку и домашние штаны. фёдор тоже разделся, потянулся к штанам андрея, обхватил талию, большими пальцами сзади подцепил резинку, надавил на ложбинку меж ягодиц, андрей нетерпеливо задрожал. фёдор продолжал тянуть штаны вниз, пока они не оказались под маленькой круглой жопой андрея, широкие, заросшие тёмными волосками ладони на ягодицах показались феде очень волнующими. он впервые видел чужие мужские ладони на нём, обычно с ними тусили девчонки, но, справедливости ради, не слишком часто, федя вполне справлялся с неудержимой энергией андрея своими силами и своей фантазией. фёдор провёл пальцем по ложбинке между ягодиц, потёр тщательно смазанный анус: андрей потянулся с утра в ванной, федя помог, вжимая за шею в плитку и насаживая на свои пальцы. а потом фёдор погладил пальцами дальше и наткнулся на вязкую андрееву смазку, которая перепачкала уже все штаны: – значит, всё же да... – ты не знал? – федя не смог скрыть удивления, – я тебе даже не намекнул, потому что был уверен, что уж ты-то в курсе. – ну за промежность я его не хватал, только он меня, так что мог только догадываться, – федя ухмыльнулся, – теперь конечно ещё интереснее стало. андрей, про которого все, казалось, забыли, подал жалобный стон. федя тут же встрепенулся, приобнял того за шею, погладил по лицу, по губам, андрей опять втянул пальцы в рот, начал играться с ними языком, вздыхая, так как фёдор наконец добрался до лобка и кружил пальцами по мягким мокрым губам, не проникая пока во внутрь. андрей, не вынимая пальцев изо рта, неразборчиво зашептал: – пожалуйста, фёдор, не мучай меня... фёдор кивнул, приподнял одну ногу андрюши, прошёлся щекотно пальцами, аккуратно, почти нежно проник между них, начал поглаживать маленькую дырку, смазка захлюпала, андрей покрылся красными пятнами, откинул голову феде на плечо, закатывая глаза. федя, придерживая его одной рукой, начал разминать сжатый судорожно анус, чувствуя, как расслабляются мышцы, как принимают кончик пальца. фёдор уже загонял два пальца, когда федя нащупал простату, ласково поглаживая её. андрей уже стоял почти на носочке, его нога напряглась, затряслась, фёдор увидел это, переглянулся с федей. – где кровать? андрей закинул ногу на бедро фёдора, тот прижал его за талию, почти на весу перетащил в направлении фединой руки, сгрузил на кровать. андрей лежал с раскинутыми в стороны ногами в трогательных белых носках, смотрел на них исподлобья, облизывал губы. федя обошёл кровать, сел в изголовье, андрей споро развернулся, пополз к нему, путаясь в одеяле, ткнулся в федин живот лицом, начал выцеловывать его, спускаясь ниже и ниже, потёрся лицом о член, начал вылизывать узоры на стволе: – не хулигань, возьми в рот, – федя ласково заправляет между губ андрею, тот сразу же насаживается, пускает слюни, начинает скользить вверх-вниз. фёдор забирается на кровать сзади андрея, раздвигает тому ноги, давит на поясницу, выставляя того, как ему надо. второй рукой гладит по промежности, надавливает пальцами, проникает внутрь, начинает двигать пальцами, удерживая андрея на месте. андрей с членом во рту начинает дрожать, что-то непонятное мяучит, выпускает тот изо рта, трётся опять лицом. федя наклоняется к нему, впивается в губы, купается в его важном солёном дыхании, в его стонах, вылизывает его рот изнутри. ноги андрея дрожат, по бёдрам на простынь стекает смазка, в ней перемазаны уже и сам андрей, и фёдор. он уже давно сложил лодочкой три пальца, большим пальцем при этом потирает колечко ануса, краешком пальца лаская мышцы. федя отрывается от андрея, лезет под подушку, достаёт пару квадратиков и флакончик со смазкой, андрей протестующе воет: – не надо их! – дурачок, что ли? – крутит у виска федя, – из жопы сперму тоже хочешь вымывать? – хочу! – как скажешь, родной. федя ложится на кровать, надрачивая свой член, зовёт пальцем потного розового андрея, тот подползает, сначала ласково целует, лижет губы феди, потом получает шлепок по заднице, разворачивается неуклюже, перекидывает дрожащую ногу через бедра феди, ложится на него спиной, федя задирает ему ноги, тянется к дырке, но фёдор его останавливает: – можно мне? федя убирает руку, фёдор вставляет два смазанных пальца, раздвигает их на манер ножниц, тянет упругие стенки, андрей напрягает мышцы, выталкивает пальцы назад, фёдор в отместку добавляет ещё смазки и ещё два пальца, они заходят туго, но ничего критичного, походу и вправду хорошо федя потянул. андрей хнычет, по щекам текут слёзы, федя держит его за живот одной рукой, а второй приставляет свой член к анусу, андрей судорожно сжимает дрожащие ноги такими же потными и неуверенными руками, сложен почти пополам, федя втискивается медленно, и он, и андрей успевают ещё больше пропотеть, жопу андрея они трогают очень нечасто и то, в основном пальцами, федя с утра старался как мог, чтобы растянуть андрюшу посильнее, но понимал, что придётся нелегко, очко всё ещё тесное, федя чувствует, как медленно его затягивает, андрей скулит сверху, наконец весь член погружается в андрюшу, он сидит на фединых бёдрах, на пробу приподнимается и опускается несколько раз, федя держит его задницу в ладонях, стонет сквозь зубы, теснота такая, что не спустить бы сразу. андрей катается ещё немного, федя сжимает его ягодицы до красноты, оставляет лёгкий шлепок, вырывая из андрея звонкий вскрик, пока фёдор дрочит, смотря на них. – нравится тебе член внутри? – фёдор смотрит восхищённо, федя может только предполагать какая лакомая штучка андрей спереди сейчас. однажды у них была девочка со страпоном, но андрюша не был так взбудоражен и возбуждён. – а что, фёдор, предложишь ещё и свой? – запинаясь говорит андрей, так федя уже сам подхватывает его под коленями, сгибает, чтобы вбиваться поглубже, дырка андрея становится эластичнее, внутри задевается что-то такое, от чего андрей дергает ногами, пытается сжать их, но федя не пускает. – можно подумать, что такая ненасытная жадина сможет отказаться. фёдор подползает, накрывает ладонью пизду андрюши, трёт клитор, андрей плачет ему в лицо, дрожит ещё сильнее, стонет уже без остановки. фёдор загоняет четыре пальца, сгибает их, наращивая темп, федя медленно поддаёт снизу, андрей нанизан как бусинка на нитке, абсолютно бесправен, может только подмахивать, фёдор дрочит до того момента, пока андрей не пищит и брызгает ему на руку короткой тугой струйкой. – какой ты несдержанный, – шутливо ругает его фёдор, – смотри, всех нас перепачкал. он даёт андрею облизать свою ладонь, тот дышит тяжело, ноги трясутся мелкой дрожью, – давай, высунь язык. андрей смотрит на него заворожённо, высовывает язык, фёдор наклоняется, держит его за подбородок, вбирает язык в рот, посасывая, отвлекая андрея, а сам в этот момент приставляет член, и въезжает в мокрую хлюпающую тесноту. андрей распят между двух тел, снизу поддаёт бедрами федя, распирает его, одновременно давит на живот, вынуждая андрея будто принять ещё больше, хотя он и без того заполнен до краёв, сверху фёдор чётко двигает бедрами, он стремителен, бьёт в цель, клитор задевается при каждом движении, простата стимулируется толчками снизу, андрей с высунутым языком, он прям чувствует себя тянкой из хентая, которую ебёт стоглавая хтоническая ебола. ему много, ему полно, кажется, что два члена сейчас встретятся, пробьются друг к другу, порвут андрюшу, наказывая за блядство и ненасытность, но этого не происходит, они продолжают ебать рыдающего андрюшу, продолжают терзать его дырки, хлюпают смазкой его собственной и чужой химической. в какой-то момент андрей просто начинает повизгивать как щенок, ноги дрожат совсем уж бесконтрольно, он пытается столкнуть фёдора с себя, тот вынимает член, вставляет пальцы, быстро ими двигает, задевая внутри всё, из-за чего андрей опять заливает ему руку и кровать. федя просто думает о том, что крутой идеей было надеть непромокаемый чехол на матрас, потому что от возбуждённого андрея уже натекла лужа будь здоров. после член фёдора возвращается, звуки становятся ещё более пошлыми, андрей сжимается уже совсем бесконтрольно, у него уже нет сил даже стонать в голос, он чуть подвывает и беззвучно открывает рот. фёдор чувствует внутреннюю андрееву дрожь, она передаётся всем им, дырки сжимаются, выдаивают, высасывают им положенное, андрей дёргается, они зажимают его между телами, федя вгрызается в шею, последний раз загоняет член в тесноту, чувствует как тепло затапливает андрея изнутри, он закатывает глаза, фёдор вылизывает его ключицы, вбивается в сопротивляющиеся нутро, застывает, тянется к губам андрюши, затыкает того поцелуем и наконец тоже выплёскивается с глухим стоном. фёдор медленно сползает с них, федя аккуратно опускает ноги андрея, приподнимает разомлевшего андрюшу за бока, бережно укладывает его на кровать, тянется, разминая собственные затёкшие мышцы, поворачивается к андрею, целует его лицо, пока фёдор выцеловывает живот, грудь и бедра, постепенно поднимаясь выше. в конце концов фёдор и федя одновременно сплетаются языками с андреем, вылизывают губы ему и друг другу. фёдор опускает руку вниз, трогает припухший клитор, андрей задыхается им в рот, ловит рукой плечо фёдора, вцепляется в него ногтями, скребёт по коже, пока фёдор потирает его, параллельно собирая в ладонь вытекающую отовсюду сперму, федя видит, что андрей мучается, уже устал, не может никак кончить, проталкивает ему горстью пальцы в растянутый анус, одновременно пихает ладонь в рот, андрей жадно сжимается всеми своими дырками, содрогается от стимуляций и опять кончает, прикусывая федины пальцы. андрея облепляют и обнимают с двух сторон сразу, он обессиленно привалился к груди фёдора, тот зацеловывает его плечи, пока федя дует ему на лицо, убирает прилипшую челку с глаз, гладит острые стрелочки ресничек: – ты как, мой хороший? – спрашивает федя, – от его нежного тона у андрюши внутри всё переворачивается, потому что он лежит между любимым федей и другим дорогим ему человеком, потому что внутри него растеклась чужая сперма, он чувствует себя так странно, федя принимает всего его со всеми заскоками, он любит его безусловно, как можно любить воду или солнечный свет, такого федю очень сложно не любить в ответ, не отдаваться ему без остатка. но позади него тоже важный человек: фёдор, им столько надо обсудить, они почти не взаимодействовали последние годы и теперь андрей чувствует потребность восполнить эту недостачу. – если я скажу, что захочу повторить... – слабым голосом начинает он. – то мы повторим, фёдор? – федя смотрит через плечо андрея, его красивые серые глаза внимательно вбирают золотые чаинки на дне карих, почти чёрных глаз фёдора. тот улыбается немного грустно, целует андрюшу в висок. – если я через столько лет всё равно пришёл к тебе, никуда уже от вас не денусь, ты понял? андрюша может и был жадиной, но его феди умели делиться.