На восьмом этаже

Она словно призрак, за которым я постоянно бегаю. Я вижу её везде, где бы ни был. От неё исходит такой свет, который способен затмить солнце. Или я себе это придумываю? Не знаю. Но знаю одно: с той встречи я вижу её повсюду и не хочу, чтобы это заканчивалось... За три месяца до... — Эй, ты идёшь? — крикнул Сударь, отвлекая молодого темноволосого парня от мыслей. — Иду, — ответил он. — Брат, ты как будто не на этой планете, — сказал длинноволосый парень, закидывая руку на плечо друга. — Что-то случилось? — Нет, всё хорошо, не волнуйся, — ответил Дима, снова погружаясь в мысли. — Ну хорошо. Перестань думать о работе. Мы в Риме! Расслабься, получай удовольствие, ешь пиццу и ни о чём не думай. — Ладно, убедил. Но сам же знаешь, что нужно записать выпуск про охотников за привидениями (Ghostbusters), а где снять — я не представляю. — Ты придумаешь, я же тебя знаю. — Спасибо, брат, — сказал Дима, наконец-то улыбнувшись. — Та-а-ак, и где тут пицца? Интересно, они согласятся приготовить с ананасами? После этих слов оба парня рассмеялись. — Смотри, похоже, нас узнали. Так, я пожалуй пойду, — сказал Сударь, показывая куда-то в сторону. Темноволосый парень повернул голову и увидел, что к ним направляется девушка. Вроде бы ничем не примечательная, если не считать славянской внешности. Поверьте, это было очень заметно среди итальянцев. Дима был уверен, что сейчас всё пойдёт по привычному сценарию: она попросит сфотографироваться и на радостях убежит, не попрощавшись. — Добрый день, можно вас обнять? — сказала подошедшая девушка. Этот вопрос удивил блогера. — Добрый, да, конечно, — растерянно ответил он. Девушка уверенно подошла и заключила его в медвежьи объятия. Парень сначала остолбенел, но потом обнял её в ответ. Спустя пару секунд он почувствовал исходящее от неё странное тепло и уют, которых не ожидал. Так они и простояли минут пять, пока их не отвлёк вернувшийся Сударь. — Воу! Я на пару минут отошёл, а ты себе девушку за это время нашёл? Я впечатлён. Растерявшись, они отстранились друг от друга, словно вынырнув из одного сна в другой. Щёки девушки залил румянец, но взгляд её был ясным и полным благодарности. — Нет, это не то, о чём вы подумали, — поспешно сказала она, обращаясь к Сударю, но тут же снова посмотрела на Дмитрия. — Я просто... попросила обняться. Дмитрий, спасибо огромное. Это было для меня очень важно. Она сделала маленькую паузу, подбирая слова, а парни стояли в лёгком ступоре, не в силах прервать её. — Вы... вы не представляете, — продолжила она, и её голос дрогнул от искренности. — Вы всю мою жизнь давали стимул двигаться вперёд, не оглядываясь назад. Ваши видео, ваши слова... это была моя мотивация не сдаваться в самые трудные времена. И для меня это не просто пустые слова. Спасибо, что вы есть. Сказав это, она вскинула руку в застенчивом прощальном жесте, развернулась и быстро зашагала прочь, растворившись в римской толпе так же внезапно, как и появилась. Дима неподвижно смотрел ей вслед, а в ушах ещё звенела тишина, оставшаяся после её ухода. Тепло от объятия всё ещё жило где-то в груди, странное и настоящее. — Ну что, — свистнул Сударь, вырывая его из оцепенения. — Вот это фанатка. Ты в порядке? Дима медленно кивнул, всё ещё не в силах оторвать взгляд от точки, где он видел её в последний раз. — Да... В порядке. Просто... неожиданно. — Неожиданно? Брат, это эпично! — рассмеялся Сударь. — Обычно просят фото или автограф, а тут целое пятиминутное объятие с исповедью. Настоящий фанат! — Фанат... — безразлично повторил Дима. Внутри же всё переворачивалось. «Идиот. Я полный идиот. Она сказала, что я изменил её жизнь, а я даже имени её не спросил. Простоял пять минут в обнимку с человеком и не сказал ничего, кроме "добрый" и "конечно". Она ушла, а я даже не узнал, как её зовут». — Эй, Земля вызывает Дмитрия! — Сударь щёлкнул пальцами перед его лицом. — О чём задумался? Неужели одно объятие так тебя выбило из колеи? — Нет, просто... — Дима с трудом подбирал слова, пытаясь выразить то, что бушевало у него внутри. — Она же сказала, что это было для неё очень важно. А я... Я просто стоял как столб. Может, надо было поговорить с ней, узнать, что именно помогло... Или просто познакомиться. Сударь удивлённо поднял брови. — Знаешь, обычно после таких встреч ты шутишь, что «работа есть работа», и идешь есть. А сегодня что-то не так. Неужели тебя одна девушка так зацепила? «Зацепила?» — мысленно усмехнулся Дима. «Это не то слово. Она была как луч света. Такой искренней. В её объятиях было больше тепла и доверия, чем в десятках стандартных встреч с поклонниками. И этот взгляд голубых глаз ...». — Просто... жаль, что не спросил имя, — вслух сказал он, снова глядя в ту сторону, где она исчезла. — Всё как-то слишком быстро закончилось. — Бывает, — пожал плечами Сударь, уже теряя интерес к философским размышлениям друга. — Может, ещё встретится. Рим не такой уж и большой. А теперь идём, а то ты ещё расчувствуешься тут. Пицца ждёт! Дима кивнул и пошёл за другом, но в душе оставалась странная пустота. Он никак не мог объяснить другу, что это было не просто «неожиданно». Это было похоже на тихий переворот. На его глазах безликий «фанат» на секунду обрёл имя, голос и историю. И впервые за долгое время его собственная работа предстала перед ним не как бесконечная гонка за контентом, а как что-то по-настоящему важное. Что-то, что могло согреть чью-то душу. И это «что-то» только что обняло его посреди Рима и ушло, оставив в воздухе лёгкое, неуловимое эхо и одно единственное сожаление — о неспрошенном имени.