Гибрид 3-3

      – Чонгук, оставь мой кукольный домик в покое... – Вусан косо посмотрела чернющими глазами на парня, что аккуратно переставлял мебель в розовом домике.              Девочка выполняла задания по математике, а 3-3 помогал с тем, что у неё не получалось. От нечего делать гибриды проходили школьную программу. Однако делать было настолько нечего, что они проходили её усложнённый вариант на уровне престижного лицея, что окончил Тэхён.              – Всё, не трогаю, – со вздохом Чонгук поднялся, потягиваясь. – Как прогресс? – он присел рядом и взял листок с решенными заданиями.              Ву с нетерпением посмотрела на него. Парень слегка отрастил волосы на макушке с пробором по середине, ниспадающие на лоб. Так он больше походил на современных подростков.              Лицо Чонгука посерело, и брови свелись у переносицы.              – ... Вусан, тут половина неправильно, – вынес вердикт.              – Д-да быть такого не может! – выпалила девочка. Она выхватила лист с половиной перечеркнутых решений, и он вспыхнул.              – Черт, Вусан! – парень книгой начал забивать по столу тлеющие кусочки бумаги. – Ты ж маленький дьявол!              К счастью, пожарная система не сработала, и огнетушитель в углу комнаты не понадобился.              – Что у вас здесь происходит? – в бокс зашёл Тэхён, смотря на переполох.              – Я написала всё правильно, но листок сгорел! – Ву состроила гримасу, будто вот-вот расплачется.              Чонгук уставился на неё и потерял дар речи. Врёт и не краснеет!              – ... Хорошо, если устала, можешь пойти отдохнуть, – со смирением протянул Тэхён. Догадался обо всём.              Вусан радостно воскликнула и убежала под одеяло, раскрывая книжку по истории. Её слишком затянули события прошлого. Для неё они казались фантастическими, как для плоскоземельщиков – глобус.              Чонгук хмыкнул и утянул старшего в крепкие объятия за место приветствий. Тэхён хоть и привык к подобному, всё равно вздрагивал каждый раз. 3-3 ростом слегка перегнал старшего, заметно шире в плечах и с нарастающей мускулатурой. Гибрид изредка занимался спортом в комнате, но хорошая генетика делала свое. Не зря бытует мнение, что у детей смешанных рас рождается красивое и сильное потомство. Особенно, когда генотипы подбирало несколько учёных.              Тэхён на фоне Чонгука казался не среднестатистическим парнем, а его тощим подобием. Отсутствие нормального питания и активного образа жизни делало своё. И к этому стоило прибавить страдающее здоровье.              Младший оставил лёгкий поцелуй на щеке Тэхёна, на что Ву крикнула им:              – Шуруйте к себе в комнату миловаться! – надула губки девочка.              – Где ты таких слов набралась?? – Тэхён отпрянул от крепкой груди и округлил глаза.              5-3 усмехнулась:              – Профессор Персий ругался на ассистентов и громко кричал: « Лентяи, а ну шуруйте отсюда к...»              – Не продолжай! – перебил её Тэхён и потер переносицу. –... Не слушай, что Персий говорит, у него начинается старческий маразм.              – Маразм? – повторила Ву, и 3-3 громко рассмеялся. – Пойду скажу Персию, что у него маразм!              Тэхён не знал, смеяться ему или плакать... Зато Чонгук почти валялся по полу.              – Всё, уходите, вы мешаете мне читать! – она в последний раз буркнула на них и повернула голову к книге.              – Что ты так увлеченно читаешь третий день? – не выдержал и поинтересовался 3-3.              – История! Столько всего произошло, и это только человеческая часть событий, а есть ещё и истории магической половины общества! – поделилась Вусан, тыкая пальцем в картинки учебника. – Мир настолько огромен! – через секунду её настрой стих, и она продолжила полушёпотом: – Я бы так хотела выглянуть за забор центра, чтобы увидеть хоть крошечку этого мира...              Лица парней потемнели. Повисла гнетущая тишина. А что им сказать? Нет, Ву, гибриды никогда не покинут центр. После прошлой вылазки возможностей не появлялось, да и испытывать судьбу никто не хотел.              – Я привезу тебе сувенир, хочешь? – попробовал сгладить ситуацию Тэхён.              – Да, хочу что-то... Что-то мистическое и необычное! – уголки губ Вусан слегка потянулись вверх. Она всегда рада барахлу в комнате.              На том они и сошлись.              

* * *

             – Тэхён, проснись, – парня в плечо толкнул 3-3. Он, зевая, открыл глаза и перед собой обнаружил ноутбук и свой любимый текстовый редактор с диссертацией в процессе. Опять уснул за работой. Магистратура никого не щадила.              Энергичный, только вставший Чонгук поставил перед ним чашку кофе.              – Ох, кажется, меня спасёт только укол адреналина, – старший потянулся в кресле и потер лицо. На щеках он ощутил колючие проступившие волоски. – Черт, мне утром на конференцию, а у меня сил нет даже на побриться... – сделал глоток кофе, но тот действительно не взбодрил.              Пропустить конференцию он не мог по двум причинам:              Во-первых, завтра ему придётся выступать с презентацией перед научным сообществом. Над этой работой он долго корпел, совмещая её с диссертацией и прочими радостями.              Во-вторых, на мероприятии будет присутствовать его мама, которую Тэхён не мог подставить своим отсутствием.              Заметив неполностью раскрытые глаза старшего, Чонгук осторожно предложил:              – Может, я тебе помогу? – юноша вроде задумался, а вроде вообще не соображал. Гибрид кивнул сам себе и поволок старшего на выход. – Пошли.              Тэхён безвольно последовал за ним, еле перебирая ногами. В уборной он оперся о тумбу, полностью доверяя себя в руки Чонгука, что доставал свой набор для бритья. Старший расслабленно сомкнул веки, когда тёплые руки с пенкой проходились по щекам. Гибрид слишком аккуратно водил бритвой, боясь не то, что порезать, а потревожить дрему парня.              На губах Кима проступила лёгкая ухмылка:              – Ты так осторожничаешь, – он сонно взглянул на Чонгука, сталкиваясь с серыми внимательными глазами.              Пульс незначительно подскочил. Вроде физический контракт не чужд для них, но в последнее время он смущался.              Когда это началось? Несколько месяцев назад? Полгода? Тэхён не заметил переломного момента в их отношениях. Атмосфера между ними сменилась, стала чересчур близкой и тёплой, глубоко личной. Каждый лёгкий чмок отдавал электрическим разрядом по телу. Старший напрягался от собственной реакции на Чонгука.              Разве нормально, что голову посещали неприличные мысли в отношении своего подопечного?              Тэхён гулко сглотнул скопившуюся слюну и немного повернул голову. С закрытыми глазами он силился думать о завтрашнем дне.              – Готово, – голосом с хрипцой произнёс Чонгук.              Парень дергано развернулся к раковине. Ледяная вода вернула его в чувства, и старший облегченно выдохнул.              – Спасибо, ты прям постарался, – губы растянулись в улыбке, когда Тэхён рассматривал своё отражение в зеркале и растирал лосьон по щекам.              Спиной парень ощутил, как гибрид прижался к нему, руки расположил поперёк груди, а лицо спрятал в изгибе шеи.              – Хэй, что за прилив нежности? – усмехнулся старший, вымывая ладони.              Тэхён продолжал сводить действия Чонгука к привычной тактильности, пока задницей не ощутил каменное возбуждение. Хватка гибрида усилилась, и старший попытался оттянуть от себя чужие руки, что откровенно залезли под рубашку, сминая кожу. Гибрид губами проводил по загривку, оставляя поцелуи.              – ... Чонгук, перестань, – процедил юноша, вырываясь, однако получалось плохо.              На это Чонгук зарычал, и в отражении зеркала показались красные глаза, наполненные голодом и наваждением. Тэхён хныкнул. Сообразил, что спорить с ним не стоило. Больше не сопротивлялся, просто ладонями касался крепких рук, одна из которых опустилась на пах, сжимая сквозь брюки плоть, подающую признаки жизни. На это Тэхён в голос застонал и неосознанно откинул голову в сторону, давая больше пространства Чонгуку, который довольно заурчал. На шее с пошлым причмокиванием разливались лиловые узоры. Где-то острые клыки задевали кожу, выпуская капельки крови, что гибрид спешно зализывал.              Старший полностью отдался ощущениям, откидываясь назад на 3-3, мычал и постанывал. Чонгук расстегнул брюки, пальцы запустил под кромку боксёров Тэхёна.              Парень, казалось, задыхался, грудь резко вздымалась, а щеки горели. Тэхён не выдержал и развернулся к Чонгуку лицом, за затылок утянул в поцелуй. Язык старшего своенравно вторгался в чужой рот. Свободной рукой Тэхён залез в спортивки гибрида, на что тот счастливо заскулил. Надрачивая друг другу, их надолго не хватило – оба спустили, пачкая одежду и ладони. Старший выдохся, а ногу свело в лёгкой судорге. Энергии не осталось ни грамма, чтобы поднять расфокусированный взгляд на Чонгука. Младший же вновь уткнулся носом в шею, вызывая в юноше глухой смешок.              Через мгновение Тэхёну стало не до смеха. Его прошибла резкая и острая боль в изгибе шеи, куда вцепился Чонгук. Парень успел лишь воздух втянуть, как перед глазами расплылись тёмные пятна, а тело покинули силы, безвольно падая.              Тэхёна от переизбытка эмоций просто вырубило.                            Проснулся парень на кровати Чонгука, на удивление, выспавшимся. И в принципе проснулся, на удивление. Постель, однако, оказалась пустой и холодной. Гибрида в комнате не наблюдалось. С одной стороны, юноша обязан выпытать от Чонгука объяснения насчёт произошедшего. С другой, ему явно стыдно посмотреть младшему в глаза.              Конференция! Опомнившись, Тэхён посмотрел на время в смартфоне – почти пять утра. Он успеет собраться, если поспешит. Парень внезапно дотронулся до места укуса, куда заботливый младший налепил широкий пластырь. Нехотя пришлось заскочить в уборную, чтобы оценить масштаб трагедии. Белый пластырь и пунцовые засосы разукрашивали шею. И всё располагалось довольно высоко, так, что мятой рубашкой не прикрыть. Выйти в таком виде из бокса – проблема. Не так страшно попасться на камеры, как встретить смотрителей или охранника. Первые точно не оставят такое без внимания начальства.              В комоде Тэхён разыскал знакомую спортивную куртку Чонгука. Высокий ворот спас, однако вещь резко выбивалась из привычного образа. Собрав халат и сумку, он поторопился наверх, на парковку.              По прибытии домой Тэхён привёл себя в порядок и поел, прежде чем продолжать нервно придумывать, в какой одежде поехать. К сожалению, консилер, которым он закрашивал тёмные круги под глазами, не осилил такие синяки. Под стандартные рубашку с брюками отлично бы вписалась водолазка, но... его любимая порвалась, и пришлось выбросить её! А другого похожего в гардеробе не нашлось.              Целая гора тряпья рассыпалась по ковру. Черт. Не заявится же Тэхён в спортивной куртке на официальное мероприятие! На часах почти семь. Он уставился на экран телефона в надежде на озарение. Палец нажал на "контакты" и раздались гудки.              – Тэхён, прости, конечно, но ты рехнулся в такую рань трезвонить? – на той стороне прозвучал сиплый голос Чимина. – Я так хотел выспаться в выходной... Что-то случилось?              Видимо, до оборотня дошло, что просто так парень не стал бы звонить.              – Да, Чимин, это кошмар! – выпалил Тэхён. – Мне через пару часов нужно быть на важной конференции, где я буду выступать, а у меня... у меня... – вторил от неловкости              – А у тебя?              – А у меня шея, полная засосов! – крикнул он. – И прикрыть их нечем, черт, что же мне делать...!              –...              Повисло молчание на пару секунд.              – Вот ты дамский угодник, с похмелья еще, небось? – хмыкнул Чимин.              – ... Нет, это не то, что ты думаешь. Это намного хуже. Расскажу, если придумаешь, чем помочь.              – Хо-хо! Я могу одолжить тебе водолазку, ты видел её. Пятнадцать минут и я буду, – предупредил оборотень и с кряхтением поднялся с кровати. К счастью, размер одежды у них не значительно разнился.              Связь прервалась и Тэхён с облегчением выдохнул. К счастью, бывший одногруппник снимал жильё с девушкой на соседней улице. У Чимина хватило мозгов не идти в магистратуру, однако после выпуска они не прекратили общение.              Наверное, за всю жизнь это единственный человек (нечеловек), которого Тэхён мог назвать другом.              У парочки оборотней всё срослось на третьем курсе. Три года Тэхён выслушивал скулёж Чимина и всячески помогал в завоевании сердца девушки. После этого оборотень взаимно считал парня самым лучшим другом.              Чимин после выпуска устроился специалистом в природоохранную организацию, о чем вёл блог, который даже доход приносил.              В дверь, наконец, позвонили. С порога оборотень протянул пакетик с кофтой и охнул – вид друга удручал.              – Нихрена себе! Ты с осьминогом дрался что ли?? – Чимин разулся и по-хозяйски прошёл внутрь квартиры.              Тэхён что-то промямлил о благодарности, а чуткий нос гостя зацепился за витающий аромат. Он глазами по пять копеек уставился на Тэхёна и пластырь.              – ... Тебя Чонгук пометил? – вполголоса уточнил, вспоминая запах «брата» друга.              Спустя столько лет он узнал его, потому что пах тот не как все местные оборотни –природой южных лиственных лесов, а северной морозной хвоей.              У парня пакет из рук чуть не выпал.              – Что?! С чего ты взял?! – возмутился, сводя брови к переносице.              – С чего?? Да от тебя за километр несёт им! Это Чонгук тебя укусил? – недоумевал.              Тэхён немо раскрыл рот. Не находя слов, он осторожно присел на диване в гостиной. На соседний опустился оборотень.              – Да, но все не так, как есть... Я хочу рассказать тебе кое-что, – через минуту начал парень.              – Говори, я с радостью выслушаю тебя.              – Во-первых, Чонгук не мой приемный брат...              – Это я и так знаю, – пожал плечами. На ступор Тэхёна пояснил: – Спросил твою маму о том, сколько у вас детей в семье. Она странно на меня посмотрела и ответила, что ты единственный.              Хоть юноша не афишировал, что профессор химии в университете – его мама, многие и так знали.              – И ты догадался, что Чонгук – не обычный оборотень?              – Я уж думал, с пьяни воображение сыграло злую шутку... Будто он...              – Гибрид вампира и оборотня, – продолжил за него.              – Как такое возможно??              – Я говорил, что работаю в научно-исследовательском центре? – Чимин кивнул. – Но я сотрудник не отдела генетики, а отдела отдалённой гибридизации. Из-за шантажа директора, мой отец, а теперь и я вынужденно работаем над такими гибридами.              Оборотень ругнулся себе под нос.              Эта исповедь далась ему с трудом, однако Тэхёну стало проще после того, как он поделился этим с другом. Даже мама не в курсе настоящих событий, обо всём приходилось многие годы молчать.              – Мы, считай, 10 лет вместе росли, для меня он как младший брат, – продолжил, несмотря на маты Чимин, – а вчера мы переступили черту положенного... – отвёл притухший взгляд. – Ему ж ещё 17!              6 лет разницы.              У Чимина брови на лоб полезли. То ли из-за лаборатории, то ли из-за того, что его друг оказался геем, то ли еще что-то его смутило в этой ситуации.              – Но с меткой вы явно поспешили. Мы с Амалией спустя несколько лет решились на это...              – А я что мог сделать! Вообще, я предположил, что он просто укусил. В прошлом он не раз грыз мне руки.              В смятении гений в области биологии не отличил метку оборотня от укуса вампира. Рана ведь и не болела совсем.              – Чонгук совершил это против твоей воли?! Да такое уголовно наказуемо!              Наказуемо для кого? Образца лаборатории, что понятия не имел о каких-то правилах общества? Укусил на голых инстинктах, как когда-то девушку загрыз.              Тэхён замялся, и Чимин предположил:              – Или ты ответил на его чувства?..              – Поцеловать считается за ответ? – нерешительно. – Ох, до ужаса люблю его, но разве нормально, что я испытываю такие чувства к нему?.. – Тэхён спрятал лицо в руках, локтями уперевшись в колени. – Черт, как же тяжело. Я так устал от всего...– голос ломался.       Чимин пересел к нему, обнимая за плечи. Грустно видеть друга на грани истерики. Тэхён старался всегда держаться всё в себе, быть первым и успешным. Однако психика не выдержала и дала сбой.              Учёбу и работу совмещала половина студентов. Вдобавок, Тэхёна не напрягал вопрос финансов. Но сломала его не физическая нагрузка, а психологическое давление, которое на него оказывала обстановка центра:              Мечта детства разбилась о суровую реальность.              Страдающий от собственной работы отец, чье здоровье с каждым годом ухудшалось.              Чонгук, что заперт в проклятом аду как Цербер.              Блестящее будущее, разрушенное обстоятельствами.              Слова директора, что от 3-3 легко избавиться.              Вусан, другие образцы... Все они лишены свободы.              Каждый день в центре изнурял. Как его отец пробыл там почти 20 лет? Из глаз потекли тихие слезы. Расклеился.              Чимин замешкался:              – Почему твои чувства к нему – ненормальные? Если Чонгук нравится тебе, а ты – ему, то не нужно об этом беспокоиться. Надо от отношений получать удовольствие и тепло, заботу и любовь, – оборотень аккуратно поглаживал дрожащие плечи. – В вашем случае, конечно, всё звучит... сложновато, но не невозможно!              Ким шмыгнул носом и скептически выгнул бровь              – Слышу от того, кто три года страдал по несостоявшейся любви, – хмыкнул.              – Кхм, – неловко прокашлялся, – трудности только укрепляют отношения и брак! Без них не проверить искренность намерений, – оборотень задумался и продолжил. – Хоть с Чонгуком я встречался лишь раз, тебя-то я знаю как облупленного! Ты ещё тогда очень ревностно к нему относился, ни на кого больше так не смотрел, а это было столько лет назад... Вспоминая парнишку, могу сказать, что он тоже чрезмерно интересовался тобой. Любопытно стало, каким вырос щенок, – потер подбородок.              Тэхён внимательно выслушал его и в конце выдавил смешок.              – О, вырос в огромного пса ростом с меня, а шириной плеч с дверной проём. Волком крупнее тебя раза в два.              Чимин глаза округлил.              – ... Чем вы его таким кормите?              – Лучше тебе не знать.              –...              Они разбавили нелегкий разговор юмором, и атмосфера в гостиной смягчилась.              Тэхён, наконец, переоделся: надел водолазку, поверх которой накинул рубашку, расстегнутую на несколько пуговиц, и всё это дело заправил в брюки. Закончило образ длинное пальто. Теперь можно было выдвигаться в путь. На машине парень подкинул Чимина до дома, и в дороге ответил на некоторые вопросы друга о лаборатории. Хоть информация строго конфиденциальна, Тэхён решил прояснить некоторые моменты.              

* * *

             Чёртова конференция продолжалась до самого вечера в несколько подходов. Деловые разговоры и знакомства отвлекли его от мыслей о Чонгуке, но душой Тэхён находился не там. Выступил он слабовато, несмотря на то, что сама научная работа выполнена на "отлично". Нервничал, а под конец мероприятия засыпал на ходу.              В машине парень задался вопросом: «Отправиться в центр сейчас или отоспаться и приехать завтра?»              Через минуту и глубокий вздох на экране отобразился маршрут до НИЦ, по которому последовал автопилот.              В пустом центре спешные шаги туфель эхом раздавались по коридорам. -2 этаж также безлюден. Тэхён не наткнулся даже на смотрителей и первым делом направился в бокс 3-3.              Раскрылась первая дверь в былую наблюдательную комнату, что перестала такой быть из-за заклеенного стекла. Перед второй дверью юноша замешкался, держа пропуск перед терминалом.              Что ему сказать? Наругать? Потребовать объяснений? Начать оправдываться?              Тэхён смотрел в пустоту, теряя счёт времени, когда дверь раскрылась, а перед ним встал растерянный Чонгук. Разумеется, 3-3 расслышал, как кто-то вошёл в помещение. Старший медленно опустил руку, что глупо висела в воздухе, сохраняя молчание.              Гибрид утянул Тэхёна в объятия, крепко прижимая к себе.              – Прости... Я не хотел, я-я правда не знаю, почему сорвался, – на ухо тихо заскулил Чонгук.              Сорвался, а после стыдливо сбежал, прячась в вольере, где хотелось себе могилку выкопать. А по возвращении в бокс сбежал уже Тэхён, оставляя гибрида с всепоглощающим чувством вины. И мог он только ждать.              – Сильно болит?..– пальцами младший провёл по месту укуса, где под тонкой тканью чувствовался пластырь.              Тэхён устало уложил голову на его плечо, обвивая руками спину 3-3.              – Нет, – лениво отозвался. – Чонгук, ты понимаешь, что на мне метку поставил?              Гибрид вздрогнул. Он ведь предположил, как и Тэхён тогда, что это просто укус.              – Метку??              Старший отступил назад, к закрывшейся двери, из последних сил серьезным взглядом впиваясь в виноватые серые глаза.              – Отвечай честно, как долго и что именно было у тебя на уме, раз ты сорвался? – потребовал юноша.              – ... Давно, уже несколько лет у меня в голове появлялось нативное желание укусить... – негромко, но честно отвечал Чонгук. Ему незачем врать самому близкому человеку, несмотря на смущение. – Мне было страшно признаться в этом, вдруг, ты бы побоялся находиться рядом со мной? А я не могу без тебя, ты мне как кислород нужен.              Рассказывая о чувствах, Чонгук понятия не имел, как именно их назвать, насколько нормально их испытывать и что ему с ними делать.              – Неприличные мыслишки на мой счёт тоже появлялись? – с долей усмешки спросил.              Гибрид опустил взгляд.              – ... Да.              Тэхён ухмыльнулся и потянулся к лицу напротив, оставляя поцелуй на губах. Чонгук оторопел и, притаив дыхание, уставился на него.              – Я тебе нравлюсь, ты – мне, – пояснил старший. – Только не говори об этом никому, хорошо? У меня будут проблемы.              Гибрид закивал. Они теперь пара? Как в тех романах, что он редко читал, или в тех фильмах, что старший иногда включал? В глубине души 3-3 понимал, что что-то здесь неправильно, но прямо сейчас просто счастлив рядом находиться.              – Так спать хочу... – прошёл вглубь комнаты Ким, снимая пальто.              – В душ не пойдёшь? – Чонгук дёрнул пару раз носом.              – А что? – старший так устал, что намеревался просто вырубиться на кровати. Принюхавшись к кофте, он не почувствовал неприятного запаха.              – ... Чимином пахнет, – поморщился гибрид.              Тэхён вздохнул и потер лицо. Логично, от водолазки Чимина пахло оборотнем. Смирившись, юноша залез в чужой комод, вынул комплект одежды и отправился в ванную. После душа пластырь отклеился, а из-под свободной футболки открывался вид на разукрашенную шею. Метка покрылась корочкой, но заживала быстро. Скорее всего, она будет выглядывать из-под воротника рубашки. Черт, не мог Чонгук цапнуть на пару сантиметров ниже? На плечи Тэхён накинул мокрое полотенце и вышел.              В терминал у двери парень вставил пропуск, тем самым блокируя её. Небольшая уловка для исключительно высокой степени доступа. Так делать, конечно, нельзя, однако Тэхёну всё равно. До 3-3 уже давно никому нет дела, как и говорил директор, гибрида тут держали только из-за него.       Свои вещи Ким сложил на стуле и плюхнулся на кровать к младшему. Тот довольно уркнул и загреб старшего в руки, укрывая одеялом.              – Ты не будешь вставать? – лениво осведомился Тэхён, прикрывая глаза.              Несмотря на желание спать вместе, из-за разного образа жизни они посменно делили постель.              – Подожду, когда ты заснёшь, и уйду. Ты же завтра расскажешь, как прошла конференция?              – Конечно.              Гибрид губами дотронулся до лба Тэхёна:              – Спокойной ночи.              

* * *

             И вот месяц пролетел незаметно. Голые деревья обрастали изумрудной листвой, слепящее солнце грело, а птички весело щебетали.              Весна – пора любви, в которой с головой погряз Тэхён. Охотно утопал каждый день.              Не он один – Чонгук всем видом демонстрировал желание заботиться и оберегать. Нередко гибрид раздражался тому, как мало мог сделать для старшего.              Да, может, эти отношения обречены, может, не имели будущего, может, неправильны с точки зрения правил центра и норм морали, но им обоим хорошо вместе. Правда ведь?                                                        Откинув телефон в подстаканник, юноша завёл машину и задал пункт назначения в автопилоте. Ночная дорога освещена фонарями, а из приоткрытого окна дул прохладный ветерок.              В центре всё также темно и безлюдно после семи вечера.              -2 этаж всё так же встречает вольерами с гибридами.              Не обнаружив 3-3 в лаборатории, юноша двинулся в его бокс. Чонгук чутко спал, с порога расслышал Тэхёна и приподнял голову.              – Ты чего ещё дрыхнешь? – хмыкнул старший, усаживаясь на край кровати.              Гибрид уныло потянулся.              – Маленький демон всю душу из меня вытряс, – издал тихий смешок Чонгук. – Откуда в Ву столько энергии? Тут где-то источник тёмной энергии или портал в ад?              Сам центр – ад.              – Ох, вечно вы вдвоём портачите, а нам, бедным кураторам, потом писать объяснительные.              К Вусан приставили новую девушку-куратора, с ней парни почти не пересекались, но, по рассказам девочки, она не хуже прошлой. Ву не знала, почему «ушла» Мия, и расстраивалась недолго. В её случае кураторы сменялись не в первый раз, поэтому сильнее она привязана к Чонгуку и немного Тэхёну.              Парочка гибридов после заката любила натворить дел, пока никто не видел. Химичили с реагентами. Жарили сворованные сосиски на костре в вольере. Чонгук тогда с гордостью отдал свою часть рассерженному Тэхёну, которому сделали выговор. Случайно магией Ву взрывала лампочки и поджигала что-то, из-за чего срабатывала система пожаротушения. В общем, развлекались как могли. И ведь не делали ничего настолько страшного, чтобы их серьезно наказали.              – В этот раз обошлось без происшествий, – отозвался 3-3 и принял сидячее положение. – Как прошёл день? – склонил голову вбок.              Ким будничным голосом принялся делиться новостями:              – Научрук снова внёс кучу корректировок в работу, и я весь день всё переделывал, – юноша лег поперёк кровати. – О, представляешь, Чимин звонил, сообщил, что скоро станет отцом.              – Серьёзно? С их свадьбы не так много времени прошло, шустро они.              – Не напоминай про это волчье торжество, – вздрогнул и скривил губы.              Интроверт до мозга костей не мог не присутствовать на таком важном событии лучшего друга, где собралась целая свора оборотней, а они, в большинстве, все ужасно общительные...              Гибрид усмехнулся.              – А так, ничего интересного. Как освободился, сразу приехал сюда, – скучно закончил старший, после чего лукаво ухмыльнулся и полез к Чонгуку.              Тэхён запустил пальцы в темные короткие волосы на затылке, чтобы к себе притянуть и поцеловать. Младший языком в его рту хозяйничал, неплохо этому научился, отчего грудь Кима ходила ходуном, а щёки полыхали. Руки Гука сами собой потянулись к водолазке, стягивая её с худого бледного тела.              Одежда с высокой горловиной стала основой гардероба Тэхёна, чтобы прятать след зубов на шее и нередкие сиреневые пятна. Если становилось жарко, то приходилось клеить незаметный бежевый пластырь на метку.              Чонгук разглядывал его одновременно с обожанием и голодом.              – Не смотри на меня как на завтрак в постель, – опасливо скосился и сморщил нос старший.              Для гибрида жажда крови, особенно сладенькой людской, – норма, но каждый раз шрамы от собственных зубов на чужой руке это желание притуплял. Гук и так доставил излишне много боли Тэхёну, чтобы приносить ещё ради прихоти. Хищник достаточно еды получал, мог перетерпеть.              – Я смотрю на тебя, как на самого дорогого человека, – сгреб в объятия младший и втянул запах Кима.              – У тебя просто других нет, – фыркнул, обхватывая в ответ широкую спину.              3-3 не оценил фразу и клацнул зубами рядом с ключицей.              – Если бы я тебя не любил, то не пометил бы. Ты мой... искренний или как там?              Старший округлил глаза:              – Ты человеку науки будешь рассказывать сказки про истинность??              Гук неуверенно повел плечом.              – В интернете об этом часто пишут.              – На заборе тоже много чего пишут, – вздохнул, отрываясь от гибрида.              – Правда? Я не видел, меня же не выпускают на территорию, – невинно захлопал ресницами.               –...              Тэхёну ещё Чимин долго ломал мозги этой «истинностью», но даже Амалия в это не верила. Это как байка среди волков, которой вроде можно дать научное объяснение, вроде нет... В общем, главный аргумент друга: «Надо быть оборотнем, чтобы чувствовать это!». Чонгук им являлся лишь наполовину, потому сам не до конца себя понимал.              – Ты просто зацикленный чудик, – со смешком Тэхён щелкнул его по носу.              Зацикленный на старшем и на порядке. Не меньше 3-3 привязан к Вусан, что ему как сестра.              – У меня, как ты сказал, выбора нет, а ты из всех существ предпочел меня, – довольно оскалился гибрид              Глупо отрицать, что Тэхён не такой же помешанный дурак, что самовольно заперся в клетке с адским псом, из которой уже не выйти.              – Пошли поедим, – хмыкнул и предложил Ким, сменяя тему, потому что заметил, как 3-3 мысленно его уже раздел.              Под жалостливый вздох гибрида он привел себя в приличный вид. Чонгук хвостиком поплелся за ним в комнату для персонала, где продемонстрировал вверх кулинарии – кофе и лапша быстрого приготовления.              Раньше Гук не умел даже этого, но каждый раз старался, а Тэхёну приходилось пробовать издевательство над продуктами, чтобы не обидеть младшего...              Себе гибрид достал пакет животной крови, в который воткнул трубочку.              – Когда можно будет увидеть 6-2 и 6-5? Уже три года прошло, – задумчиво проговорил Гук.              – Хм, возможно, скоро карантин закончится, и их начнут выпускать с бокса, – повел плечом, делая глоток горького кофе. – Тебе мало демона Ву? Скоро центр превратиться в детский сад!              Гибрид издал смешок:              – Вы работаете над новыми гибридами?              – Мы всё время работаем над чем-то. Хочешь, мы можем посмотреть на них через смотровую? – неожиданно предложил Ким.              У Чонгука не было резона отказываться, потому после ужина они прошли к шестому боксу. Через двойное стекло в наблюдательной комнате они увидели двух спящих в кровати девочек с золотистыми волосами и фиолетовыми хрустальными крылышками, ушки острые, эльфийские.              – Твой отец точно не простой человек, раз смог создать таких необыкновенных существ, – восхищенно заявил 3-3.              Ким фыркнул:              – Его самое лучшее творение – это ты, – мягко сказал на ухо гибрида, цепляя пальцами его руку.              Чонгук заулыбался и шутливо произнес:              – Тебя же, в каком-то смысле, он тоже создал.              – ...              

* * *

             Ранним утром директор собрал всех сотрудников их отдела на -1 этаже. Это была спонтанная планерка, а сам надменный старик выглядел весьма нервным. Никто ничего не понимал, все сонно потирали глаза и ждали.              Директор поставил на стол перед ними коробку, наполненную различными лекарственными растворами в ампулах: наркотические, анестетики, седативные, миорелаксанты... Профессора и ассистенты в белых халатах недоумевающе переглядывались.              Воздух сгустился, а атмосфера помрачнела.              – Отдел срочно расформировывается, – наконец начал начальник, хмуря морщинистый лоб. – Какие-то сведения всплыли, и Министерство магии с мифическом союзом заинтересовались нашим центром. До вечера минусовые этажи должны быть чистыми,– торопливо раздавал указания. – Ценные сводки должны быть в секретном облаке, все остальное уничтожить. От образцов, абсолютно всех, необходимо избавиться. Вас переведут в другие отделы.              –...              С каждым словом у большинства работников разрывались сердца. Всё это слишком неожиданно.              – Это же аморально! Вы предлагаете нам их убить?! – возмутился пожилой профессор.              – Для гуманности я предлагаю их безболезненно усыпить, – недовольным голосом. – Я же не знаю нужных дозировок, вот и займитесь этим!              – Почему нельзя перевезти их в другое место? – задал вопрос Тхэсок.              Директора их непослушание выводило из себя. Столько проблем!              – Отличная идея! За день вывезти кучу тварей не пойми куда, когда за нами бдит правительство! Даже этих четверых детишек не увезти без лишнего внимания, а именно из-за них нам всем грозит увольнение и тюремный срок! – разразился гневной тирадой. – Надеюсь, больше не будет пререканий и глупых вопросов. Работайте, не дай Бог, к нам завтра нагрянет проверка! – вылетел за дверь, оставляя дюжину сотрудников в смятении.              У Тэхёна первые минуты отрицание. Всё это дурной сон, он сейчас проснётся и всё будет как раньше.              Потом глаза предательски стали намокать. Парень перевёл взгляд на напряжённого отца. Все молчали.              – Это же должен кто-то сделать, – нарушил гробовую тишину профессор Персий и взял упаковки с ампулами. – Я пойду.              – Нет, ты не можешь! – резко схватил его за руку Ким. Он вертел головой в поиске поддержки от коллег, но все мялись.              – Я всю жизнь на это угробил, я не буду жертвовать карьерой из-за них! – панически выпалил Персий с попытками вырваться.              – Подожди, – на выдохе попросил Тхэсок.              – Я только получила повышение, но мне так жаль их... – разревелась одна из сотрудниц.              – Разве нет другого выхода?.. – спросил один из ассистентов.              Кого-то из сотрудников мучила совесть, кто-то был не готов рисковать карьерой и собственной жизнью ради образцов.              – Мы можем только сдаться правительству, – подал неуверенный голос профессор Тхэсок. – Тогда образцы не тронут, но мы... Я готов взять всю вину на себя, только вот путь в науку будет заказан для каждого...              – Я больше не могу так. 20 лет работы, чтобы наши плоды, исследования, наших детей просто уничтожили?.. – покачал головой старший коллега. – Мы тут все не по своей воле, но мы все виноваты, без потерь отсюда не выбраться.              Сотрудники сомневались, даже Персий с ампулами в руках.              Если согласятся, то с головой себя закопают в этой яме под названием Научно-исследовательский центр. А если откажутся?..              Около часа ушло на споры и обсуждения, чтобы, в конечном счете, в телефоне главы отдела раздались гудки.              – Здравствуйте, я хочу сообщить...              Обратной дороги нет.                            В ожидании все собирали вещи, аккуратно разложенные за ночь одним гибридом. Отец позвал сына в свой кабинет, где первым делом принял лекарства для сердца.              – Мисук будет в шоке, – выдавил из себя старший, – я перед ней виноват, но ты – нет. Это всё моя вина и я несу ответственность, понял?              Ким младший не сразу опомнился, до сих пор пребывал в прострации.              – Я позабочусь о ней и о ребятах...– парень обнял отца, что без слов похлопал его по спине.                            Тэхён не сразу смог зайти в бокс 3-3, потому что внёс свою лепту: привлек Чимина с просьбой привлечь к этому делу как можно больше внимания, чтобы его никто не смог замять. Оборотень из природоохранной организации и по совместительству блогер с этим точно мог помочь.              Чонгук зевнул и завертелся в одеяле.              Младший непроизвольно растягивался в улыбке только от запаха Кима, но стоило разлепить веки, как он встрепенулся и приподнялся на локтях.              – Что-то стряслось? – сел, заглядывая в покрасневшие малахитовые глаза.              – Гуки, послушай меня внимательно и не перебивай, – нервно произнёс Тэхён с сожалеющим выражением. Он взял ладони гибрида в свои. – Кое-что произошло, ты не переживай, ладно? Тебя могут увезти, но я обязательно вернусь. Ты должен слушаться, не кидайся ни на кого, но ничего не принимай от других и никому не позволяй с собой что-то делать, – шмыгнул носом, чувствуя, что щеки намокли. Больше всего волновался за безопасность и здоровье 3-3.              У ошарашенного Чонгука в груди потяжелело, он притянул учёного к себе, вытирая пальцами влагу с его лица, и оставил поцелуй на губах. В серых глазах бесчисленное количество вопросов, но задавать их не решался.              – Если Ву будет с тобой, то последи за ней, – всхлипнул и добавил старший.              –... Я могу тебе помочь с чем-то? – тихо уточнил гибрид.              – Не создавай проблем и жди меня.              Счёт времени в молчании потерялся. В какой-то момент в бокс вошли полицейские, кто-то был в чёрном с автоматом наперевес – таких гибрид видел в фильмах, потому знал, что такое огнестрельное оружие. 3-3 метнул в них хищный взгляд с алой радужкой.              – Всё нормально, – проговорил ему Тэхён и поднялся, протягивая руки сотруднику полиции. На запястьях щелкнули наручники.              Банальное «Вы задержаны по подозрению... У вас есть право на адвоката...» пролетело мимо ушей. Мужчина достал вторые железки, с сомнением смотря на гибрида, что мысленно желал ему перегрызть глотку, но его остановил Ким.              – Он не преступник, а жертва, – недобро свёл брови.              Резонно. Чонгук последовал за ними. Коридоры впервые такие многолюдные и шумные, при этом сотрудники все прибавлялись. Работники отдела не поднимали шума, всех арестовали, а из лабораторий выносили все бумажные и электронные носители.              – Чонгук! – раздалось сопливое от Вусан, что понеслась к 3-3, оставляя позади своего куратора. – Нас на улицу выведут, представляешь! – девочка недоумевала из-за происходящего вокруг, потому громко ревела, отчего из ладошек разлетались искры.              – Да, пошли, – устало отозвался и взял её за запястье, чтобы случайно не поджарить руку.              На верхних этажах сотрудники шушукались и толпились, наблюдая через ограждающую ленту.              Слышался вдалеке паникующий голос директора:              – Это ошибка! Я делал то, что от меня требовали! Вы не можете закрыть центр! Я требую адвоката!!!              На улице весеннее солнце скрылось за тёмными облаками, казалось, вот-вот пойдёт дождь. Учёных и «жертв экспериментов» рассадили по разным служебным машинам.              Гибрида одолевала агрессия. Шумно. Посторонние запахи. Опасность. Он глубоко дышал, чтобы держать себя в руках. Парень даже не заметил, как ему сняли браслет, и как их посадили в полицейскую машину.              Вусан крутилась и смотрела в окна, а Чонгук уставился вслед туда, где пропал силуэт Кима. Авто тронулось и выехало за территорию. За воротами толпились журналисты за сенсацией, на ходу доставая камеры.              – Мы едем! Представляешь, Чонгук! – вопила девочка и толкала парня в плечо.              3-3 представлять не нужно – ездил, а эту дорогу и не забывал.              – А куда мы едем?? – задала вопрос 5-3.              – В безопасное место, на время следствия будете под присмотром магического союза, – ответил водитель.              – Ого! – приклеилась к стеклу Ву.              Отстранённый Гук пересекся взглядом с напарником в зеркале заднего вида, чьи глаза сверкнули жёлтым. Оборотень.              – Утром я посчитал, что этот вызов – идиотская шутка, а теперь реально убеждён, что этот чувак – гибрид, – прокомментировал мужчина. – Поумерь пыл, а то аурой душишь.              Чонгук вздохнул, отворачиваясь к окну.              В городе девочка верещала так, что парню пришлось успокаивать её. Привезли гибридов в больницу, где им выделили отдельную палату под охраной этих же полицейских.              – Разве мы не можем пойти гулять? – вопрошающе посмотрела с поджатыми губками.              – Пока что это небезопасно, репортёры могут пристать, – пояснил капитан. Они не ограничивали их в передвижении, но должны были не выпускать из вида, обеспечивая безопасность.              – Они злые?.. Но у меня есть Чонгук! Он их распугает!              3-3 вымотался, потому закрыл шторы и улегся на койку. Место довольно скромное, не лучше их боксов в Центре: две кровати с занавесками, чтобы закрыться ото всех, тумбы, шкафчик. Из интересного только окна и телевизор.              – Посидите пока здесь, посмотрите телевизор, – неловко предложил мужчина.              – Телевизор? – она покрутила голову и нашла небольшой экран напротив кроватей. – Ой, нам не разрешали его включать!              –...              Полицейский усадил девочку на кровать, показал, как пользоваться пультом, и включил мультики. Чонгук краем уха следил за ними, но не заметил ничего подозрительного и уснул.                            Так они и застряли в этой палате на пару недель. В новостях крутили информацию о событиях с центра. В основном сводилось к тому, что мировое научное сообщество и Министерство магии в шоке, а Министерство науки отмахивалось, что это не их заказ на исследования гибридов. В общем, для Чонгука это ни о чем не говорило.              Главное, с чем им повезло – общественное мнение и поддержка магического союза. Вторые за свои права рвали и метали. Их представители не раз приходили, расспрашивали о чём-то, разговаривали, в принципе, Чонгуку было всё равно. Вусан всё вокруг нравилось: иголками не тыкали, кормили, разрешали прогуляться и пообщаться с кем-то.              От Тэхёна вестей не было...              – Во время следствия я не могу разглашать информацию, – пожимал плечами полицейский.                            Вот и грустил 3-3, наводя порядок в палате. Им привезли вещей, игрушек для Вусан, потому было, что складывать.              Недавно им сделали документы. В паспорте «Чон Чонгук», в графе расы уникальное «гибрид вампир×оборотень». Никакого едкого «3-3».              Но оставалась проблема в том, что они несовершеннолетние и без опекунов. Вопрос с этим решался, а пока гибриды оставались под присмотром медиков. Им ясно дали понять, что обратно в боксах их не запрут. Теперь они часть общества, и Вусан несказанно радовалась этому, исследовала мир и свою магию, с которой помогали маги из того же союза.              А Гук не радовался. Ему безразлично все вокруг: цветущая улица, разговорчивые люди, поющие птички. Ему плохо. Казалось, в чертовом боксе он чувствовал себя счастливее. Странно, да? Выпустили из подвала спустя 17 лет, а парню плевать на 8-ми миллиардное население и на 510 миллионов квадратных километров площади Земли. Он не изъявлял желания уходить из центра без Тэхёна.               А это «я обязательно вернусь» без временных рамок выматывало разум. Если его все же осудят? Может, что-то случилось? Вдруг Ким не захочет возвращаться? Наверное, нужно подождать ещё...              «Ещё» – это сколько, чтобы начать волноваться?              Чон медлительно раскладывал листочки и карандаши Ву на тумбочке. В мозгах отпечатано «Не создавать проблем, он ведь обещал Тэхёну», в сердце тревога, а в груди словно бензин вместо крови – одна иска, и вспыхнет.              – Разве тебе не предлагали посетить психолога? Это кажется ненормальным, – покривился коп-оборотень, Намджун, вместо приветствия. Видимо, караульные сменились на посту. Волчара из них самый общительный.              Гук зарычал на него, после чего опустился на постель. Солнце на улице скрылось, но сил у него не оставалось.              – Ты неважно выглядишь, может, попросить дежурного врача осмотреть тебя? – встал напротив него.              – Всё нормально, просто нет настроения.              – Вусан похожа на ту, кто нормально реагирует на свободу, а ты даже во двор почти не выходишь! – окинул его скептическим взором.              – Да отстань ты от меня! – вскочил и оскалился, демонстрируя клыки. Глаза полыхали рубином, желваки недобро заиграли.              Намджун нахмурился, ощущая давящую энергетику гибрида.              – Если ты будешь проявлять агрессию, мне придётся сообщить об этом, – нехотя предупредил полицейский ровным тоном.              – Я просто хочу знать, что с Тэхёном, почему мне никто не говорит?! – крепко схватил его за воротник, а дрожащий голос выдавал в нём подступающую истерику.              Джун опешил и с удивлением выпалил:              – Да сдался тебе этот чертов учёный!              Все относились к работникам центра как к аморальным преступникам (ведь оно правда так)              Чонгук угрожающе клацнул зубами и едва слышно процедил:              –... Он моя пара.              У Намджуна брови на лоб полезли.              – Стокгольмский синдром?              – Чë?.. – вытаращился на оборотня.              – Он тебе мозги запудрил? Домогался? Ты ж ещё несовершеннолетний! – запаниковал, представляя себе ужасные картины.              – Н-нет, мы любим друг друга, я ему метку поставил, он хороший...– лихорадочно объяснялся, опуская руки.              – Метку? Прям настоящую? На шее?              – Да.              Пару секунд Намджун переваривал его слова.              – Если это правда, тогда понятно, почему тебя штырит. Стоило сказать об этом раньше! Метки у оборотней юридически равны браку, это веская причина помочь тебе. Но всё равно звучит ненормально... Тэхён же также участвовал во всём этом, – покривился.              – Тэхён? – вернулась Вусан с капитаном и застала конец разговора. – Он приедет? Я бы хотела его увидеть!              – Этот учёный хорошо к вам относился? – с сомнением решил удостовериться Джун.              – О, ну, Тэхён очень любит Чонгука, а остальных – нет, – задумчиво потерла подбородок, оглядывая их чернющими глазками.              Гук мысленно выдохнул, что девочка не вспомнила всё грехи Кима.              – Я помню адрес, может, ты смог бы меня отвезти?.. – парень жалостливо обратился к Намджуну. В единственный раз в машине Тэхён вбил свой адрес в навигаторе, гибрид удачно обратил внимание на него. Тот день Гук до мельчайших деталей запечатлел в памяти.              – Хорошо, – согласился Джун.              Чонгук удивлённо распахнул веки и полицейский пояснил полушёпотом свой быстрый ответ:              – Оборотни с ума сходят без пары, я тебя понимаю.                             В служебной машине Намджун сообщил, что ехать им минут тридцать.              – Надеюсь, он дома, но если нет, то можем просто прогуляться в тех краях. Кстати, откуда ты знаешь адрес? – вдруг осенило.              – Пару лет назад Тэхён выкрал меня из центра и повёл гулять, – издал глухой смешок, предаваясь воспоминаниям.              Они перекинулись ещё парой фраз, но гибрид не особо был настроен на беседу.              В жилом комплексе парень не сомневался, когда двигался до знакомой двери на десятом этаже. Гибрид затаил дыхание, когда жал на звонок. Острый сверхъестественный слух псовых улавливал шум за дверью, однако хозяин квартиры не торопился открывать. Спустя пару минут замок щелкнул и показался заветный человек.              Тэхён выглядел ужасно. Хуже, чем когда-либо. Его малахитовые глаза сквозь мутную пелену не сразу показали удивления, от парня разило спиртным и табаком, отчего естественный запах едва улавливался. Волосы грязными локонами торчали во все стороны, почти вернулись к естественному русому цвету. Растянутая серая футболка совсем не закрывала метку, но Ким совершенно не соображал, что кто-то мог её заметить. Казалось, приди кто-то его убить, он будет не против.              – Чонгук? – сипло уточнил, словно сам не верил. Его ноги почти не держали, потому ученый припал к косяку.              – Тэхён... – гибрид будто вот-вот расплачется, резким движением заключая его в удушающие объятия в коридоре.              Ким до беспамятства пьян, может, ему вообще это чудилось, но и черт с ним.              Где-то у шеи пробивался родной шлейф, от которого в груди моментально вернулось дыхание, только тяжесть никуда не девалась, потому что его человек выглядел кошмарно.              Где-то позади зашевелился Намджун, тронутый такой сценой, и в него вперился кровожадный взор хищника, охраняющего свою территорию.              – Хорошо-хорошо, я не захожу. Но я вернусь через два часа, больше дать не могу, иначе у меня будут проблемы. Буду внизу... – сообщил полицейский, прикрывая дверь. Черт, коп оставил «жертву» с «преступником» один на один! Конечно, Намджун увидел чонову метку на чужой шее, однако подставлял он себя знатно, нарушая прямой приказ «не выпускать из поля зрения».              Чонгук взял в ладони лицо парня, что сонно прикрывал ресницы.              – Прости, я так и не приехал, – промямлил Тэхён. – Не хотел, чтобы ты застал меня в таком состоянии...              Адский пёс внутри поскуливал от беспомощности. Чон оставил несколько раз коснулся губами щёк Тэхёна, а после оторвал парня от пола и понёс в кровать. Старший отрубился в мгновение ока, стоило принять горизонтальное положение. Чонгук какое-то время разглядывал напряжённое даже сквозь сон лицо, а после обернулся вокруг. В квартире царил хаос, которого гибрид за всю свою жизнь никогда не видел! И это они не виделись сколько? Месяц?              Раз разговоры вновь отложились, оставляя младшего в неведении, Чонгук решил помочь хотя бы тем, что умел лучше всего – уборкой. Проветрил помещения, разложил вещи, перемыл гору посуды, вынес тонну мусора в коридор. В стаканчике оставались бычки от сигарет. Обычно Тэхён не курил, потому что редкостная дрянь раздражала рецепторы гибрида. В гостиной разбросано много бумаг, казалось, именно они являлись причиной уныния Кима, однако разобраться хоть в чём-то у Чонгука не получилось, и драгоценное время он потратил на полежать под бочком старшего. В телефоне Тэхёна пароль не изменился, потому он смог добавить свой контакт. Взгляд ненароком зацепился за историю вызовов: в основном были только «мама», «Чимин» и «адвокат».              Время пролетело незаметно, и на звонок в дверь хотелось нарычать и прогнать Намджуна, но они договорились... На пороге полицейский протянул ему пакет с чем-то.              – Суп от похмелья, поставь в холодильник, – пояснил оборотень на недоуменный взгляд. – Завтра ему он точно понадобится. И возьми что-то из его одежды, так тебе легче будет, – негромко добавил вслед.              Да, кофта с запахом Тэхёна по правде делала его счастливее. В машине он не выпускал тряпку из рук, чем вызвал смешок у водителя.              

* * *

             Утро Тэхён встретил в полумертвом состоянии. В этот раз хуже обычного: ему точно снился Чонгук. Он кряхтел и ворочался минут десять, после чего попытался воскреснуть, но ему стало плохо, когда в раскалывающейся голове последним ударом стало осознание:              «Чонгук приходил сюда»              А на экране смартфона висело сообщение: [Я не мог остаться, в холодильнике суп от чего-то, вроде должен помочь?]              Суп от чего-то? Тэхëн вяло хихикнул, поднимаясь с постели, чтобы привести себя в вид чуть более пристойный.              Честно, Киму в какой-то момент стало совестно, что он даже не позвонил за этот месяц. За всей этой чередой неудач он совсем забыл, ради чего вообще в это ввязался.              Внезапно на него свалилось слишком много: мечта разбилась второй раз, отчисление из магистратуры, туча юридических проблем, отца посадили, с мамой обострились отношения.              ... И немного боялся, что Чонгук, выйдя в свет, отбросит старшего на второй план. Хотя это глупо, Тэхён, может, правда идиот. Младший всегда из всех дорог выбирал дорогу к нему. Ради Чонгука он обязан взять себя в руки.              

* * *

             Эта непродуктивная встреча всё же оказала на них влияние, но более они не пересекались.              – Я приеду, когда закончу со всеми делами, хорошо? – как-то раз попросил по телефону Тэхён.              Чонгук не пререкался и ждал, как обещал. Звонков и переписок ему хватало, чтобы взбодриться. Чаще гулял с Вусан, общался с Намджуном, учился бытовым вещам: сходить в магазин, поехать куда-то и тому подобное.              Вроде бы всё шло хорошо, пока чуткий волчий слух не уловил чужой разговор в палате:              – ...Вусан, ты смогла бы ходить в школу чародеев вместе с братом и старшей сестрой. Я там работаю, потому ты будешь под присмотром, адаптируешься к обществу, заживёшь обычной жизнью, – звучал низкий мужской голос с добротой в тоне.              – Я смогу стать историком? – мечтательно произнесла девочка.              Женщина хихикнула:              – Ты сможешь стать кем захочешь, а рядом будет семья, которая тебя поддержит.              – Семья? Как Чонгук? Он ведь тоже моя семья, я не могу его бросить...              Через стену чувствовалось, что взрослые слегка замешкались.              – Чонгук уже взрослый, он будет строить свою семью, он не останется один, но вам в любом случае никто не запретит видеться, – спокойно заверил мужчина.              – Тебе необязательно принимать решение сейчас, подумай хорошенько, – сказала женщина.              Когда они распрощались, в коридоре обнаружили гибрида возле двери, что оторвал алые глаза от пола и вытаращился на них. Семейная пара волшебников часто навещала Ву, обучала её магии, потому они встречались до этого.              – Стоило догадаться раньше, что вы хотите забрать её, – негромко рыкнул Чон, источая недовольство.              Маг вздохнул:              – Ты пойми, её магия неизвестна, потому ей безопаснее находиться среди «своих», чтобы контролировать себя, влиться в общество.              – Я представляю, как вам тягостно расставаться, когда вы росли вместе одни единственные друг у друга, но так же, правда, будет лучше, – жалостливо взглянула на парня. – Знаешь, как говорят: «Если любишь – отпусти»... Мы не желаем ей зла, наоборот, хотим помочь.              Взрослые за полтора месяца прикипели к девочке, потому приняли такое серьёзное решение, как удочерить её. У них рос сын, ровесник Ву, и дочка постарше. В волшебниках Гук не заметил чего-то плохого, потому и возразить нечего было.               Его сестрёнке ещё не поздно обзавестись «нормальной» семьей.              Чонгук не ответил, чувствуя непривычную горечь на языке, ушёл в палату, где сидела чересчур задумчивая Вусан.              – Ты подслушивал, да? – тихо уточнила она, различив голоса за дверью.              – Да, – честно признался. Радужка вернулась к спокойному серому. – Ты не должна переживать за меня, решай самостоятельно, как хочешь жить, – эти слова ему тяжело дались.              Девочка молча кивнула и опустила угольные глаза вниз.                            Вусан несколько дней размышляла об этом со сложным выражением лица, пару раз разговаривала с Чонгуком, после чего всё же согласилась. Спустя ещё пару суток её забрали новоиспечённые родители.              – Понимаю, с членами стаи трудно прощаться... – пытался утешить Намджун, когда они остались одни в палате. – Но тебе не о чем волноваться, органы опеки бдят за приёмными семьями хуже надзирателей! – заверил, неловко потирая ладони о штаны, не зная, чем разбавить обстановку. – Она выглядела довольной, думаю, всё будет хорошо.              Чонгук огромным волком скрутился в калачик в углу комнаты. В ипостаси хищника глаза все равно предательски намокали.              

* * *

             За несколько дней гибрид свыкся с тишиной в палате. Намджун свалил куда-то, перестав мельтешить перед глазами. Чон мерно потягивал кровь через трубочку, и не сразу обратил внимания, что та закончилась. Со вздохом пакетик отправился на тумбочку.              Дверь раскрылась, но в приходе показался не коп, а...              – Чонгук, – лучезарно улыбнулся Тэхён, – пойдём домой?              Наконец-то вернулся.              Гибрид неверяще вытаращился на старшего в белоснежной рубашке, что не скрывала метку. Младший подорвался к нему и заключил в объятия, пальцами зарываясь в выкрашенные платиной волосы с рыжими прядями у лба.              – Гуки, ты задушишь меня, – пробормотал, похлопывая по широкой спине. – Я больше не уйду.              – Я тебя больше не отпущу, – в душе волк махал хвостом, вдыхая полные лёгкие желанного запаха.              В квартире Чонгук не отлипал от старшего, бросив свою сумку где-то в коридоре. Казалось, если гибрид выпустит Тэхёна с поля зрения, то он пропадёт. Целовались несдержанно, глубоко и влажно, до дрожи в коленях. На бледной шее расцветало больше сиреневых меток, но Тэхён и не против. Ему до одури нравилось видеть обожание в рубиновых глазах, потому что сам без ума от Чонгука.              Оба помешанных друг на друге.       И как только пережили два месяца в разлуке?                            В гостиной Тэхëн отлеживался с накатившей истомой на груди гибрида, чье сердцебиение успокаивающе стучало по рёбрам в такт с его собственным.              – ...Так, чем всё закончилось в итоге? – наконец, Чонгук задал интересующий долгое время вопрос.              Ким пару секунд молчал, размышляя, с чего начать:              – Из-за признания и раскаяния наказание у всех было смягченным. Получилось доказать факт шантажа и директора посадили. Моего отца и его коллегу тоже, – тяжело вдохнул, – потому что они больше всего внесли вклада в проект. Часть профессоров отделалась условным сроком, но у всех штрафы и запрет на научную деятельность...              Каждый из работников задумывался над тем, насколько оправданным было это решение. Жалеть? Вспоминая, что пришлось бы лишить жизни все образцы, сожаления убавлялись. Всё-таки, если бы их поймали после такого, то весь отдел бы дружно исследовал тюремные камеры.              – 6-2 и 6-5 планирует забрать диаспора эльфов после карантина, а животине выделили место в заповеднике, – продолжил парень. – Вусан, ты и сам знаешь, обосновалась в семье, её зачислили в школу.              Чон переваривал услышанное с минуту и спросил:              – И что мы теперь будем делать дальше?..              – М-м, правительство обязало меня периодически следить за здоровьем каждого образца, потому что лучше кандидатуры нет. И с твоей господдержкой с пожизненным обеспечением кровью мы не помрем с голоду, так что можем делать всё, что захотим, – хмыкнул старший, поднимая голову и встречаясь с умиротворенными серыми глазами. – Когда освоишься, сможешь сдать экзамены и поступить куда-нибудь, для вампиров есть специальные заочные программы. Думал об этом? – уголок губы произвольно дёрнулся в ухмылке, потому что он наперёд знал ответ.              Гибрид покачал головой:              – Не совсем, думал только о тебе всё это время, – призадумался со сложным выражением лица. – Намджун настаивает, что такой силе место в полиции, – усмехнулся.              – Намджун? – встрепенулся, приподнимаясь на локтях. – Это тот коп-оборотень?              – Да, мы, вроде как, подружились, – дёрнул плечами. – Что за взгляд? – опешил, забавляясь его реакции. – Ты ревнуешь?              Тэхён прищурился и скосился на него.              – Знаешь, теперь я боюсь, что ты можешь уйти, раз тебя ничего не держит, – бесцветно проговорил.              От смеха не осталось и следа, Чонгук широко распахнул глаза.              – Ничего не держит? Да я дышать без тебя не могу! Оборотни ведь не бросают свои пары! – обхватил руками щеки старшего.              – Прости... Наверное, потому что я чувствую к тебе то же самое, я нервничаю, – отвёл малахитовые глаза в сторону.              Чонгук притянулся к нему, оставляя громкий чмок на губах с шаловливой ухмылкой:              – Я тебя прощаю, только потому, что у нас первый день, и я тоже волнуюсь.              – Первый? – оторопел. Вроде они вместе намного дольше.              – Да, официально наш первый нормальный день вместе!