«Шепот из куклы, Кто зашил рот детективу?»

Свет в лавке мигнул и окончательно сдох. В наступившей могильной тишине раздался сухой, ритмичный стук — пуанты о деревянный пол. Тюк. Тюк. Тюк. Из углов, словно издевательская пародия на балет, выплыли десятки Джиджи. Их фарфоровые лица отражали багровый свет Ока Тары, а на месте зрачков горели ядовито-желтые огни. В центре, на груде обломков, замерла Оригинал. Её магическая перчатка Митт судорожно дергалась, натягивая невидимые нити, связывающие её с армией копий. — «Крутись... режь... шей...» — прошипела Джуджу из темноты, и её голос отозвался скрежетом сотен ножниц. По сигналу Оригинала все марионетки одновременно встали в боевую позицию. Это был не танец, это была казнь. Синхронно, с пугающей скоростью, они начали вращаться в «Разрушительном пируэте», но теперь из их пачек и рукавов вылетали не ленты, а портновские ножи. Стальной дождь обрушился на Грея и Тару. Тара едва успела выбросить перед собой карту «Башня», создав магический щит, о который с металлическим звоном разбивались клинки. — Грей, они настраиваются на наш ритм! — её голос сорвался на хрип. Оригинальная Джиджи сделала резкий рывок вперед. Она не бежала — она телепортировалась короткими вспышками, оставляя за собой лишь запах тлена. Её пальцы-лезвия полоснули Грея по плечу, и рана мгновенно начала зарастать черной мешковиной. Проклятие Джуджу возвращалось через сталь. В этот момент жетон Ларри в руке Грея раскалился. Из него вырвался искаженный цифровой голос Р-Т: — «Критическая... ошибка... Единая цепь... Бейте в сердце... Митт...» Грей понял: копии — лишь эхо. Если уничтожить перчатку Оригинала, весь балет рассыплется в прах. Но Оригинальная Джиджи уже взмыла в воздух для финального прыжка, занося над головой Грея два огромных ножа, пока её армия копий зажимала их в кольцо, синхронно метая сталь со всех сторон.