Украденный олоэйктан

Нетейам сидел на песке и привычно точил копья. В последнюю охоту они здорово сточились, даже чуть не сломались. Поза парня была расслабленной. Хвост лениво вырисовывал узоры на песке, пока лесной сосредоточенно занимался своим делом. Внезапно до острого слуха донеслись тяжёлые знакомые шаги. Нетейам даже не обернулся, слишком хорошо знал кому они принадлежали. Через пару минут поравнявшись с ним, на песок устало приземлился Аонунг, отчего украшение олоэйктана слегка зашелестело на плечах. — Эйва, я не понимаю как мой отец выдерживал совет старейшин, они же те ещё упрямцы, — простонал Аонунг, облокачиваясь на Нетейама. — Мда, тебе не позавидуешь, — усмехнулся Нетейам, совершенно не жалуясь на внезапно навалившуюся тяжесть. — А ты как обычно, никогда не унываешь, — подколол его рифовый, полностью расслабляясь. Голубые глаза устремились на водную гладь океана, наблюдая за мирными волнами, что каждый раз накатывали на песок. Какое-то время оба нави погрузились в комфортное молчание, слушая лишь морской бриз, лязг металла и спокойное дыхание друг друга. Никому из них не хотелось нарушать сложившуюся идиллию, иначе бы речь снова пошла об обязанностях в клане. — Как думаешь, как скоро Ло’ак сделает предложение Цирее, — неожиданно произнёс Аонунг. Старший Салли лишь удивлённо взглянул на него. Они не часто обсуждали этот необычный союз, но слышать как меткайинец, отзывается о Ло’аке не для того, чтобы подколоть удивляло каждый раз. — Не знаю, это им решать. А что Цирея интересуется? — спросил бывший оматикайец. Других вариантов, почему олоэйктан решил завести разговор на подобную тему не было. — Боюсь в таком случае, она сама бы заявила на него права, — улыбнулся Аонунг. На подобное заявление Нетейам лишь прыснул. — Я до сих пор удивляюсь, как ей хватает терпения ждать его, — продолжал Аонунг. — Ну уж извините, что в семье Салли не все бывают настолько напористые, — ответил Нетейам, улыбаясь. В ответ Аонунг, лишь засмеялся, запрокинув голову. Нетейам наблюдая за ним, невольно замер, навострив уши. Чуть хрипловатый смех музыкой ласкал слух. Губы в которые захотелось впиться, растянулись в красивой улыбке, обнажая заострённые клыки. А голубые глаза, с которых стирали смешинки, завораживали. Копьё выпало из рук приземляясь на песок. Сердце Нетейама забилось чуть быстрее, а в голове пронеслась мысль, что этот смех он хотел бы слушать вечность. — Нетейам, всё в порядке? — меткайинец аккуратно тронул лесного за плечо, так как тот уже несколько минут пялился на него. Воин внезапно очнулся от мыслей. — Что? — переспросил бывший оматикайец. — Ты уже несколько минут смотришь на меня, всё нормально? Ты что уже успел перегреться на солнце? — обеспокоенно спросил Аонунг. Нетейам перевел взгляд на копьё, что мирно лежало на песке. А потом снова взглянул рифового. Несмотря на весь воинственный и грозный вид, сейчас Аонунг выглядел не как глава клана. Бирюзовые уши выдавали волнение владельца, пока мощный хвост беспокойно извивался сзади. Даже рука с жёсткими пластинами, инстинктивно накрыла руку лесного, словно в знак поддержки. «Вот оно» — подумал он, — «если я упущу его, то буду жалеть всю жизнь». — Нет, я просто решил принять одно важное решение, — выдал оматикайец. Олоэйктан взглянул на него с недоумением. — И что же пришло в твою светлую голову? — Решил жениться, — просто ответил лесной и резко встал. Меткайинец поперхнулся воздухом, от такого внезапного заявления и удивлённо взглянул на друга. — Ты чего это так? Мы же говорили про Ло’ака и Цирею, когда ты… Не успел договорить олоэйктан, как его резко подняли и закинули на плечо. — Ты чего творишь, skxawng?! Отпусти! — хотел было воспротивиться рифовый, но лесной довольно крепко удерживал его. — Нетейам, поставь меня! Налютса тебя дери, да что с тобой? — продолжал сопротивляться Аонунг. — Я же сказал, что решил жениться, — ухмыльнулся воин. — Да, но… Подожди, ты собираешься жениться на мне?! — Не вижу в этом ничего плохого, у нас в Оматикайе когда воин понимает, что хочет связать судьбу с определенным на’ви, то он крадет его, чтобы обручиться у Эйвы, с согласия его пары. Нетейам был абсолютно спокоен, будто говорил о совершенно обычных вещах, при этом таща на плече олоэйктана другого клана. Однако Аонунга такой расклад совершенно не устраивал. — Но ты skxawng, теперь меткайинец и я твой олоэйктан, так что поставь меня на землю! — прорычал он и больно дал по коленям, отчего лесной невольно ослабил хватку. Рифовый, освободившись от захвата, вскочил на ноги. — Тем более, я тебе даже не давал своего согласия! — прокричал он, удирая. Однако не успел он далеко уйти, как воин тут же догнал главу Меткайина и снова закинул на плечо, на этот раз делая хватку крепче. — Да? Что-то я не слышал, чтобы ты был против, — ответил оматикайец, устремляясь через деревню на пляж. Там он намеревался сесть на своего икрана и увести Аонунга к Древу Предков в Оматикайе. — А ты меня вообще не спрашивал. Эйва, я просто засмеялся! — возмущался Аонунг, продолжая пинать его. А лесному хоть бы хны. Внезапно его взгляд упал на Ло’ака с Циреей, мимо которых они проходили. И выглядели они мягко говоря, шокированно. — Братан, ты что делаешь? — обрёл наконец дар речи младший Салли спеша за братом. — Собираюсь связать свою жизнь с ним, — как ни в чем не бывало улыбнулся Нетейам, кивая на рифового. — Спасай! Он совсем из ума выжил, я только посмеялся, а он меня под Эйву хочет затащить, — умоляюще произнес Аонунг. — Нетейам, ты не можешь просто взять и связать жизнь с главой Меткайина, — пыталась вразумить его Цирея. — Извини, но боюсь этого мужчину я не могу упустить, — ответил воин и издал клич, призывая своего икрана. — Более того, он не против. — Меня не спрашивали! Мгновение спустя послышался шелест крыльев и на песок приземлился банши Нетейама в светло-зеленой окраске. Существо прильнуло к хозяину, с интересом смотря на представшую картину. — Ри’ри, спокойно, я тоже рад тебя видеть, — улыбнулся он. — Нетейам, только посмей и я возненавижу тебя, — предупредил его рифовый, стараясь выглядеть грозно. — Обязательно, после того, как сделаю тебя своим, — сказал Салли, взбираясь на икрана. Он усадил перед собой Аонунга, тем самым отрезав пути отхода и притянул меткайинца за талию ближе к себе, крепко сжимая. Олоэйктан лишь зашипел, не в силах куда-то деться. — Нетейам! — пронесся внезапно грозный голос на весь пляж. В поле зрения появился Тоновари, а вместе с ним Ронал и супруги Салли. — Что здесь происходит? Куда ты несёшь нашего олоэйктана? — Я собираюсь жениться на нем, сэр, — серьёзно произнёс он, не отпуская Аонунга, на что рифовый покраснел. — И я не отступлюсь от своего решения. — Он хотя бы дал свое согласие? — спросила бывшая тса’хик. — Я приму любой его ответ и не удерживаю его силой, — пожав плечами, абсолютно невинно сказал воин. — В таком случае, прошу тебя, давай обсудим всё это в спокойной обстановке, — попросил рифовый, пытаясь воззвать бывшего оматикайца к здравому смыслу. — Нетейам! Сейчас же отпусти Аонунга! — попытался вмешаться Джейк. Янтарные взгляд устремился на отца, а затем — на самого красивого мужчину, которого ему доводилось видеть. — Хорошо, — уступил он, — мы поговорим. И как только меткайинец подумал, что всё позади, лесной взялся за икрана и взмыл наверх. Аонунг от неожиданности вцепился в крепкие бедра сзади, проклиная Нетейама на чем свет стоит, пока они устремлялись всё выше и дальше. — Я так понимаю, официально можно считать, что олоэйктана Меткайина похитили самым неожиданным и странным образом, — вынес вердикт Ло’ак в наступившей тишине. — Кто бы мог подумать, что ваш сын может такое выкинуть, — удивлённо произнесла Ронал, обращаясь к супругам Салли. — Да, похоже нам всё-таки придется породниться, — улыбнулась Нейтири. — А это точно нельзя посчитать за принуждение? — спросил Джейк. — Зная нашего сына, если бы он не хотел этого, Нетейам давно остался бы без руки, — усмехнулся Тоновари. — Просто упрямство у него в крови. — Да нелегко вашему сыну придется, — добавила Ронал. — Во всяком случае, он сам его украл, — пожал плечами Джейк, на что весь пляж залился смехом.

***

Тем временем высоко в небе, Аонунг зажмурив глаза, не расцеплял руки на бедрах Нетейама. Тот лишь усмехнулся. — Ты можешь открыть глаза и расслабиться, я тебя крепко держу, — сказал он, всё ещё придерживая рифового за талию. — Заткнись! Если бы не ты, мы бы вообще не оказались в такой ситуации! — огрызнулся олоэйктан. — Ты опозорил меня перед народом, — мученически простонал меткайинец. В этот момент Нетейама кольнуло чувство вины и он нахмурился. — Если ты правда не хочешь быть со мной, я разверну Ри’ри и мы забудем об этом разговоре, — серьёзно произнёс оматикайец. Аонунг на свой страх и риск открыл глаза. Первое, что он увидел было голубое небо и белые облака до которых олоэйктан мог дотянуться рукой, но волновало его сейчас другое. Он обернулся и встретился с темным янтарным взглядом. Где-то на их глубине теплилась едва заметная печаль. Пару мгновений он смотрел на воина, а потом выдохнул и приблизил свою голову к синей груди. До чувствительного слуха донеслось чуть участившееся сердцебиение. — Нет, — ответил рифовый в итоге, замечая как светлеет лесной на’ви. — Я не против брака. В конце концов я даже не надеялся, что это когда-нибудь произойдёт. Но если это будешь ты, я доверю тебе свою душу, — произнёс он полностью облокачиваясь на оматикайца и расслабляясь. Душа Нетейама пела. Он был настолько счастлив, что не сдержавшись чмокнул Аонунга в губы, прижимая к себе поближе. Меткайинец на подобное действие лишь мягко улыбнулся. — Но если ты ещё раз потащишь меня куда-нибудь не спросив, я оторву тебе хвост, ясно? — неожиданно зашипел олоэйктан. — Хорошо, хорошо, я обещаю, что такого не повторится. И в следующий раз, я украду тебя быстрее, — хитро прищурился оматикайец. — Нетейам! — Шучу, шучу. С этими словами, они продолжили свой полет, устремляясь всё дальше к горизонту, где Альфа Центавра приветственно светила, указывая путь двум возлюбленным на’ви.