Изнанка лжи и правда судьбы

Название серии высветилось на экране: полные марионетки Это название не значило ничего хорошего… В зале просмотра Танжиро сидел неподвижно. Его пальцы, все крепче сжимали руку в перчатке, пытаясь уйти от боли почувствовав физическую… Рука Гию слегка подрагивала, он слишком хорошо понимал что капкан захлопнулся… — Раз уж мы заговорили о фактах — леденящим тоном начал Танжиро, заставив Столпов на секунду притихнуть. — Незуко, ты утверждаешь что я убил воронов? Так почему по твоей версии я прикончил только двух? А остальные не полетели за помощью? — с холодным расчетом спросил Танжиро. — Да! Давай, разнеси её ложь! — отчаянно выкрикнул реальный Узуй в зале просмотра, подавшись вперёд. — Гомпачиро давай сделай это! — закричал Иноски подскакивая, но Химиджима вновь схватил его за маску не давая двигаться. — Против твоего ума её сказки не выстоят! — закричал Санеми ударив по подлокотнику кресла. — воробей Зеницу не мог ничего сообщить организации, ворона Канао сломала крыло, а моя не заметила что я кинулась на шум и полетела дальше — едва слышно прошептала она, пряча лицо в ладонях. — Какая удобная, идеальная чушь! — прорычал Обанай смотря на то как эта девушка обводит всех вокруг пальца. — Три чёртовых птицы, и все «случайно» выбыли из строя?! И мы там верим в это дерьмо?! — закричал Санеми готовый вскочить с места. — И при этом на твоей форме нет ни единой капли чужой крови. А ты якобы пыталась спасти Кёджуро, но Высшая Луна не тронула тебя. Почему? — спросил Камадо давя на нестыковки в идеальном плане. — Довольно! — яростно прервал его Санеми, делая шаг вперёд. — Ты просто пытаешься запутать нас своими бреднями, трус! — воскликнул Шиназугава чуть ли не готовый прикончить Танжиро. — Заткнись! Заткнись, придурок, послушай его! — закричал Санеми на своего экранного двойника, хватаясь за волосы. — Он же тебе всё на блюдечке разжёвывает! Господи, какой же я там кретин! — в отчаяние проговорил Санеми ударив себя по голове. — Я лишь привожу факты, которые вы так просили — Танжиро даже не посмотрел на Шиназугаву, его взгляд был намертво прикован к сестре. С каждым его словом, с каждой найденной ошибкой в её истории, внутри мальчика теплилась крохотная, отчаянная надежда… Что они услышат… Что они поймут… — Это действительно звучит странно… — попытался подать голос Обанай, нахмурившись. — Да, Обанай, да! Дожми их! — с надеждой воскликнула Мицури, сжимая кулачки. — Нам нужно проверить… — он не успел закончить как на него наорал Санеми. — хватит его оправдывать! — выкрикинул Шиназугава прожигая Игуро взглядом. — Ничего проверять не нужно — вдруг раздался тихий, мягкий голос Оякаты-самы. Его дочь быстро передала письмо. — Сегодня утром ворон принёс мне письмо. От Саконджи Урокодаки… — начал Убуяшики. — Учитель?.. — сорвалось с губ Томиоки и он резко побледнел. Танжиро замер. Надежда в его глазах дрогнула. — Саконджи пишет… — Ояката-сама с грустью «посмотрел» на письмо. — что Незуко уже упоминала что она не в ладах с братом и тот ее откровенно ненавидит. Она просила даже не говорить о том что вступает в организацию, боясь что что то случиться… Урокодаки просит нас позаботиться о девочке. Просчитано идеально. Незуко использовала старика, который искренне верил, что спасает её. — Нет… только не Урокодаки-сан, — Шинобу в ужасе прикрыла рот ладонью. — Она использовала даже его… Это же полный крах. Против слов бывшего Столпа никто из нас на экране не пойдёт… — отчаянно закончила она уже боясь прикасаться к блокноту где записано столько страданий, Игуро застыл, его рот приоткрылся в шоке хотя это надежно скрыли бинты. Против авторитета бывшего Столпа Воды и официального письма он не мог сказать ничего. Санеми грубо толкнул Обаная в плечо, заставляя окончательно замолчать и отойти назад. Игуро опустил голову. Обещание, данное Томиоке, рассыпалось в прах. — Извини, Томиока. Извини, Камадо… Я предал ваше доверие ещё до того, как всё началось. — прошептал Обанай виня себя за то что так легко сдался… В этот момент внутри Танжиро что-то с треском оборвалось. Всякое доверие, всякая надежда на справедливость Корпуса рухнули окончательно. С каждым новым обвинением его глаза становились всё более пустыми и мёртвыми. — Всё сходится… — со слезами на глазах прошептала Мицури. — Танжиро, ты чудовище! — выкрикинула она и воткнулась в плечо Кочо которая нежно обняла ее гладя по спине, в отчаянных попытках успокоить. — Прекрати… пожалуйста, прекрати плакать, ты же делаешь только хуже! — взмолилась Мицури, закрывая уши руками, чтобы не слышать собственного голоса. Ей было невыносимо стыдно перед сидящим сзади Танжиро. Муичиро Токито, который весь суд сидел в стороне, безучастно разглядывая облака, резко опустил голову. Его мятные глаза, обычно затуманенные амнезией, стали пугающе ясными и холодными. — Я за то что он виновен — бесцветным, ровным голосом произнёс Токито, и этот звук заставил всех вздрогнуть. — Муичиро! И ты туда же?! — ахнул Узуй, округлив глаза. А Токито в зале испуганно сжался в кресле, пряча лицо в широких рукавах Были собраны голоса всех столпов… Всё окончательно рухнуло и оканчательно сорвалось в пропасть. Последняя капля капнула с сосуд разливая жидкость… Танжиро даже не стал спорить. Зачем? Если против него встали все, если его предали те, ради кого он проливал кровь. — Суд окончен… — тихо произнёс Ояката-сама. — Танжиро Камадо изгоняется из Корпуса… — с оттенком некой грусти завершил глава корпуса. Веревка с глухим стуком упала на землю. Руки Танжиро освободились, но он даже не пошевелил ими. Они безвольно упали на колени. — если так надо то я уйду… — это было все что он прошептал на последок, а Игуро дрожащими глазами смотрел ему в след. — он сдался… — прошептал Узуй с дрожащими глазами. — он не сдался, он проиграл… — выявил бывший столп воды и зал замолк под тяжестью своего решиния. Взгляд Камадо был абсолютно пустым. В нём больше не было того тёплого и доброго Танжиро который всегда поддержит. Камадо развернулся и медленно пошёл прочь со двора поместья, оставляя позади Корпус, который он когда-то считал своим домом. Следующая серия: разачорование… — почему-то мне кажется что разачеруються во мне и это будет Томиока… — прошептал Игуро ударившись головой о спинку впереди стоящего кресла.