Изнанка лжи и правда судьбы

На экране высветилось тусклое название: Стертая граница. Шаги глухим стуком отдавались в ночи. По каменной, холодной дорожке шагал он… Не человек, а демон, жаждущий крови. Кибуцуджи Мудзан самолично явился в Корпус охотников. — Как он нашел поместье Убуяшики?! — заорал Санеми, впиваясь пальцами в подлокотники так, что обивка трещала. — Тварь… — Обанай сверлил экран яростным взглядом. — Какой же он высокомерный! — Выглядишь просто ужасно, Убуяшики, — холодно произнес Мудзан, взойдя на крыльцо. — Наконец-то мы встретились, Мудзан Кибуцуджи, — улыбнулся Кагая. — Демон, которого моя семья преследовала тысячи лет, теперь стоит прямо передо мной… — он закашлялся, сплевывая кровь. — Я разочарован, я жил столетями не старея, а ты сейчас ели дышишь… — тихим голосом в котором слышалась жуткая насмешка проговорил Кибуцуджи. — От тебя уже воняет трупом. Как отвратительно. — с нескрываемым презрением бросил Мудзан. — Скажи, Кибуцуджи, у тебя есть мечта? — мягко спросил Кагая. — Ты ведь мечтаешь побороть свою слабость? — Прямо в цель! Чтобы унизить эту тварь! — прокомментировал ситуацию Узуй, коварно ухмыльнувшись. — Ояката-сама, вы видите его насквозь даже слепыми глазами, — прошептал Ренгоку, смотря прямо на главу. — Демоны не мечтают, — холодно отрезал Мудзан. — И в достижении цели мне помогут твои же охотники… — Камадо Незуко! — рявкнул Санеми, готовый вскочить и разнести всё вокруг. — Мои дети знают где ложь, а где правда… И сегодня будет твоя последния ночь… — с жестокой уверенностью произнес Кагая откашлив чуть чуть крови. — А если твое рождение стало для нас проклятьем… мы уничтожим то, что породили, — закончил Убуяшики. В этот момент в саду появились его дочери, напевая песню и перекидывая мяч-темари. Раз… Ночька шумная прийдёт И хлопот нам принесет Два… Украшенья доставай Кадоматсу наряжай Кадоматсу наряжай… Три… Сосновые ростки На вершине Кадзусы На цвета их посмотри… На цвета их посмотри… Темари с легкостья перекидывался из рук в руки девочек, они сами выбрали смерть, но перед ней, вновь окунуться в детскую, невинную игру… — Нет… Они знают, что умрут?! — закричала Мицури, закрывая лицо руками. «Что за странное чувство? Ностальгия? Почему так противно-спокойно?» — Мудзан в недоумении смотрел на девочек. — Знай только одно Кибуцуджи, лишь чувства будут бессмертны… — тихо произнес Кагая. И когда Мудзан занес руку для удара — поместье взлетело на воздух. — ЧТО?! — во всю глотку проорал Санеми, с грохотом опрокидывая кресло. Камера перенеслась к Танжиро и Томиоке. Запах гари и крови с силой ударил в ноздри. — Демон в корпусе! — безэмоционально, почти безжизненно на ходу выкрикнул Танжиро, таща Гию на звук. Левой рукой он уже сжимал рукоять клинка. — Танжиро, ты сам ели стоишь! — закричал Томиока пытаясь угнаться за скоростью Камадо. Но на секунду замолчал, он заметил что Танжиро тянул его правой рукой, а левой уже хватался за клинок. — Неважно, — тихо ответил Танжиро продолжая бежать на взрыв Томиока, видя состояние мальчика, вырвал руку и ускорился сам. Клинок легко выскользнул из ножен, а на алых, стеклянных глазах виднелись небольшие слезы, почти незаметные в темноте, но такие настоящие и полные невыносимой боли… — Кибуцуджи… — Танжиро замер у обломков. В нем не было ничего… небыло ни ненависти, не было даже и так пугающей пустоты, это было ровно ничего… — Тамаё, мы приступаем к основному плану! — холодно скомандовал он, первым сориентировавшись в ситуации. — КТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ТАМАЁ?! КАКОЙ ПЛАН?! — в бешенстве заорал Санеми. — Так она теперь сотрудничает с нами? — ошеломленно спросил Ояката-сама, обернувшись на Камадо. — Похоже, что да… — тихо прошептал тот отводя взгляд от Гию который с подозрением прищурился. — Танжиро, кто она?.. — тихо спросил Томиока, смотря на красноволосого мальчика который старательно отвернулся. — Ой, Танжиро-кун, я думала, ты делишься всем с Томиокой-саном, — усмехнулась Кочо, записывая что-то в блокнот. — Тамаё, она просто… — нервно постукивая пальцем, начал Камадо старательно несмотря на остальных. — Камадо, выкладывай! — прокричал Шиназугава вставая с кресла. — Тамаё — это демон, — отрезал Ояката-сама, спасая мальчика от допроса. — ДЕМОН?! — взревели Санеми и Иноске, подлетая с кресел. — Да, но. она не убивает… — тихо добавил Танжиро чуть успокоившись. — Где гарантии?! — Обанай был готов сорваться на Танжиро прямо здесь и сейчас. Но в этот момент из тени вышла Незуко. Она бросилась на брата, но тот, на чистых инстинктах, уклонился от смертельного удара в шею. — Вижу, ты еще жив, — раздраженно проговорила Незуко, убирая клинок. — Ну что ж, давайте посмотрим, на что вы способны. Она улыбнулась — как настоящий монстр, с которого только что сняли все ограничения.