Американский агент и его испанское несчастье

Очередной заражённый кидается на Леона, который был так сосредоточен на другом враге, что не успел заметить вовремя атаку. На его шее появляются грубые мужские руки, начинающие душить. Кеннеди не слышит ничего кроме выстрелов Луиса с первого этажа и рычащих голосов остальных жителей деревни, которые сейчас точно добьют агента количеством. Леон пытается оттолкнуть от себя заражённого но тот вцепился в него мертвой хваткой и собирается придушить на смерть. Где-то на грани сознания Леон подмечает, что лучше умереть от разрыва шеи чем стать таким же ходячим мертвецом. Кеннеди насмотрелся на заражённых в Раккун-сити и отчётливо помнил что не хотел тогда становится мишенью для пуль других выживших. Рядом слышатся быстрые шаги, Кеннеди, словно в замедленной съемке, пытается выхватить пистолет из кобуры. Ему удается достать его но оружие падает, когда заражённый толкает его головой об стену, заставляя Леона оценить прочность деревенской штукатурки. Мужчина осознает что сейчас умрет и прикрывает глаза, когда воздуха в лёгких остаётся критически мало, а мозолистые пальцы уже являются причиной тихого хруста его шейных позвонков. В следующее мгновение над ухом Леона раздается громкий выстрел. Житель падает на лестницу, комично скатываясь вниз, с пулей в голове. Кеннеди издает стон, когда приоткрывает рот, дабы набрать в лёгкие воздуха. Он удивленно поворачивает голову и видит Луиса, который смотрит на него... обеспокоенно. Не успевает Кеннеди как следует проанализировать взгляд вынужденного союзника, как тут же испанец выстреливает в стоящих рядом с Леоном жителей, а затем поворачивается и бьёт кулаком по очередному зараженному. Леон быстрым движением подбирает упавший пистолет и выстреливает меж глаз раненному, Луисом, жителю. А потом, Кеннеди разбирается с потоком заражённых на втором этаже. Звуки выстрелов, крики и вопли жителей – все это смешивается в какофонию, не давая нормально соображать. Леон может только, по привычке, стрелять по головам и отправлять вертухой раненных врагов в нокаут. Через несколько минут раздается звон колоколов вдалеке, и жители мгновенно замирают а затем выходят из хижины, игнорируя Леона и Луиса. Агент только рад такому удачному стечению обстоятельств. Они с Серой встречаются на первом этаже, через секунду из шкафа выходит перепуганная Эшли, видимо поняла что все кончилось когда прекратились выстрелы и крики. — Чтож, все обошлось, — хриплым голосом произносит Луис, нарушая молчание. — Кажется, они ушли, — замечает Кеннеди, выглядывая в разбитое окно, видя как жители уходят с факелами в сторону звона колокола. — Что будем теперь делать? — интересуется Сера, не награждая знакомых взглядом. Эшли оказывается рядом с мужчинами. Девушка стоит напуганная, но не произносит не слова. — Мост через который я попал сюда разрушен, так что у нас нет другого выхода кроме как идти дальше. — отвечает Леон, вновь обретя способность мыслить. Теперь когда им ничего не угрожает Кеннеди снова может слышать поток мыслей в голове. Он рад что Эшли цела, хоть и стоит бледная от страха, но зато живая. Агент не может допустить ее смерти, и своей, если на то пошло. Потому-что только он сможет защитить дочь президента в случае опасности. Осознанно Леон цепляется взглядом за спину Серы. Луис хоть и странный, если судить по их единственной встрече, но если бы не он, то Ханниган пришлось бы отправлять группу для поиска тел Леона и Эшли. К тому же, Кеннеди не может не признать, не вслух конечно, что испанец умеет за себя постоять. Леон бы спросил где тот научился стрельбе и рукопашному бою, но почему-то уверен, что не хочет знать ответ. А этот взгляд... В данную секунду когда жители больше не хотят их насадить на виллы, Леон может вспомнить обеспокоенные испанские глаза, в тот момент когда его собирался убить заражённый. Луис волновался за него? Кеннеди думает логически: Конечно Сера волновался, он же точно не переживет целый дом кишащий врагами, если обученный спец-агент умрет. — Только без меня, — голос Луиса отрывает Леона от мыслей, заставляя впиться голубыми зрачками в копну коричневых волос, которые устремляются за дверь. — Льюис! — выкрикивает Кеннеди, когда испанец без лишних колкостей скрывается за дверью хижины. « Куда он, черт побери, пошел? » – логичный вопрос криком раздается в уставшей голове Леона. Мужчина делает несколько шагов, собираюсь пойти за испанцем, пока тот не скрылся слишком далеко в лесах. Кеннеди толкает еле уцелевшую дверь хижины, с трудом заметив в ночном свете силуэт в нескольких шагах. — Льюис! — повторяет Леон, ощущая как сердце быстро бьётся под футболкой от адреналина недавней обороны, — Ты куда? — Я же говорил – правильно «Луис»! — отвечает криком Сера, при этом не оборачиваясь на обеспокоенные взгляды Кеннеди и Грэм. Леон раздраженно качает головой и устремляется вперёд, вслед за уходящим знакомым. Он не знает как сбежать из этой адской деревни, Эшли постоянно кричит как резанная: «Помоги мне, Леон!», а теперь ещё агенту приходится наблюдать за истеричкой испанцем. Кеннеди замечает краем глаза как Эшли шагает рядом с ним своими тонкими ножками. — Останься в хижине, — мужским голосом, не требующим возражений, говорит Леон блондинке, — Мне нужно поговорить с Льюисом. Побудь тут, попробуй найти какие-то запасы еды и поешь. Грэм замирает, глядя на своего «спасителя». Девушка кидает быстрый взгляд на Луиса, а затем смотрит на Леона, словно сомневается в решении того. Но потом черты лица смягчаются и девушка кивает, поняв что ее личному телохранителю лучше знать, что делать в тяжёлой ситуации, в которой они застряли по самое горло. Только когда Эшли закрывает за собой дверь, Леон поворачивается к Луису. Благодаря годам тренировок после трагедии в Раккун-сити, Кеннеди за несколько секунд догоняет уходящего испанца. Оказавшись рядом с ним, Леон обгоняет его и встаёт перед мужчиной, вынуждая того замедлить шаги. — Слушай, я знаю что мы друг друга не знаем, — начинает Леон, встречая глазами испанский надменный взгляд. Это другие глаза...не те которые смотрели на Кеннеди со страхом, когда того хотели убить заражённые. — И, буду честен... — Леон делает паузу, — Я не доверяю тебе. Луис смеётся: — Спасибо за горькую правду, amigo — Сера взмахивает рукой в воздух, чтобы показать на лес позади них, — А теперь, если ты позволишь, Estadounidense. Я пойду. У меня есть незаконченные дела. Леон хмурит тонкие брови и преграждает мужчине путь, когда тот пытается обойти его с левой стороны. У них более менее одинаковые габариты тела, но у Кеннеди лучше физическая подготовка. Кажется, Сера это тоже осознает, поэтому замирает и безэмоционально смотрит на агента, ожидая дальнейших слов. — Что? — грубым голосом спрашивает Луис, когда Леон молчит — Ты теперь тоже моя нянька? Мне кажется, не потянешь, Pimpollo. Я не такой послушный как твоя chica del presidente. — Ты же понимаешь, что я не знаю испанский? — Кеннеди складывает руки на груди. — A mí me da lo mismo, Леон — устало отвечает Луис, потирая мозолистыми пальцами глаза. — Я все ещё не понимаю что ты там бормочешь, — произносит Леон, закатывая глаза. — Я так и понял, учитывая, что ты даже моего имени не можешь сказать правильно, Idiota — раздраженно выпаливает испанец, отворачиваясь от Кеннеди. — Что с тобой такое, черт побери? — взрывается Леон, делая шаг вперед к мужчине, — Хоть я и не знаю тебя и то что ты тут делаешь. Но уверен – ты не глупец. Видишь что здесь происходит ? — Кеннеди указывает пальцем на хижину, в которой они минуту назад могли умереть, — Я уже пережил нечто подобное несколько лет назад. Если мы будем держаться вместе то у нас больше шансов выжить и выбраться отсюда живыми. Взгляд Серы не меняется, все так же бездонные зрачки изучают лицо Леона, который почувствовал резкое желание ударить мужчину, хотя ему не свойственно срываться на невиновных. Сера смотрит на Леона несколько секунд, пока тот не выдерживает и не интересуется раздраженно : — Чего пялишься? На губах Луиса появляется дерзкая улыбка, и Леон уже понимает что его не ждёт ничего хорошего. Но прежде чем парень успевает просчитать следующие действия испанца, тот его опережает, резко приблизившись к Леону и впившись в его губы поцелуем. У Кеннеди от удивления расширяются зрачки, он замирает от неожиданных действий испанца. Поэтому, он не может двигаться и оттолкнуть того, даже тогда когда мужчина кладет свои теплые ладони на его бледные щеки и пытается настойчиво приоткрыть губы Леона кончиком своего языка. Сердце Кеннеди пропускает удар, и он не до конца понимает что у него в голове, раз сейчас он послушно открывает рот и впускает шаловливый язычок мужчины в свою ротовую полость. Леону кажется что сейчас он рухнет на землю, поэтому его руки механически сжимают плечи Луиса, когда последний углубляет поцелуй. — Льюис, какого... — Кеннеди удается оторваться от горько–сладких губ напротив, чтобы задать логичный вопрос. Но агенту так и не удастся услышать ответ. — Заткнись, amigo, — с улыбкой и в своей излюбленной манере флирта бормочет Сера, и не давая Леону вновь возразить, накрывает бледные губы агента своими ярко–розовыми. Леон отвечает на ласку. Он давно перестал понимать что происходит в его жизни: Зомби, кричащие дочери президента, повышенные налоги, бесконечные тренировки. Как ни странно, довольно симпатичный испанец вылизывающий его рот – не самая страшная проблема из имеющихся. Через секунду Кеннеди чувствует чужие руки на своих ягодицах. Леон хочет возразить но Луис начинает покрывать быстрыми поцелуями его шею и это на самом деле действительно хороший отвлекающий маневр, из–за которого Леону не удается выдавить изо рта ни слова кроме тихого стона. Потому–что щекотно, потому–что мурашки по коже, потому–что точно не этим должны заниматься телохранители дочерей президентов. А затем Кеннеди чувствует усталость и резкую вспышку боли в районе шеи. Агент падает на колени перед Луисом, помутневшим сознанием успевая заметить странный шприц в его ладони. Кеннеди проводит пальцами по только что целованной испанцем кожей, осознавая что Сера ему только что вколол что–то. Леон не успевает ничего сказать, так как в глазах тяжелеет и он падает на землю. Перед тем как отключится, парень слышит голос Луиса: — Прости, Леон. Но я не могу позволить чтобы ты сейчас был моей нянькой.

***

Леон приходит в себя на жёсткой поверхности пола. Он мгновенно встаёт на ноги, пытаясь собрать по пазлам в голове последнее воспоминание. Мыслительные процессы замедляются, когда к его груди оказывается прижата голова Эшли, обнявшая агента. Кеннеди оглядывается и понимает что находится на первом этаже той самой хижины, где они оборонялись от жителей. Леон слегка сжимает плечо блондинки, мягко намекая той чтобы она отлипла от него. — Эшли, — голос парня все ещё хриплый и тихий после резкого пробуждения, — Сколько я был в отключке? — Я не знаю, — отвечает девушка, поднимая взгляд из под челки на Леона. — Может, час или два, или... — Льюис... — раздраженно шепчет Кеннеди, прервав нервную Грэм. Сера вырубил его с помощью какой-то инъекции в шею. Чертов испанец полез к Леону целоваться чтобы отвлечь внимание. Кеннеди матерится в голове, как он мог не догадаться об этом, когда постоянно на работе сталкивается с обманщиками? Но Леон ( не без раздражения конечно) признает про себя, что Луис придумал действительно хороший отвлекающий маневр. — Это он тебя вырубил? — неверующе интересуется Эшли. Так, словно она ну никак не ожидала такого от испанца, который нагло с ней флиртовал и который поубивал кучу зараженных, находясь рядом со шкафом, в котором она безбожно дрожала. Леон никак не комментирует наивность дочери президента. Так как, сам, к огромному сожалению, доверился Луису. Это было глупо с его стороны, учитывая, что они пересекались только два раза: Первый – прикованные наручниками в неудобной позе, второй – оборонявшие хижину, обменявшись перед этим едва ли парой фраз. Просто, Леон думал что может довериться незнакомцу, считал что предыдущий опыт с Адой Вонг не повторится. Но судя по всему единственный кому Кеннеди может доверять – это себе. В последние часы даже это под вопросом, учитывая, что Лас–Плагас медленно распространяется в его теле. Агент лишь надеется, что он сможет контролировать себя достаточное время, чтобы успеть спасти Эшли. — А как... — Леон ещё раз окидывает глазами помещение, — Как я оказался тут? Эшли молчит несколько секунд, глядя то на Кеннеди то себе под ноги, а затем отвечает: — Тебя не было несколько минут. Я вышла посмотреть где вы там и увидела, что ты лежишь на земле без сознания. Мне пришлось тащить тебя руками по земле до хижины. — Леон посмотрел на свои штаны и футболку, которые действительно были грязными, — Повезло, что никто из них не объявился. — Ты молодец, Эшли. — с улыбкой сказал Леон, глядя на девушку. Грэм смущённо улыбнулась, но парень понимал что она была ужасно напугана последними несколькими часами их блужданий. Иногда, Кеннеди забывает каково быть обычным человеком, которого до смерти пугают все те ужасы, с которыми он сталкивается еженедельно. — Ты смогла найти что–нибудь перекусить? — Да, — Эшли продолжала смущённо улыбаться, — Нашла банку бобов, — Девушка скривилась, — Гадость. Леон искренне усмехнулся. — Ещё нашла это, — Грэм достала что–то из кармана пиджака и протянула мужчине коробку пистолетных патронов. — Должно пригодится. — Спасибо, — ответил Кеннеди, беря протянутое награждение и положив то в карман. — Теперь пойдем, — Леон зашагал и толкнул дверь, но его прервал голос блондинки. — Куда? Леон устало улыбнулся: — Я все ещё должен доставить тебя отцу.

***

После последней (не самой приятной) встречей с Луисом – Леон искренне пытался о нем не думать. Пытался, но... не всегда получалось. Это было странно, думать о мужчине который тебя вырубил транквилизатором и с которым вы виделись всего два раза. Если ещё учитывать то, что Кеннеди был постоянно напряжен из-за постоянных попыток спасти Эшли. Они прорывались через всю деревню. Леон отстреливался от заражённых жителей, а Грэм старалась не попасть под его пули. У него не должно было быть времени на глупые мысли о Луисе Сере, но оно все равно находилось. Даже тогда когда Эшли пытались забрать сектанты а он изо последних сил пытался выстрелить в мужчину, забросившего на свое плечо хрупкую блондинку, при этом не задев девушку. Даже в такой момент в голове Леона промелькнул вопрос о том где сейчас испанец. Из-за этого Кеннеди чувствовал себя не очень, и даже странное чувство вины поднималось внутри, заточенного за годы работы, характера. Леон был рад что вирус «плага», медленно растущий, в теле Эшли, не даёт той читать мысли. Иначе девушка бы несколько торговцев назад поняла бы, какой ее телохранитель некомпетентный, раз постоянно думает о странном волосатом мужике вместо того чтобы придумывать как им свалить из этого ада. А затем Эшли и Леон попали в замок Салазара, при этом оба, чудом, со всеми целыми конечностями. Рамон был карликом в венецианском костюме, не внушающий страх, а только смех. Но смех длился недолго. Леону и Эшли, в особенности первому, пришлось попотеть чтобы выжить в стенах этого поместья. Прежние заражённые жители показались лёгкой преградой, по сравнению с сектантами которые постоянно то и дело встречались в коридорах замка. Но Кеннеди верил, с некоторым сомнением, что они обязательно выживут. Он смотрел на Эшли, которая стала менее пугливой, чем та девушка которую он нашел в церкви. Тем не менее Леон чувствовал себя обязанным успокоить Грэм. Он не придумал ничего лучше чем иногда устраивать передышку в комнатах торговца, перед тем как снова отправиться в путь. Блондинка еле стояла на ногах и Кеннеди заставил, несмотря на ее недовольства, опереться на его крепкое плечо и дойти до кровати. Эшли прикрыла глаза, все ещё находясь в сознании. Леон присел на край постели, смотря на девушку сквозь челку. — Тебе бы тоже отдохнуть, — тихим голосом произнесла Эшли, — Это ты у нас постоянно отстреливаешь монстрам конечности и защищаешь меня. — Я не могу заснуть в такой обстановке. — Через несколько секунд тишины ответил Леон, — Кто знает что случится если мы оба будем не в сознании. Грэм странно улыбнулась. — Было бы хорошо если Луис сейчас был бы с нами. Кеннеди замер, не зная что ответить на слова девушки. С одной стороны, она права, ведь втроём гораздо легче выжить чем вдвоем. Но ... Леон соврет если скажет, что чувствует рядом с испанцем себя в безопасности. — Да. Ты права. — Интересно, какие цели он преследует? — поинтересовалась шепотом Эшли, уже на грани проникновения в сладкую дрёму. — Мне тоже интересно, — пробормотал Леон, изучая взглядом ближайшую стену. Словно в декорации был ответ на этот вопрос. Грэм не услышала слова своего телохранителя. Кеннеди провел рукой по волосам, понимая, что его ждёт бессонная ночь. Пальцы сжимали пистолет, готовясь к возможным внезапным гостям. Леон уже предвкушал как проведет ближайшие часы вспоминая Раккун-сити, прокручивая маршрут комнат замка которые они не успели пройти, проверяя свои боеприпасы. И думая о Луисе. Вспоминая их поцелуй. Леон поерзал на кровати, пытаясь отогнать воспоминание. Не хотелось бы защищать Эшли со стояком в штанах.

***

Леон и Эшли не задерживались надолго на одном месте. После того как девушка проснулась, они мгновенно двинулись дальше исследовать замок Салазаров. Кеннеди как обычно тратил патроны и силы чтобы отбиться от врагов. Которые к тому же не переставали удивлять своим разнообразием. На место разыренных фанатиков пришли человекоподобные мотыльки и жертвы странных экспериментов – слепые, свирепые бугаи с острыми ножнами на руках. С каждой новой комнатой, локацией, шагов становилось все опаснее и труднее выживать. Тем не менее, перевязывая кровоточащие раны Леон беспокоился о том где сейчас Луис. Жив ли он, или лежит мертвый где-то в канаве? Агент покачал головой, пытаясь отогнать ненужные беспокойства. У него и так достаточно причин для беспокойства, и чертовски сексуальный испанец с озарным взглядом не обязан быть на первом месте среди них. Не обязан, но тем не менее постоянно занимает лидирующую позицию.

***

Леон и Эшли вышли на тихий балкон, вид с которого позволял общим планом оценить величие замка. Масштаб здания впечатлял. Леон проводил параллели с полицейским участком, в котором ему пришлось выживать несколько лет назад. Но по сравнению с замком Рамона департамент Раккун-сити это детская песочница. Кеннеди, хотел было, вместе с Эшли зайти в неизведанную дверь на повороте, но их отвлёк мужской голос позади. — Леон! — крикнул Луис, привлекая к себе внимание знакомых, — Эшли... — Луис? — Грэм удивилась увидев лицо мужчины, но тень улыбки все же дернулась на ее пухлых губах. Видимо, не один Леон переживал по поводу Серы. Хотя, Кеннеди сомневается что Эшли переживала по той же причине что и он. — Что ты здесь делаешь? — интересуется Леон, когда испанец подходит к ним ближе. Парень наделся скрыть облегчение при виде живого Луиса в своем голосе, но, если судить по дерзкой ухмылке последнего, получилось так себе. — Я не с пустыми руками, друзья, — радостно прощебетал Луис, проведя мозолистыми ладонями по своим карманам. Леону было интересно: Луис помнит их поцелуй или для него это не более чем вынужденный эпизод в этой сумасшедшей игре? Кеннеди не хотел бы проводить параллели между ним и Адой, но те сами собой возникают в голове. — Черт! — ругается Сера, не обнаружив в карманах, то чего искал, — Кажется, забыл их захватить. — «Захватить» – что? — спрашивает Леон, понимая что сейчас Луис опять уйдет. А потом мысленно агент оскорбляет себя: Ведёшь себя как влюбленная старшеклассница. Луис поворачивает голову к агенту, приоткрывает рот собираясь ответить но затем снова улыбается. — Пусть это будет сюрпризом, красавчик, — отвечает Луис, разворачиваясь чтобы уйти в противоположную сторону замка. Вот так, без объяснений и прощания. — Льюис! — кричит Леон ему вслед. Также как он звал его после обороны в хижине. — Скоро вернусь, друзья, — отвечает испанец, как обычно не одаривая знакомых взглядом глаз. — Не будешь никого отравлять напоследок? — интересуется крича Эшли, в голосе девушки отчётливо узнается злость. Леон удивленно смотрит на девушку. Они довольно многое прошли вместе, но он ещё не разу не слышал как она злится. Даже тогда когда их множества раз пытались убить или когда Кеннеди сорок минут стоял как истукан и пытался понять как решать эти долбанутые головоломки в замке. Неужели, она настолько сильно перепугалась когда ей пришлось нести бессознательного Леона к хижине? Луис с приятным удивлением в серых глазах поворачивается к Грэм. На его губах появляется лёгкая улыбка, но она исчезает когда он переводит взгляд с девушки на Леона. — Пожалуй, обойдусь без этого. — пробормотал Сера, а затем принялся изучать глазами тело Кеннеди, от ног до русой челки — Кстати, рад что ты оклемался. Я первый раз тестировал этот транквилизатор. — испанец замолкает на секунду, — Судя по всему, он хорошо действует. Сколько ты был в отключке? И Леон взрывается. Возможно на следующий поступок сказалась усталость от постоянных сражений. Хотя вероятнее всего причина в самом Луисе. Леон зол из–за того что тот страстно вылизывал его рот а сейчас делает вид словно ничего не произошло. Кеннеди последние несколько часов думал о испанце, переживал, а сейчас он говорит, хоть не прямо но, что Леон для него был не более чем лабораторной крысой для тестирования нового транквилизатора. Хотя, если кого и нужно винить Леону, то только самого себя. Он сам виноват что часто думает об знакомом и постоянно вспоминает их поцелуй. Как сильно Кеннеди хотел бы хоть на несколько минут избавиться от компании Эшли, чтобы подрочить и сбросить напряжение. — Мудак! — злобно шипит Леон, оказываясь рядом с Луисом за мгновение. Прежде чем мужчина успеет что-то предпринять, Кеннеди впивается в его горло мертвой хваткой и вжимает в ближайшую вертикальную поверхность. В их случае это оказывается каменная стена балкона. Позади Леона Эшли издает удивленный стон, явно шокированная неожиданной агрессией своего телохранителя. Луис сначала смотрит с удивлением на Кеннеди, но радужка глаз успокаивается стоит Леону чуть сильнее придушить испанца. Он не собирается его убивать, но сделать больно ещё как. Сера трётся спиной об жёсткую поверхность, приоткрывая рот чтобы набрать в тело воздух. Мужчина ухмыляется стоит агенту чуть ослабить хватку руки на его шее. — Любишь пожеще, Леон? — с явным смешком интересуется Луис, а затем его лицо хмурится. — Больно вообще то. — А ты думаешь мне было приятно упасть на землю с синяком на шее после твоих экспериментов? — шипит Леон, не ослабляя хватку пальцев. — Леон! — Эшли держится на расстоянии, но старается заглянуть за мощную спину, дабы убедиться что Луис жив, — Успокойся. Он того не стоит. — Запомни, Санчо. Сначала сделай приятно а потом приноси боль. — отвечает на вопрос Леона Луис, безэмоционально встречая пылающий взгляд агента. Кеннеди замирает когда до его мозга доходит осознание: Луис прекрасно помнит их поцелуй, и сейчас намекает на него. Леон ничего не говорит, он может только наблюдать за тем как шевелятся губы испанца в надежде захватить кислород. Он чувствует сильное желание закрыть эти губы настойчивым поцелуем, но сдерживается. — Леон... — Эшли обеспокоенно смотрит на его спину, и это заставляет парня наконец разжать пальцы на смуглой шее и отстраниться от испанца. Луис проводит рукой по рубахе, поправляя ее и отирая от пыли. Кеннеди неосознанно опускает взгляд вниз и натыкается на заметный бугорок в паху Серы. А затем Леон понимает что сам возбудился, о чем свидетельствует каменный стояк в штанах. Может, это Луис любит пожеще? — Есть вакцина, — смущённо говорит Сера, отворачиваясь от Эшли и Леона, чтобы те не заметили эрекцию. — От Лас – плагас. Вашей болезни. В глазах Грэм появляется надежда и она чуть улыбается. Кеннеди не может не почувствовать укол радости. При таких новостях его миссия по спасению дочки президента выглядит не такой уж и безысходной, как он считал несколько десяток минут назад. — Она в подвале, — продолжает Сера и устремляется назад в замок. — Я пойду за ней. Леон хочет окликнуть Луиса, но понимает что он все равно уйдет, как бы сильно ему не хотелось чтобы тот остался. Он и Эшли смотрят вслед уходящему испанцу и приходят в себя только когда тот скрывается за поворотом. — Он странный, — озвучивает вслух свою мысль Эшли. Леон соглашается со словами девушки но вместо этого говорит «Пойдем» и открывает дверь с балкона, выхватывая пистолет из кобуры.

***

Судьба, которая по всей видимости ненавидит Леона с осени девяносто восьмого, распорядилась так, что Эшли оказалась снова похищена. Их пути разошлись, когда девушку забрали подчинённые Рамона после того как они с Кеннеди угодили в ловушку. Леон оказался в давящем одиночестве, вынужденным исследовать коридоры и помещения надоевшего замка в тишине. Тишина смогла дать Леону время подумать и проанализировать ситуацию. Он не мог не вспомнить об Луисе. Парня охватило сильное желание пойти в подвал замка, где по словам испанца находилась вакцина. Но проблема была в том что Леон не знал как пробраться вниз, карта все ещё казалась ему запутанной. К тому же, было бы глупо возвращаться назад после всего того пути который он прошел. Кеннеди обязан найти Эшли и спасти ее, а затем они должны свалить из этого Богом забытого места. Леон встретил Аду. Та практически не изменилась после Раккун сити. Все такая же соблазнительная хитрая чертовка, которая играет только в ей известную игру. Мужчина не удивился при факте, что Вонг выжила после падения в подземной лаборатории несколько лет назад. Хоть он и не знал точно, но в глубине души понимал что с Адой никогда не бывает все просто. Женщина сбежала через окно, оставляя Леона одного в теплой комнате. Кеннеди минуту пялился на силуэт Луны в небе а затем принялся изучать незнакомое помещение на наличие припасов. Только дурак будет влюбляться в такую женщину как Ада Вонг. Во время их прошлой встречи Леон был молод, неопытен и полон гормонов. Неудивительно что он тогда влюбился в обаятельную шпионку за пару часов. Но женщина лишь играла на его чувствах, впрочем, кажется она это делает и теперь. Сейчас Леон натренирован, набрался различного опыта, гормоны давно не пляшут в его организме... но тем не менее он снова попал в похожую ловушку когда влюбился в Луиса Серу. И это было до одури странно влюбиться в человека, который накачал тебя транквилизатором, который бросил тебя с цепями на руках в первую встречу и ... который неизвестно где, когда мог бы быть рядом и помогать. Жизнь Леона и так была необычно странной, но кажется, в этот раз он удивил даже самого себя. Что он знал об Луисе? Во – первых, тот работал на «Амбреллу». Это не самое лучшее начало. Но если «работал» а не «работает» то не все так плохо, верно? Во – вторых, он был испанцем и постоянно обращался к Леону непонятными тому словами. Это было довольно милым, если не брать тот факт, что Луис возможно покрывал Леона двухэтажными матами, а тот просто не знал их значения. В – третьих, У него были красивые волосы. Черные, мягкие (с виду) пряди так и манили к себе взгляд. Было в этих волосах что -то испанское и что-то чертовски соблазнительное. Черт. Леон просмотрел вниз и увидел каменный стояк на шве своих штанов. Он возбудился. И всему виной один испанец, которого он знает, в основном, по образу придуманному в голове. Черт, может "Сера" это даже не его настоящая фамилия. Кеннеди отчаянно пытался вбить себе в мысли все аргументы неадекватности своих странных чувств. Тем не менее, стояк от этого мягче не становился. Член только сильнее затвердел, при воспоминании как Леон придушивал Луиса на балконе. А потом он вспомнил стояк испанца, который был внушительных размеров. Эх, серые джинсы не скрывали всего испанского достоинства. Тем не менее, Кеннеди хотел бы увидеть член Луиса вживую. Он представлял как проводит рукой по грубой мозолистой спине испанца и эта фантазия отозвалась жаром в ладонях. Леон машинально, не отдавая мысленно отчёта в своих действиях, приспустил с себя штаны вместе с боксерами. Ему срочно нужно было снять напряжение. Никому от этого хуже не станет, наоборот, ему срочно нужно почувствовать удовольствие чтобы потом стопроцентно сосредоточится на миссии. Мужчина схватился пальцами за свою напряжённую плоть и провел рукой вверх, из- за чего почувствовал тепло в районе паха. Леон фантазировал о том как хватает Луиса за волосы и заставляет того опуститься на колени. Последний по любому не откажет себе от дерзкого комментария, но прежде чем испанец успеет что-то сказать Кеннеди заставит его взять член в рот. Если Сера также хорош в минете как и в сарказме, то Леона будет ждать самый головокружительный оргазм в жизни. Леон стимулировал свой пенис, прикрывая глаза, чтобы фантазии казались более реальными. Перед глазами агента появилась картина того как Луис покрывает его уставшее тело нежными поцелуями, в особенности спину, обводить шершавым языком напряжённые мышцы и спускается им все ниже и ниже ... Леон позорно кончает, забрызгивая потоком спермы ближайшую стену. Несколько капель белой жидкости стекают на пол и опадают на его собственные штаны. Мужчина издал удовлетворённый стон, когда почувствовал как напряжение, преследующее его с самого начала миссии, медленно покидает тело. Кеннеди привел себя в порядок и двинулся на поиски Эшли.

***

Леон делает несколько шагов по направлению к предполагаемому месту нахождения Эшли, но его окликает знакомый надменный голос позади. — Леон! — когда агент поворачивается он видит улыбающегося Луиса. Но это не похоже на его типичную дерзкую ухмылку. Сейчас испанец словно искренне рад чему – то. Кеннеди застывает и на его губах случайно проскальзывает тень улыбки. Он приятно удивлен что Сера жив. Мужчина замечает в смуглых ладонях напротив какой-то шприц. И кажется Леон уже догадывается что скажет испанец дальше. — Я нашел! — радостно сообщает Луис, крутя колбу, с неизвестным содержимым, перед ним. Сера делает шаг к знакомому, но внезапно останавливается на месте. Леон напрягается и поддается вперёд. Прежде чем агент успевает предпринять что либо, изо рта Луиса вырывается сгусток крови, который с противным бульканьем падает на пол замка. Не успевает пройти и мгновения как из грудной клетки испанца выползает нечто похожее на острое щупальце. Леон машинально достает из кобуры новый, купленный у торговца, револьвер и пытается прицелиться во врага, прячущегося за спиной знакомого. Щупальце становится больше, полностью разрывая грудь Луиса. Кровь окрашивает в алый белоснежную рубашку испанца. Запах металла ударяет в ноздри Кеннеди, когда он замечает Сэддлера за спиной раненного мужчины. Антидот выпадает из руки Серы. Но пробка не успевает разбиться, будучи пойманная множеством монстр подобных отростков на спине лидера секты. Леон целиться в Сэддлера, чувствуя как быстро начинает биться сердце в груди. Но злодей лишь вынимает "копьё" из тела испанца, отчего тот падает на землю. Кеннеди в мгновение Ока оказывается рядом с мужчиной, игнорируя угрожающий тон голоса Сэддлера в нескольких шагах. — Вас постигнет та же участь, мистер Кеннеди, если планируете и дальше мешать моим планам, — произносит предводитель культа и уходит, вместе с антидотом от "лас-плагас". — Луис... — окликает испанца Леон, приподнимая его и заставляя опереться спиной об холодную стену. — Ты впервые правильно произнес мое имя, — со смешком замечает Сера, прежде чем кашлянуть кровью. Рана глубокая. Леон вообще удивлен что Луис не умер сразу, но это приятное удивление. Но все же ... шансов на выживание мало. Кеннеди ненавидит судьбу. — Сэддлер забрал антидот, — произносит хриплым, тихим голосом Луис. — Не думай сейчас об этом, — Леон обречённо качает головой. — Леон, — Луис вглядывается в голубые глаза Кеннеди. — Ты же знаешь, что я не жилец. — Я тебя вытащу! — обещает агент, хватаясь руками за рану на груди испанца. Леон сам понимает что лжет, но не может ничего с собой поделать. — Ты должен вытащить Эшли, — Огонёк жизни в глазах Луиса потихоньку тухнет, Леон отворачивается не в силах на это смотреть. Когда умирают незнакомые гражданские – это одно, но когда на глазах умирает тот, о ком ты думал последние два дня это совершенно иной уровень боли. Ни одна гребенная тренировка или рабочий день не готовили его к такому. Если к таким событий вообще можно быть готовым. — Найди Сэддлера и забери вакцину, — продолжает Луис, накрывая своей ладонью руку Леона, лежащую на кровоточащей ране. — Все бисексуалы мира будут оплакивать Луиса Серу. — с мечтательной улыбкой произносит испанец. Леон ничего не говорит несколько секунд, затем наклоняется чтобы оставить поцелуй на прохладных губах испанца, его сердце сжимается когда тот отвечает на ласку. Они отстраняются друг от друга, Сера начинает мягко поглаживать мозолистую руку Леона. — Спасибо, — произносит шепотом Луис. Это последнее что он сказал, прежде чем расслабиться в руках Леона. Пронизывающий крик Леона ещё долго будет эхом отскакивать от стен замка Салазаров.

***

Леону удается спасти Эшли и убить Сэддлера. Легче от этого почему-то не становится. Он выполнил свою миссию и теперь вернулся в съёмную квартиру, чтобы ждать новое задание от начальства. Кеннеди пьет кофе по утрам, наблюдая за соседними столиками. Пары разговаривают, держась за руки. Он вздыхает, думая об Луисе. Грэм звонит ему чуть ли не каждый день. Они вроде как становятся не просто жертвой и телохранителем а друзьями. Леон не уверен что президенту это нравится, но кажется, тот ничего не говорит, потому-что если бы не Леон – Эшли бы сейчас не гоняла голубей в центральном парке и не смеялась каждой мелочи. Леон идёт рядом с ней, положив руки в карманах. Он не может привыкнуть к мирной жизни после проклятой деревни. Кажется, Эшли это понимает но ничего не говорит. Ещё мужчине кажется что блондинка догадывается о причине его хмурых бровей и без эмоциональных зрачков. Тем не менее, Эшли не поднимает имя Луиса в их разговорах с тех пор как Леон сообщил ей о его гибели. Грэм тогда расстроилась, несмотря на то что толком его не знала. Леон думает, что когда ты вынужден выживать – к любому кто оказывается рядом автоматически привязываешься. Это не объясняет почему он просыпается по ночам в холодном поту после очередного сна о смерти Луиса. После двенадцатого кошмара Леон просит Ханниган скинуть ему все информацию которая есть о Луисе Сере. Ингрид выполняет просьбу коллеги, не задавая лишних вопросов. Леон мысленно ей за это благодарен, когда выходит из офиса правительства. Кеннеди читает короткую биографию Луиса и из глаз невольно начинают течь слезы. Леон стирает их грубым прикосновением ладони и думает о том, что хотел бы встретиться с Луисом при других обстоятельствах. Например, в центральном парке где он сейчас сидит. Они бы наверняка случайно познакомились. Леон уверен что испанец стал бы с ним нагло заигрывать из–за его слащавой внешности. Кеннеди наверняка огрызнулся, но номерок все равно бы дал. Леон не может не думать о том чего он потерял. Он качает головой. Нельзя потерять то, чего у тебя никогда не было. Кеннеди упирается головой в колени и забывается в невыносимых эмоциях. Леон пытается убедить себя двигаться дальше. Люди постоянно приходят и уходят, в особенности с его образом жизни. Кеннеди отчего то уверен, что Луис не хотел бы чтобы тот потратил свою жизнь впустую из-за скорби по нему. « Мне жаль, amigo. Но зато ты спас нашу принцессу. У тебя ещё будет много Луисов. — Леон представляет хриплый голос испанца в голове, — Пожалуйста, не грусти. А то я буду вынужден вернуться в мир живых и навалять тебе по самые гланды, Леон ». Кеннеди знает, что Луис бы улыбнулся Мобильник Леона разрывается от звонка Эшли. Он берет трубку и соглашается на прогулку через полчаса. Леон постарается не думать о потере Луиса. Несмотря на то что никогда не сможет его забыть.