Случайность.

      Весна, март, приятная прохладная погода с самого утра. Только недавно вставшее солнце освещало ярким, тёплым светом, лишь слегка согревая своими лучами. Шёл только седьмой час утра, а кафе в центре города уже перевернуло табличку на своей двери на "открыто". Приятный запах кофе и выпечки наполнял не слишком большое заведение. В кафе всегда царил уют, особенно на рассвете и закате, когда солнечные лучи проникали сквозь панорамные окна, ложась на поверхности пары столиков, мягких стульев и диванов. Высокая девушка с розовыми волосами стояла у витрины, раскладывая свежие эклеры на одну из стеклянных полочек.       —Пьюр, круасаны уже готовы? – Спросила та, заходя на небольшую кухню, где крутилось двое кондитеров.       —Еще немного, Холли, нам нужно украсить их. – Не отвлекаясь от работы, блондин покрывал упомянутые круасаны шоколадной глазурью.       —Можешь пока забрать печенье. – Проговорила Лили, отдавая в руки подруги готовый контейнер, наполненный шоколадным печеньем. Жизнь в заведении кипела, перед приходом первых клиентов. Кофемашина тихо гудела, касса была включена и запущенна.       Уже почти как пол-года «Ancient Cafe» было на слуху в большом городе, славясь хорошим выбором пирожных, круасанов, тортов и прочих десертов. Так же, заведение было популярно и тем, что делало праздничные торты на заказ. Посетителей всегда было достаточно, как новых, так и уже постоянных. Десерты с витрин уходили со скоростью света, но оба кондитера уже смогли привыкнуть к такому потоку, хорошо справляясь со своими задачами. Одним из кондитеров был мужчина по имени Пьюр Ванилла. Закончив обучение на повара-кондитера, сразу стал работать по професси в разных заведениях, набираясь большого опыта. Иногда тот мог ненадолго заменять Холлиберри, что стояла за кассой и кофемашиной, пока та выходила на перекуры. Утром как обычно было достаточно много посетителей, которые спешили на работу, либо учёбу, хватая с собой быстрый перекус и кофе. В обед дела обстояли куда легче, людей было меньше и работники кафе позволяли себе немного отдохнуть. После обеда прибегали голодные студенты, что как оводы налетали на всю выпечку. Под вечер дела обстояли легче всего, в кафе приходили люди что прогуливались по центру города, заказывая по одному кофе, иногда прихватывая остатки булочек. К закрытию, все работники успевали убрать рабочее место, зал, сделать нужные заготовки, посчитать кассу и закрыть заведение, попрощавшись до следующей встречи. Так проходили дни за днём, смены за сменой, наполняя жизнь чувством стабильности.

***

      Гул будильника уже битые полчаса разрывал тишу утренней комнаты, так и не сумев разбудить спящего мужчину. Укутываясь в мягкое одеяло глубже, тот пытается всеми силами игнорировать противный звук из телефона. Но всё же тихо мыча себе под нос, тонкая рука касается экрана, после отключая будильник и притягивая смартфон к лицу, смотря на время. Гетерохромные глаза расширяются в ужасе, а сам мужчина подрывается с кровати.       —Ох, Сапфир! Пора просыпаться, мы опаздываем! – Прокричал родитель, спеша выйти из комнаты, чуть не врезаясь лбом об дверной косяк спросонья. Раскрыв дверь в детскую комнату и подойдя к кровати, мужчина с ужасом обнаружил, что его сына нет в постели. Куда он мог пропасть? Он тот ещё соня, неужели, проснулся раньше родителя. Раскрывая дверь уже на кухню, Милк обнаруживает своего семилетнего сына, сидящего за столом, что с аппетитом ел хлопья с молоком. Вздохнув с облегчением, молодой отец подошёл ближе, привлекая к себе внимание. Мальчик слегка хихикнул, осматривая взъерошенного родителя с ног до головы.       —Хи-хи, папа, ты будто из спихушки забежал. – С беззубой улыбкой проговорил малыш, съев очередную ложку хлопьев.       —Из психушки, а не "спихушки", мой дорогой, – С лёгкой улыбкой проговорил старший, пытаясь ногтями причесать растрёпанные синие волосы, осматривая уже одетого в школьную одежду сына. – О, ты уже даже переоделся. А меня так и не разбудил, маленький жук, видел же, что папка твой проспал. – Родитель стал слегка щекотать мальчика, пока тот самодовольно хихикал.       —Ха-ха-ха, я не жук! Сам мне говорил, что надо ложиться спать в девять часов, чтоб рано просыпаться. – С улыбкой показав язык, малыш унёс грязную тарелку в мойку. Родитель лишь улыбнулся в ответ, закатив глаза, после убегая одеваться.       Жизнь отца-одиночки была очень тяжёлой, особенно в самые первые года жизни ребёнка, особенно в первые месяца после родов, когда тело не хотело двигаться, но двигаться приходилось, и очень много. Матку хотелось просто вырвать в первый месяц, чтоб не чувствовать той боли и всех последствий родов в виде кровотечений, и остальных течений откуда только было возможно. Особенно хотелось заткнуть постоянные крики малыша, что не прекращал плакать ни днём, ни ночью. Иногда хотелось просто оставить это всё, и уйти. Помахав головой из стороны в сторону, мужчина застегнул последнюю пуговицу на рубашке, скорее выходя в коридор, чтоб помочь своему малышу застегнуть курточку, в которой как обычно зажевало замок. Как бы не было плохо в прошлом, сейчас Милк счастлив иметь такое прекрасное солнышко в своей жизни. Он всегда был этому рад, несмотря на все трудности, несмотря на то, от кого он родил его солнышко.       Отведя сына в школу, мужчина поскакал галопом на работу. Забежав в академию, благо, та находилась не так далеко от школы, тот поспешил в свой корпус, уже запыхавшись, залетая в собственную аудиторию. Пара должна была начаться уже через пятнадцать минут, потому в таких же попыхах преподаватель стал готовиться к занятию. Шадоу Милк являлся заведующим кафедры по архитектуре, потому, тот вообще не мог позволить себе так безответственно опаздывать. Сегодня он должен провести четыре пары, провести и проверить лабораторные работы, а так же, напомнить студентам о курсовых работах, так же, проверив их у своей подгруппы. И это только малая часть сегодняшних дел! Первая пара шла нудно, так же как и всегда, каждый день не особо отличался друг от друга. Но Милк любил стабильность, потому никогда не жаловался, ему не было дела до чего-то нового в жизни, когда на руках растёт маленький ребенок. Мысли о Сапфире никогда не отпускали голову родителя, хорошо ли поел сын в школе? Не обижают ли его там? Не расстроится ли он из-за плохой оценки? С тяжёлым вздохом, преподаватель снова уткнулся в конспект одного из учащихся, пытаясь сосредоточиться на работе. Ему даже пару раз делали выговоры от начальства, по поводу того, что молодой профессор слишком много летает в облаках. Хоть это и было давно, Милк никогда не забудет как просил не увольнять его, когда тот в очередной раз приволок совсем ещё маленького Сапфира к себе на работу, ибо оставить того было совсем не с кем. В то время было и вправду очень тяжело, не сказать бы, что сейчас сильно лучше, но хоть в школу ходит, меньше проводит времени в кабинете у Милка. Шумный звонок прервал поток мыслей. Небольшой перерыв, начало второй пары. На второй паре пришлось пахать, лабораторная работа шла тяжело почти у всех студентов, к которым приходилось подходить каждые пару минут и заново объяснять как и что делать, отвечая на глупые вопросы. Как вообще можно было не принести обычный карандаш на проектирование? Глупые студенты вообще понимают, куда они пришли? Тяжёлые вздохи сопровождали преподавателя на протяжении всей жизни, потому в очередной раз спустив воздух из лёгких, закончив вторую пару, тот вышел из своей аудитории, отправляясь к своему небольшому кабинету на этом же этаже. Открыв белую дверь ключом, мужчина зашёл в кабинет. Сапфиру всегда нравилось сидеть здесь, малыш часто садился за папин стол, брал в руки ручку и на пустом листочке писал разные каракули, изображая важную работу, пародируя родителя. В кабинете всегда пахло запахом кофе, бумагой и чем-то уютным, домашним. Рядом со столом стоял небольшой диванчик с подушкой и аккуратно сложенным одеялом, на случай если мальчик захочет спать. И снова мысли о ребёнке. Сделав себе кофе, мужчина сел за свой стол, открывая одну из папок с зачётками своих студентов, чтоб посмотреть, всё ли заполнено, и готово ли к концу этого семестра. Попивая кофе и проверяя выставленные оценки за прошлую практику, преподаватель дал себе немного отдыха, открывая телефон, откидываясь на спинку кресла, благо времени было достаточно, перерыв был длинным. Открыв одну из соц сетей, мужчина пролистал ленту, натыкаясь на рекламу заведения. Зайдя на страницу, тот осмотрел меню, состоящее из одних сладостей. Сапфиру бы там точно понравилось, он тот ещё сладкоежка. Посмотрев на адрес, преподаватель довольно хмыкнул. Кафе находилось чуть дальше их дома, может, всё-таки стоит сходить туда на днях? Третья пара прошла быстро. Шадоу как обычно, на десять минут раньше, отпустил студентов, быстрее закрывая аудиторию, чуть ли не выбегая из академии, что бы успеть забрать сына со школьной продлёнки. Уже стоя у входа в школу, молодой родитель восстанавливал дыхание, пытаясь унять стук сердца у себя в ушах. Тому было всего двадцать шесть лет, но после беременности и родов, понятное дело, тело стало менее выносливым к таким постоянным забегам. Из входа вышел маленький мальчик, с портфелем за спиной, что казался больше в два раза чем сам ребёнок. Лёгкая улыбка легла на бледное лицо, увидев сына.       —Здравствуй, малыш, как день прошёл? – Родитель тут же взял тяжёлый рюкзак в руку, чмокнув сына в щёку. Тёмные брови малыша нахмурились, а губы сжались в тонкую полоску. Сразу заприметив настроение мальчика, родитель присел на корточки перед тем.       —Что случилось, дорогой, у тебя что-то болит? Живот? Голова? Подрался с кем-то? – Чуть волнуясь, аккуратная ладонь легла на пухлую щёчку.       —Опять у меня с этим глупым чтением проблемы... У меня плохо получается. – Нижняя губа уже слегка надулась, указывая на скорые детские слёзы.       —Мой маленький, ничего страшного, мы будем тренироваться читать, не обязательно всё должно получаться сразу. Поцелуй холодных губ пришёлся уже на лоб. Мальчик лишь кивнул, явно всё ещё находясь в расстроенных чувствах. Тихо вздохнув, мужчина взял сына за ручку, быстро, на сколько это конечно возможно, пошёл в направлении академии. Дверь в знакомый кабинет как обычно открывается, запуская малыша и родителя вовнутрь. На столе сразу раскладываются листочки, ручки и разноцветные карандаши, а к этому всему прибавляется чашечка чая с печеньем.       —Всё, малыш, я побежал, буду как обычно в четырнадцать сорок пять. Поцелуй в лоб и тихий хлопок двери, оставил малыша одного в папином кабинете. Мальчик уже привык к тому что папа уходит работать, оставляя его одного в кабинете. Он даже сам когда-то помог папе по работе! Когда-то в кабинет зашла какая-то тётя, и попросила степлер, на что мальчик сразу помог найти его. Папа очень хвалил его тогда, приговаривая что он очень ему помог. Довольная улыбка растянулась на лице малыша, пока тот вырисовывал знакомый силуэт родителя синим карандашом. У папы были красивые, длинные, синие волосы, которые тот всегда собирал в хвостик на работе, а дома они были собраны в пучок. Солнце ярко светило через большое окно, согревая кабинет. Настроение малыша улучшилось от вкусного печенья и чая. Четвёртая пара шла просто отвратительно. Куча вопросов по поводу курсовых работ, их защиты, по поводу практики и отчётов. Голова гудела от стольких вопросов, которые Милк, кстати, разбирал на прошлой консультации. Конечно, его никто не слушал. К концу пары голова стала немного болеть, потому отпустив студентов, профессор собрал свои вещи, уходя обратно в кабинет.       —Сапфир, пора домой. – Подойдя к сыну, родитель всмотрелся на бумагу, где сразу было видно два силуэта папы и сына.       —Я тебя нарисовал! Смотри! – Маленькие ручки протянули пару листочков с однотипными разноцветными каракулями. Где-то Милк обнимал сына, где-то они вдвоём гуляли по парку, где-то просто стояли рядом. Тёплая улыбка появилась на лице родителя, головная боль уже и не ощущалась. Наверное, Милку больше ничего для счастья и не нужно, лишь стабильность в его с сыном жизни. Уже по пути домой, мужчина нёс в своих руках свою сумку и портфель сына, свободной рукой держа маленькую ладошку в своей. Солнце светило ярко, освещая постепенно зеленеющие деревья, зелёную траву, даже где-то растущие подснежники. Весна была любимой порой года для Милка, она давала забыть о тёмной и холодной зиме. Рядом шёл любимый сын вприпрыжку, видимо, весна ему нравилась так же сильно.       —Мой дорогой, предлагаю тебе завтра сходить в кафе, недалеко отсюда. Там продаётся много сладостей, что думаешь? В глазах дитя сразу загорелись искорки радости, тот сразу активно закивал головой. Завтра уже была суббота, потому, можно было спокойно выспаться и сходить куда-нибудь.       —А там есть мои шоколадные печеньки?? – радость внутри маленького тела не утихала, давая энергию на новые прыжки.       —Конечно есть, солнышко, даже тортики продают, представляешь? – Мужчина тихо хихикал себе под нос, видя как малыша распирает от нетерпения. Дома ужин прошёл в спокойствии, как обычно, тепло и уютно. Еда была невероятно вкусной, у родителя всегда хорошо стояли руки к готовке. Для малыша, казалось, что его папа умеет абсолютно всё, от готовки и до полёта в космос. Отец вызывал настоящее восхищение и гордость у сына, как говорил сам Сапфир: "Такого крутого папы, ни у кого больше нет!" Почистив зубки и самостоятельно искупавшись, мальчик переоделся, скорее прибегая к себе в комнату, зная, что папа уже лежит на кровати и ждёт его с новой сказкой. Залезая под тёплое одеялко, малыш жмётся к боку папы, сразу прикрывая глазки, готовясь ко сну. Папа всегда красиво, с выражением читал ему сказки перед сном, а когда новых сказок небыло, всегда напевал ему тихие песенки, папа всегда очень красиво пел для него. Мягкие поглаживания по тёмной макушке, спокойный, нежный голос, сказка, что всегда заканчивается счастливым концом, спящий под боком ребёнок, что уже к концу истории тихо сопел, обнимая плюшевого кролика. Аккуратно встав с постели, на носочках родитель вышел из комнаты сына, не забыв прикрутить ночник на минимальную яркость. Закрыв дверь в комнату, тот ушёл на кухню, чтоб заварить себе кофе, всё-таки работы студентов сами себя не проверят. Терпкий кофе уже был допит, наверное, это была уже третья чашка. За окном поздняя ночь, снова он ляжет в два, а то и в три часа. Проверяя последнюю работу, мужчина кое-как встаёт с насиженного места, чувствуя сильное головокружение. Выключая лампу, преподаватель ковыляет до своей кровати, придерживая тяжёлую голову рукой. Нельзя так изводить себя, если вдруг ему станет плохо от такого образа жизни, кто будет приглядывать за его сыном? В такие моменты, очень не хватало крепкого плеча рядом, поддержки для себя. Он всегда был, есть и будет опорой для своего сына, но как же тяжело бывает без такой же опоры для самого себя. Милк сразу откинул такие мысли. Ему никто не нужен, он сам может справиться со всеми трудностями, а даже если и не может... Всё равно лучше уж он будет один со своими тараканами в голове. Могло быть и хуже, намного хуже. Одеяло накрыло уставшее тело, почти тут же забирая в царство снов.

***

Мужчину разбудили непонятные шорохи на кухне. Приоткрыв глаза, те почти сразу стали слизиться от боли, всё же, не стоило так долго залипать в тетради студентов. Потерев веки, Шадоу всё-таки встал с кровати, поправляя на себе спальную рубашку. На кухне заработала кофемашина. Сапфир никогда не пользовался ей. Бледное тело сразу напряглось, совсем тихо приближаясь к двери кухни, после приоткрывая её, всматриваясь вовнутрь. Голубые глаза раскрылись в ужасе, а бледные руки стали дрожать. На кухне стоял высокий мужчина, его чёрные длинные волосы были завязаны в высокий хвост. Вся одежда была чёрного цвета, обычная футболка и джинсы. На крепких руках были глубокие, старые шрамы и рубцы. Он выглядел точно так же, как и тогда. Мужчина спокойно стоял и заваривал себе кофе, как будто так и должно быть.       —Долго будешь там стоять, Милки? – Холодный тон разорвал мерзкую тишину, прошибая упомянутого током прямиком в спину. Рука дёрнула дверь, запуская того на кухню, внутри кипела ярость, обида и страх.       —Придурок, какого хера ты вообще тут делаешь?! – Яро прокричал тот, прожигая дыру в чужой спине.       —Увидеть своего сына, конечно же. – Тон совсем не менялся, он был таким же безжизненным и холодным, каждый раз вызывая мурашки на бледной коже.       —Он не твой сын. И никогда им не был, и не будет! – Злоба охватывала всё тело, от чего внутри холод сменялся на жар.       —Конечно не будет... И твоим он, тоже больше не будет. Милк почувствовал как из под ног ушла земля, внутри всё рухнуло после этих слов.       —Ты о чём вообще? Какого хера происходит?!       —Знаешь, где наш сын сейчас? Голова брюнета медленно повернулась, встречаясь пустыми глазами, с глазами наполненными животным ужасом. Бледное тело снова кинуло в холодный пот, мужчина тут же развернулся, выбегая из кухни в направлении к комнате сына. Схватившись за ручку двери, голова в момент стала тяжёлой, в глазах постепенно начало темнеть, ноги уже совсем его не держали. Кое-как открыв двери, родитель ввалился в комнату ребёнка, падая на пол, постепенно теряя сознание.

***

Он задыхался. Голубые глаза распахнулись, пока мужчина пытался откашляться, одновременно пытаясь сесть на кровати. Холодный пот лился градом по дрожащему телу. Он снова в кровати, снова под одеялом. Снова проснулся от кошмара. Положив одну руку на грудь, голубые глаза посмотрели на часы, стоящие на тумбочке рядом с кроватью. Четыре часа утра, почти половина пятого. Поднявшись с кровати, Милк пошёл на выход из комнаты, по чуть-чуть успокаиваясь. Кошмары о бывшем муже часто навещали его, но каждый раз, был как первый. Дверь в детскую тихо открылась, и мужчина вошёл вовнутрь, глядя на своего спокойно спящего сына. Глубокий вздох пронесся по комнате, выдавая облегчение молодого отца. Погладив пару раз сына по голове и оставив невесомый поцелуй на тёмной макушке, Шадоу вышел из комнаты, уходя обратно к себе в спальню. Уже на кровати, мужчина пытался снова уснуть, ворочаясь из стороны в сторону, путаясь в мягком одеяле, пряча голову в подушки. Завтра он обязан быть активным, обязан быть в настроении, обязан сводить своего мальчика в то самое кафе и порадовать его. Как бы сильно Милк не пытался это скрыть и закопать внутри души, ему было и вправду очень тяжело. Физически тот уже привык бегать на работу, бегать с работы в школу, и со школы на работу, с работы домой. Он привык разрываться на части между Сапфиром и обязанностями на работе, обязанностями по дому, привык брать отгулы на работе когда его малыш заболевал, привык после этого получать от начальства по шее. Как бы он ни был силён физически, внутри всё равно было что-то не так, было пусто от того, что некому было выговорить все эти проблемы, поделиться переживаниями, которых за семь лет набралось вагон и маленькая тележка. Как бы он не пытался закопать, утопить, сжечь это чувство одиночества, оно всегда было внутри, всегда сопровождало его. По щекам покатились первые дорожки слёз. Лицо уткнулось в подушку, скрывая все вздохи и всхлипы, что бы сын ни при каких обстоятельствах не услышал его. Желание уткнуться кому-то в плечо вместо подушки, и разрыдаться, пуская слёзы и сопли, давало повод рыдать ещё сильнее. Левая ладонь аккуратно легла на правую щёку, легко поглаживая горячую кожу, вытирая многочисленные слёзы. Правая ладонь легла на левую щёку, повторяя всё тоже самое, поглаживая кожу большими пальцами, создавая искусственное чувство близости с кем-то кроме себя самого. Это всё из-за гормонов, всё из-за весны, ретроградного Меркурия и магнитных бурь, все эти слёзы ненастоящие, просто тяжёлый день, просто устал.

***

      —Папа! Уже утро, пора вставать!! – Довольный Сапфир сидел рядом с отцом, слегка прыгая при каждом слове. Тихо что-то мыча, голубые глаза приоткрываются, после голова поворачивается к счастливому сыну. Мальчик тихо хихикает, ложась рядом с родителем.       —Ты же помнишь что говорил мне? Мы пойдём??       —Пойдём, мой маленький, пойдём, дай папе проснуться... Тихий зевок на всю комнату, после родитель встаёт с кровати, сын убегает к себе в комнату, чтоб переодеться. Кровать заправляется, открывается шкаф. Сегодня не было настроения одеваться как-то пёстро и ярко, потому из шкафа достаются светло-голубые джинсы, чёрная водолазка с высоким горлом, белая рубашка и голубой вязаный кардиган длиной до бедра. Причесав длинные волосы, мужчина надел пару серебряных колец на пальцы, уходя в комнату сына.       —Сапфи, ты уже оделся? Войдя в комнату, перед глазами предстала милая картина. Мальчик с супер серьёзным видом пытался подобрать красивую одежду, видимо, любовь к подбору образов сын перенял у Милка. Когда малыш попросил помочь, родитель с огромной радостью согласился, смотря в шкаф. На мальчика было надето тёплое фиолетовое худи с капюшоном, а так же, костюм состоящий из вельветовых куртки и штанов чёрного цвета. Погода на улице была очень тёплой, хотя был всего конец марта, солнце очень хорошо согревало сегодня, ни единого порыва ветра. Довольный мальчик шёл с отцом за ручку, слегка вприпрыжку, согревая своей улыбкой душу молодого родителя, сильнее чем любое солнце. Под звонкое пение птичек, дверь в «Ancient cafe» распахнулась, пропуская мужчину с малышом. Тёмные маленькие глазки разбежались по такому огромному ассортименту, не зная за что зацепиться сперва: круасаны с разными начинками и глазурью, пончики с таким же разноцветным ассортиментом, булочки и слойки, даже кусочки разных тортиков! Обстановка в кафе была спокойной, было всего десять утра, солнце красиво падало своими лучами вовнутрь, освещая множество растений стоящих на полках. Милая женщина на кассе улыбнулась пришедшим посетителям, умиляясь маленькому Сапфиру, который явно по всему своему виду был в полном восторге.       —Папа, а можно мне пончик клубничный и шоколадный торт? – Малыш скромно улыбнулся, смотря отцу в глаза.       —Конечно, заказать тебе ромашковый чай? – Получив кивок, мужчина подошёл к кассе, доставая кошелёк из сумки.       —Здравствуйте, нам клубничный пончик, кусочек шоколадного торта, ромашковый чай, один брауни и...       —Холли, профитроли уже готовы. – Из дверей, видимо на кухню, вышел высокий блондин, вынося на подносе гору профитролей. Голубые глаза встретились с жёлто-лазурными, вынуждая на секунду остановиться обоих. Первым проснулся Милк, слегка прокашлявшись, протягивая банковскую карту, рассчитываясь на кассе. Блондин так же успел прийти в себя, иногда поглядывая на мужчину, раскладывая профитроли на витрине.       —Папа, а мы потом сходим в парк? – малыш уже сидел за круглым столиком на мягком стуле.       —Конечно, солнышко, куда захочешь. – Родитель всё ещё находился в себе после того взгляда. Этот мужчина смог зацепить его с первого взгляда. Может дело в его разноцветных глазах? Да, точно в них. Забрав заказ, родитель расположил всё на столе, садясь напротив сына, начиная пить свой кофе, видя сияющие глазки малыша, сразу мягко улыбаясь.

***

      —Ты всё ещё смотришь... – Тихо прошептала коллега, толкнув мужчину в бок, с довольной улыбкой.       —Ох, точно... Извини. – Смущённый взгляд разноцветных глаз опустился вниз, закрывая одну из витрин.       —Понравился тебе? – С тихим смешком подмигнула Холлиберри. А ведь и вправду, в груди Пьюра воистину кольнуло что-то тёплое только при первом взгляде на этого мужчину, было трудно сказать, это был романтический либо дружеский интерес, хотелось бы узнать этого человека по ближе. Но единственное что останавливало Ваниллу, маленький мальчик, что явно являлся сыном этому мужчине. Хотя тот выглядел очень молодо как для отца, но раз есть ребенок, то и муж скорее всего так же имеется. Этот мужчина не выглядел как альфа: не слишком высокий рост, примерно на голову ниже самого Пьюра, структура тела которая не выглядела слишком крепкой, характерной для альф, более округлое лицо и хорошо выраженные бёдра, поэтому, логично что тот являлся омегой...       —Эй, ты чего? Иди и познакомься с ним, или решил анализ его личности по одному взгляду определить?       —У него ведь ребёнок... Как-то не прилично, наверное...       —Ну кольца на руке нет, запаха альфы от него и близко не слышно. – Так же шёпотом говорила та, поглядывая на мужчину и его счастливого ребёнка. Пьюр все же задумался, может, и вправду стоит попытаться? Сомнение всё ещё присутствовало, будет очень-очень неловко если у этого мужчины уже есть спутник жизни. Но судьба была более решительной, двигая действия вперёд. Отец мальчика поднялся с места, подходя к кассе.       —Извините, можно ли дозаказать порцию кофе? Глубокие голубые глаза взглянули прямиком в глаза кондитера, два голубых глаза слегка отличались друг от друга по оттенку, их яркость завораживала, Пьюр никогда раньше не видел таких прекрасных очей, хотелось утонуть в их красоте и...       —Всё в порядке..? – Мужчина немного неловко поправил синюю прядь волос, оглядывая стоящего в ступоре блондина, что слегка дёрнулся.       —А, ой, извините, – Разноцветные глаза глянули на рядом стоящую подругу, которой уже и след простыл. Теперь, за кассой стоял только Пьюр, а перед ним, прекрасный мужчина, все ещё с непониманием оглядывал кондитера. – Конечно, простите, какое кофе желаете? – Благо, Холли уже успела научить его взбивать молоко.       —Всё в порядке, большой капучино. Пьюр принял заказ, почувствовав лёгкий приятный аромат от мужчины напротив, были это духи, либо феромоны, блондин так и не разобрался, его чувствительное обоняние альфы сразу почувствовало запах лаванды и голубики, очень расслабляющий запах. Восхитительный, другими словами. Помотав головой в разные стороны, кондитер продолжил делать кофе, как его учила подруга, нужно было сосредоточится на работе.       —Хм, вы делаете торты на заказ? – Спросил синевласый, разглядывая одну из маленьких вывесок возле кассы, где и говорилось про заказы на торты.       —Да, обычно я и занимаюсь этим, срок выполнения заказа от двух до пяти дней, желательно делать заказ за две недели до праздника. – Голос альфы обрёл более уверенные нотки, спасибо клиенту, что перевёл их неловкий диалог в определенную тему. Посетитель кивнул на ответ, с лёгкой улыбкой забирая свой заказ.       —Благодарю вас, эм... Как можно к вам обращаться? – Пьюра даже слегка прошибло молнией от такого внезапного вопроса.       —А... я... Я Пьюр Ванилла. А вас..?       —Я Шадоу Милк. Полагаю, мы с вами ещё будем часто пересекаться здесь. – Ответил тот, кинув взгляд на счастливого сына, рот которого уже был измазан во всех десертах, взгляд потеплел от этой картины.       —Рад что вам нравится наше заведение. Это ваш сын? – "Идиот! Такие вопросы не спрашивают в первые минуты знакомства, так ещё и у гостей заведения!" Пронеслось в голове кондитера, что так же мысленно добавил себе подзатыльник за такую не тактичность.       —Да, это Сапфир, он как истинный ценитель сладостей, заявил, что теперь это его любимое место. Клиент слегка посмеялся, на что и на смуглом лице появилась мягкая улыбка, видимо, мужчина был не против таких вопросов, в который раз восхищая блондина. Поблагодарив за кофе, молодой отец сел обратно на место, незаметно принюхавшись к запаху напитка, вроде, он не просил добавлять в него ванильный сироп. Либо этот запах был не от кофе? Хм.       —Ну что? Поговорили, попросил у него номер? – Заговорила только пришедшая Холлиберри, от чего Пьюр слегка подпрыгнул.       —Номер не попросил, но теперь знаю имя. И бросать меня, было необязательно. – С шуточной обидой сказал блондин, последний раз взглянув на сидящего мужчину, коротко пересекаясь взглядами.       —Это уже что-то, горжусь! – Положив ладонь на грудь ответила подруга, сопровождая уходящего на кухню друга своим смехом. Мягкая улыбка не сходила со смуглого лица до самого вечера, вплоть до закрытия заведения. Хоть он и всегда был жизнерадостным человеком, оптимистом, он бы никогда не смог подумать, что короткий диалог с клиентом может вызвать у него такие тёплые чувства в груди. Общение с людьми, особенно с его друзьями, всегда доставляло ему удовольствие и энергию, но в этот раз... Этот мужчина... Это было что-то особенное. Но блондин все ещё сомневался в конкретизации своих чувств. Ванилла не был противником темы про "любовь с первого взгляда", он верил в это, но он все равно сомневался в чистоте своих чувств сейчас. Возможно, его просто впечатлил Милк своей красотой? Ведь внешность мужчины была и вправду очень привлекательной, даже завораживающей. Ванилла знал, что такое любовь. За свои двадцать пять лет он уже успел побывать в нескольких отношениях, он влюблялся, ощущал эту невероятную окрылённость, конфетно-букетный период, это невероятное тепло в груди, играющие гормоны, особенно в подростковом возрасте и юности. Те ощущения которые он испытал при диалоге с Милком были похожими, но не в точности. Пока было трудно судить, что он конкретно испытывает, нужно ли что-то предпринимать, либо судьба и время сами сделают своё дело, указав что ему делать? Выпустив весь воздух из лёгких, блондин покачал головой, уже до конца приводя рабочее место в порядок. Попрощавшись с друзьями, альфа вызвал для себя такси. Нужно будет обсудить это всё с Лилией, может если он поговорит со своей дорогой подругой, то в голове что-то и прояснится. Надо же, всего одна короткая встреча, а столько вопросов и чувств.

***

Ключи повернулись в замочной скважине, впуская мальчика и молодого отца в квартиру. Та одновременно устало вздохнули. Сначала было кафе, после парк, в котором малыш застрял на хороших пару часов, потом пришлось идти в академию, ибо нужно было найти некоторые документы, так же забрав некоторые рефераты студентов лежащие на вахте, потом супермаркет, закупка продуктов, и только вечером сын с отцом смогли прийти домой.       —Фух, папа, у меня ноги болят... – Хныкнул мальчик, повесив курточку на низкий крючок в гардеробе.       —Пока переоденься, покушаешь и я сделаю массаж, хочешь? – Хоть родитель устал не меньше, нужно было позаботиться о своём малыше.       —Хи-хи, хочу! – Мальчик радостно подпрыгнул, усталости как и не бывало, сразу убегая к себе в комнату. От куда у него столько энергии? Вкусный ужин, тёплый чай, сказка на ночь. Сын уже лежит в полудрёме на кровати, пока мужчина слегка разминает тому ножки, чтоб поубавить гудящую боль в них.       —Папа, а тебе понравилось в том кафе? – Пробормотал малыш под нос, растирая глаза кулачками.       —Вполне, у них вкусный кофе и десерты, а тебе? – В том кафе и вправду было очень вкусно, да и тот мужчина все ещё не давал покоя родителю.       —Очень! У них такой вкусный тортик шоколадный, хочу ещё.       —Они делают торты на заказ. У тебя ведь скоро день рождения, хочешь закажем? – Спросил тот, смотря как в глазах малыша зажглись огоньки.       —Очень хочу! Правда-правда закажешь? – Уже почти засыпая, мальчик укрылся одеялом.       —Правда-правда. А теперь, пора спать. – Родитель аккуратно лег рядом с ребенком, нежно поглаживая того по голове, приглаживая чёрные пушистые волосы. Спустя всего-то пару минут, от маленького послышалось тихое сопение, видно как этот день его измотал. Завтра воскресенье, выходной, они будут отсыпаться дома, завтра никуда не надо, значит, можно поработать допоздна. Первый реферат, второй, третий. На часах двенадцать часов ночи. Открывается ноутбук, начинается второй круг работы, мелкие правки в расписании, направления на летние практики для студентов, примерные наработки к следующему учебному году, чтоб летом было больше свободного времени в отпуске. Нужно бы свозить Сапфира куда-нибудь, может, на море? Это полезно, красиво. Правки в методических материалах по написанию отчёта по практике, для вторых курсов. А может, куда-то в горы? Там тоже свежий воздух, так же красиво. Заболел один из преподавателей, нужно поменять расписание для своей группы, нужно найти кем заменить. Может он и не захочет никуда ехать, захочет провести время дома? Съездить куда-то в аквапарк допустим. Что делать со следующим годом? Новые абитуриенты, нужно поменять вступительные экзамены, либо сжульничать и взять из старых? У сына скоро день рождения, надо бы связаться с тем кафе и заказать торт. Бледная рука легла на лоб, очень сильное головокружение накрыли преподавателя. Три часа ночи, почти половина четвёртого. Вздохнув, Милк сохранил все документы, закрывая ноутбук с тихим хлопком. Ноги затекли, как и задница. Доковыляв до кровати, тот рухнул на неё без сил. Он ненавидел вечер, ненавидел ночь ещё сильнее. Ночью было тихо, темно, пусто. Одиноко. Повернувшись на один бок, мужчина прикрыл глаза, пытаясь занять голову мыслями. Сапфир завтра будет жаловаться на боль в ногах, не нужно было его таскать с собой по своим делам. Но ведь и одного его тоже страшно оставлять. Вдруг пожар? Воры? Он же ещё совсем маленький. Скоро уже восемь лет, как жизнь Милка перевернулась с ног на голову. Но он нисколько не сожалеет о том, что всё же решился родить сына. Если бы не Сапфир, может, Шадоу уже и не было бы тут. Голова зарылась в подушки. Нужно заказать этот торт. Торт. Тот мужчина в кафе. Он, понятное дело, кондитер там. Он показался Милку немного странным, но внешне привлекательный, очень даже. Один взгляд на этого мужчину, грел лучше любой грелки, лучше Солнца, на столько тот был светлым. Даже чем-то похож на то же Солнце. И голос такой приятный, мягкий и нежный, но при этом не высокий. Глаза очень интересные, совершенно разные, один ярко-голубой, другой же янтарный. Волосы пострижены под каре, выглядели очень мягкими, блестели под солнечными лучами, очень красиво. Похож на ангела. Как его там? Пьюр? Мысли пошли глубже. Запах. Запах ванили был явно не от кофе, это ведь от него так, да? Запах был совсем лёгким, мимолётным, но Милк запомнил его очень хорошо, такой сладкий, совсем не приторный. В груди стало теплее. Пьюр был таким добрым, такой милый. Шадоу раньше не встречал таких людей, таких альф. Ванилла явно был альфой, его телосложение и рост говорили об этом, омеги так не выглядят, беты так не пахнут. Хотя запах странный как для альфы, слишком сладкий. Да и поведение будто так же, разве бывают такие нежные альфы? Его спутнику жизни очень повезло. Мысли пошли не туда. Жаль, что они с этим мужчиной не встретились раньше. До этого всего. Голубые глаза раскрылись в шоке, от своих же отвратительных мыслей. Как он только мог подумать о таком! Если бы не... Не тот случай, то и Сапфира у него тоже не было бы. Помотав головой, мужчина переключился. Ему никто не нужен, никогда не был нужен, он хорошо со всем справляется сам. Любовь не для него, вся эта романтика, отношения, нельзя даже думать о таком. Даже если никого рядом нет, даже если плохо, даже если одиноко. Одиноко. Ему снова одиноко. Он любил своего сына, он рад что у него есть здоровый, добрый мальчик. У Милка было достаточно денег, он хорошо зарабатывал и обеспечивал семью. У него была собственная квартира, много вкусной и полезной еды. Стабильная работа, карьерная лестница, которую он уже прошёл и сидел на хорошем месте. У него не было поддержки. Её никогда не было. Никогда не было любящего человека, который будет ему опорой в любой сложный момент, которых было слишком много. Он не хотел признавать того, что он боится довериться кому-то снова. Шадоу ведь такой сильный, как он может бояться доверять, бояться любить? Это ведь просто невозможно, это ведь так легко. Милк знал, что такое любовь. За свои двадцать шесть лет, он сполна узнал что это. Одного человека хватило ему, для того чтоб узнать как это, когда зависимость к любимому партнёру ломает и убивает личность внутри. У тебя нет своего я, есть только твоя любовь. Твой любимый. Одна пощёчина, а после и поцелуй в туже щёку, что горела огнём после удара, слёзные извинения, обещания что так больше никогда не будет, лишь бы твоя сломанная личность дальше была заточена в этих отношениях. Слёзные мольбы о том, что теперь всё будет по другому, всё будет как в первый месяц отношений, сладко, счастливо. А после ещё одна пощёчина, спустя каких-то пару часов, ведь вещи в попыхах сложенные в чемодан, снова оказались в шкафу, ведь он снова простил своего возлюбленного. Они зависели друг от друга, каждый по своему, каждый любил по своему, ненавидел по своему, но одинаково не могли дышать друг без друга и дня. Слёзные извинения от самого себя, стоя на коленях, с вопросом "что я снова сделал не так?", прямо перед закрытой дверью. Ежедневные крики о том, как они ненавидят друг друга, ссоры с драками, а после, тихие объятья поздним вечером, мягкое поглаживание по синим волосам, и нежные слова, наполненные ложью и зависимостью. Привязанность, созависимость, это мерзко. Это так мерзко. Милк уже и не заметил, как подушка промокла до нитки от слёз, как дыхание спёрло, как было трудно сделать хотя бы один вдох, как он снова обнял себя, как он снова вытирал слёзы со своих щёк разными руками, снова создавая чувство близости и безопасности. Он не хочет больше любить. Но сердцу явно плевать, чего он хочет. Сердце не резонирует с мозгом. В эту ночь, ему ничего не снилось.

***

Запах выпечки наполнял ещё закрытое заведение. Ранее утро, а два кондитера уже усердно работали на кухне, доставая новые заготовки, выпекая новые десерты. Пьюр Ванилла уже точно решил, что поговорит со своей подругой насчёт Шадоу Милка, благо, сегодня была смена Лилии, а завтра уже с ней будет работать Дарк Какао. Пока Лили распаковывала слоёное тесто, Пьюр формулировал свои мысли, помешивая на плите заварной крем. С Лилией он очень близок, сказать честно, складывалось ощущение что у них совсем нету тайн друг от друга. Они были как родные брат с сестрой, начиная с детского сада, продолжая школой, университетом и теперь уже работой. Помнится, что в средней школе, Пьюр подумывал что был влюблён в свою подругу, и они даже разговаривали по этому поводу. Это не было признанием в любви, как в какой-то романтической книжке. Они тогда сидели на уроке химии, когда он рассказал о своих чувствах, рассказал, что не может разобрать, точно ли это любовь, ибо до этого, он раньше никогда не чувствовал ничего подобного. А Лили, как настоящий, верный друг, помогла разобраться во всём этом, задавая много наводящих вопросов, ведь она знала, как чувствуется любовь, она ведь прочитала так много книжек по этому вопросу! Да и вообще, она много чего читала. Они не начали встречаться тогда, а их обычная дружба, перешла в что-то большее и без романтической любви.       —Лили, я бы хотел поговорить с тобой кое о чем. – Неожиданно даже для себя подал голос Пьюр.       —Хм? Я слушаю тебя. – Девушка коротко глянула в сторону друга, поставив ещё одну духовку на разогрев.       —Вчера я коротко сказал тебе про одного клиента, помнишь? – Короткий кивок от девушки, дал знак продолжить. – Так вот... Этот клиент, его зовут Шадоу Милк, и у него есть сын, это вся информация которую я о нём точно знаю. Он так красив, видела бы ты его... Я бы хотел как-то сблизится с ним, но не знаю как это будет правильно сделать. Я ведь не могу стоять за кассой, принимать у него заказ, и внезапно попросить его номер телефона. Не прилично такое узнавать у гостя на рабочем месте. Тем более, я даже не знаю, ищет ли он новых знакомств. Не знаю что мне делать... – На одном дыхании выговорил блондин, глянув на подругу, что стояла и внимательно слушала своего друга.       —Ты прямо не можешь чтоб не усложнять, – С тихим смешком сказала та, открывая один из холодильников. – Попробуй с лёгкого. Может, если в следующий раз он закажет чай или кофе, то сделаешь "за счёт заведения"? Ты знаешь, я в романтике не слишком знаюсь, но мне было бы приятно на его месте. Посмотришь на его реакцию, может он и сам предложит познакомиться. Блондин задумался, возможно, Лили и права, нужно начать с чего-то простого и приятного, чтоб не просто в лоб спрашивать номер, это ведь совсем не "романтично". Пьюр любит делать людям добро, потому за счёт заведения можно сделать не только чай и кофе, но и один из десертов. Понятное дело, что "за счёт заведения" имелось ввиду за свой счёт, ибо Голден Чиз как их бухгалтерия, по головушке за лишние растраты не погладит.       —Что ты вообще к нему чувствуешь на данный момент? Какие первые впечатления? – Заинтересованно спросила та, доставая заготовки ягод.       —Ох, с чего бы начать... Я будто и сам не понимаю пока, но первое впечатление... Он очень опрятный, ухоженный, у него мягкий и ровный голос. Он показался мне очень добрым, он вежливый. У него красивые длинные волосы, синего цвета, и прекрасные глаза. Мне так понравилось как он обращается к своему сыну, видно, что у них хорошие отношения. А ещё... – Блондин слегка смутился. – У него очень приятный запах. Я так и не понял, духи это, или всё же феромоны... Но я не принюхивался к нему! Просто... Почувствовал. Мужчина стал немного оправдываться, видя довольный взгляд подруги перед собой. Хотя в этом не было ничего такого. Пьюр уже давно взрослый альфа, понятное дело, ему захочется обзавестись партнёром, построить семью. Особенно для Пьюра, это был как отдельный пункт в жизненном списке. Ему всегда нравилась тема семьи, его очень грели мысли о том, что когда-то у него будет муж либо жена, будут дети и счастливое семейство. Кивнув самому себе, мужчина собрался с мыслями окончательно, будучи полностью готовым к действию. Заварной крем был готов и отставлен для остывания. Рабочий день проходил вполне хорошо, без особых сложностей, хоть в выходные дни народу было больше чем в будни. Уже прошло время обеда, но того самого клиента так и не было. Альфа, даже в какой-то степени расстроился, переживая, что больше не увидит его, хоть Милк и сказал, что заходить в их кафе они с сыном всё же будут. Потому, мужчина решил полностью сосредоточиться на своей работе, хоть в голове иногда и всплывала улыбка клиента. Во время рабочего дня, на телефон Пьюра пришло сообщение, которое он смог просмотреть только на перерыве. Кажется, ему поступил заказ. Странички в соцсетях их заведения вели все пять работников, чтоб оперативно принимать заказы и отвечать на вопросы. Кто первый увидит сообщение от клиента у себя на телефоне, тот ему и отвечает. Обычно, за заказы отвечала Холли, либо Чиз, но в этот раз, Пьюр увидел сообщение первым в одной из соцсети. Открыв саму соцсеть, перейдя со своего личного аккаунта на аккаунт заведения, мужчина открыл сообщение.       —"Добрый день, хотел бы заказать торт для сына, на 26 марта, примерно на 1.5 кг, примерный дизайн: [фото]."       —"Но только надпись не 10, а 8 лет. Внутри полностью шоколадный." Пьюр Ванилла присел на стул, стоящий у них на кухне, внимательно перечитывая сообщение, после в заметках сверяя даты. Всё подходило.

      —"Здравствуйте! Ваш заказ принят, предоплата заказа 200, стоимость торта составляет 1.000. Нужно будет оформить доставку, либо самовывоз? Напишите пожалуйста ваш номер телефона, имя на которое сделан заказ и время, к которому должен быть готов торт"

—"Реквизиты для оплаты: ****** ***, ****************"

      Пьюру нравилось, как клиент чётко сказал чего хочет без лишней воды, как это иногда бывает. Его всегда привлекали прагматичные люди.       —"Самовывоз. Время примерно 12:00. Номер телефона +************, имя Шадоу Милк."       Начиная набирать новое сообщение, глаза остановились на имени. Светлые ресницы пару раз похлопали в шоке, после поднимая глаза на аватар и имя пользователя.       —Лили! Это он!! – Подскочил с места блондин, тем самым напугав подругу, что чуть не споткнулась о стол.       —Божечки, ты чего кричишь так? Кто там? – Та поправила свои очки, подходя ближе к сияющему от счастья другу.       —Извини, не хотел пугать. Это он, Шадоу, тот клиент. Он заказал торт. – С яркой улыбкой и сияющими глазами, кондитер зашёл на профиль мужчины. Видимо, блондин залипнет в нём надолго, фоток было достаточно много, как и историй. Сверху высветилось сообщение от клиента:       —"Квитанция об оплате: [фото]" Мужчина тут же пришел в себя, помахав головой, после переходя обратно в сообщения. Как бы тот сейчас не был бы счастлив, нужно принять заказ и передать это Чиз с Холли.

—"Всё отлично, спасибо за заказ, если возникнут вопросы, то можете задать их в любой момент рабочего времени. Хорошего дня!"

      —"Благодарю, взаимно." Блондин пару раз слегка подпрыгнул на месте от прилива энергии. Подруга, что все это время стояла рядом и разглядывала аватар, мягко улыбнулась, радуясь такому везению друга.       —Хм, ну, он достаточно симпатичный. Только не забудь сообщить Чиз и Холлиберри о заказе от радости.       —Ох, точно, спасибо. – Блондин тут же написал Голден Чиз, о том что прошла предоплата, чтоб та проверила это на счету. Всё прошло. Уже после отправившись на кассу к Холлиберри, чтоб та вбила заказ на нужное число. Остальная часть дня проходила невероятно легко, даже во время "запары" на кухне, окрылённый радостью Пьюр парил на кухне, активно крутясь как юла, успевая делать и отдавать десерты. Под конец дня, улыбка все так же держалась от облегчения и радости. Уже привычно убирая рабочее место, мужчина стал думать, как сделать лучше.       —Лили, я так подумал. Если я уже дома, подпишусь со своего аккаунта на аккаунт Милка, это не будет слишком? Не хочу показаться слишком навязчивым. – Блондин очень не хотел как-то отпугнуть мужчину, потому, старался действовать аккуратно.       —Хорошая идея. Вы ведь, можно сказать, уже знакомы, почему бы и нет? Не забывай, что ты ему ещё и торт должен сделать, так что уже есть темы для сближения. Допустим, со своего личного профиля если что уточни какие-нибудь детали в дизайне, что думаешь? Кондитер улыбнулся, крепко и с благодарностью обнимая подругу. Как же ему всё-таки повезло с близкими людьми. Всё поверхности были чисты, как и кухонные принадлежности. Собрав вещи и переодевшись, Пьюр попрощался со всеми, выходя из заведения. Уже был темный вечер, куча ярких фонарей освещало улицы, на которых гуляли шумные компании подростков, молодые люди, семьи с детьми. Как никак, это был центр города, всегда шумный и всегда яркий. Лёгкий ветерок дул в лицо, на котором не пропадала широкая улыбка с еле видным румянцем. Кофейное, длинное пальто грело грудь, а может, это было вовсе и не пальто. Было бы быстрее поехать на такси до дома, но погода была слишком прекрасной, чтоб не пройтись. Завтра понедельник, у Пьюра выходной, можно будет отдохнуть, а пока, он прогуляется, до дома пешком всего минут двадцать. Дверь небольшой квартиры открылась, впуская блондина домой. Дом как обычно встретил того полной тишиной, с редкими звуками проезжающих машин за окном. Вымытые руки, тарелка с ужином в микроволновке, тихая трапеза, поход в душ, а после уже и мягкая кровать. Вздох разорвал тишину комнаты, тишину квартиры. Пьюра никогда не убивало чувство одиночества, он не страдал этим, он никогда не был один. У него были дорогие ему люди, друзья, его поддержка и опора, но всё же, когда открывалась дверь в родную тихую квартиру, становилось как-то... Пусто? Внутри не болело от этой пустоты, просто странное, слегка давящее чувство в груди от этой тишины. Было бы очень приятно, прийти в родную квартиру где тебя всегда ждут, где всегда пахнет уютом, вкусной едой и любовью. Пьюр принимал это чувство одиночества в себе, которое изредка появлялось в сердце, ведь чувствовать это нормально, особенно для такого социального человека как он. Когда-нибудь, он точно не будет один, он не будет один лежать на просторной кровати, не будет один готовить себе ужин, просто нужно подходящее время. Рука потянулась за телефоном, что лежал на соседней подушке. Включив экран, он зашёл в ту самую соцсеть, запоминая никнейм Милка, после уже на своем личном аккаунте находя того, заходя к тому на открытый профиль. Палец завис над надписью "подписаться". Палец опустился ниже, пролистав ленту фотографий, чтоб рассмотреть больше. Фотографий было достаточно, мужчина начал с самой новой. На фото не было Милка, на фото был довольный мальчик, что ел клубничный пончик, видно, что фото было сделано в их кафе. Лёгкая улыбка снова накрыла смуглое лицо, всё-таки, отношения у родителя и ребёнка явно хорошие, это грело душу. Палец листал ниже. Большой стол, усыпанный разными документами, бумагами, папками, надписи под фото не было, он работает в бухгалтерии? Или может в логистике? Фото шли дальше. Маленький мальчик вместе с папой в обнимку, у двоих на лицах были нанесены маски для лица, вместе с патчами. Были фото даже с какого-то отдыха, скорее всего море, малыш и родитель лежали на шезлонгах, с тёмными солнцезащитными очками и довольными улыбками, как мило. Очень большое количество фотографий было связано с пейзажами, закатами, архитектурой города, которая была очень разной, от обычных панелек, до стиля барокко. Фото не несли в себе никаких надписей. Следующее фото было с чертежом одного из каких-то зданий. Линии были чёткими, профессиональными, выглядело очень красиво. Всё-таки, видимо он архитектор? Попадались и обычные, красивые фото с лицом мужчины. В который раз, Пьюр залюбовался этой внешностью. Четкая линия челюсти, тонкая шея, волосы собраны в высокий, неаккуратный, синий пучок, под голубыми глазами виднелись синяки, очки и вязаный свитер придавали фото домашнюю, приятную атмосферу. Пролистывая фото ниже, блондин заметил, что дата сильно отличалась от той, что была на фотографии выше. На фото был всё тот же Милк, но выглядел тот по-другому, волосы были более тёмного оттенка, внутри и вовсе переходя на черный цвет, синяки под глазами почти не проглядывались под слоем косметики, коей было достаточно много, сине-черные тени на глазах, темного цвета губы. Дата этого фото отличалась на примерно полтора года от верхнего. Самим фотографиям было примерно по восемь-девять лет. На тот момент, явно у мужчины ещё не было сына. Так как сам Пьюр был достаточно стеснительным, то и самовыражение для него было чем-то недосягаемым. Ему нравилась своя внешность, вряд-ли он бы что-то в ней поменял, но как же его привлекали люди, которые никогда не боялись выглядеть неформально в рамках обычного общества, блондин в который раз восхитился этим мужчиной. Интересно, сколько ещё таких восхищающих деталей он сможет узнать про него. Ванилла дошёл до последней фотографии, точнее, до самой первой в этом профиле. Компания таких же неформальных друзей вокруг Милка. Все пятеро друзей довольно улыбались, обнимая друг друга, видно, что дружба у них очень крепкая. С этой фотографии прошло уже десять лет. Светлые брови слегка нахмурились. Странно, что ни на одной из фотографий не было партнёра Милка. Пьюр быстро пролистал все фото снова, не увидев даже намека на парня, либо же мужа. Смущение пробрало блондина. Это ведь не его дело, и вообще, нельзя судить просто по фото в соцсети. Нельзя радоваться раньше времени. Тихо прочистив горло, тот в последний раз взглянул на фотографию милого мужчины, блондин глянул на время. Целых два часа ночи. Он слишком много времени провел за разглядыванием чужой жизни. Как бы ни было смущающие, и возможно неправильно, Ванилла все равно хотел бы узнать, есть ли у него шансы. Набрав в лёгкие побольше воздуха, палец нажал на экран, подписываясь на профиль Милка. Сейчас блондин чувствовал себя как какой-то подросток, быстро выключая экран телефона, поспешно откидывая тот на соседнюю подушку, чувствуя как щёки наливаются краской. Блондинистая голова накрывается одеялом, светлые ресницы крепко жмурятся, чтоб скорее заснуть. Но тело дёргается при звуке уведомления. Глаза переводят свой взгляд из-под одеяла на экран телефона. Он подписался на него в ответ! Да ещё и так быстро, хотя ведь так поздно. Пьюр очень надеялся, что не разбудил того своим уведомлением. Закусив губу, тот задумался. Стоит ли сейчас написать что-то? Может Милк не в настроении разговаривать? Как никак два часа ночи. А может стоит поздороваться, написать, как нашел его и почему подписался? Может написать сразу, что хочет познакомиться поближе? Это будет не слишком дерзко, либо не тактично? Рой мыслей заполонил сонную голову, от чего светлые брови хмурились все сильнее, сжимая в кулаках мягкое одеяло. Неизвестно откуда, Пьюра накрыла огромная волна решимости. Он взрослый, самостоятельный мужчина, он серьезный альфа, неужели, предложение о знакомстве может быть таким тяжёлым? Глубоко вдохнув через нос, тот снова взял в руки телефон, открывая сообщения, начиная печатать, после и отправляя:       —"Доброй ночи, надеюсь, что не разбудил вас. Я Пьюр Ванилла, кондитер из «Ancient cafe». Сказать честно, с первого взгляда вы показались мне очень интересной личностью, я бы хотел, с вашего позволения конечно же, узнать вас чуть лучше. Вы не против познакомиться поближе?" Сообщение было отправлено, и почти моментально прочитано. Первая минута, вторая, третья. Ответа нет. Резвая решительность испарилась, ещё на моменте отправки сообщения. Экран телефона снова гаснет, сам же гаджет летит на соседнюю подушку. Смуглое лицо, что горело от смущения, утыкается куда-то в одеяло.       —"Это провал!!!" – Летит мысль в блондиностой макушке, из которой, возможно, скоро пойдет пар. Он написал слишком много воды? Милк ведь наверное не любит такие сообщения, судя с прошлой переписки. Не нужно было вообще писать про этот "первый взгляд". Кто вообще дал ему право оценивать кого-то с первого взгляда?? Кто в своем уме вообще пишет едва знакомому человеку в два часа ночи??? Ему было очень стыдно. Телефон подал звук уведомления. Блондин резко вскинул голову в его сторону, тихо шикая под нос, от мимолётной боли в шее. В который раз включается экран, открывается сообщение.       —"Не против."       —"Я не многословен, редко с кем-то знакомлюсь. С чего начнём?"

***