Правильное питание для мужа темного лорда

***

Рон не помнил точно, когда грудь Тома начала расти от молока, но с тех пор, как его возлюбленному лорду пришлось носить лифчик для ее поддержания, он не мог оторваться от нее ночами. Как заколдованный, Рон бесконечно сжимал округлые груди в руках, мял их, пока медленно и нежно толкался внутри его влажной промежности. Их очаровательные малышки дочери родились пару месяцев назад, и теперь Рон обнаружил себя в весьма неловкой ситуации. Грудь Тома соблазняла, но мысль о молоке в ней манила ещё сильнее. И Рон совсем не был одним из тех извращенцев, которых привлекали кормящие матери, но Том... Том целиком был мечтой Рона во плоти. И не удивительно, что одна из его составляющих вызывала у Рона головокружение. Он бесконечно ласкал набухшие от молока соски, не в силах оторваться, хотя само молоко никогда не текло в эти моменты. Рон был расстроен и рад одновременно. Том никак не комментировал его тягу к новой части его тела, но в его гардеробе появились несколько кружевных лифчиков, и Рон знал, что это было одобрением. Тому нравилось, и это только сильнее толкало Рона к краю. Вне их поместья Том всегда носил утягивающие топики, чтобы его грудь не колыхалась, и молоко не протекало сквозь ткань. Таким образом его грудь лишь немного выпирала под свободной рубашкой, но это также значило, что молоко застаивалась внутри в течении пары часов, пока Том не прерывался, чтобы покормить детей. Рон находил это весьма тревожным. Но Том оставался спокоен, когда разминал, наверняка, болящую грудь. Рон молча наблюдал за этим почти неделю. Но нужно было что-то менять. Определенно нужно было. Его руки скользнули по обнажённому животу, приобнимая. Том кинул на него короткий взгляд через зеркало, прежде чем продолжил мять грудь в руках, перекатывая ее между ладонями, как тесто. Рон был совсем немного заворожен открывшимся зрелищем. – Ты пялишься, – одернул его Том. Рон потупился. – Я разве похож на куриную ножку? – Я смотрю на тебя... Как на куриную ножку? – недоуменно уточнил Рон. Том дёрнул бровью. – Именно так ты на меня и смотришь, – подтвердил он, толкая Рона в грудь локтем. – Иди проверь детей. Рон прижался к его плечу щекой на мгновение, наслаждаясь теплой кожей, прежде чем отстранился. Терять прикосновения Тома всегда ощущалось, как потеря чего-то большого и важного. Рон хотел навсегда остаться в чужих объятиях, но у Тома были дела. Его любимый муж был целым темным лордом, разумеется, Рон не мог держать его рядом с собой, просто ради объятий. По крайней мере, он мог обниматься с Томом в его кабинете, пока он читал все эти нудные отчеты. Мэрилин и Мариана все ещё сладко спали, ничуть не потревоженные его приходом. Мэрилин забавно обхватила своего плюшевого медведя маленькими ножками, а Мариана все ещё жадно сосала соску, которой Том так вероломно заменил свой сосок, обманывая малышку. Рон все ещё не мог поверить, что это были их дети. Но так и было, и Рону следовало принять это прежде, чем Том надает ему по шапке за сущую безответственность. Рон прочитал почти пятьдесят книг про воспитание детей и, в особенности — младенцев, но все ещё не был уверен в себе. Хотя, если Том доверял ему девочек, значит, Рон был готов. Разумеется, его идеальный муж никогда не ошибался! Рон испуганно пискнул, когда его схватили за шиворот и потащили назад, но из него, странным образом, не вырвалось ни звука. Сильная рука протащила его за собой в спальню, а затем толкнула на кровать. Рон нелепо плюхнулся на спину, пружиня на мягкой перине. Он удивлённо вытаращился на мужа. Том раздраженно смотрел на него, склонившись к его лицу своим. Рон невольно залюбовался, как и всегда. Внешность Тома была по настоящему ангельской. – Я сказал тебе проверить их, а не пялиться на них тоже, – холодно сказал Том, хватая Рона за воротник. Тот пожал плечами. – Они такие милые, что я могу поделать? – пожаловался он. Том закатил глаза. – Посмотри лучше на своего мужа. Разве я не милый? – он подался вперёд и прижался к губам Рона своими. Каждый поцелуй с Томом сводил Рона с ума, даже если они были в браке уже почти три года. Том целовал его, и Рон снова был все навсего девятнадцати летним юнцом, который прогибался под напором своего возлюбленного лорда. Наверное, он никогда не сможет оставаться адекватным, пока губы Тома прикасаются к его собственным. – Самый милый, – с придыханием отозвался Рон где-то между жадными поцелуями. Том довольно мурлыкнул. Руки Рона скользнули дальше — на упругую грудь, обтянутую кружевом. Он сглотнул. – Ты специально провоцируешь меня, – пожаловался он. Том изогнул губы в ухмылке. – Неужели? – мягко уточнил он, склоняясь ещё ниже. Его чертовы сиськи уткнулись прямо в грудь Рона, слегка сплющиваясь. Рон недовольно надул губы, а затем резким движение перевернул их. Теперь Том, слегка прищурившись, смотрел на него снизу вверх, а Рон нависал над ним. Он принялся терзать беззащитно открытую шею нежными поцелуями, и Том выгибался ему навстречу, притягивая только ближе. Рон любил шею Тома, любил его руки и ключицы. Рон любил каждую частичку Тома до последнего пальца и волоса. Он должен был поклоняться Тому, как божеству, которым он был, но вместо этого каждую ночь он опускал их в глубины ада, поддаваясь своей безграничной похоти. Рон пятнал Тома с каждым поцелуем, который оставлял на чужой коже, но он так податливо выгибался в ответ, что Рон скорее оторвал бы себе руки, чем оторвался от мужа сейчас. Том хотел его также сильно, и это было всем, чего Рон мог желать. Он беспорядочно скользил пальцами по фарфоровой коже, по подтянутому животу и крепким ягодицам. Следом его ладони обхватывали грудь. Мягкие и округлые сиськи Тома были идеальны. Впрочем, весь его лорд был идеален. Рон испытывал настоящую жажду при виде мягких грудей, хотя не знал, что это было. Том извиваялся под его руками и поцелуями, прикрыв глаза. Он то и дело откидывал голову, когда Рон целовал его в шею, а его ноги едва заметно раздвинулись, когда рука Рона скользнула к лобку. Том был таким податливым и чувствительным, когда дело касалось секса... Рон действительно мог бы умереть, пока трахал его. – Пора сделать тебе ещё детишек? – подразнился он, поглаживая лобок круговыми движениями. Конечно, это были всего лишь дразнилки, Том вновь принимал противозачаточное зелье с тех пор, как родил. Но Рону нравилась мысль о том, чтобы сделать своему мужу больше детей. Том был таким очаровательным, пока ходил со своим животом те девять месяцев. Все видели, что Том носил его детей. Все знали, чьих детей вынашивал Том. Рону всегда нравилось помечать Тома, но его муж всегда был сильно против любых меток на видных местах. Рон впервые ощутил, насколько действительно приятно было заявлять права на Тома, когда у него начал расти живот. Он бы делал это снова и снова, оплодотворяя своего лорда без конца и края, просто, чтобы Том продолжал принадлежать ему полностью. – Идиот, – недовольно нахмурился Том, хлопая Рона по затылку. – Делай это молча, пока я не заткнул тебя. О, у Тома было много приятных способов заткнуть рот Рона. Может быть, он бы целовал его губы до онемения, а может быть, сел бы ему на лицо, сжимая своими крепкими бедрами, как будто намеревался раздавить хрупкий череп. Рон любил вылизывать Тома, муж был его самым сладким перекусом. Зубы Рона сомкнулись на ключицах Тома в жаждущем укусе. Том издал короткий шумный выдох, а затем погладил Рона по волосам. – Ты на удивление терпелив, – фыркнул Том, когда пальцы Рона все ещё не скользнули под край его белья спустя почти минуту. Рон не отвечал несколько секунд, зализывая кровоточащий укус. – Думаю о том, как люблю тебя, – мягко улыбнулся он затем, поднимая на Тома глаза. Тот слегка хмуро вскинул бровь. – Идиот. – его рука толкнула Рона в щеку, а затем он указал на свою промежность. – Я уже сказал тебе, что будет, если ты не будешь молчалив. И хотя Том первым начал разговор, Рон с лёгкой усмешкой послушно опускается ниже. Том, чертов провокатор, просто хотел получить отлиз, и выставить Рона виноватым заодно. Конечно, это было то, что он делал всегда. Его невыносимый возлюбленный лорд. Не то, чтобы Рон когда-то собирался отказаться от этого, киска Тома была совершенством. Рон мог бы бесконечно поедать своего мужа, доводя его до пика, независимо от того, как устал его рот. Рон скользнул вниз и почти сразу же стянул с бедер Тома его безмерно симпатичные трусики. Он раздвинул бледные, покрытые засосами бедра в стороны и облизнулся. Конечно, Том был уже мокрым. Влага, текущая из его сжимающегося влагалища, хлюпнула, когда Рон раздвинул половые губы пальцами. Он нетерпеливо нырнул вниз и провел по промежности языком, просто собирая желанный сок. Дыхание Тома сбилось на секунду, прежде чем он взял его под контроль. Рон с удовольствием смаковал каждую каплю на языке, смотря Тому в глаза, пока шумно сглатывал. Затем он подмигнул ему и вновь подался вниз. Он знал, что лучше для Тома, после нескольких лет вместе Рон знал своего мужа и его повадки практически наизусть. Едва его язык коснулся маленького клитора, рука Тома схватила его за волосы. Рон слегка хмыкнул, опаляя клитор теплым дыханием, а затем вновь облизал его. Том всегда хватал его за волосы в такие моменты, потому что иначе его контроль совсем терялся. Так он, по крайней мере, мог оттащить Рона от себя при случае. Ну, ещё ему просто нравились шелковистые рыжие локоны. – Подожди, – пробормотал Том, сжимая волосы в руке. Рон поднял на него глаза. Том сделал короткий жест рукой, лёгкая волна ряби прошлась по пространству вокруг. О, верно. Том накинул на них заглушающее, чтобы не разбудить детей. Рон влюбленно хихикнул и нежно поцеловал бедро возле своего лица. – Мой лорд такой предусмотрительный, – мурлыкнул он, вместо языка поглаживая клитор пальцами несколько секунд. Том закусил губу, его живот поджался от удовольствия и, Рон знал, пальцы на его ногах тоже поджались. Он не спешил убирать пальцы прочь, когда вновь принялся вылизывать Тома, вместо этого он толкнул их внутрь насквозь влажного влагалища. Том был невыносимо мокрым, его смазка хлюпала и сюрпала при каждом движении, заставляя щеки Рона гореть от похоти. Том издал тихий сбитый стон, когда Рон ввел пальцы до упора, продолжая вылизывать его. Лицо Реддла искривило наслаждение, он вцепился в простынь свободной рукой, сжимая ее до треска. Рон резким движением вытащил и толкнул пальцы обратно, чтобы услышать ещё один стон. Том был ещё очаровательнее, когда пытался сдержать свои стоны внутри. Он прикрыл глаза и закусил губу, бесконечно толкая Рона между своих ног, как будто, нажми он сильнее, и вот-вот наступит долгожданный оргазм. Рон не был против: руки Тома, толкающие его прямо в его сладкую киску? Что могло быть лучше. Рон слегка сжал клитор губами. Том выгнул спину, цедя что-то сквозь зубы, сжимая Рона со всех сторон. У того от этого давления голова кругом шла, но он уперто выводил сложные фигуры ловким языком, наслаждаясь тихим удовольствием Тома. Рон знал, как выглядит оргазм Тома. И его начало тоже знал наизусть. Сначала ноги Тома скрещивались за затылком Рона. Затем его бедра начинали дёргаться, то ли выбивая дополнительную стимуляцию, то ли просто неконтролируемо. Рон позволял мужу использовать его лицо, чтобы получить свое наслаждение, забавляясь тем, что перед оргазмом Том превращался в похотливую суку, несмотря на весь свой сдержанный вид. Том совсем тихо хныкал в последние секунды, и Рон делал все, что мог, чтобы уловить этот трепетный звук. Том задрожал всем телом, его бедра и правда пришли в движение. Рон прикрыл глаза, продолжая лениво двигать языком вслепую, пока мокрая киска безобразно размазывала смазку по его лицу. Том замер на секунду, прежде чем задрожал ещё сильнее, а затем с тихим стоном упал на кровать. Его грудь глубоко вздымалась в такт шумному дыханию, а живот очаровательно поджимался то и дело, свидетельствуя о сладких сокращениях внизу. Рон довольно подался вперёд. Том выглядел, как мечта, когда отходил от своего оргазма. Его щеки раскраснелись, обскусанные и опухшие губы были приоткрыты, а глаза — закрыты. Том был беззащитным, обессиленный после оргазма, и Рон чувствовал губительную похоть при мысли о том, что сейчас Том всецело принадлежал ему. Никто никогда не сможет увидеть темного лорда таким. – Я так хочу трахнуть тебя, – выдохнул Рон, надувая губы. Том слегка нахмурил брови, все ещё не открывая глаза. – Можно? – Вау, как мило с твоей стороны спросить разрешения. – сухо отозвался Том, наконец, восстановив дыхание. Рон хмыкнул. Том не озвучивал это вслух, но его пальцы обхватили пояс домашних штанов Рона и потянули вниз. Разумеется, Рон был твердым с того момента, как они начали, и Том отлично знал это. Он вытащил член из боксеров и обхватил его рукой, вызывая у Рона тихое мычание. Том был прирожденной сосалкой, Рон не переставал восхищаться этим даже спустя несколько лет. Его рот был идеальным, даже более идеальным, чем его пизда. И Рон сомневался, что когда-то сможет отказаться от того или другого. Том пустил струйку слюны на влажную от предэякулята головку, а затем облизал, вызывая у Рона тихий стон. Он поглаживал член одной рукой, а второй перекатывал между пальцев яички, отчего Рон только сильнее сходил с ума. Том обхватил кончик губами и подразнил уретру языком, прежде чем двинулся дальше. Момент, когда его член проникал дальше в рот Тома, был любимым моментом Рона. Том выглядел, как шлюха, когда жадно заглатывал его член сантиметр за сантиметром, пока головка не упиралась ему в горло. Затем он медленно расслаблял горло и пускал Рона дальше. Находиться в глотке Тома всегда было особенно приятно. Тепло и узко, прямо, как в его влагалище. Том похабно втягивал щеки, пока двигал головой, так медленно и вдумчиво, как будто смаковал вкус его члена на языке. Рон замычал, когда Том слегка сжал яички в руке. – Ты выглядишь так хорошо с моим членом во рту, – мягко выдохнул он, прикусывая губу. Том кинул ему хмурый взгляд в ответ, не отрываясь от дела. – Как будто ты рождён только для этого. Рон тихо вскрикнул, когда в отместку за его слова, Том царапнул чувствительную кожу зубами. Он надул губы, смотря на мужа. – Эй! – возмутился он. Том сжал его бедра пальцами, двигая головой чуть быстрее, как будто это могло считаться наказанием. Конечно нет, Рон не мог испытать неудобств от того, что Том отсасывает ему. Он тихо протяжно застонал, когда Том продолжил невозмутимо двигать головой и откинулся на руки назад. Клубок удовольствия крутился в его животе так настойчиво, как змея в своем гнезде. Каждое движение чужого рта на его члене отдавало импульсами удовольствия прямо в пах, и это было невыносимо. Рон хотел скулить от наслаждения, когда Том глубоко брал его почти полностью, а затем медленно отстранялся, оставляя во рту только головку. Том медленно заглотил его вновь, Рон чувствовал, как головка прижимается к задней стенке его горла. Он слегка задрожал, когда осознал, что последует за этим. Том поднял на него глаза, как будто все не могло стать ещё более пошлым, а затем с глухим звуком Рон почувствовал, как его член толкается в горло. Когда Том упёрся носом в его лобок, Рон уже едва мог соображать, мысль о том, что он был в глотке Тома, была единственным, о чем он мог думать. Том приостановил движения. Теперь он просто держал Рона в своем горле, смотря на него исподлобья, пока его губы был растянуты вокруг члена. Рон дрожаще выдохнул, убирая кудри со лба Тома. – В твоей глотке так хорошо, – хрипло пробормотал он, поглаживая Тома по макушке. Тот не спешил хмуриться в ответ на его слова, и Рон воспринял это, как поощрение. – Так приятно... Я бы мог вечность сидеть так, смотреть на то, как ты растянут вокруг моего члена. Том прикрыл глаза, и ликование проснулось в груди Рона. Когда Том прикрывал глаза, это было явным признаком наслаждения. Том наслаждался его словами. Рон шумно задышал и откинул голову назад, жмуря глаза. – Я близко, – заскулил он, его руки сжали простыни. Том не отстранился, и сердце Рона зашлось бешеным ритмом. Когда Том позволял ему кончить в свой рот, Рон ощущал по настоящему первобытную похоть. Том слегка отстранился, прежде чем взять его полностью вновь, а затем сглотнул. Рон не мог вытерпеть больше при всем желании, он бессильно застонал сквозь зубы, выгибая спину. – Том! – воскликнул он, уже слабо контролируя свой язык. Оргазм был также оглушителен, как и каждый с Томом. Рон заскулил снова, чувствуя, как сперма выплёскивается из него прямо в чужое горло. Том все ещё не открывал глаза некоторое время, то ли переживая какой-то странный период в своих мыслях, то ли не желая прерывать трепетную атмосферу. В конце концов он издал какой-то странный звук и отстранился, вскакивая с места. Рон растеряно уставился на него. – Девочки проснулись, – пробормотал Том, хватая халат со спинки кровати. Рон промычал что-то в ответ, тоже вставая. Ему хотелось пойти следом за мужем. Возможно, потому что велико было желание вновь увидеть, как Том кормит их детей. Но Рон отлично знал, что муж вышвырнет его обратно в ту же секунду, поэтому терпеливо ждать на кровати — это все, что ему оставалось. Впрочем, ему не пришлось ждать так уж долго. Уже спустя пару минут Том осторожно закрыл за собой дверь детской и кивнул Рону. – Просто Мэрилин немного проголодалась. – пробормотал он. Рон заметил влажное пятно на его шелковом халате прямо в районе соска. Он слегка смущённо кивнул на него. – У тебя молоко течет. – Тихо заметил он. Том нахмурился, опуская взгляд. Рон знал, что муж убьет его за это, но желание зрело в нем последние несколько месяцев. Рон не мог больше терпеть, он ведь не железный. Он подался вперёд на кровати. – Хочешь, я помогу? – предложил он. Лицо Тома оставалось ровным, пока он смотрел на Рона несколько секунд внимательным взглядом. Он ткнул в свою грудь. – Ты хочешь попробовать мое молоко? – уточнил он, все ещё отстранённо. Рон смутился только больше от этой прямой формулировки, а затем кивнул. – Да. – выдохнул он почти умоляюще. – Эта мысль не отпускает меня, понимаешь? Я хочу, чтобы ты меня накормил. Боже, это звучало ужасно. Накормил? Серьезно? Но Том склонил голову набок, слегка задумчиво, а затем подошёл ближе. Рон весь натянулся, как струна, восторг заскребся в глубине его тела. Том медленно развязал халат и позволил ему упасть с широких плеч. Затем он потянул край лифчика, освобождая одну грудь, ту, что истекала молоком. На соске собралась уже новая порция белой жидкости, и, как заворожённый, Рон подался вперёд. Он обхватил грудь ладонью и прижался к соску. Казалось, он сошел с ума, когда сладкое молоко коснулось его языка. Он сжал сосок губами, имитируя движения детского рта, и влага брызнула ему в рот, как чертов нектар. Рон жадно сжимал сосок раз за разом, заставляя молоко течь и течь дальше, в неутолимом желании накормиться сильнее. Том кормил его. Эта мысль ударила Рону прямо в пах, заставляя член подняться вновь. Он едва сумел оторваться от соска, обезумевшими глазами глядя на Тома. Тот слегка хмуро смотрел в ответ. Его щеки снова покраснели, и Рон издал тихий довольный звук. – Тебе понравилось. – констатировал он, продолжая мять грудь пальцами. Том отвёл глаза. – Это приятно, – согласился он, склоняя голову на бок. – Что, теперь у меня не два малыша, а три? – Ты позволишь мне...? – неуверенно начал Рон, смотря на все ещё обнаженную грудь Тома. Тот дёрнул уголком губ – Как твой муж, я непременно должен следить за твоим питанием. Сделать это так намного проще, верно? – боже, он флиртовал. Том флиртовал с ним! Рон мягко засмеялся, прижимаясь лбом к упругой груди. Он обнажил и вторую тоже, наслаждаясь тем, как она подпрыгнула, высвободившись из чашки лифчика. Соски Тома стали заметно больше вместе с грудью, и Рон сходил с ума по ним ничуть не меньше. Он присосался и ко второй груди тоже, шумно дыша, пока пил сладкое и теплое молоко. С каждым глотком экстаз нарастал в груди. Том выносил ему двух детей, а теперь кормил его. Казалось, не было того, что Том не сделал бы ради своего мужа. Рон испытывал вящее наслаждение от этой мысли. Он слегка ласкал сосок, пока пил, просто чтобы Том тоже чувствовал себя хорошо от этого процесса. Похоже, ему удавалось, потому что Том тихо стонал сквозь зубы, то и дело сжимал волосы Рона пальцами, а затем гладил в жесте поощрения. Рон легко мог бы стать зависим от этого чертового молока. Казалось, сладкий вкус и липковатая консистенция продолжали играть на его языке, даже после того, как он оторвался от соска и принялся жадно целовать Тома. Губы Реддла податливо открывались ему, позволяя языку проникнуть внутрь, обвести кромку зубов и сплестись с его собственным языком. Рон ложился спать с гулким стуком сердца в своем горле, потому что грудь Тома была прямо перед его лицом.

***

Конечно, он не последний раз кормился грудью своего возлюбленного лорда. Он ловил Тома каждый раз после того, как тот кормил детей и пил его до тех пор, пока грудь не опустевала. Это шло всем на пользу: Том не испытывал неудобств с тем, что молоко в его груди застаивалась, поскольку малышки не ели настолько много, насколько оно выделялось, а Рон ходил довольный и счастливый, потому что мог помочь своему любимому мужу. Их дни в основном проходили схожим образом: Том проводил с ними утро, затем шел в министерство, а Рон оставался с детьми. Помимо грудного молока, дети также пили смесь, поскольку Том не мог оставаться с ними всегда, а малышки не собирались голодать, пока обожаемая мама освободится. Таким образом, Рон навещал мужа вместе с детьми только к обеду, когда заседания и встречи уже закончились, а Том занимался документами в своем кабинете. Сейчас было то время, когда Рон должен был навестить мужа. Он неспешно одел Мэрилин и Мариану, умиляясь маленьким носочкам и комбинезончикам, а затем уложил их в коляски и сунул по соске каждой в рот. Хотя Мэрилин на самом деле не совсем любила и признавала соски, она все равно принимала их время от времени. Когда они были на улице, она послушно держала пустышку во рту, и Рон был доволен уже этим. Рон прогулялся по косой аллее, прежде чем аппарировал в министерство. В атриуме было также шумно, как и всегда. Рон спешно отошёл с площадки для аппарации и направился к лифту. Все в министерстве знали, как выглядит супруг министра и все любезно здоровались с ним по пути. Рон находил их всех весьма забавными. Он мог поклясться, что никто из этих людей не был ему рад, все, что ими движило — это лесть и попытка примазаться к супругу Лорда. Рону было плевать на этих людей. Он шел к своему мужу и, на самом деле, больше его ничего не интересовало. Том был в своем кабинете, как и положено. Рон вошёл и тут же столкнулся взглядами с Люциусом Малфоем. Он моргнул. – Здравствуйте, мистер Мракс, – сухо поприветствовал его Люциус. С этим человеком даже спустя пять лет они так и не поладили, как бы Том не пытался их помирить. Рон не принимал высокомерной задницы Люциуса, а Люциус до сих пор не мог принять, что супругом их Лорда стал грязный предатель крови без капли манер. Том встал из-за стола и подошёл к Рону. Тот держал детей в двух руках, и Том поспешил забрать одну малышку, обмениваясь с Роном короткими поцелуями в щеку. Он перехватил Мэрилин в своих руках поудобнее и погладил ее по светлым кудряшкам на лбу. – Капризничали? – уточнил он, направляясь к дивану. Рон покачал головой. – Твои дети такие же образцовые, как ты, – фыркнул он, присоединяясь к мужу на мягком диванчике. Люциус поспешил уйти, откланявшись, а Рон почувствовал, как слюна наполняет его рот. Том кинул запирающее на дверь невесомым взмахом руки, а затем принялся неспешно растегивать пуговицы на своей идеальной рубашке. Рон нервно притоптывал ногой, пока Том расстегивал утягивающий лифчик. Он слабо облегчённо выдохнул, когда грудь оказалась на свободе, и Рон закусил губу. – Может, уже хватит утяжки? – пробормотал он, тоскливым взглядом проводя красные следы на нежной коже. Том слегка нахмурился, прикладывая малышку Мэри к соску. Та жадно обхватила его губами и принялась активно сосать, сжимая материнскую грудь маленькими ручками. Рону было интересно, выглядит ли он схожим образом, когда кормится молоком Тома. – Министру магии не подобает ходить с грудью навыкат, – проворчал Том, качая головой. Рон нахмурился. – Прекрати. Мне не нужна твоя трепетная забота. Рон вздохнул, понимая, что Том не сдастся и лишь прижался к его плечу щекой. Том тем временем поднес вторую малышку ко второй груди, и Мари также жадно присосалась к розовому ореолу. Мэри наелась довольно быстро, спустя минуту Том уже отстранил ее от груди, и Рон поспешил уложить малышку обратно в ее коляску. Он зачаровал коляску так, чтобы она покачивалась, и совсем скоро Мари присоединилась к сестре. Рон смотрел на их умиротворённые лица несколько секунд. Рука Тома скользнула по его шее. – Рон, молоко, – напомнил он. Рон почувствовал, как учащается его сердцебиение. Том стоял перед ним с обнаженной грудью, предлагающий ему выпить молоко, которое текло с розового соска прямо по бледной коже. Рон спохватился и наклонился, чтобы слизать сладкую струйку. – Мне нравится кормить тебя, малыш, – тихо пробормотал Том, поглаживая его по волосам. Рон почувствовал, как мурашки бегут по его спине. – Ты выглядишь таким довольным и... Сытым. Рон прикрыл глаза, сильнее сжимаясь сосок, чтобы молоко брызнуло ему в рот. Он действительно чувствовал себя полным и сытым после того, как Том кормил его. По странной причине молоко Тома было таким же питательным, как обычная еда. Он сжал Тома в объятиях, отстраняясь от соска. – Твое молоко ничуть не хуже твоей еды, – выдохнул Рон, прижимаясь поцелуем к упругой груди. Том вновь погладил его по затылку. – Давай, детка, вторая грудь все ещё полная. – напомнил он. Эти ласковые обращения только заводили Рона сильнее, он мог поклясться, что вот вот мог бы взорваться. Его рука спустилась к брюкам Тома. – Можно я тебя трахну? Пожалуйста, – взмолился он, бездумно потираясь о ногу Тома напряженным пахом. Том шумно вдохнул. – Только побыстрее, – хмуро все же кивнул он. Рон почувствовал, как желание расцеловать мужа полностью поднимается в груди. Он слегка толкнул Тома назад, так, чтобы он упёрся спиной в свой рабочий стол, а затем подхватил мужа под бедра, усаживая на него. Том сам поспешил стянуть с себя штаны и белье, опуская их к щиколоткам, и теперь его промежность была прямо на уровне бедер Рона. Он сглотнул, раздвигая половые губы пальцами. Том был уже влажным. Неужели, его тоже заводило все это кормление грудью? Рон надеялся, что да. Он раздвинул податливое влагалище тремя пальцами и подвигал ими внутри, заставляя брови Тома поджаться. Том все ещё был растянут после их ночных фрикций, и Рону лишь нужно было немного погладить его изнутри и снаружи, чтобы влагалище разгорелось. Том обхватил свои груди руками, пока Рон двигал пальцами внутри, и Рон не сразу понял, что он делал. Молоко потекло по груди, выходя из соска под давлением чужих рук. Том доил себя. Рон слабо задрожал от переполнявшего его возбуждения и подался вперёд, прижимаясь к соску, который ещё не успел попробовать сегодня. Молоко потекло по губам и вместе с тем, как влагалище Тома обхватывали его пальцы, это было слишком много. Рон принялся судорожно расстёгивать свои джинсы, затем вытащил член из узких боксеров, спуская их под напряжённые яйца. Он погладил себя по всей длине несколько раз, надеясь, что продержится хотя бы пару минут. Том обхватил его поясницу ногами, поглаживая. Рон приставил пульсирующую головку к мокрому, истекающему влагалищу и нетерпеливо толкнулся внутрь. Том выдохнул один маленький стон, когда толстая головка раздвинула мягкие стенки, а затем закусил губу, не издавая ни звука, пока Рон не вошёл до упора. Он прикрыл глаза, выгибая спину так, что влажная от молока грудь оказалась только ближе к лицу Рона, конечно, он не мог это игнорировать. Он медленно двинул бедрами, заставляя дыхание Тома участиться, а затем наклонился и втянул один из сосков губами. Том издал очаровательный высокий стон, заставляя яйца Рона потяжелеть ещё сильнее. Стонущий Том был его любимой картиной. Рон продолжал медленно двигаться внутри, в то же время он расслабленно посасывал молоко из все ещё наполненной груди, заставляя Тома судорожно извиваться от нескольких источников наслаждения сразу. Рон не мог быть более счастлив, чем сейчас. Том кормил его своим молоком, позволяя вместе с этим трахать его киску прямо на рабочем столе. Том слабо застонал, дёргаясь. – Ч-черт, это так приятно, – шикнул он, прикрывая глаза. Рон довольно мурлыкнул. – Ты опустошаешь меня полностью, я чувствую такое облегчение... Том сжал зубы на мгновение, когда Рон толкнулся особенно сильно. – И в то же время ты так сильно наполняешь меня своим членом. – Том зажмурился, опуская голову. Голова снова закружилась. Вечные разговорчики Тома во время секса сводили его с ума. Он с придыханием отстранился от измученного покрасневшего соска и тут же приник ко второму. Молоко в правой груди почти закончилось, но в левой его все ещё было полно, и струйка потекла Рону в рот, вызывая глубокое довольное мычание. Том был близок к оргазму также, как Рон, и он положил два пальца на твердый клитор, поглаживая в такт своим толчкам. Том приоткрыл губы, бессильно и дрожаще выдыхая, пока Рон толкался все сильнее, ласкал его все быстрее. С тихим стоном он толкнулся до упора вновь, и Том сжал его поясницу ногами сильнее, мыча что-то нечленораздельное сквозь зубы. Сперма наполнила Тома, вытекая из узкой дырки под давлением сокращающихся от оргазма стенок. Она уже запачкала стол и немного налипла на крепких бедрах лорда, но Том не спешил очищать ее заклинанием. Том никогда не признавал этого, но Рон знал, что ему тоже нравилась мысль о том, что сперма супруга будет внутри него. Возможно, Том тоже фантазировал о беременности. Рон с последним стоном выпустил набухший сосок изо рта и устало упал на грудь Тома. – Ты... Невероятен, детка, – пробормотал он, прикрывая глаза. Том погладил его по спине. – Я знаю. – невозмутимо отозвался он, и Рон хихикнул. Возвращаться домой не хотелось, но у Рона были дела. И даже если он украдкой оставил на шее Тома засос, пока тот был в экстазе, никому не обязательно сообщать об этом лорду. У Тома в кабинете не было зеркал. Он ни о чем не догадается, пока не придет домой. А там уж Рон придумает, чем задобрить мужа.