Выжить в России

Вечером Джером заходит в комнату Скэра, ставит кофе около обложившегося книжками Лоу и садится на диван, наблюдая за дивным зрелищем. Скэриэл занимается самым увлекательным по его мнению занятием: переводит стихи Артюра Рембо с октавианского на русский и обратно. Джером в принципе Рембо не понимал, а в русском переводе тем более. Но работающий Скэриэл выглядел особенно красиво. Хотя он выглядел таким же красивым когда душил Джерома тёмной материей…

***

Батлер его тогда чем-то разозлил. Вот его и прижали к стенке, подняв на пятнадцать сантиметров от пола. Джером тщетно дёргался, пытаясь выбраться из удушающей хватки. Умом он понимал что Скэриэл его не убьёт, но всё выглядело именно так. Батлер перестал сопротивляться и замер бездушной куклой. Материя внезапно рассеялась и Джером шмякнулся на пол. — Нам… Надо поговорить. Его мучитель и спаситель в одном лице стоял напротив. Лоу был непривычно бледен. Словно осознал что заигрался. Сожаление отразившись в тёмных глазах, мелькнуло и исчезло где-то внутри. — Да, надо. Тебе… Помочь? — И неуверенно протянутая рука. У Скэриэла слегка дрожали потемневшие от материи пальцы. Джером вздохнул. Сколько раз это будет повторяться? Сколько раз он будет его прощать? — Скэриэл Лоу. Ты ебанутый на всю голову придурок. — Батлер ухватился за протянутую руку, принимая помощь. — Давай попробуем поговорить и сделать так, чтобы ты не кидал меня об стенку каждый раз когда у тебя не такое настроение.

***

Поговорили. Мебель правда чуть-чуть порушили но поговорили. Теперь Джером носит с собой маленькую подвеску в виде короны. И достаёт её каждый раз когда Скэр сатанеет. А сатанеет он часто.

***

Но вернёмся к настоящему: Лоу, заметив что за ним наблюдают, хитро улыбается и словно невзначай потягивается, демонстрируя острые ключицы. — Чего подглядываешь? Джером даже не смущается. — Тебя разглядываю. Я тебе кофе принёс. — Присоединяйся. Рядом полежишь. А вот это уже что-то новенькое.

Джером

Я допил остатки кофе и отставил кружку в сторону, вставая с дивана. Скэриэл отодвинул бумаги, освобождая место. Сейчас ещё весна, поэтому на полу прохладно. Пусть погреется. Скэриэл прижался ко мне как только я улёгся рядом. — Я пока учу слова, а это проще делать когда переплетаешь учёбу со своими любимым занятием. Человек из России с которым я переписываюсь посоветовал. — Объяснил мне Скэриэл. Лоу повозился и частично улёгся на меня, я тихонько тыкнул ему в бок пальцем и получил в ответ недовольное «эй» — Ты просто хочешь схалявить Я повернулся и притянул Скэра к себе. Тот, на удивление вырывается не стал, а лежал спокойно. — Что ты будешь делать когда я уеду? — Жить, работать. За Готье присматривать если попросишь. К Эдварду приходить. Он промолчал. Поёрзал и вдруг оказался прямо на мне. Я только порадовался что он без ножа в руках. — Эдварду на могилу не нужно тащить цветы. Только кофе и сигареты. Остальное бы он не одобрил. Хотя он бы не одобрил любое паломничество к своей могиле. Скэриэл грустно усмехнулся, и это было кажется самой искренней эмоцией за весь день. — Скэр. — М? — Раздаётся сверху — А ты… Как? — С тобой если честно легче. — Ясно. Притягиваю его поближе, волосы которые он поленился заплетать, щекотят мне шею. Лбом он упирается мне в грудь. Кажется я в него больше не влюблён. Эта мысль не была внезапной или неожиданной, просто осознание факта. Я не стану меньше его любить или ценить, но больше не буду измывать от ревности когда он ночует с Готье. Скэриэл больше не сможет манипулировать моими чувствами. Мне кажется… Кажется что я могу его безбоязненно отпустить, зная что это не принесёт особой боли ни мне, ни ему. Я обнял Скэриэла, а тот воспользовавшись шансом или моментом уязвимости (его или моей?) уснул, пригревшись у меня на груди