Женя, Женечка и Александр

Выкатился полусонным на перрон, перед этим внимательно огляделся. Преследователей не было. Холодало, пришлось брать такси до дома. Охранник на входе в поселок меня узнал, заулыбался. Прошел без проблем. На звонок в дверь откликнулась Галя. При виде меня ее лицо разочарованно вытянулось. Подошел отец. – Что ж ты без звонка, не предупредил? - А что, я в собственный дом не могу приехать без звонка? - Меня покоробили эти вопросы. Стало понятно, что мне здесь никто не рад. Гале я – как собаке пятая нога. Она меня уже мысленно выписала из дома и из своей жизни. А отец не рад потому, что видит, как она расстроена моим появлением. -Ну, проходи, раз приехал. Тебя ведь не выгнали? Ты все экзамены сдал? - Не выгнали. Все сдал. Сейчас каникулы, поэтому вернулся домой. - То есть ненадолго. - Да в конце концов, - повысил я голос, могу я пройти в свой собственный дом? - Это уже не твой дом, а дом МОЕЙ семьи - услышал Галин голос. И я никому не позволю тут кричать и скандалить! - Да? А где же тогда мой дом? Разве не здесь, где я вырос? - Так ведь вырос. Вот и уматывай отсюда, куда хочешь. Отец нерешительно топтался между нами, не зная, как примирить нас. А меня выбешивало, что он лебезит перед Галей, что ему дороже сохранить мир с ней, а на меня плевать. Крикнул, что она - сука подзаборная, схватил с пола свою сумку и выбежал на крыльцо. Боялся, что не сдержусь и ударю ее. Слышал, как она заходится в воплях, а отец увещевает ее и пытается увести в дом. Скатился с крыльца, только что не зарыдал от злости. Никому - то я не нужен, ни отцу, ни матери, которая из своей Америки поздравила меня  с окончанием сессии телефонным звонком. И Саше теперь не нужен. Горько быть одному. Куда теперь? Возвращаться? Делать нечего, поплелся к выходу. Окликнул охранник, видя мое расстроенное лицо, позвал в будку в тепло попить чаю. Я был настолько не в себе, что даже такое простое сочувствие меня глубоко тронуло. Потопал внутрь, вспомнил про недоеденную пиццу, доел ее с горячим чаем. Вышел на улицу к шлагбауму. Из проезжавшей машины меня окликнули. Это был Ванька, мой одноклассник и сосед по поселку. Поздоровались, он позвал меня к себе. - Что, домой на каникулы вернулся? - Вернулся. На каникулы. А Галя сказала, что это теперь ее дом, а не мой. А я могу катиться, куда хочу. - Да стерва она. Мать моя ее терпеть не может. Даже не здороваются. Щас родители вернутся, попрошу их, чтобы у нас тебя на каникулы оставить. Они рады будут. На лыжах будем кататься, музычку послушаем. Вот увидишь, у меня на чердаке почти что студия оборудована. Так и вышло. Вера Алексеевна, Ванькина мать, даже обрадовалась. Видимо, считала, что так удастся насолить неприятной соседке. Так что я полторы недели жил у соседей, гуляли с Ванькой по лесу, катались на лыжах, я немного успокоился. Пару раз видели Галю, но она отвернулась в другую сторону, типа, не заметила меня. Приходил отец. Я к нему не вышел. С ним разговаривал Ванькин папаша, в итоге проводил с крыльца. Я его потом ни о чем не спросил.  Ваньке  я о себе все рассказать не мог, как бы хорошо к нему не относился. Если бы он узнал про Сашу, то есть  Александра Арсеновича, я думаю, что не то, что сочувствия я бы не дождался, а погнал он меня бы хуже Гали из своего дома. От этого было немного грустно.  Так что поехал в Питер  пораньше устраивать себя с жильем и на работу. Город, как обычно, встретил меня слякотью и смогом. Тоскища же. Так навалилась она на меня. Созвонился с Гошаном. Этот оборотистый воротила, оказывается, сразу же, как я съехал, сдал мое койко-место одному поцу из студентов, исправно получая плату и с меня. -Да ниче, поночуешь в соседней комнате на месте Вована, он пока не вернулся. А там и общежитие, глядишь, дадут. Делать нечего, пошел забрал свое постельное со своего бывшего места, нечего тут пользоваться чужим, постелил на койку Вована. Гошке сказал, что ищу место официанта где-нибудь поблизости. Гошан про мою прежнюю работу спрашивать не стал. Сбегал куда-то, привел еще одного студента с нашего потока, сказал, что он трудится в кафе-кондитерской неподалеку и ему нужен сменщик. Денег платят немного, но, вроде, не обманывают. Чаевые весьма фиговые, но пока без выбора. Хозяин - армянин лет 50-ти, часто покрикивает на работников, но системы штрафов у него нет. Договорились завтра с утра идти в кафе.