Перелив

      - Пациент скорее жив, чем мертв… - задумчиво произнес парень в фартуке. Это был один из продавцов в крупном цветочном магазинчике близ центра города. Долговязый парень с ярко красной шевелюрой. Это был его родной цвет, но окружающие были уверены, что волосы он подкрашивает. При том многим, даже после попыток убедить их в обратном, хватало наглости интересоваться, каким средством он пользуется. Устав каждый раз что-то доказывать, парень начал просто называть в ответ случайные слова на латыни. Возможно, где-то теперь в мире бегает человек в поисках краски «Omphalo». Остается лишь пожелать удачи. В данный момент продавец стоял на складе, считая, что с тяжелой ношей прибывания за прилавком справится его коллега. Сейчас его волновало нечто иное.       Пик обернулся на голос. Секундой ранее он стоял, задумчиво вглядываясь в коробки с рассадой, которые нужно было перенести… Куда-то. Он забыл, но уточнять не позволяла ни совесть, ни какая-никакая конспирация.       От кого он скрывался? Вернее всего сказать, что от себя прошлого. От мудака, который в качестве стратегии проявления чувств выбрал дергать свою музу за косички. Правда косичек у музы не наблюдалось, только алые удивительно твердые патлы. Но будучи достаточно половозрелым мудаком (и из-за отсутствия косичек у объекта обожания), Пик просто ругался с продавцом, бил горшки, а в какой-то момент на пару с приятелем закидал лавку яйцами, как весьма взрослый романтик. К сожалению, подобный метод оказался… Не слишком действенным. Продавец его ненавидел. Совсем. Не переносил. А еще внезапно выяснилось, что второй продавец, гиперэмоциональный блондинчик, был старым знакомым Пика. Феликс, так его звали, был ранее уволен из пункта выдачи, ммм… Скажем, не без содействия Пика. Так что все в этой лавке ему были абсолютно не рады       Поэтому в голове героя любовника возник новый план по завоеванию сердца, устроиться в цветочный магазинчик доставщиком. Что делать дальше, Пик пока не придумал, но самое важное сделать первый шаг, остальное приложится. Да и быть рядом со своей музой, тихо мелькая на периферии, при том не раздражая его - уже победа. Главной частью авантюры, была полная смена личности и внешности. Марлевая повязка, кепка и кофта с длинным воротником. Оставалось только поменьше открывать свой рот, чтобы его не узнали по голосу. В этом и была главная загвоздка, мысли о работе постоянно вытеснялись мыслями о Данте (да, это было имя его музы). Мысль о его тихом голосе, о спокойном нраве, об алых волосах, о сильных руках. Его лицо, его характер, его ладони, его имя. Все впивалось в память, не давая думать о другом. И сейчас, услышав тихий обрывок фразы, Пик уже не мог думать ни о чем ином. Коробки? Рассада? Да сдалась ему эта дрянь, он здесь не ради зелени.       Парень пошел вглубь складского помещения, гигантские стеллажи с горшками, удобрениями и цветами делали это место сродни лабиринту минотавра. Его обувь мерно стучала о бетонный пол. Его сердце бешено стучало в груди. Тук-тук, и вот он рядом. Пик завернул за очередную груду удобрений и увидел его. Данте стоял с цветком в руках, задумчиво впившись в него глазами, словно не замечая мира вокруг. Делал он так часто и мог впасть в легкий транс даже стоя за кассой. Это было очаровательно. Его длинные мозолистые пальцы нежно держали горшок. Это было еще очаровательнее. Пик на мгновение забыл, как дышать. Но Данте, ничего не замечая, продолжал смотреть на цветок, тихо шепча себе что-то под нос.       Подавать голос Пик не хотел, поэтому легко тронул продавца за плечо, обозначая свое присутствие. Данте расслабленно обернулся, вернувшись в реальность, словно зная, кто ждет его за спиной:       - О, это ты? Напугал-напугал. Я тут цветочек собираюсь реанимировать, думаю вот, как подступиться, - он приблизил горшок к лицу Пика.       С трудом оторвавшись от созерцания аккуратно подстриженных ногтей, парень вгляделся в протянутый цветок. Даже его минимальных знаний в области биологии хватало, чтобы понять, что это нечто в горшке уже одной ногой в земле. Или корнем. Можно ли было вообще говорить так про растения, если они всегда в почве? Пик не знал. Потому было принято дипломатическое решение заинтересованно наклонить голову, всем видом спрашивая: «Что же случилось с ранее зеленым бедолагой?»       - Перелили. Помнишь парня в очках с седыми волосами? Заходил сегодня, - конечно Пик помнил, он помнил каждого с кем Данте болтал больше положенного, положенное измерялась такими факторами как скорость ветра, время суток, тон по календарю Майя и еще 3 секретными, о которых читателю знать не обязательно. – Он поливал эту кроху раз в 2 недели и вот результат. Надо спасать, как можно скорее.       - Раз в 2 – часто? – Парень не смог сдержать удивления, и оттого тихо прошептал возникший вопрос хрипловатым голосом.       - Для него да. С любовью надо все-таки аккуратнее, это вещь тонкая, - Данте внимательно посмотрел на собеседника.       У Пика перехватило дыхание. Для него разговоры о любви, еще и с любимым человеком, казались крайне неловкими:       - С любовью?       - Мне нравится думать, что любой уход за растением – это проявление любви, - немного смутился продавец. – И каждому ведь своя любовь нужна. Большая или маленькая, часто проявляемая или редкая, с подарками в виде удобрений или просто. Индивидуальный подход нужен, конечно, а тут человек неправильно любил, не так как надо, чтоб бутоны расцвели. И навредил вот.       - А что делать если перелил? – Пик внимательно вгляделся в лицо Данте, стараясь уловить каждое слово, что он скажет.       - Обрезать сгнившие корни, пересадить в свежую почву и с того момента аккуратно поливать, не больше, чем нужно. На самом деле многие выбрасывают цветы в таком состоянии. Но я скажу тебе, что по-настоящему глупость счесть ее трупом и сдаться, пульса так и не нащупав. Образно, конечно. Поможешь?       - Конечно.       Пересадка растения оказалась занятием сложным и муторным, но кого это останавливало. Под чутким руководством Данте они быстро продвигались по намеченному плану, с каждой минутой все лучше синхронизируясь друг с другом. Подстроиться под чужой темп не просто, но Пик был максимально сосредоточен. Он давал Данте вести эту партию, потихоньку перенимая его размеренные спокойные движения. Реанимировать залитое растение никогда не было чем-то простым. Но сейчас Пик ощущал, что готов сделать все правильно. Под ногти забивалась грязь, новая земля комьями падала в горшок, скрывая оголенные посвежевшие корни. Этот цветок теперь точно будет любим правильно.