Между разрядами

      После пар они ввалились в общежитие так, будто прошёл не учебный день, а небольшой квест на выживание. — До-о-ом… — протянул Чонин и драматично рухнул на кровать, раскинув руки, как морская звезда. — Я тоже выжат, — вздохнул Хан, стягивая рюкзак и бросая его в угол. Рюкзак упал с таким звуком, будто в нём носили кирпичи.       Чонин повернул голову с подушки и прищурился: — Ну что-о… начинаем ужастики на ночь? — Йен, — лениво отозвался Хёнджин, — мы не в летнем лагере.       И после усмехнулся, наблюдая, как Чонин возмущённо приподнимается на локтях. — Во-первых, это традиция, — заявил Чонин. — Во-вторых, ты всё равно потом будешь орать громче всех.       Хван фыркнул. — Я? Орать? Максимум… слегка повышу голос от неожиданности. — А-ага, — протянул Чонин. — Как в прошлый раз, когда ты «слегка повысил голос» и разбудил половину этажа.       В комнате на секунду повисла тишина. — Давайте сегодня просто спать. Отбой, — устало сказал Хёнджин, падая на кровать и закрывая глаза.       Чонин недовольно скривился. — Фу, какой ты скучный. — Зато буду выспавшимся, — спокойно ответил Хёнджин.       Йен фыркнул и скрестил руки. — Я бы всё равно нормально встал.       Хёнджин тихо хмыкнул. — Йен, ты по утрам не встаёшь. Ты… постепенно возвращаешься к жизни. — Нормально я встаю! — Ага, — протянул Хёнджин. — В прошлый раз я тебя будил так долго, что успел: умыться, одеться, сделать кофе, вернуться… а ты всё ещё спал в той же позе.       Чонин возмущённо приподнялся. — Это была глубокая фаза сна! — Это была глубокая фаза Чонина, — невозмутимо поправил Хёнджин.       Он повернул голову и добавил с ленивой улыбкой: — Честно, иногда мне кажется, если начнётся апокалипсис, ты просто перевернёшься на другой бок и скажешь: «ещё пять минут».       Чонин швырнул в него подушку. — Неправда! — Вот видишь, — рассмеялся Хёнджин. — Значит, силы у тебя есть. Спать.       Хан тихо улыбнулся, наблюдая за друзьями.       Когда все наконец разошлись по кроватям, комната быстро погрузилась в привычную вечернюю тишину общежития. Только мягкий свет экранов освещал лица – парни лениво листали что-то в телефонах, иногда тихо фыркая или вздыхая.       Но Джисон не смотрел телефон. Мысли снова и снова возвращались к сегодняшнему дню. К тем странным моментам, которые вроде бы ничего особенного не значили… но почему-то застряли у него в голове.       Это одновременно и пугало, и странно притягивало. Он нахмурился, уставившись в потолок, словно там можно было найти ответ.       Рассказать друзьям? Нет… пока не хотелось.       Пусть это останется только в его голове – хотя бы на одну ночь. — Джи-и… — тихо протянул Чонин из темноты. — М? — откликнулся Джисон, не открывая глаз. — Ты спишь? — Уже нет.       Пару секунд было тихо, будто Чонин собирался с мыслями. — Пойдём поедим.       Джисон приоткрыл один глаз. — Сейчас? — Да. Я есть хочу.       С соседней кровати тут же раздался недовольный голос Хёнджина: — Йен… — Что? — невинно отозвался Чонин. — Я голодный. Хочу токпокки.       Повисла короткая пауза. — На часах двенадцать ночи, — медленно произнёс Хёнджин. — Какие ещё, к чёрту, токпокки?       Чонин тихо фыркнул в темноте. — Ночные. Самые вкусные.       Джисон тихо хмыкнул, уже понимая, что этой ночью поспать нормально у них, кажется, не получится. — Вот видишь, Джи, — сказал Хёнджин, покачивая головой, — когда я говорил, что Ёджи не видела Чонина перед сном, я именно это имел в виду. — Понимаю… — Джисон тихо вздохнул, глядя в потолок. — Терпи до утра, Йен. — Да ну… я есть хочу! — Чонин фыркнул, приподнимаясь на локтях. — Охранник дежурит, — лениво напомнил Хёнджин. — Не знаешь, что у нас запрет на вход и выход? — Да ну ёмаё… — Чонин сделал вид, что готовит побег через окно. — И как же я теперь с этим жить?! — Выживешь, — усмехнулся Хёнджин. — Если только ночью токпокки не объявят вне закона.       Чонин тихо фыркнул, но выглядел не менее голодным. — Надо придумать какую-нибудь ночную стратегию.       Хёнджин лишь лениво закатил глаза: — Великий ночной стратег Ян Чонин. Спокойной ночи, генерал. — Спокойной… — тихо пробормотал Чонин.       В комнате наконец стало тихо. Разговоры стихли, экраны телефонов погасли, и вскоре парни один за другим уснули.       Утром Джисон мирно спал, уткнувшись лицом в подушку, пока сквозь сон до него не донёсся чей-то панический голос: — Джи-и! Подъём! Мы проспали!       Он едва заметно нахмурился и медленно открыл один глаз.       Над кроватью уже нависал взволнованный Хёнджин. — Мне бы твоё спокойствие, — пробормотал он, размахивая руками. — Вставай!       Джисон сонно моргнул. — Мм… сколько времени?.. — Слишком много! — драматично заявил Хван. — Я уже прошёл все стадии: отрицание, панику и попытку найти кнопку «отменить утро».       Джисон устало потер лицо и сел на кровати. — Встаю… — пробормотал Джисон, даже не двигаясь с места. — Йен, подъём! Живо! Джи, помоги мне его разбудить! Или с нас пять шкур снимут!       С соседней кровати послышалось сонное бурчание Чонина: — Нет у тебя столько… — Вставай! Эй! — Или мне придётся прибегнуть к крайним мерам! — пригрозил Хёнджин. — Да не ори ты… — недовольно протянул Чонин, прижимая подушку к голове. — Ты уже весь этаж разбудил. — Отлично, — фыркнул Хёнджин. — Осталось только вас двоих. — Если мы реально проспали… — сонно пробормотал Джисон, — я просто притворюсь больным. — Поздно, — усмехнулся Хёнджин. — Больных я тоже поднимаю.       Чонин что-то невнятно буркнул в подушку: — Я начинаю понимать, почему люди боятся утра… — Парни, ну ёмаё, подъём! — Ляг ты спать, — пробормотал Чонин. — Придём ко второй паре. — Нет!       Хёнджин резко сдёрнул с него одеяло. — Подъём, говорю! — Эй! — возмутился Чонин, резко садясь. — Это нарушение прав сонного человека!       Джисон, всё ещё щурясь от света, лениво посмотрел на них. — Вы каждое утро так драматично живёте? — Нет, — вздохнул Хёнджин. — Только когда пытаюсь разбудить Чонина. Но теперь ещё и тебя. Чувствую, каждое утро будет отдельной миссией…       Джисон лишь тихо фыркнул и всё-таки поднялся с кровати. Через несколько минут он уже одевался, машинально приводя себя в порядок. Утренняя рутина прошла почти на автопилоте: умыться, собрать рюкзак, проверить, всё ли на месте.       Чонин тоже нехотя выбрался из кровати, всё ещё зевая и время от времени проводя рукой по растрёпанным волосам, будто надеялся, что так проснётся быстрее.       Через некоторое время парни уже выходили из комнаты. Сонные, немного помятые, они лениво поплелись на пару, переглядываясь так, будто каждый из них всё ещё мысленно оставался в своей тёплой кровати.