Отражение

У Дейрона сложный период... В прочем, так можно сказать про всю его жизнь... После смерти матери, примерно с восьмилетнего возраста он видит вещие сны, кошмары, в которых все члены его семьи гибнут всевозможными способами. Сейчас ему восемнадцать и... ничего не изменилось. Из-за проблем со сном начались проблемы с учёбой и восприятием себя в этом грёбаном мире в целом. На зло отцу Дейрон почти не появляется дома, предпочитая шляться по барам в надежде забыться и вернуть себе подобие спокойствия. Он знает, что отец презирает и ненавидит его за это, однако нормальным быть он просто не способен. Это даже смешно. Он пытался быть правильным, пытался соответствовать положению своей семьи, до определённого момента взваливая на себя заботу о младших братьях, но это привело лишь к «Ты только и способен, что быть нянькой, возьмись уже за голову!» За голову, которая постоянно раскалывается, взяться не так уж просто, чтоб вы знали. Хоть он иногда и хочет выдрать себе все волосы, чтобы быть хоть немного похожим на брата с его короткой золотисто-серебристой шевелюрой... Маленький Эйгон всегда останавливает его, если застаёт за этим занятием. Садится рядом, привалившись к худому плечу брата с тихим «Не надо...». Дейрон роняет голову на грудь и хрипло смеётся, в надежде, что мальчишка не заметит его глаза, покрасневшие не только от выпитого... Он ошибается. Эгг - единственный, кто видит и понимает, что происходит, но он слишком мал, чтобы вступаться за старшего брата перед отцом или Эйрионом. К тому же, Дейрон не хотел бы, чтобы мелкому досталось из-за него. Возможно, он хотел бы просто исчезнуть. Сделать так, чтобы его не существовало вовсе. В конце-концов, он никогда не сможет быть "идеальным", таким, каким хотел бы видеть его Мейкар. Эти мысли приходят ему в голову на ночной автостраде. Голова слегка кружится, перед глазами марево, но он вполне осознанно вдавливает в пол педаль газа, отстранённо наблюдая, как стрелка спидометра увеличивает значения. И попросту не замечает, как его сносит на встечку. Водитель, вылетевший из-за поворота успевает вовремя среагировать, столкновение происходит по касательной, однако машина Дейрона с грохотом влетает в отбойник. Звон в ушах, кровь на левом виске и какой-то надрывный истерический смех. А мог ведь сдохнуть... Он не сразу понимает, что одна из его ног оказывается зажатой под деформированной приборной панелью. Боль приходит позже, как и осознание того, что кто-то вызвал ментов и скорую. Кажется, он теряет сознание. Оно возвращается спустя ещё какое-то время, под монотонный писк приборов, считывающих жизненные показатели. Он в пустой темной больничной палате. Голова гудит сильнее обычного и Дейрон с трудом собирает в памяти обрывки произошедшего. Бар, стриптизерша, назвавшая его "милый", пара десятков более правдивых прозвищ, пронёсшихся у него в голове в эту минуту, отчётливое желание сбежать прочь, холодная улица, скорость, визг тормозов... Он с усилием поднимает руку, обнаруживая в ней катетер от капельницы и глухо усмехается. Пусть он не умер в аварии, но дома его ждёт ситуация куда хуже... Вполне возможно отец лично прикончит свое чадо, как только вспомнит о его существовании или прикажет Эйриону "преподать ему урок", от которого непутёвый наследник семьи будет отходить не меньше недели... «Эгг будет переживать...» Из размышлений его вырывает слишком отчётливый скрип дверной ручки. «К вам посетитель...» лепечет молоденькая медсестра, пропуская вперёд чью-то массивную фигуру. Лицо Дейрон с похмелья не различает, но этот тяжёлый разочарованный вздох он узнаёт сразу. Отец. Ну, сейчас начнется пекло... Он натягивает на лицо кривую улыбку, говорящую «Как же я "рад" тебя видеть», заплывший от удара глаз автоматически сощуривается, размывая происходящее. Как жалко всё это, должно быть, сейчас выглядит. — Какого дьявола ты устроил? – тон Мейкара звучит оплеухой, и Дейрон даже на секунду удивляется, что не чувствует этого физически. — Был план избавить тебя от части проблем... - и без того хриплый голос на мгновение срывается, проявляя на лице почти покорность, — Как видишь, не вышло... Мейкар тяжело опускается на прикроватный стул, желая ослепнуть. Дейрон выглядит плохо, и на какое-то время будет точно обречён на хромоту, став почти калекой. — За что мне всё это?.. – выдыхает седобородый мужчина, на что слышит ироничное «А мне?». Руки сами собой сжимаются в кулаки. Дейрон предпочёл бы получить удар в челюсть, чтобы окончательно отключиться и не слышать весь этот бесполезный диалог, но отец с силой удерживает себя от нанесения ему ещё одной травмы. Даже странно. — Я мог... Мог потерять тебя, черт возьми! – на этот раз шёпот, вырывающийся сквозь стиснутые зубы. — Ты об этом подумал?! О том, что твоя мать... – он обрывает себя, не договорив. — Не ты один её потерял. Мы все. – Дейрон хочет, чтобы дрожь в его речи не проявлялась, однако сейчас это сложно. Он отворачивает голову к окну. — Не пытайся убедить меня в том, что я нужен тебе также сильно, как она. Ты сам говорил, что я – её копия, но с противоположной стороны. Я разрушил всё то, что ты о ней помнишь, я не такой... Будь твоя воля, ты отказался бы от меня... Я слишком... отличаюсь. Тяжёлая тёплая ладонь, накрывает его собственную, тонкую, не имеющую ничего общего с мужественностью, заставив вздрогнуть. — Дейрон... Он зажмуривается, чувствуя, как что-то колючее подкатывает к горлу и к уголкам глаз. — Ты – мой сын. И ее... Он чувствует себя маленьким и беспомощным, чувствует стыд, будто его застали за чем-то непотребным. И вместе с этим почему-то ощущает не только физическое тепло от ладони отца, но и то, что тихо разливается в солнечном сплетении, выходя наружу переизбытком соли. Он медленно поворачивает голову. — Я хотел умереть... – сдавленный шёпот. — Думал, так будет легче... всем. Мейкар осторожно убирает несколько пшеничных прядей с разбитого виска и Дейрон видит отражение своей боли в его глазах. — Часть своего сердца я уже потерял и не смог бы вынести, если бы утратил ту, что так похожа на нее…