Сердце на паузе

Запах эдельвейсов В кабинете командующего царил полумрак, разбавляемый лишь светом настольной лампы. Воздух казался тяжелым, но для стоящего по стойке смирно офицера он был слаще нектара. Это был воздух родины. — Командир, капитан Ким Тэхён. Бомбы обезврежены, отряд вернулся целым, — отчеканил Тэхён. Его голос был хриплым от песка и криков, форма покрыта пылью чужой страны, но спина оставалась безупречно прямой. Генерал, суровый мужчина с седыми висками, поднял на него глаза и позволил себе скупую улыбку. — Молодец, Тэхён. Отличная работа. Так как ты выполнил это адское задание раньше времени и без потерь... тебе полагается неделя увольнительных. С этой секунды. Внутри Тэхёна словно взорвалась сверхновая. Неделя. Семь дней свободы в одном городе с ней. В этот момент суровый капитан спецназа был настолько счастлив, что, кажется, мог бы перепрыгнуть через стол и расцеловать старого командира. Эмоции били через край, но многолетняя дисциплина взяла верх. Он сдержал порыв, лишь его кадык дернулся, когда он сглотнул. Он отдал честь так четко, что воздух разрезал свист. — Капитан Ким Тэхён, приказ будет выполнен! Вырвавшись с базы, он первым делом направился домой. Его просторная, стильная и невероятно уютная квартира в центре Сеула пустовала долгие месяцы. Тэхён бросил сумку у порога и сразу направился в душ. Горячая вода смывала с него грязь, пот и кровь Ирана, смывала запах пороха и страха. Выйдя из ванной, он чувствовал себя заново рожденным. Он открыл гардеробную. Никакого камуфляжа. Тэхён выбрал светлые бежевые штаны, белоснежную рубашку, небрежно оставив верхние пуговицы расстегнутыми, чтобы было видно крепкие ключицы, и удобные белые кроссовки. Сверху он накинул черную кожаную куртку, которая идеально подчеркивала его широкие плечи. Последний штрих — темные солнцезащитные очки, скрывающие уставшие, но горящие предвкушением глаза. Спустившись на подземную парковку, он сел в свой массивный черный «Гелендваген». Завел мощный мотор, звук которого гулким эхом отразился от стен. Тэхён замер перед экраном навигатора. Он не знал, где её искать. Он вбил адрес её развлекательного агентства, который нашел в интернете. Но сама судьба, казалось, устала проверять их на прочность и решила подтолкнуть друг к другу. Перед тем как тронуться с места, Тэхён достал телефон и открыл её социальные сети. Новый пост, опубликованный совсем недавно. Фотография из уютного кафе: чашка капучино, нетронутый круассан, наушники и открытая книга. Тэхён увеличил снимок. Его острый взгляд сразу уловил деталь: она не читала. Её взгляд был направлен куда-то поверх страниц. Он узнал интерьер заведения. Это было тихое кафе в престижном районе. Тэхён стер адрес агентства и быстро вбил новые координаты. Гелендваген с рычанием сорвался с места. В самом кафе обстановка была специфичной. За столиками сидели около шести девушек и десятка мужчин. Персонал заведения бесшумно протирал столы. Все эти люди отчаянно делали вид, что они просто обычные посетители — пили кофе, листали журналы, смотрели в ноутбуки. Но на самом деле каждый из них был фанатом Джиён, и все они украдкой, боясь спугнуть, наблюдали за «Любовью нации», сидящей у окна. Джиён действительно не читала. В её наушниках тихо играла музыка, а глаза безотрывно смотрели на глянцевую карточку, спрятанную между страницами книги. Их совместное фото. За эти три месяца она изучила на нем каждый пиксель. Колокольчик на входной двери мелодично звякнул. Дверь открылась, и в кафе вошел мужчина. В ту же секунду атмосфера в зале изменилась. Девушки за соседними столиками синхронно ахнули. Кто-то прикрыл рот рукой. Мужчина в кожанке, светлых штанах и темных очках, с расстегнутым воротом рубашки выглядел так, словно только что сошел с обложки журнала GQ. В руках он держал небольшой, изящный букет свежих белых эдельвейсов. — Что за красавчик... — прошептала одна из фанаток, забыв о конспирации. — Это актер? Айдол? Почему я его не знаю? — тут же зашептались другие. Послышались тихие щелчки камер смартфонов. Даже парни в кафе замерли, шокированные его ошеломляющей мужской харизмой и уверенностью. От него исходила аура настоящей знаменитости — недосягаемой и опасной. Тэхён не обращал внимания на направленные на него объективы. Он снял темные очки, и его взгляд мгновенно нашел её. Он пересек зал уверенным, плавным шагом хищника и остановился прямо у её столика. Он посмотрел на неё сверху вниз. Его глаза смягчились. Как он и думал: она не читала книгу. Она смотрела на их общую фотографию, спрятанную от чужих глаз. Джиён еще ничего не видела, погруженная в музыку, но её чувства обострились. Внезапно сквозь аромат свежей выпечки и кофе пробился другой запах. Знакомый до дрожи. Запах чистоты, дорогого сандала и едва уловимых ноток кожи. Запах Тэхёна. Её сердце пропустило удар. Она медленно подняла голову. Их взгляды встретились. Время в кафе остановилось. Весь мир сузился до размеров этого маленького столика. Джиён встала. Наушники соскользнули с её ушей. Она не сказала ни слова, не закричала, не заплакала. На её лице расцвела самая красивая, самая искренняя и нежная улыбка, которую когда-либо видели объективы камер. Улыбка женщины, которая дождалась. Тэхён молча протянул ей цветы. Эдельвейсы — символ мужества и верности. Джиён приняла букет свободной рукой, а второй — сама потянулась к нему. Тэхён крепко переплел свои пальцы с её. Он бросил на застывших вокруг людей короткий, предупреждающий взгляд, от которого у нескольких парней по спине пробежал холодок, и мягко потянул Джиён за собой. Они вышли из кафе, оставив позади шокированную публику, перешептывания и щелкающие камеры. На улице их ждал блестящий на солнце черный Гелендваген. Тэхён открыл перед ней пассажирскую дверь, и как только она села, обошел машину и сел за руль. Мотор взревел, унося их прочь от чужих взглядов, навстречу их собственной, заслуженной вечности.