Сигаретный дуэт

Майский закат догорал над городом медленно, нехотя, словно тоже не хотел уходить. Солнце садилось где-то за школьным стадионом. Мы стояли на балконе и смотрели, как оно уходит. Небо над крышами было странного цвета — будто кто-то разлил апельсиновый сок и забыл вытереть. Края у этого пятна темнели, становились синими, почти чёрными. Капитан облокотился на перила балкона и смотрел, как последние лучи золотят верхушки дальних домов. Небо было живым. Оно дышало. У самого горизонта оно горело густым, почти осязаемым оранжевым, выше переходило в нежную розовую дымку, а ещё выше, прямо над их головами, уже наливалось глубокой, холодной синевой. Ему казалось, что это небо—как его душа. Тоже разорванная на части. Там, в глубине,— холод и пустота одиночества. Ближе к поверхности — тёплые воспоминания о матери, о том единственном дне, когда Бан вступился за него. А на самой поверхности, там, где ещё горит свет, — этот вечер. Этот балкон. Этот человек рядом. Бан стоял вполоборота, и закатное солнце чертило огненный контур на его профиле, делая его почти нереальным. Капитан смотрел на эту золотую линию—от виска до подбородка—и чувствовал, как в груди разливается что-то тёплое и горькое одновременно. —О чём задумался?—голос Бана вырвал его из оцепенения. Капитан отвернулся, пряча глаза. —Так. О небе. Бан хмыкнул и, затянувшись, выпустил дым в сторону заката. Сизое облачко на мгновение смешалось с розовым, и Капитану вдруг отчаянно захотелось быть этим дымом— чтобы смешаться, раствориться, стать частью этого человека и этого вечера навсегда. —Не верится что закончили школу...—Прервал тишину Бан и выбросил окурок вниз.—Остались только экзамены и документы в техникум. —Мне ещё два года торчать.—Безэмоционально произнес капитан. Бан цыкнул но промолчал. Ему не хотелось уходить во взрослую жизнь одним, хотя держать связь с капитаном и другими своими друзьями он будет, так ведь? В груди у парня что-то сжалось. Возраст — смешная штука, вы не находите? Ты становишься умнее. Красивее. И внутри становится тихо. Будто кто-то выключил радио, которое играло все детство и теряешь свое внутреннее "Я". Или не теряешь. Только не давно ты пошел в детский сад, а сейчас заканчиваешь школу. И дальше тебя ждёт взрослая жизнь. Но чем старше ты становишься тем труднее ты себя осознаешь, не понимаешь что хочешь от жизни, и что хочешь от самого себя. Капитан заметил это начала с 9 класса, на литературе когда он отвечал на поставленный вопрос, вернее мямлил, язык путался. Мысли внутри бежали быстро-быстро, а язык молчал. Или наоборот. Он говорил быстро не думая, а потом гадал зачем так говорил если в голове было другое. Он уже не понимал, что из них настоящий. Порой складывалось ощущение, что тело даёт сбой и оно разделено на две части, которые играют между собой догонялки вокруг столба, и не как не могут соединится А так же он начал замечать странности в характере, когда взаимодействовал с баном со своим единственным другом. Почему единственным? Ну, сам он из высшего общества, прилично одет, деньги есть всегда, умён, харизматичен. Но душный зануда, который не каждый стерпит или поймет. Из за этого и начались неприятности в классе. Он перевелся в начале 7 класса, он сразу понравился учителям и не понравился одноклассником. Он почти не с кем не взаимодейстовал, открыто говорил свою точку зрения с острыми углами не боясь обидеть другого. И когда его обижали он не как не отвечал тем же. Но Бан, он был другой. Тогда он был просто «ботаником с параллельного», «высшим общим» в очках, который слишком хорошо учился и слишком тихо отвечал на грубость. Отец тогда еще не стал просто строгим, он стал невыносимым после смерти матери. Капитан приходил в школу, как на каторгу, стирая синяки длинными рукавами пиджака. В тот день его зажали в углу за спортзалом. Двое старшеклассников требовали деньги, которых у него не было. Он не кричал — он давно разучился кричать. Просто сжался, готовясь к удару. Удар не пришелся. Кто-то с силой отшвырнул одного из обидчиков. Капитан поднял глаза и увидел пацана со взлохмаченными волосами и злыми, но какими-то светлыми глазами. Бан. Он тогда учился с ним в одной параллели, но они никогда не пересекались. —Вы охренели? — голос Бана был резким.— Это мой кореш. Валите отсюда. «Кореш». Они даже знакомы не были. Но Бан стоял намертво, и старшаки, сплюнув, ушли. Капитан тогда хотел что-то сказать, поблагодарить, но Бан лишь хлопнул его по плечу, поморщившись, увидев синяк на его руке. —Забей. Они козлы. Пойдем, у меня есть сигареты.

После этого и началось их дружба.

Капитан часто думал: что Бан нашёл в нём? Капитан был из тех людей, которые не умеют молчать, когда другие говорят глупости. Из-за этого его не любили в классе. Когда его били, он не отвечал. Просто ждал, когда закончится. А Бан в седьмом классе подошёл и сказал: "Это мой кореш". Просто так. Хотя они даже знакомы не были. И часто думал что Бан нашел в нем, но ответа на вопроса не было. Но оно к лучшему, ведь он теперь не один. Но раз держался вместе значит есть за что. Он заметил что начал рядом с ним улыбатется и терпел его тактильность, его присутствие не раздражало. И рядом с ним на душе было тепло и спокойно чем одному или дома. Он был из тех людей которые были рядом не смотря ни на что, и Капитан ценил в нем. Тот всегда его защищал, поздравлял с праздниками даже на день рождения он пришел и подарил подарок! Кеп задумался не той ли он ориентации? Открыв ноутбук и нашёл видео на одном черно-оранжевом сайте. Потом прочитал несколько яой манг. Это было красиво, грустно и совсем не про него. Значит, дело не в этом. Тогда почему, когда Бан говорит о Вики, внутри что-то сжимается? Почему хочется, чтобы он говорил о чём-то другом? О чём угодно. О погоде. О музыке. О том, как медленно тлеет сигарета на этом холодном балконе. У него были чувства к другой девушке, эта была Роза и паралелли, и она кстати тоже заканчивает высшее образование как и он, по этому может они будут в одном классе. Он не говорил ей о своих чувствах, он вообще не когда не говорил что у него на душе, но Бан он...он будто чувствовал все это. И в конце концов он рассказал что испытывает. Тот конечно пошутил, дал пару совет как привлечь девушку к себе, капитана на тот момент фыркнул и закатил глаза но сдержать улыбки он не смог.

***

Перед тем как Бан заговорить, должна быть пауза. Они только что смотрели на закат, молчали. Эта тишина "звенит", потому что оба думают об одном и том же, но боятся начать. Закат почти догорел. Осталась только тонкая оранжевая полоска на горизонте, как последний вздох уходящего дня. Бан молчал так долго, что Капитан уже начал привыкать к этому тягучему, почти осязаемому спокойствию. Воздух пах весной и сигаретами. Где-то внизу лаяла собака. —Ты волнуешься?—вдруг спросил Бан. Капитан вздрогнул от неожиданности. —Ты о чём? Бан сжал губы в тоненькую линию. Он смотрел куда-то вдаль, на эту умирающую полоску света, и, казалось, подбирал слова. Это было на него не похоже. Бан никогда не подбирал слова. Он просто говорил. —Ну..—он облокотился на перила балкона, перенося вес на локти. —То, что ты будешь один без меня. А я без тебя... Он не знал, как продолжить. Мысли путались. Как объяснить Капитану, что за два с половиной года тот стал чем-то большим, чем просто друг? Как сказать, что без его вечного ворчания и занудных лекций мир станет тише и пустее? Бан не умел говорить красиво. Он парень простой, из обычной семьи, обычная жизнь. Но рядом с другом она становится чуточку лучше, и вот когда его не будет рядом в колледже... —Боишься, что я забуду тебя и мы не будем держать контакт?— догадался Капитан. Бан резко повернул голову и посмотрел на него. —Ну... да,—выдохнул он.—Глупо, да? Мы же не в детском саду. Будет институт, работа, своя жизнь. А я стою тут и переживаю, как девчонка на первом свидании. Капитан молчал. Он смотрел на Бана и видел то, что обычно прятал глубоко внутри: страх. Тот самый страх, который жил в нём самом каждую ночь. Страх остаться одному в той холодной, правильной жизни, которую для него выстроил отец. —Не глупо, — тихо сказал он. Бан удивлённо поднял бровь. — Правда? Капитан пожал плечами, пряча глаза. Сердце колотилось где-то в горле. — Я тоже... думал об этом. — Слова давались тяжело, будто он перетаскивал камни. — Что будет, когда всё это кончится. —Но мы же будем держать связь!?-Через чур громко воскликнул бан и сразу заткнулся. —Конечно, на этом жизнь не заканчивается.-Капитан пожал руками.-Ты так переживаешь, будто тебя в армию собирают.-Он издал смешок. Бан фыркнул но после тоже издал тихий смешок. —Ага, конечно. Выплюнь!—Бан слегка ударил того в плечо. —Ладно,—Бан резко выдохнул и хлопнул ладонями по перилам.— Что-то мы раскисли. Прямо как в женском романе. Он полез в пачку за новой сигаретой, протянул Капитану. —На, закуривай. Девица наша. Капитан фыркнул, но сигарету взял. Пальцы дрожали, когда он подносил зажигалку. Бан, кажется, не заметил. Или сделал вид, что не заметил. Дым поплыл в темноту, смешиваясь с майской прохладой. —Завтра в это же время?—Спросил Бан. —Ага. —Ну и отлично. Они курили молча, и в этом молчании было обещание. Обещание, что этот "завтра" будет ещё не раз. Что они будут держаться. Что бояться — нормально. Что они есть друг у друга. Хотя бы сегодня. Хотя бы на этом балконе.