Teenwolf – Волчонок

Вечерний воздух был прохладным и влажным, пахло приближающейся осенью и прелой листвой. Джисон быстрым шагом направился в сторону супермаркета, стараясь не думать о том, что делает. Встреча с Вонхо — это безумие. Он знал это. Знал, что должен был рассказать Минхо, Чане, хоть кому-то. Но что-то удерживало его. Любопытство. Жгучее, почти болезненное любопытство, которое пересиливало даже инстинкт самосохранения. Он пересёк парковку у супермаркета, освещённую холодным светом фонарей, и нашёл начало тропинки — узкую, едва заметную полоску утоптанной земли, уходящую в лес. Сделал шаг, другой, и городской шум начал стихать, сменяясь лесной тишиной. Джисон не замечал, что за ним следят. В сотне метров позади, сливаясь с тенями деревьев, двигалась фигура. Чхве Сан. Силач из стаи Хонджуна, гора мышц с холодными жёлтыми глазами, которые сейчас не горели, а были притушены — охотник не хотел спугнуть добычу раньше времени. Сан знал Джисона. Не близко, нет. Они столкнулись буквально вчера днём — случайная встреча в городе, короткий разговор ни о чём. Но этого хватило, чтобы Сан увидел: парень — оборотень. Жёлтые глаза, которые на мгновение блеснули в ответ на его собственные, не могли лгать. И Сан запомнил. Сейчас он шёл за Джисоном, держась на безопасном расстоянии, и в его голове крутились указания Хонджуна: «Следи за ним. Узнай, куда ходит, с кем встречается. Он особенный. Сонхва так сказал». Сонхва редко ошибался, поэтому Сан выполнял приказ с усердием хорошо обученной ищейки. Джисон тем временем углублялся в лес. Тропинка петляла между старыми соснами, то ныряя в овраг, то поднимаясь на пригорок. Он то и дело оглядывался, прислушивался, втягивал воздух. Оборотничий нюх улавливал десятки запахов: влажный мох, грибы, следы белок и ежей. Но запаха человека или другого оборотня он не чувствовал. Сан умело маскировался, используя направление ветра и притираясь к стволам деревьев, чтобы его след не витал в воздухе. Через пятнадцать минут тропинка вывела Джисона к заброшенному дому. Он стоял на небольшой поляне — двухэтажное строение из потемневшего от времени дерева, с заколоченными окнами первого этажа и покосившейся крышей. Ступеньки крыльца прогнили, но всё ещё держались. Изнутри не доносилось ни звука, ни света. Джисон помедлил на границе поляны, давая себе последний шанс передумать. Сердце колотилось где-то в горле. Инстинкт кричал: «Не ходи! Это ловушка!». Но любопытство, чёртово любопытство, толкало вперёд. Он пересёк поляну, поднялся по скрипучим ступеням и толкнул дверь. Она подалась с протяжным стоном. Внутри было темно, но глаза оборотня быстро адаптировались. Джисон оказался в небольшом коридоре. Прямо перед ним — лестница на второй этаж, ступени покрыты толстым слоем пыли, в которой отчётливо виднелись свежие следы. Справа — проём, ведущий на кухню. Там угадывались очертания старой плиты, перевёрнутого стола и разбитых шкафчиков. Слева — большой зал, где когда-то, видимо, была гостиная. Сейчас там громоздились кучи какого-то хлама, накрытые пыльными чехлами. — Поднимайся, — раздался сверху голос Вонхо. — Второй этаж, первая дверь налево. Джисон сглотнул и начал подниматься. Ступени жалобно скрипели под его весом, и каждый звук эхом отдавался в пустом доме. Второй этаж встретил его длинным коридором с тремя дверями. Одна была приоткрыта, из-за неё пробивался тусклый свет — кажется, свеча или фонарь. Джисон толкнул дверь и вошёл. Комната оказалась небольшой спальней, видимо, бывшей детской — на обоях ещё угадывались выцветшие рисунки с мишками и зайчиками. Посередине стояли два стула друг напротив друга. На одном уже сидел Вонхо, расслабленно откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. В руке он держал маленький светодиодный фонарик, который и был источником света. — Садись, — он кивнул на свободный стул. Джисон медленно опустился на предложенное место. Стул был жёстким, неудобным, с потрескавшейся деревянной спинкой. Он положил руки на колени, стараясь не показывать, как сильно нервничает. Вонхо некоторое время молча разглядывал его. В тусклом свете его лицо казалось вырезанным из камня — резкие скулы, твёрдая линия подбородка, глаза, в которых плясали тени. Он выдохнул — медленно, тяжело, словно собираясь с мыслями перед долгим и трудным разговором. — Итак, Хан Джисон, — произнёс он наконец. — Ты пришёл. Это уже кое-что. Значит, у тебя хватает смелости. Или глупости. В твоём случае это, наверное, одно и то же. Джисон промолчал, ожидая продолжения. Вонхо подался вперёд, упираясь локтями в колени и приближая своё лицо к лицу Джисона. — Ты ведь чувствуешь, да? Что ты не такой, как другие оборотни. Что в тебе есть что-то... ещё. Джисон вздрогнул. Эти слова попали прямо в цель. Он действительно чувствовал. С самого момента обращения его что-то беспокоило, какая-то неправильность, которую он не мог объяснить даже себе. Зов Хонджуна действовал на него сильнее, чем должен был. Регенерация работала быстрее. И тот факт, что он вообще выжил после укуса... — О чём ты? — спросил он хрипло. Вонхо откинулся обратно и усмехнулся — невесело, с оттенком горечи. — О том, Хан Джисон, что ты не простой обращённый оборотень. Ты — исключение. Ты — тот, кто должен был умереть, но выжил. И именно это делает тебя особенным. Опасным. И очень, очень нужным кое-кому. Джисон почувствовал, как холодок пробежал по спине. — Объясни, — потребовал он. — Всё. С самого начала. Вонхо кивнул, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на уважение. — Хорошо. Слушай внимательно. Потому что второго раза не будет.