Осколки былого мрака

Грандиозное пиршество в самом расцвете, но две девушки стояли в стороне. Лань Чжань держала пиалу в руках, и имея желания испить из неё. Вэй Инь с сомнением смотрела на маску, что покрыла лицо каждого хищника. Радостные возгласы стремящихся к раю лицемеров надоели! Неожиданно заскребло предчувствие беды. И связано оно с "ученицей". Некоторые гости с долей любопытства обернулись на звон, но не нашли ничего интересного. По бесконечным коридорам они шли, ведомые нитью. И не ошиблись. Девочки, съёжившись, стояли спиной и дрожали. Лань Чжань отворачивала лицо. Дорожки слёз текли от уголков глаз к острому подбородку и капали на пол. — Лань Ванцзи... — Учитель Вэй, пожалуйста, уйдите! Уши девочки завели, она отступила вглубь, но Вэй Инь продвигалась с ней, не сокращая расстояния. Как и Лань Чжань, что обеспокоенно смотрела на ученицу, пытающуюся выглядит как обычно. — Учитель Лань, это пустяки... — Вэй Усянь. Вэй Инь вздрогнула. Капельки слёз поодиночке катились по щекам к приподнятым уголкам губ. Мучительно видеть отчаяние маленькой копии подруги. Настолько, что у самой в сердце тоска поселилась. — Кто тебя обидел? — Никто... В золотых глазах сверкнула надежда, а в серых бушевала злоба. — Меня постигли сомнения... Учитель, верно быть праведной и порядочной? Что значит "правильно жить"? Я... живу так? Или недостаточно стараюсь, чтобы стать образцом? — Слышу одни упрёки! Я не хочу чужой грусти, потому не могу быть тихоней, плывущей по течению! Учитель, я ведь лгу на благо, чтобы быть нужной! Потоки не прекращались, девочки безуспешно пытались одёрнуть себя, но поздно. Сокровенные эмоции и чувства обрушились на наставниц мощной волной. — И кто скажет о моём предназначении? Кто я для этого мира?! Девушки молча выслушали тираду. Они не должны были узнать подобное друг о друге. Однако Небеса свели и разделили, и ради встречи предстоит уладить прошлое – стереть слёзы бессилия. Объясните, как это сделать... Лань Чжань осторожно и крепко обхватила плечи Вэй Инь, смотря прямо в глаза. — Ты станешь сильной и смелой благодетельницей. Не ложь, а скрытность причинит много боли. Найди хорошего человека, на чьё плечо сможешь опереться, доверившись. — Вам не противно смотреть на слабость? — Это усталость, в ней нет ничего презрительного. А слабости души стоит прятать. Такие, как желание сохранить улыбку. — Учитель Лань, я хочу опираться только на Вас. Вы позволите тоже заботиться о дорогом друге? Вэй Усянь положила ладонь на макушку и потрепал, взъерошив идеально лежащие волосы Лань Ванцзи. — Идеал не означает полное соответствие чужим ожиданиям. Это о благой духовной и человечной ценности, что выше людского. Не забывай позволять себе повеселиться. — Чрезмерная праздность порицается. — Кем же? И силу, как одно из достоинств, осудят, если её направить на защиту врага. Не слишком полагайся на мир. — Учитель Вэй, я постигну все добродетели и стану поддержкой для близких людей. На чистых девичьих губах расцвела улыбка. Она была безмятежной, как облако, и тёплой, словно весенний ветерок. Без слов выражалась благодарность за успокоение, пусть учитель и не должна знать о безмолвном плаче. Девушки улыбнулись в ответ. В разуме повторился звук упавшей чаши иль маски. Получается, что утешение приходится искать не в глухом мире, а в друг друге... Из задумчивости вывел захват ладони. Ученица взяла руку наставницы и утянула в бесконечный коридор. Однотонные жёлтые стены мелькали длинной вереницей в никуда. Закончится ли этот бег? Неожиданно юные копии рассеялись сиянием. Голубая дымка невесомо коснулась щёк и утянула за собой чёрные волосы, собранные в хвост. Красные огоньки не смогли удержаться на губах и попытались ухватиться за белую ленту и чистые одеяния. Но Вэй Инь и Лань Чжань не остановились. Лишь когда стало трудно дышать они замедлились. И встретились взглядами. Первой сократила расстояние Усянь. Подшучивания не успело слететь с уст, Ванцзи прижалась к ней, обняв за талию. — О... Я тоже соскучилась — похлопала по спине девушка. В грядущих днях не будет места слезам, только улыбке и спокойствию. Свет будущности прокладывается по мраку былого; ради беззаботности другого ты бежишь вперёд, падая и спотыкаясь, но протягивая руки и подхватывая. Долг перед мирным существованием – вот, что они собой представляют.