Masquerade

Ослепительное. Броское. Изысканное. Так можно было описать место, в котором он находился. И под "он" имелся в виду ученик Мадараме — опрятный юноша, набирающий популярность, но уже сделавший себе имя художника, Юске Китагава. В этот вечер он действительно оказался в непривычной для себя обстановке, а точнее — на балу, или же бал-маскараде. Этот банкет был устроен для юных звёзд, которые только начинали мерцать среди других светил и больших планет, а также для людей их сопровождавших. Таким образом, помимо синеволосого молодого человека, здесь присутствовали и другие персоны: популярная модель, сестра успешного прокурора, дочь исследовательницы, один из лучших спортсменов города, наследница семейной компании. Возможно, он знал их лишь по новостям или, может быть, они пересекались взглядами на улицах, но не более. Возможно, часть из них и вовсе не хотела здесь присутствовать, но всё же явилась из чувства долга и социальных обязательств. Отчасти Юске был таким же. Несмотря на свою популярность — как в творческой сфере, так и просто среди масс благодаря эксцентричной внешности — у него не было друзей. Китагава предпочитал отношениям краски, кисти и холст. Не то чтобы он не любил людей. Нет, вовсе нет. Он их любил, но по-своему. Просто Юске держал их на расстоянии, потому что люди могли как вдохновлять художника, принося ему незабываемые образы, которые хотелось перенести на холст и увековечить, так и застопорить процесс, внося ненужные, лишние мысли и идеи, способные разрушить непорочное видение художника. Поэтому парень хотел избавиться от второго аспекта и оставить лишь первый. По крайней мере, так рассуждал синеглазый в этот период своей жизни. Но все эти мысли и рассуждения не имели смысла, потому что он уже стоял в этом роскошном зале. Прислонившись к колонне, Китагава решил еще раз окинуть взглядом помещение, в котором находился, поскольку считал его достаточно привлекательным. Стены и потолок переливались золотом, но глаза не уставали, потому что белые колонны и отделка гармонично уравновешивали этот блеск. На втором этаже тоже стояли люди, преимущественно взрослые, которые просто болтали за бокалом шампанского, наблюдая — кто за своими детьми, кто просто за молодёжью, веселящейся внизу. Особый шарм придавали огромные панорамные окна и двери, ведущие на балкон. Темный звёздный пейзаж, видневшийся из окон, ощущался будто бы далёким миром от этого банкета, наполненного красками. — Сакамото, ты решил съесть все эти креветки за один присест?! — раздался голос блондинки в кошачьей маске и пышном красном платье. — Ты вообще собираешься оставить что-нибудь другим? — Да чё ты, — начал блондин в маске с черепом, попутно поедая первые креветки с тарелки, — на всех же хватит. На, лучше бери и не парься! После этих слов он протянул своей подруге тарелку со сладостями, и та, фыркнув, приняла угощение. "Уж всяко лучше насладиться сейчас, пока этот оборванец всё не слопает", — наверняка думала она. Шумная перепалка привлекла внимание Юске, и он молча наблюдал. Он не осуждал их за громкость, но и не стремился становиться участником беседы — просто смотрел, думая о том, что в этот вечер здесь собрались действительно интересные люди, одетые изысканно и со вкусом, где каждый образ олицетворял характер своего владельца. Китагава не мог оторвать глаз от розы в волосах юной леди, которая стояла у шведского стола со своим приятелем. Весь её образ был выдержан в красных тонах, но не выглядел вызывающим — напротив, он подчёркивал голубизну её глаз. Платье идеальной длины и фасона гармонировало с её пышной причёской. На лице девушки была кошачья маска, но по каким-то причинам Юске сразу подумал, что это образ пантеры. Сильная, решительная, умеющая заявлять о себе. Возможно, он пару раз видел её на экранах или рекламных щитах по городу. Парня, стоящего рядом с ней, Китагава удостоил лишь беглого взгляда — тот несколько выбивался из общей атмосферы из-за растрёпанных волос и грубоватого стиля. "Дикарь", — подумал он. Но его размышления внезапно прервал звук, точнее — его отсутствие. Зал полностью затих, что было непривычно для такого места. Все взгляды обратились ко входу, и Юске тоже посмотрел в ту сторону. Чёрные, словно вороньи перья, волосы. Такой же цвет у костюма — с белоснежной рубашкой, а несколько красных акцентов в виде перчаток и платка-паше добавляли контраста. Маска в основном белая, с чёрными деталями, создавая ощущение, будто этот человек принадлежал одновременно и добру, и таинственному злу. Игнорировать его было просто невозможно. Загадочный образ приносил с собой будоражащее волнение и хаос. Но оставался главный вопрос: кто он? Пока окутанный тайной молодой человек проходил вглубь зала, поправляя перчатки, вокруг начинался перешёпот. Одни уста шептали догадки, а чужие уши подхватывали их и передавали дальше. "Может, он наследник известной компании?" "А вдруг он отличник из элитной школы?" "Может, талантливый спортсмен или владелец кучи акций?" Он мог быть всем сразу. Или никем. Почему-то Юске склонялся ко второму варианту. У него не было оснований так думать — он не знал всех выдающихся людей округа и, если честно, был далёк от подобных тем. Но он чувствовал это, вот и всё. Наконец, таинственный человек произнёс свои первые слова: — Время шоу. Китагаве показалось, что их взгляды пересеклись в этот момент, но он не успел ничего осознать — внезапно погас свет. По залу прокатились вздохи удивления, люди начали суетиться, движение стало хаотичным. Загадочный черноволосый парень исчез, и Юске тоже пришлось двигаться, чтобы не оказаться сбитым с ног начавшимся танцем. Партнёра у него не было, поэтому он просто неловко пробирался сквозь толпу. Но, сделав несколько шагов назад, он неожиданно наткнулся на кого-то. Оборачиваясь, он увидел того самого незнакомца, который, скорее всего, и устроил этот переполох. Пока Юске пытался осмыслить происходящее, человек в белой маске слегка наклонился в знак приглашения на танец и протянул руку с улыбкой на губах. Китагава совершенно не понимал, к чему всё это. Может, это часть программы? Или самозваный гость, вторгшийся ради собственного удовольствия? Решив, что ответы придут позже он в знак согласия вложил свою ладонь в руку приглашавшего. Не успел синеглазый ничего сказать или сделать, как черно-белая фигура стремительно увлекла его в самый центр зала. — Как мне тебя называть? — спросил Юске. — Джокер. Джокер... Но это было всё, чем они успели обменяться — вокруг бушевал бешеный ритм. Китагава никак за ним не поспевал. Джокер, как пока называл его Юске, аккуратно и ненавязчиво положил руку ему на талию, явно ведя в танце. И, конечно же, Китагава знал, что это был вальс. Он видел его в кино, воспринимал как форму искусства, но никогда не был ее частью и не танцевал сам. По этой причине он не был против быть ведомым. Взяв за плечо черноглазого, Юске наконец-то втянулся в ритм танца, доверившись партнеру. Движения Джокера были быстрыми, но не грубыми, в какой-то момент юноше даже показалось будто они не танцуют и перебирают ноги на полу, а плывут по поверхности. Несмотря на неисчезающую улыбку с лица Джокера, Китагаву не покидали сомнения и мысли как и других людей о его происхождении. Из всех людей в этом зале, юных красивых дам чья красота только расцветает и не менее опрятных молодых людей рука была протянута именно ему. Случайность или все так и было задумано? С каждой подобной мыслью становилось понятнее что ответа в своей голове он не найдет и стоит их вовсе отбросить и принять это как подарок судьбы. Возможно, судьба просто подарила ему этот момент, и глупо было бы его отвергать. Юске повернул голову чтобы оглядеть зал пытаясь поймать чей-то взгляд, но в этот миг Джокер чуть сильнее сжал его талию, возвращая в танец. Это было частью танца или личная прихоть...? По мере того как они кружились, остальные танцующие будто бы уступали им пространство. Чем дальше заходил танец, тем настойчивее, или даже жаднее становился его партнер в чёрном костюме. Китагаве даже стало любопытно, сколько ещё они смогут продержаться. Он осторожно пробовал отстраниться от юноши в белой маске, но тот неизменно ловил его вновь, продолжая этот бесконечный круг движений. Сначала Джокер удерживал его за правую руку, но, не успев и моргнуть, Юске вдруг оказался на другой стороне, сам вращаясь в танце. Каждое подобное мгновение разрыва их контакта было резким, будто даже недопустимым для ведущего. Чем стремительнее становилась мелодия, тем быстрее они сопровождали друг друга... или, возможно, их танец каким-то образом влиял на музыку? Синеглазому ничего не оставалось, кроме как полностью погрузиться в ритм и наконец взглянуть на выражение лица своего партнёра. Оно казалось одновременно удовлетворённым... и в то же время печальным? Как такое возможно? В этот миг Юске вдруг осознал, что и сам непроизвольно улыбался, увлечённый этим молчаливым поединком на паркете. Но, заметив эту странную смесь эмоций в глазах Джокера, он слегка нахмурил брови. Конечно, синеглазый тоже носил маску и возможно изменений в мимике было не очень видно, но черноволосый словно уловив это тут же смягчил черты лица — так, будто хотел сказать: «Пожалуйста, не тревожься», но не проронил при этом ни единого слова. И вскоре Юске понял, отчего в его взгляде виднелась печаль. В тот момент, когда казалось, что всё лишь начинается, всё уже подошло к концу. Китагава остался один. Вокруг него продолжался бал, пары кружились в танце, но юноши, с которым он танцевал, больше не было рядом. "Как давно он исчез… и почему я этого не заметил?" — спрашивал себя Юске. Неужели атмосфера настолько вскружила ему голову?.. Пока другие гости не начали перешептываться между собой и задаваться вопросами, Китагава поспешил покинуть центр места событий. Но если быть честным, он сам не знал куда себя сейчас день. "Может ли он быть всё ещё здесь?" — думал синеглазый. Все вопросы которые у него были до этого никуда не пропали, если не помножились. Слившись с толпой, юноша решил оглядеться вокруг. Вдруг этот таинственный незнакомец просто затаился среди гущи людей, и это — новая игра? Поэтому парень тщательно выискивал чёрную макушку и белую маску. Но чем дольше он пытался найти этот силуэт, тем расплывчатее он становился в его памяти, будто всё, что произошло несколько минут назад, и вовсе не было реальным. Дурная игра ума! — Мне нужно проветриться... — тихо сказал Юске. В конце концов, хотя Китагава и не знал имени таинственного человека, тот определённо вскружил ему голову, причём в буквальном смысле. Тем более Юске уже подустал от людей и этой атмосферы, так что выйти на балкон и освежиться было бы как нельзя кстати. На удивление, кроме Юске, здесь больше никого не было. Только один чёрно-белый кот, сидевший на поручне. — Кот...? Синеволосый неосознанно потянулся к нему рукой, но пушистый зверь даже не шелохнулся и продолжил умывать лапу. Тогда парень заметил жёлтый ошейник и аккуратно приподнял амулет чтобы увидеть выгравированное на нём имя. "Моргана". Какое необычное имя, которого он раньше не слышал. Этот вечер действительно приносил с собой немало сюрпризов. Как только кот, именуемый Морганой, закончил умываться, он лениво мяукнул и опустил взгляд вниз размахивая хвостом. Юске невольно посмотрел туда же — у его ног всё это время что-то лежало. Наклонившись, он поднял два предмета. Первой была алая роза без шипов, лепестки которой полностью раскрылись, демонстрируя всю свою красоту. Вторым предметом оказалась визитка без имени получателя, на которой было написано: "Надеюсь, я смог украсть твоё сердце. - Призрачный вор" Юске ещё раз перевернул карту, внимательно осмотрев обе её стороны. На одной была изображена шляпа, а на другой — та самая надпись, что он уже прочитал. Имени адресата он так и не нашёл. Кот загадочно исчез так же внезапно, как и появился, оставляя после себя лишь лёгкое воспоминание. Всё, что оставалось Китагаве, так это вновь погрузиться в размышления о прошедшей ночи. За весь вечер он наконец-то смог посмотреть на небо крашенное звездами которые сменяли друг друга мерцая, по каким-то причинам успокаивали и помогали утихомирить его мысли. Лёгкие облака, освещённые лунным светом, неспешно плыли по ней, словно незримые танцоры в вечном вальсе. Возможно, ему стоит относиться ко всему произошедшему как к сну или череде случайных событий?... Как бы то ни было, пора возвращаться, чтобы не беспокоить учителя своим долгим отсутствием. Юске спрятал визитку в карман, но роза останется в руке до конца банкета. *** Выставка Китагавы подходила к концу. Это был её последний день. За две недели он повидал множество людей: одни хвалили его творчество и художественное видение, другие критиковали за неотточенные навыки. Но абсолютно никто не мог пройти мимо одной конкретной картины, которая даже не с самого начала висела на выставке. Чёрный холст с резким изображением алого цветка, окутанного белым светом. Для многих эта картина по каким-то причинам казалась трагичной. "Неужели столь молодой человек мог изобразить такой сюжет?" — не раз слышал он от людей, которые останавливались, чтобы рассмотреть полотно более детально. Самого Юске эта картина тоже притягивала. Он стоял прямо перед ней, словно охраняя, или даже....чего-то ожидая. И в тот момент, когда в последний раз решил на неё взглянуть перед уходом, к полотну внезапно подошёл молодой человек с, на вид, тяжёлой сумкой. Он неловко склонил чёрную макушку, но при этом уверенно посмотрел прямо в глаза синеволосому. — Простите....Вы же Юске Китагава? На самом деле, мне глубоко нравятся ваши работы и если вы не против...