Кофе по-гречески

Греция, Афины, 2026 год Гул стоял невыносимым. Для 26-летнего Матео Рамиреса это был еще один повод остаться дома и дописывать статью о становлении первой греческой республики. Он сутками торчал в библиотеке, ища информацию, которая могла бы ему помочь лучше узнать страну, где он решил остаться насовсем, поэтому взялся за эту сложную тему. Начальник похвалил Матео за интерес к истории Греции, и Матео принялся за работу. У него уже почти выходила готовая статья, но ему не нравился текст. Он получался слишком пресным, безэмоциональным. Хотя это статья, научная работа, исследование, которое потом опубликуют в журнале или газете, они все равно выходили живыми, и у Матео даже были свои читатели, которые любили его работы. — А потом он позвал меня на свидание! — громко говорила одна из его коллег, Аглая. Недавно она начала встречаться с каким-то очень богатым парнем и почти каждый день опаздывала на работу, но ей никто ничего не говорил. — круто! И что он подарил тебе? — спросил Димитрис, сидящий рядом. Матео с раздражением хлопнул блокнотом по столу, заставляя коллег замолчать. — у вас что, весеннее обострение? Совсем чокнулись? То один на свидании, то второй… У тебя-то что, Димитрис? Что сказала тебе твоя девушка про твои вечно «я задерживаюсь на работе?» а ты, Аглая, вместо того, чтобы работать, наживаешься за чужие деньги! — Что ты себе позволяешь! — вспыхнула девушка. — Матео, расслабься, — попытался успокоить его хороший знакомый Антонис. — Я спокоен, не видно?! Я домой! Надоело! Испанец схватил свой блокнот, ручку и раздраженным шагом направился к выходу из здания. На улице погода была отличная, как будто издеваясь над его настроением. Матео посмотрел на солнце, несмотря на то, что оно склонялось к закату, зажмурился, психанул снова, после чего направился к своей машине, которую ему подарили на его прошлый день рождения друзья. Он запрыгнул в салон, хлопнул дверью, положил блокнот на соседнее сиденье и выдохнул. Наконец-то. Тишина и спокойствие, которых ему так не хватало эти 8 часов работы. Завёл машину, включил греческое радио, все еще привыкая к языку, и поехал по улице, ища взглядом место, где бы он мог выпить вкусный кофе. Наконец Матео увидел нужную ему кофейню. Он припарковался в свободном месте, закрыл машину, взял ключи и направился к двери, ненавидя всей душой вечерние пробки. А чего он хотел? Афины — мегаполис, и людей тут очень много. Колокольчик над дверью зазвенел, и испанец замер. У стойки стоял мужчина, с черной густой бородой, глаза улыбались, тёмные волосы были аккуратно уложены, но уже растрепаны. Он был в бордовом фартуке и темной одежде, о чем-то разговаривая с посетителем, который что-то ему рассказывал. Почему он так долго с ним говорит? О чём они говорят? Зачем я вообще зашёл? Подобные вопросы мелькнули в голове Матео, который, учуяв запах кофе с корицей, подошел к барной стойке. Он хотел выглядеть уверенно, чтобы красивый бариста обратил на него внимание. И его попытка увенчалась успехом. Мужчина обернулся, ослепительно улыбаясь ему. Матео отдал улыбку в ответ, и понял, что не может отвести взгляд от лица мужчины. Но так пристально рассматривать незнакомого человека не очень прилично, поэтому он прокашлялся, пытаясь взять себя в руки. — Καλησπέρα! Что будете заказывать? — спросил бариста. Матео растерялся. Опять. Да что ж такое? Это голос на него так подействовал или внешность таинственного человека? — νερό με χυμό! — вылетело из его рта. Вода с соком. В кофейне. Классика. Что ещё могло сделать этот день настолько ужасным? Андреас рассмеялся. А Матео готов был провалиться сквозь землю. Никогда в жизни он так не оплошал. Заказать воду с соком в кофейне — это надо умудриться. Но бариста вдруг посмотрел на него внимательнее. — Не переживайте, — сказал он тише и мягче, и его ладонь легла Матео на плечо. По телу будто разряд тока прошёл. Матео вздрогнул. На Эстебана, на старых друзей так не реагировал. А тут — простое прикосновение, и внутри всё переворачивается. — Д-да, конечно, извините, — выдавил он. — Тогда… сделайте, пожалуйста, самый лучший кофе с корицей, что у вас есть. — Сию секунду! Андреас скрылся за стойкой, и Матео наконец выдохнул. На бейджике, приколотом к фартуку, значилось имя. «Ανδρέας». Андреас. Обычное греческое имя, но сейчас оно звучало как музыка. Через пару минут перед ним поставили тёплый стаканчик. Кофе обжёг горло, но Матео только улыбнулся. — Это лучшее, что я пробовал в жизни. Сколько с меня? Андреас назвал сумму. Купюры перешли из рук в руки — и на секунду их пальцы встретились. Матео замер. Андреас, кажется, тоже, но вида не подал. — Заходите ещё, — улыбнулся бариста. — Хорошего дня. Матео кивнул, всё ещё чувствуя то прикосновение на коже. Дома он сел за ноутбук, открыл статью. Но слова не шли. Перед глазами стояла улыбка Андреаса, тёплая рука на плече, короткое касание пальцев. — Да что с тобой, Рамирес? — прошептал он, растирая лицо ладонями. — Соберись. Это просто бариста. Просто красивый бариста. Просто… Он вздохнул и откинулся на спинку стула. — Чёрт.

***

Слова не шли. Матео уже понял: если он увидит Андреаса, день станет лучше. Плевать на работу. Плевать на статью. Главное — увидеть. В кофейне он появился, как обычно. Но за стойкой, рядом с Андреасом, стоял какой-то тип в дорогой рубашке и с наглой ухмылкой. — Если ты думаешь, что раз сын владельца ресторана, то тебе всё можно? — голос Андреаса звучал устало, без надежды. — О, я могу гораздо больше, чем ты думаешь, Спирос, — ухмыльнулся тот. — Одно моё слово отцу — и ты вылетишь отсюда быстрее, чем скажешь «кофе» по-гречески. Матео почувствовал, как внутри вспыхнуло. Кулаки сжались сами. Он подошёл ближе, достал телефон, нажал запись. — Записано, — сказал он спокойно, глядя на обидчика. — Вся твоя милая речь. Хочешь, отправлю отцу? Думаю, ему будет интересно узнать, как его сынок развлекается. Спирос побелел. — Ты… ты кто вообще? — Журналист. — Матео убрал телефон. — И друг Андреаса. Проблемы? Спирос процедил сквозь зубы что-то невнятное и вышел. Андреас смотрел на Матео так, будто видел впервые. — Ты… зачем? — Не люблю, когда обижают хороших людей, — пожал плечами Матео. — Особенно когда этот хороший человек — ты. Андреас улыбнулся. Той самой улыбкой, от которой у Матео подкашивались колени. — Спасибо. — Не за что. Тишина. Между ними что-то изменилось.

***

Как-то раз Матео зашёл за кофе. Настроение было хуже некуда — статью завернули. В который раз. Он был уверен, что это лучшее, что он писал, но редактор сказал: «Пресно». Андреас увидел его лицо и сразу понял: что-то не так. — Эй, — тихо сказал он, протягивая стаканчик. — За счёт заведения. На стаканчике лежала маленькая шоколадка. Та самая, которую Матео любил. — Я люблю этот шоколад, — удивился Матео. — Как вы… как ты узнал? — Ты заходишь почти каждый день. Я запоминаю, — Андреас улыбнулся. — Давай на «ты», а? А то как-то… — Да, конечно, — Матео кивнул. — Андреас… спасибо. — Если хочешь, рассказывай. Я умею слушать. Матео посмотрел на него. В глазах бариты было столько тепла, что ком в горле растаял. — Провалил статью, — выдохнул он. — Второй раз за месяц. Андреас молча кивнул. Не стал говорить банальностей. Просто стоял рядом, опёршись на стойку. — Держись, — сказал он наконец. — У тебя получится. Матео улыбнулся. Благодарно. Тепло. Андреас подумал, что эта улыбка — лучшее, что он видел сегодня.

***

В один из дней Матео появился как обычно. Но картина, представшая его взору, была не из лучших. У стойки, облокотившись, стояла девушка. Красивый сарафан, волосы забраны в хвост, глаза блестят. Она смотрела на Андреаса так, что у Матео внутри всё перевернулось. — Вы такой интересный, — щебетала она. — Скажите, есть ли у вас планы на вечер? Матео сжал кулаки. Остановился у входа, не решаясь войти. Андреас что-то ответил — слов было не разобрать. Но девушка улыбнулась, наклонилась ближе. Дальше Матео смотреть не стал. Развернулся и вышел, так и не услышав ответа. — Спасибо, что интересуетесь, — тем временем говорил Андреас, — но я занят вечером. Он поднял глаза, чтобы посмотреть на реакцию девушки — и увидел, как за стеклом мелькнула знакомая куртка. Андреас замер.

***

На следующий день Андреас протирал стойку. Смотрел на часы. Матео обычно приходил в это время. Сегодня его не было. Прошёл час. Два. Ещё больше. Андреас ловил себя на том, что пялится на дверь слишком часто. — Ждёшь кого-то? — спросил коллега. — Нет, — ответил Андреас слишком быстро. Коллега хмыкнул, но ничего не сказал. Вечером, перед самым закрытием, дверь открылась. Вошёл Матео. Выглядел он отвратительно — бледный, с красными глазами, будто не спал всю ночь. — Работаете? — спросил он холодно. — Ещё полчаса, — откликнулся коллега. Андреас сжал тряпку. В груди заныло. Почему он так поздно? Что случилось? — Матео, ты в порядке? — не выдержал он. Журналист даже не повернул головы. — Как обычно. Я спешу на встречу. Коллега кивнул Андреасу: «Сделай ему». Андреас взял стаканчик. Руки дрожали. Он чувствовал себя виноватым — хотя не сделал ничего плохого. Или сделал? — Что с тобой? — обернулся он резко. Матео наконец посмотрел на него. Взгляд был пустой. — Ничего. Кофе, пожалуйста. Побыстрее. Андреас замер на секунду. Потом кивнул и отвернулся к кофемашине. Готовил молча. Вложил всю душу, как умел. Протянул стаканчик — и их пальцы на мгновение встретились. Матео отдёрнул руку, будто обжёгся. — Сколько? — За счёт заведения, — тихо сказал Андреас. Матео посмотрел на него долгим взглядом. Потом развернулся и вышел, так и не сказав ни слова. Андреас остался стоять, глядя на закрывшуюся дверь. Андреас молчал. Сон не шёл, хотя завтра вставать рано. В голове крутилось одно — Матео. Его холодный взгляд. Отдёрнутая рука. Внезапно вспомнил: Матео ведь оставлял номер. Когда-то, в первые дни. Андреас схватил телефон, нашёл контакт. Написал простое: «Как ты?» Отправил. И уставился в экран. Две галочки. Прочитано. Тишина. Минута. Пять. Десять. Андреас отбросил телефон, встал с кровати. Включил ноутбук, нашёл редакцию, где работал Матео. Завтра он пойдёт туда. Сам. И всё объяснит. Утром он вскочил пораньше. До смены оставалось два с половиной часа — хватит. Запрыгнул в автобус, поехал к нужному району. На повороте водитель резко затормозил. Андреас влетел в поручень, выругался. Посмотрел в окно — автобус врезался в чью-то машину. — Проклятье! — выдохнул кто-то сзади. Андреас замер. Этот голос. Знакомый до мурашек. Он обернулся. Из-за спин пассажиров показалось лицо. Растрёпанные волосы, удивлённые глаза. Матео. Они застыли, глядя друг на друга.

***

— Что ты… — Ты что… Они заговорили одновременно. Двери автобуса открылись, пассажиров начали выпускать. Матео и Андреас вышли последними — и застыли друг напротив друга. — Я ехал к тебе, — выдохнул Андреас. — Что с тобой, Матео? У тебя проблемы? — А ты не понимаешь? — голос Матео сорвался. — Или не хочешь понимать?! Зачем подавал мне знаки, если это несерьёзно?! — Что?.. Какие знаки? — Не притворяйся! — Матео ткнул пальцем ему в грудь. — Я не хочу быть запасным вариантом! Иди на свидание с другими, если я… Договорить он не успел. Андреас шагнул вперёд и обнял его. Крепко. Так, что Матео не мог пошевелиться. — Никаких других, — прошептал Андреас ему в макушку. — Слышишь? Никого нет. Только ты. И эти дурацкие знаки… они не знаки. Они просто я. Я такой, когда ты рядом. Матео замер. А потом его прорвало. Слёзы хлынули сами. Горячие, солёные, долгожданные. Он уткнулся лицом в плечо Андреаса и затрясся. Всё тело дрожало, а остановиться было невозможно. — Прости, — шептал Андреас, гладя его по спине. — Прости, дурак. Я не знал, что ты… — Я тоже не знал, — всхлипнул Матео. — Думал, с ума схожу. — Вместе. Сойдём с ума вместе. *** Люди обходили их стороной. Кто-то оглядывался, кто-то качал головой, но Матео было всё равно. Он стоял, уткнувшись в плечо Андреаса, и никак не мог остановить дрожь. — Успокойся, — шептал Андреас. — Всё хорошо. — Я думал… — голос Матео всё ещё срывался. — Я думал, ты выбрал её. — Кого? — Ту девушку. Андреас отстранился, заглянул ему в глаза. Улыбнулся. — Дурак. Она просто посетительница. Каждый день таких — сотни. — Но она… — Никакой «она». Есть только ты. И твой дурацкий заказ «вода с соком». Матео всхлипнул и рассмеялся одновременно. — У тебя встреча? — вспомнил Андреас. — Ты говорил… — Не было никакой встречи. — Матео вытер щёки. — Я просто хотел уйти. Подальше от тебя. Не получилось. — А сейчас хочешь? Матео посмотрел на него. Долго. Потом покачал головой. — Нет. Совсем нет. Андреас взял его за руку. — Тогда пойдём. Я знаю одно место.

***

Они шли, держась за руки. Матео написал Димитрису, попросил подменить и обещал отработать смену. Внезапно перед ними открылся шикарный вид. Это был холм Ликавитос. Отсюда были видны Афины как на ладони. Матео еще не видел столицу Греции такой. Андреас стоял рядом, но смотрел он не вид, открывшийся перед ним, а на испанца. — Знаешь, я когда был маленьким, мама показывала мне всякие вырезки из журналов. Она и отец любили путешествовать, и когда мне было 8 лет, путешествие закончилось трагически. Здесь, в Греции. Это была эпоха Кароянниса. Родители приехали, как раз когда закрыты был границы. Андреас молчал. Он понимал, что Матео нужно время. — Я не знал, — тихо сказал он наконец. — Ты никогда не рассказывал. — Не хотел грузить. — Матео пожал плечами. — Да и зачем? Это было давно. — Но ты вернулся сюда. В Грецию. Матео посмотрел на него. — Наверное, искал что-то. Не знал что. А теперь… кажется, нашёл. Андреас взял его за руку. — Я не уйду. Если ты боишься, что я… — Я ничего не боюсь, — перебил Матео. — Кроме одного: что это сон. Андреас улыбнулся. — Не сон. Тишина наступила незаметно. Матео смотрел на Андреаса, на его зеленые глаза, в которых он видел себя. — Ради чего ты вернулся сюда? — спросил Андреас. — Мой друг Эстебан. Он полюбил Грецию с первой поездки и дома, в Испании, уже страдал, не имея возможности увидеть греческие пейзажи снова. — ответил Матео, подходя все ближе к Андреасу. Их пальцы соприкоснулись. По телу Андреаса пробежали мурашки. — Я не любил раньше то, что родился здесь. — нарушил он тишину, чтобы сгладить неловкость. — это были тяжёлые времена, и я ненавидел, что родился именно здесь. Я… Мечтаю стать архитектором. Я показывал тебе эскизы, помнишь? Это моя самая заветная мечта. Создавать здания, где будет продолжаться жизнь, это просто чудо! — Андреас взял Матео за руки, сжав их пальцы вместе. Расстояние между ними было минимальным. Матео улыбнулся. Он хотел что-то добавить, но дыхание перехватило, слова застряли в горле. — Я уверен, ты когда-нибудь сможешь нарисовать здание своей мечты, — смог он произнести, его голос стал чуть хриплым. — Если я и сделаю это, то посвящу его тебе. Их лбы соприкоснулись. Матео чувствовал дыхание Андреаса — тёплое, чуть сбившееся. Глаза напротив были совсем близко — зелёные, с золотыми крапинками. — Можно? — прошептал Андреас. Матео не ответил. Просто закрыл глаза. И поцеловал. Нежно. Осторожно. Будто боялся, что Андреас исчезнет. Андреас ответил — притянул его ближе, обхватил ладонями лицо, углубляя поцелуй. Горечь кофе, сладость момента, солёные капли — чьи, уже не разобрать. Когда они оторвались друг от друга, внизу горели Афины, а над головой зажигались звёзды. — Не сон, — выдохнул Матео. — Не сон, — эхом отозвался Андреас. Они стояли, обнявшись, глядя на огни внизу. Афины мерцали, как звёзды, упавшие на землю. Андреас поцеловал Матео в макушку. Губы нежно коснулись кудрявых тёмных волос. — Я никогда не думал, — тихо сказал Матео, — что такое возможно. — Что именно? — Быть счастливым. Просто стоять и смотреть на город, здесь, с тобой. Андреас улыбнулся. — А я думал об этом с того самого дня, как ты впервые заказал воду с соком. Матео фыркнул. — Не напоминай. — Ни за что. Это лучший заказ в моей жизни. Андреас стоял бы тут вечно, но жизнь продолжается. Пора было возвращаться. Он взял Матео за руку, и они пошли вниз, прощаясь с холмом. Город под ними мерцал, но теперь он не казался чужим. Совсем. — Где ты живёшь? Я провожу, — сказал Андреас. Матео назвал адрес. Они двинулись через ночные улицы, болтая обо всём на свете. Матео поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы этот вечер заканчивался. Никогда. Они остановились у старого дома с зелёной дверью. — Не хочу уходить, — вдруг сказал Андреас. Матео не ответил. Вместо этого шагнул вперёд и поцеловал его. Глубоко, отчаянно, не в силах оторваться. Андреас ответил мгновенно — руки скользнули в волосы, притянули ближе. Матео чувствовал, как бьётся его сердце. Или своё? Уже не разобрать. — Ты придёшь завтра? — прошептал Андреас, касаясь носом его носа. — Приду, — выдохнул Матео ему в губы. И поцеловал снова. Когда они наконец оторвались друг от друга, в окнах соседних домов уже горел свет. — Иди, — улыбнулся Андреас. — А то так и будем стоять до утра. — А это плохо? — Для завтрашней смены — да. Матео рассмеялся, чмокнул его в щёку и скрылся за зелёной дверью. Андреас постоял ещё минуту, глядя на закрывшуюся дверь. Потом развернулся и пошёл домой — с улыбкой, которую не мог сдержать. Матео захлопнул за собой дверь и прислонился к ней спиной. Сердце бешено колотилось. Губы всё ещё горели. Он сполз по двери на пол и засмеялся. Смех был глупым, счастливым, и самое главное, искренним. В кармане завибрировал телефон. Андреас: «Ты дома?» Матео: «Только что. А ты?» Андреас: «Иду. И не могу перестать улыбаться. Люди смотрят странно». Матео: «Привыкай. Теперь всегда так будет». Пауза. Потом вновь три точки на экране… Андреас: «Я надеюсь». Матео смотрел на экран и улыбался так, что скулы заболели. М: «это моя любимая серия Спанч боба.» А: «официально? Хочешь в поход, могу это устроить. 200 евро в час пожалуйста. " М: «очень смешно! Я люблю этот мультик. До этого как-то особо не обращал внимания… Пдоднпадндраадраддаоададопдопдопжпжожпо» А: «Матео? Ты в порядке? Спишь?» А: «спокойной ночи, милый. ♥️» *** Солнечные лучи коснулись лица Матео. Он потянулся к телефону — зарядка на исходе. Вчера они до ночи переписывались и смотрели Спанч Боба. М: «доброе утро. Прости, уснул вчера. ♥️» А: «доброе. фото завтрака» А: «селфи на фоне рассвета, улыбающийся Андреас» М: «ты невероятен.» М: «фото сонного, лохматого себя» А: «ты чудо 😍» А: «жду тебя в кофейне, милый ♥️» Матео улыбнулся, вскочил и пулей вылетел из дома, забыв про завтрак.

***

В кафе было людно. Но Матео видел только одного человека. Андреас одарил его счастливой улыбкой и поставил перед ним чашку. На пенке красовалось огромное сердце. — За счёт заведения, — сказал он. — Для любителей Спанч Боба. Матео рассмеялся. Взял чашку, поднёс к губам, не сводя взгляда с Андреаса. — Ты лучший. Андреас наклонился. Матео почувствовал тёплое прикосновение языка над губой — и замер. Дыхание перехватило. — Слишком близко, — выдохнул он, и голос дрогнул. — Я насчёт похода серьёзно, — Андреас улыбнулся, не отстраняясь. — Давай сходим когда-нибудь. Матео улыбнулся. Щёки горели, но внутри было тепло. — Ты правда хочешь? — Разумеется. С тобой — куда угодно, милый. — Куда пойдём? — спросил Матео, всё ещё чувствуя на губах прикосновение. — Есть одно место, — Андреас загадочно улыбнулся. — Недалеко от Афин. Горы, лес, река. Я там в детстве часто бывал. — Звучит идеально. — Только без Спанч Боба, — добавил Матео. — Я хочу видеть природу, а не мультики. Андреас рассмеялся. — Поздно. Спанч Боб теперь везде. Я купил себе носки с ним. — Ты издеваешься? — Ни капли. Будешь смеяться — подарю тебе такие же.

***

Обсудив последние детали, Матео взял небольшой отпуск за свой счёт. Чтобы провести время с пользой. — Ты в порядке? — спросил Эстебан. — Конечно. Я хотел попросить у тебя палатку. — Матео наконец нашёлся с ответом. — Купил рюкзак, только палатки не хватает. — На свидание собираешься? Матео отвёл взгляд. Спорить не стал. — Бери, конечно. Мы с Оттацилием всё равно собирались покататься на его байке. — Спасибо, ты лучший! — Отдохни. — Эстебан обнял его. Взяв всё необходимое, Матео запрыгнул в автобус, сел у окна и всю дорогу смотрел, как город сменяется горами.

***

Андреас ждал на тропе. При виде Матео он улыбнулся и шагнул навстречу. Поцелуй вышел долгим — Матео не мог оторваться. Потом они пошли в горы. Вид открылся такой, что Матео замер. Горы, лес, небо — как на открытках, только настоящие. Он обернулся к Андреасу и увидел в его руках букет. Греческие пионы. Яркие, нежные, невероятные. Те самые, которые он всегда мечтал потрогать. — Я не знаю никого лучше тебя, Матео. — Голос Андреаса был серьёзным. — Пусть мы знакомы всего пару дней. Пусть ещё мало знаем друг друга. Но я хочу узнавать тебя снова и снова. Каждый день. И благодарить Вселенную за то, что в тот день ты заказал воду с соком. Он наклонился ближе. Губы коснулись переносицы. — Я люблю тебя. Матео замер. Сердце колотилось где-то в горле. — Ты... так просто это сказал! — Конечно. Я это чувствую. — Андреас провёл пальцем по его щеке. — Ты побледнел. Всё хорошо? Вместо ответа Матео обхватил его лицо руками и поцеловал. Горячо, отчаянно, благодарно. Андреас закрыл глаза. Когда воздух закончился, Матео прошептал, глядя в зелёные глаза напротив: — Я не могу поверить, что ты любишь меня... И я... я... Кажется, тоже. Точно. Рядом с тобой — да. — Ты не обязан отвечать сразу. — Андреас поцеловал его в лоб. — Я подожду столько, сколько нужно, милый. Матео обнял его так крепко, как только мог. Закрыл глаза. — Спасибо, Вселенная. Я его не потеряю. Никогда. КОНЕЦ