Тень Нетейама, свет Ло'ака

Нетейам молча растирал запястье, на котором под браслетом из кожи апаранта всё ещё горела память о отцовском захвате Воздух в их общей жилой пагоде был густым, как после грозы Ло’ак, притихший у входа, нервно перебирал бусины на своих дредах, его обычно живой взгляд был прикован к полу Искра, которая всегда горела в Нан’ти, сейчас тлела углём подавленного вызова — Отец не имел права держать так сильно, — выдохнула она наконец, проводя пальцами по своей руке, где синели отпечатки пальцев Джейка. Её биолюминесценция вспыхнула слабым, обиженным светом — Он имел, — тихо, но твёрдо ответил Нетейам, — мы ослушались. Мы полезли туда, где могли умереть. Его гнев – это страх Ло’ак взглянул на старшего брата, и в его жёлтых глазах мелькнуло понимание, смешанное с обидой — Мы хотели помочь. Мы не дети, чтобы нас прятать за спиной Нетейам поднялся, его высокая фигура отбрасывала длинную тень в свете фитолюминесцентных растений. Он подошёл к сестре, и его движение было по-прежнему плавным, несмотря на внутреннее напряжение — Значит, будем умнее, сильнее. Чтобы в следующий раз он видел в нас воинов, а не непослушных детёнышей Он протянул руку, не чтобы удержать, а чтобы коснуться её запястья, точно над тёмным синяком. Его прикосновение было прохладным и осторожным Нан’ти вздрогнула, но не отдёрнула руку. Её узоры вспыхнули ярче, откликаясь на близость брата Ло’ак наблюдал, затихший Воздух сгустился, зарядившись новым, невысказанным напряжением, где обида и боль начали переплавляться во что-то иное Нетейам провёл пальцем вдоль её руки к локтю, его взгляд изучал мерцание кожи сестры — Наша сила в единстве, — прошептал он, и его дыхание коснулось её уха — Но он не видит, — шепнула Нан’ти, и голосом её прорвалась крохотная трещинка, — он видит только опасность — Тогда мы покажем ему, что опасности можно смотреть в глаза, вместе, — Нетейам посмотрел на Ло’ака, — мы команда. Старший брат, младший брат, и ты, наша сестра Ло’ак кивнул, едва заметно, но в его глазах появилась искорка надежды. Слова Нетеяма, произнесённые с такой уверенностью, растопили лёд обиды, сковавший его изнутри. Он всегда чувствовал себя немного в тени старшего брата и сестры, но сейчас, слушая Нетейама, он ощутил себя частью чего-то большего, чем просто непослушный младший Нан’ти тоже почувствовала перемену. Прикосновение Нетейама, его слова, пропитанные нежностью и решимостью, смывали горечь отцовской несправедливости. Она подняла голову и её глаза встретились с его. В них больше не было вызова, только тихая просьба о понимании и поддержке — Мы готовы, — наконец сказала она, и её голос звучал уже твёрдо, — мы покажем ему, что мы достойны. Мы – семья, и никакая опасность не разделит нас Нетейам молча кивнул, чувствуя, как напряжение, сковавшее его плечи, начинает отступать. Он видел, как в глазах сестры зажигается новый огонёк – не обиды, а решимости Слова о единстве, о том, что они команда, нашли отклик в сердце Ло’ака, рассеяв его сомнения и неуверенность. Раньше он всегда метался между желанием доказать отцу свою взрослость и страхом перед его гневом, но теперь, чувствуя поддержку брата, он видел новый путь – путь совместной борьбы, где он мог быть полноценным членом семьи — Мы должны действовать сообща, — повторил Нетейам, теперь уже обращаясь к обоим, — отец, возможно, и видит в нас лишь неопытных юнцов, но это не значит, что мы должны соответствовать его ожиданиям. Мы должны стать для него опорой, а не источником беспокойства. Мы должны показать ему, на что способны, не только в бою, но и в принятии решений, — его взгляд скользнул по Ло’аку, затем по Нан’ти, и в нём читалась уверенность, которая исходила от обретённого понимания Нан’ти крепче стиснула кулаки, но в этот раз это было не выражение гнева, а сосредоточенности. Слова брата отозвались в ней глубоким резонансом. Она всегда чувствовала себя недооценённой, словно её чувства и стремления не имели значения. Но сейчас, слушая Нетейама, она ощущала, как её собственная сила растёт, подпитываемая верой брата. Она больше не была просто обиженной дочерью, она становилась частью чего-то большего, частью мужского пути Ло’ак, почувствовав себя увереннее, шагнул вперёд — Я готов, — сказал он, его голос звучал чуть громче, чем обычно, — я больше не буду прятаться за вашей спиной. Я хочу быть рядом, когда вы будете принимать свою судьбу, когда будете бороться за наше будущее. Я хочу быть частью команды В его глазах мелькнул отблеск решимости, который мог соперничать с огнём в глазах его брата и сестры Воздух в хижине, казалось, очистился. Густая, тяжёлая атмосфера грозы сменилась ощущением предвкушения, готовности к действию Трое детей Джейка Салли, объединившись перед лицом непонимания отца, почувствовали, что в них пробудилась новая сила. Сила, рождённая не только их природными талантами, но и их единством, их пониманием друг друга, их общей волей стать опорой своему народу и своему отцу. Это было начало их общего пути Нетейам почувствовал, как эта новая волна решимости, охватившая его брата с сестрой, переливается и на него самого. Он видел в глазах Ло’ака больше не наивную обиду, а зарождающуюся отвагу, а в Нан’ти – подавленную внутреннюю силу, готовую вырваться наружу Это было больше, чем просто братская солидарность; это было осознание общего долга, переданного им по наследству от отца, но теперь переосмысленное ими самими — Мы должны доказать ему, что мы не только достойны его уроков, но и способны превзойти их, — произнёс Нетейам, его голос стал увереннее, а взгляд устремился куда-то вдаль, словно он уже видел их будущие победы, — каждый из нас обладает уникальной силой. Ло’ак, твоя способность видеть то, что скрыто от других, станет нашим щитом. Нан’ти, твоя интуиция – наш компас. А моя задача – быть звеном, которое вас объединит, стержнем, который не даст вам сломаться Ло’ак кивнул, ощущая, как уверенность старшего брата придаёт ему сил. Он больше не чувствовал себя потерянным или незначительным. Слова Нетейама о его уникальном даре прозвучали как долгожданное признание, заставляя его забыть об обиде и сосредоточиться на том, как он может быть полезен. Он был готов использовать свою способность видеть «глазами» природы, чтобы предвидеть опасности и находить пути, которые ускользали от других Нан’ти, почувствовав, как её собственные страхи и сомнения отступают под натиском общей решимости, улыбнулась — Мы покажем ему, — сказала она, — что наша сила не в том, чтобы быть такими же, как он, а в том, чтобы быть собой, но вместе Этот момент осознания, когда они перестали быть просто детьми, стремящимися заслужить одобрение, и стали командой, готовой защищать друг друга и свой народ, ощущался мощнее любой физической силы Воздух в хижине замер в предвкушении. Гроза прошла, оставив после себя не разрушение, а очищение Нетейам, Ло’ак и Нан’ти, трое детей Джейка Салли, стояли как единое целое, объединённые не страхом перед отцовским гневом, а общей целью и верой в себя. Это было начало не просто их общего пути, а нового этапа в истории их семьи, где каждое их действие будет направлено на то, чтобы показать миру – и своему отцу – истинную силу клана Оматикайя — Эй, ребят, вы чего тут? — послышался голос позади Нетейам обернулся, его взгляд прошёлся по появившейся сестре Кири, с любопытством в глазах, переводила свой взгляд с одного на другого. Её присутствие, обычно несущее нотку невинности и беззаботности, сейчас казалось неуместным в изменившейся атмосфере

***

Кири — удивительная на'ви, занимающая особое место в семье: она младше близнецов Нетейама и Нан’ти, но старше неугомонного Ло’ака. Эта позиция словно задала тон её характеру – в Кири гармонично сплелись рассудительность старших и живой интерес к миру, свойственный младшим. Внешне она напоминает своих старших брата и сестру: высокая и грациозная, с тёмно‑синей кожей, украшенной биолюминесцентными узорами. Узоры на её руках и висках чуть более замысловатые – будто отражают внутреннюю сложность натуры. Жёлтые глаза с вертикальными зрачками отличаются особой глубиной взгляда: в них читается и любопытство Нан’ти и спокойная мудрость Нетейама. Её движения сочетают плавность Нетейама с лёгкостью и порывистостью Нан’ти. Когда Кири идёт, кажется, будто она прислушивается к самому лесу – каждый шаг осторожен, но не скован, полон естественной грации Характер Кири – это тонкий баланс между противоположностями: Она умеет поддержать авантюру Нан’ти, но при этом замечает риски, о которых та порой забывает; С Ло’аком она общается на его языке любопытства и открытий, но может мягко направить его энергию в безопасное русло; К Нетейаму относится с уважением, ценит его рассудительность, но иногда мягко подталкивает брата выйти за пределы привычной осторожности Кири обладает удивительной способностью понимать каждого из близких: С Нан’ти она может пуститься в небольшое приключение, но заранее продумает путь назад; С Ло’аком исследует новые места, превращая это в познавательную игру; С Нетейамом обсуждает увиденное, делясь наблюдениями и задавая вопросы, заставляющие задуматься В семье её часто называют «мостом» – она интуитивно чувствует, когда нужно успокоить Нан’ти, поддержать Ло’ака или напомнить Нетейаму, что иногда стоит довериться моменту. Её биолюминесцентные метки мягко мерцают, когда она счастлива, и пульсируют ровным светом, когда она сосредоточена на чём‑то важном. Кири любит наблюдать за природой, замечать детали, которые другие пропускают Кири не просто связующее звено между старшим поколением и младшим. Она тот редкий элемент, который делает семейную связь ещё крепче, добавляя к ней глубину понимания и взаимного уважения

***

— Мы просто.. обсуждали, — ответил Нетейам, его голос звучал ровно, но в нём читалась новая глубина, которой раньше не было. Он взглянул на Ло’ака, затем на Нан’ти, и в этом молчаливом обмене взглядами содержалось понимание, которое Кири ещё не могла постичь Ло’ак, почувствовав, что момент раскрытия их плана ещё не настал, лишь слегка кивнул сестре — Да, Кири, важные вещи, — добавил он, стараясь скрыть напряжение, которое ещё недавно сковывало его Нан’ти, чьё лицо освещалось мягким сиянием биолюминесценции, улыбнулась сестре, но в этой улыбке была лёгкая печаль — Ты с нами? — спросила она, и в её словах звучал вопрос, который был не только о настоящем моменте, но и о будущем Кири, почувствовав, что что-то изменилось, переступила с ноги на ногу — Конечно, что бы это ни было, — сказала она, и в её голосе была непоколебимая уверенность, которая, возможно, тоже понадобится в их предстоящем пути Кири, не уловив полного смысла происходящего, тем не менее, ощутила новую вибрацию, исходящую от её братьев и сестры. Недоверие, которое она чувствовала к отцовскому гневу, резонировало с их подавленной обидой. Она не могла понять причин, но инстинктивно чувствовала, что грядут перемены, и в этих переменах она хотела быть частью. Её непоколебимая вера в семью, в их нерушимые узы, была тем якорем, который мог пригодиться в грядущих бурях Нетейам, глядя на сестру, почувствовал, как та тяжесть, что ещё недавно давила на него, немного ослабла. Кири, со своей безграничной добротой и верой в лучшее, была воплощением того, чего, возможно, не хватало им самим в их стремлении идти против воли отца. Его взгляд снова обратился к Ло’аку и Нан’ти, и в его глазах промелькнуло новое решение Кири, несмотря на свою наивность, была сильна. Её сила – в её вере, в её способности видеть мир без фильтра обид и непонимания — Ты всегда с нами, Кири, — сказал Нетейам, и его голос, уже наполненный внутренней силой, теперь звучал ещё теплее, — мы команда, и мы будем вместе, что бы ни случилось. Ваши слова – наша сила, ваши поступки – наша защита Ло’ак, видя, как Кири радостно кивает, почувствовал, как последние остатки страха покидают его. Он знал, что они не одни. Рядом с Кири их семья становилась ещё крепче. Её чистота намерений, её готовность принять любое решение, каким бы трудным оно ни было, были искрой надежды Нан’ти, прижимая руку к груди, где билось сердце, ощутила, как волна теплоты разливается по телу. Слова брата, его уверенность, слова Кири, её бесконечная преданность – всё это сливалось в единый, мощный поток Да, они были детьми, но они были его детьми. И они были готовы доказать свой путь Кири, улавливая едва заметную перемену в настроении братьев и сестры, подошла ближе. Её глаза, обычно полные безмятежности, сейчас отражали лёгкое беспокойство, смешанное с непоколебимой преданностью. Она не знала всех деталей их разговора, но чувствовала, что что-то важное произошло, что-то, что объединило их ещё сильнее — Я знаю, что вы переживаете из-за отца, — тихо сказала она, глядя на браслет Нетейама, а затем на след отцовских пальцев на руке Нан’ти, — но мы семья, мы всегда будем вместе Нетейам, услышав слова Кири, почувствовал, как слова о единстве, произнесённые им ранее, обрели новую силу. Кири, будучи средней, всегда была воплощением невинности и веры в добро, чего, возможно, им так не хватало в их борьбе с отцовским гневом. Она не видела в нём угрозы, только родного человека, нуждающегося в поддержке. Это простое, искреннее принятие Кири стало для Нетейама подтверждением того, что они на правильном пути Ло’ак, стоявший рядом, с благодарностью посмотрел на Кири. Её присутствие, её слова, казалось, нейтрализовали остатки напряжения, которое ещё витало в воздухе. Он понял, что Кири, несмотря на свою кажущуюся наивность, была их силой. Её непоколебимая вера в семью, в нерушимые узы, была тем якорем, который мог пригодиться в грядущих бурях — Ты права, Кири, — сказал он, его голос был мягким, но твёрдым, — мы команда, и мы всегда будем вместе Нан’ти, почувствовав, как её братья и сестра полностью приняли её, снова почувствовала прилив новой неведомой прежде силы. Слова Кири, сказанные с такой искренностью, рассеяли последние тени обиды и сомнения. Она больше не чувствовала себя одинокой в своём противостоянии отцовской воле. Теперь она знала, что у неё есть поддержка, что они вместе – единое целое, способное преодолеть любые препятствия Нетейам, глядя на своих сестёр и брата, почувствовал, как уверенность, обретённая им в разговоре с Ло’аком и Нан’ти, усиливается Кири, своим присутствием, своей верой, показала им, что их сила не только в их умении сражаться, но и в их способности любить и поддерживать друг друга — Мы покажем отцу, — произнёс он и в его голосе звучала сталь, — что мы не просто его дети, но и воины, достойные своего народа. Мы – Салли, и мы не сдадимся Слова Нетеяма, наполненные решимостью, эхом разнеслись по небольшому укрытию Нан'ти, чьи пальцы ещё хранили тепло отцовского прикосновения, теперь крепче сжала руку Ло'ака. В этом простом жесте было больше, чем в тысяче слов: обещание взаимопонимания, готовность разделить бремя. Она впервые за долгие дни почувствовала, как тяжесть ответственности, лёгшая на её плечи, начала отступать Ло'ак, ощутив это, кивнул. Его взгляд, обращённый к Нан'ти, был полон уважения и той братской любви, которая связывала их крепче любых клятв. Он знал, что их путь будет трудным, но теперь, когда Нан'ти была с ними, когда Кири своим нежным присутствием словно освещала их души, он чувствовал, что они способны выдержать всё. Это молчаливое согласие, этот обмен взглядами, стал для него не менее важным, чем слова Кири, видя, как её братья и сестра вновь обретают внутреннюю силу, улыбнулась. Её сердце наполнилось теплом. Она не понимала всех тонкостей их переживаний, но знала главное – их единство. И сейчас, когда это единство вновь расцвело, она чувствовала, что надвигающаяся буря, казалось, теряет свою разрушительную мощь — Мы – семья, — повторила Кири, её голос был как нежный ветерок, успокаивающий разбушевавшиеся волны, — а семья всегда защищает друг друга Это простая истина, пронесённая ей через все трудности, стала их общим знаменем, их незыблемой опорой В этот момент, сплочённые общим обещанием и обретённой верой, они были готовы встретить всё, что уготовила им судьба Братья и сёстра, связанные узами крови и духа, стояли плечом к плечу, готовые доказать всему миру, кто они на самом деле – не просто дети, но потомки народа, который никогда не покоряется ... Прошло несколько дней Хижина, ставшая для них временным убежищем, казалась всё более тесной. Воздух здесь больше не звенел от предвкушения и решимости – он застыл, пропитанный терпением и тихим напряжением Трое детей Джейка Салли, а теперь и Кири, проводили дни в четырёх стенах, словно пойманные в ловушку. Отец строго-настрого запретил им покидать хижину Ло’ак особенно тяжело переживал запрет на полёты – он то и дело бросал тоскующие взгляды в сторону леса, где среди крон деревьев скрывались места, откуда можно было позвать своего икрана. Он метался из угла в угол, как загнанный зверь. Его энергия, обычно направленная на исследования и приключения, теперь искала выход в мелких действиях: он перебирал камни, раскладывал их по узорам, затем снова перемешивал; пытался плести браслеты из лиан – но те рвались под его нетерпеливыми пальцами — Ещё месяц.. — пробормотал он, сжимая кулаки, — целый месяц без неба.. Нан’ти, сидевшая у окна, обернулась. Её биолюминесцентные узоры мерцали приглушённо, отражая внутреннее состояние — Ло’ак, — тихо сказала она, — мы обещали быть сильными, помнишь? Не только для отца, но и для себя Кири, которая сидела рядом с Нан’ти, коснулась её руки — Он просто боится за нас, — мягко произнесла она, — отец всегда так: сначала наказывает, потом понимает, что был слишком строг Нетейам, стоявший у противоположной стены, поднял взгляд. Его фигура, обычно такая уверенная, сейчас казалась чуть более сгорбленной – бремя лидерства давило на плечи — Да, он боится, — согласился Нетейам, — но мы должны показать ему, что страх не повод ограничивать нас. Мы не сломаемся из‑за этих стен, мы используем это время с пользой Ло’ак остановился, повернулся к брату: — С пользой? И что мы можем тут сделать? Сидеть и смотреть друг на друга? Нетейам улыбнулся – впервые за эти дни улыбка коснулась его губ — Мы можем учиться, тренироваться, обсуждать стратегии. Отец думает, что, лишив нас свободы – он лишил нас возможности расти, но он ошибается В хижине повисла напряжённая тишина, каждый находился в своих мыслях Нан’ти нервно расхаживала из угла в угол, её биолюминесцентные узоры вспыхивали и гасли в такт неровному дыханию Ло’ак сидел у окна, бездумно перебирая бусины на шнурке, а Нетейам, скрестив руки на груди, стоял у стены и смотрел вдаль, будто пытался разглядеть за стенами хижины будущее, которое они себе наметили — Сколько ещё мы будем тут сидеть? — не выдержала Нан’ти, резко остановившись, — мы же договорились действовать! Показать отцу, на что способны.. А вместо этого сидим, как птенцы в гнезде Нетейам медленно перевёл взгляд на сестру:
 — Мы не можем идти против его воли прямо сейчас, это только усугубит ситуацию. Нам нужно терпение, и план — Терпение это хорошо, но я уже забыл, каково это, чувствовать ветер под крыльями, — Ло'ак вздохнул и обернулся, — месяц без икрана – это.. это пытка Нан’ти фыркнула:
 — Зато ты теперь точно знаешь, каково было нам с Нетейамом, когда нас лишили тренировок из-за прошлого раза Ло’ак хотел было огрызнуться, но в этот момент накидка хижины слегка скрипнула и приоткрылась На пороге стоял Паук – человеческий подросток, выросший среди на’ви, с светлыми волосами-дредами, небрежно спадающими на плечи, и настороженным взглядом 
— Привет, ребят, — он осторожно переступил порог, огляделся и тихо произнёс, — можно к вам? — Конечно, Паук, — кивнул Нетейам, — заходи Паук вошёл и присел на край низкой циновки. Его взгляд скользнул по лицам друзей – он сразу почувствовал напряжение 
— Что случилось? Опять с отцом проблемы? 
— Проблемы – это мягко сказано, — мрачно усмехнулся Ло'ак, — нас заперли. Мне ещё и летать запретили 
— Серьёзно? — Паук удивлённо приподнял брови, — на месяц? — Да, — буркнул Ло’ак, — и это несправедливо, мы же хотели помочь! Нан’ти села рядом с Пауком и вздохнула:
 — Отец считает, что мы ещё не готовы к таким вещам, что мы дети Паук задумчиво потёр подбородок:
 — Но вы же не дети, вы – команда. Я это видел. Вы действовали вместе, поддерживали друг друга, это не детские поступки — Ты прав, — Нетейам внимательно посмотрел на друга, — но отец видит только риск, он боится за нас 
— Понимаю, — кивнул Паук, — но если вы просто будете сидеть здесь, он так и будет считать вас детьми. Нужно что‑то, что покажет ему: вы действительно готовы — И что ж нам делать? — Ло’ак с надеждой посмотрел на Паука, — сидеть тут целый месяц я не выдержу! Паук задумчиво покрутил в руках небольшой камешек, который подобрал у входа в хижину. Его взгляд скользнул по лицам друзей – в глазах каждого читалась тоска и нетерпение — А знаете что? — наконец произнёс он, поднимая голову, — у клана сейчас не хватает охотников для патрулирования дальних лесов. Джейк с другими опытными воинами занят укреплением границ у ущелья Теней, там появились признаки активности чужаков. Им просто не до патрулей в восточной части леса, а там, говорят, видели следы хищников, которые могут представлять угрозу для поселений Ребята переглянулись, не сразу осознав суть предложения — То есть ты предлагаешь.. — начала Нан’ти, но осеклась — Я предлагаю не ставить отца перед фактом, а прийти к нему с готовым решением, — пояснил Паук, — вы не требуете свободы ради свободы, а просите дать вам ответственное задание. Показать, что вы готовы нести ответственность, а не просто шалить Кири задумчиво кивнула: — То есть мы не спорим с отцом, а предлагаем помощь там, где она действительно нужна? — Именно! — улыбнулся Паук, — вы покажете, что выросли, что можете быть полезными не только в играх, но и в деле — Это разумно, — Нетейам задумчиво провёл рукой по своему браслету из кожи апаранта, — мы не идём против воли отца, а предлагаем решение, которое поможет всему клану. Но нужно продумать всё до мелочей — Мы можем патрулировать восточную часть леса! — Ло’ак вскочил на ноги, его глаза загорелись азартом, — я знаю там все тропы, я могу вести группу — А я могу следить за сигналами природы, — улыбнулась Нан'ти, — если что-то не так, я это почувствую первой — И я могу замечать детали, которые другие пропустят, — Кири мягко коснулась плеча сестры, — следы, изменения в поведении животных.. — Хорошо, — кивнул Нетейам, — тогда план такой: утром мы идём к отцу все вместе, включая Паука. Говорим, что хотим загладить свою вину и принести пользу клану, предлагаем патрулировать восточные леса, где сейчас не хватает воинов. Подчёркиваем, что это не каприз, а осознанное решение — И обещаем выполнять все его условия, — добавила Кири, — чтобы он видел, что мы относимся к этому серьёзно — Да, — согласился Нетейам, — мы покажем, что можем быть ответственными — Но сначала обсудим детали, — остановил их Паук, — нам нужно предложить конкретный план: кто и когда патрулирует, какие маршруты, как будем связываться с кланом, что делать в случае опасности. Джейк должен видеть, что мы продумали всё Они склонились над куском кожи, на котором Нетейам начал схематично изображать карту дальних лесов Нан’ти указывала на известные ей безопасные тропы, Кири отмечала места, где часто видели следы хищников, а Ло’ак предлагал короткие, но рискованные маршруты для быстрого реагирования. Паук дополнял их знания своими наблюдениями о перемещениях животных и погодных условиях На следующее утро, когда первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, пятеро друзей направились к большой пагоде, где обычно находился Джейк Салли Воздух был свеж, наполненный ароматами утреннего леса, но напряжение между ними ощущалось почти физически Джейк стоял у входа, наблюдая за тренировкой молодых воинов. Его фигура, высокая и мускулистая, выделялась на фоне остальных. Он обернулся, услышав шаги, и его взгляд остановился на приближающихся детях — Отец, — начал Нетейам, делая шаг вперёд, — у нас есть предложение Джейк скрестил руки на груди, внимательно глядя на старшего сына: — Слушаю Нан’ти выступила вперёд: 
— В клане не хватает охотников для дальних патрулей, — её голос звучал твёрдо, — мы знаем тропы, умеем читать следы и готовы помочь — Мы просим свободы не ради свободы, а чтобы принести пользу и загладить свою вину, — добавил Нетейам, — клан нуждается в воинах для патрулирования дальних лесов, а ты и другие заняты на границах. Позволь нам помочь Джейк Салли снова скрестил руки на груди, его взгляд был суров. Он медленно перевёл взгляд с одного лица на другое, задерживаясь на каждом — Вы думаете, что несколько дней в хижине сделали вас готовыми к таким задачам? — его голос звучал твёрдо, но не злобно, — вы ослушались моего прямого приказа, подвергли себя опасности. Почему я должен доверять вам сейчас? — Потому что мы больше не будем действовать в одиночку, — склонила голову Нан’ти, её биолюминесцентные узоры слегка замерцали, — мы команда, каждый знает свою роль. Ло’ак найдёт пути, я замечу опасность по знакам природы, Нетейам примет решение, Кири поможет увидеть то, что скрыто, а Паук будет связующим звеном между нами и тобой — Мы не просим полной свободы, мы просим дать нам шанс доказать, что можем быть полезными, — добавил Ло'ак, стараясь говорить спокойно, но в его голосе всё равно звучала страсть, — мы будем следовать твоим правилам, мы готовы учиться на своих ошибках — Папа, мы понимаем, что ты боишься за нас, — сделала шаг вперёд Кири, её глаза смотрели прямо на отца, — но мы уже не те дети, что были раньше, мы выросли. Позволь нам показать это не словами, а делами — Джейк, я буду с ними, — стоявший чуть позади Паук, тоже решил высказаться, — прослежу, чтобы они не увлекались и соблюдали все правила. Если что-то пойдёт не так – сразу дам знать Джейк задумчиво посмотрел на каждого из них. В глазах его читалась борьба между отцовской тревогой и гордостью за растущих детей. Он видел в их глазах не ребяческое упрямство, а твёрдое намерение и готовность нести ответственность. Кири, стоявшая чуть позади, посмотрела на него с той же безмятежной верой, что и в детстве, и Джейк почувствовал, как его сердце дрогнуло — Хорошо, — наконец выдохнул он, — я дам вам шанс, но с жёсткими условиями. Во‑первых, вы будете патрулировать только обозначенный участок, вот здесь, — он развернул карту и указал на территорию восточнее их поселения, — во‑вторых, каждый вечер вы должны возвращаться сюда и докладывать мне лично. В‑третьих, если я скажу вам возвращаться – вы возвращаетесь немедленно, без вопросов и задержек. И в‑четвёртых.. — его голос стал жёстким, — если вы хоть раз нарушите приказ или подвергнете себя неоправданному риску, я запру вас в хижине на целый лунный цикл и лишу права летать на икранах до совершеннолетия. Вы меня поняли? Дети переглянулись и одновременно кивнули — Да, отец, — ответил Нетейам, — мы понимаем и принимаем твои условия — Спасибо, отец, — улыбнулся Ло'ак, — мы не подведём — Очень на это надеюсь, — Джейк слегка смягчился, — но помните: я буду следить. И если хоть один из вас ослушается – наказание коснётся всех без исключения. Это не игра, это ответственность — Мы понимаем, отец, — склонила голову Кири, — спасибо за доверие, мы обещаем быть осторожными и ответственными — Ну что, патруль, пора собираться, — Паук хлопнул Ло’ака по плечу, — покажем, на что мы способны! Джейк Салли смотрел, как дети, воодушевлённые и полные решимости, начали обсуждать детали предстоящего патруля. В глубине души он почувствовал гордость. Может быть, они действительно готовы к большему, чем он думал — И ещё одно, — добавил он, когда они уже собирались уходить, — действуйте как команда, поддерживайте друг друга, помогайте. Если я увижу, что кто‑то из вас рискует ради показухи или пытается выделиться за счёт других – наказание будет строгим. Вы семья. Докажите, что можете быть семьёй и воинами одновременно — Мы помним, отец, — обернулся Нетейам и серьёзно кивнул, — мы команда Когда они отошли на достаточное расстояние, Ло’ак не выдержал и подпрыгнул от радости: 
— Мы свободны! Наконец‑то небо и ветер! — Не спеши радоваться, братец, — хлопнула его по плечу Нан’ти, — это только начало. Нам предстоит доказать, что мы действительно готовы 
— Но мы справимся, — улыбнулся Нетейам, впервые за долгое время искренне и тепло, — вместе Кири взяла брата за руку:
 — Вместе, — повторила она, — и пусть отец увидит, какие мы стали — Ну что, команда? — подмигнул им Паук, — пора готовиться к настоящему делу Воздух, ещё недавно тяжёлый от ожидания, теперь казался лёгким и наполненным новыми возможностями – они начинали свой путь к взрослению, поддерживая друг друга на каждом шагу. Впереди их ждали первые шаги на пути к признанию и первые испытания, которые должны были показать, насколько крепка их связь и сильна их решимость