Секрет на двоих

Машина медленно свернула с широкой дороги и въехала на тихую улицу, где всё выглядело слишком аккуратно, чтобы Эмма сразу в это поверила. Высокие пальмы тянулись вдоль тротуара, на нескольких домах уже висели гирлянды, а в окнах местами мерцал тёплый свет, хотя до вечера было ещё далеко. Декабрь в Калифорнии ощущался странно не как настоящая зима к которой она привыкла, а как что-то красивое и немного чужое. Отец заглушил двигатель и убрал руки с руля. - Приехали, - сказал он. Эмма не ответила. Она ещё несколько секунд сидела, глядя в окно так, будто могла взглядом отменить весь этот день, но улица никуда не исчезала. Светлые дома, ровные дорожки, подстриженные кусты и венки на дверях всё так же стояли на своих местах. Рядом шевельнулась Изабель она быстро убрала телефон в карман худи, подалась ближе к стеклу и огляделась с таким живым интересом, будто их не выдернули из привычной жизни, а просто привезли в место, о котором она давно мечтала. Через секунду она уже выбралась наружу. - Ладно, - Иса обернулась, поежилась кутаясь в худи и подняла голову на пальмы. - Это правда красиво. Эмма вышла следом и тихо закрыла дверь машины. Воздух сразу коснулся лица прохладой. Не холодом от которого хочется спрятаться, а именно прохладой, свежей и чуть влажной, как будто ночь уже стояла где-то рядом и просто ждала своей очереди. Новый дом был прямо перед ними светлый, двухэтажный с широкими окнами, небольшим крыльцом и каменной дорожкой через аккуратный передний двор. На перилах уже висела тонкая гирлянда, пока не включенная. У двери стояли большие керамические горшки с зеленью и сухими ветками, перевязанными светлой лентой. Всё выглядело так, будто дом заранее решил быть красивым в декабре, но Эмму это почему-то раздражало сильнее, чем если бы он был просто обычным. С красивыми вещами сложнее спорить. - Ну что, не так уж плохо, правда, - отец захлопнул багажник и перевёл взгляд на дочерей. - Мне нравится, - Изабель уже тянулась за рюкзаком и смотрела по сторонам с тем выражением, которое у неё появлялось, когда жизнь вдруг начинала казаться ей интересной. - Даже слишком. Голубоглазая шатенка подняла взгляд выше и почти сразу заметила большое окно на втором этаже. Судя по расположению, это была её будущая комната. Прямо под окном тянулась плоская крыша гаража широкая, ровная и достаточно низкая, чтобы на неё можно было спокойно выбраться, если захочется побыть одной. Эта мысль зацепила её первой за весь день и именно поэтому она ничего не сказала вслух. Не хотелось признавать даже перед собой, что в новом доме уже нашлось хоть что-то, что ей понравилось. Она перехватила ремень сумки и отвела взгляд. - Нормально, - Эмма пожала плечом и пошла к двери. - Бывало хуже. - От тебя это почти признание в любви, - Изабель посмотрела на неё, потом качнула головой. Внутри пахло свежей краской, деревом и картонными коробками. Шаги звучали громче обычного, потому что в доме пока было слишком много пустоты и слишком мало жизни. У стены в коридоре уже стояли коробки с подписями, и от одного взгляда на них у Эммы неприятно стянуло внутри. Вся её прошлая жизнь сейчас выглядела как вещи сложенные по категориям и расставленные вдоль стены. Эмма стояла посреди прихожей и чувствовала себя единственным человеком здесь, которого никто не предупредил, что привыкать нужно быстро. Мама выглянула из кухни, вытирая руки полотенцем, и кивнула в сторону лестницы. - Эмма, твоя комната наверху в конце коридора, - сказала она мягко, но без паузы, будто всё давно уже распределено. - Посмотри пока, а мы тут разберёмся. На втором этаже было светлее и тише. Солнце ложилось на пол длинными полосами и из-за этого всё вокруг выглядело мягче, чем ощущалось на самом деле. Эмма дошла до последней двери, толкнула её плечом и остановилась на пороге. Комната была просторной большая кровать, стол у стены, несколько коробок возле шкафа и огромное окно почти на всю стену. Всё было не просто нормально, а правда хорошо, и от этого внутри снова неприятно кольнуло если бы комната была неудобной, на неё хотя бы можно было бы злиться открыто. Она бросила сумку на покрывало и почти сразу подошла к окну. Отсюда улица выглядела ещё тише светлые дома, широкие окна, венки на дверях и ровные дорожки, по которым пока почти никто не ходил. Чуть дальше темнели деревья и на их фоне дом напротив сразу бросался в глаза сильнее остальных. Он был чуть темнее, с широкими ступеньками у входа и большим окном на втором этаже почти напротив её собственного. Эмма скользнула по нему взглядом, больше по привычке, чем из интереса. Она уже собиралась отойти, когда шторы вдруг чуть разошлись в стороны. В комнате появилась девушка. Брюнетка подошла к стеклу спокойно, без спешки, и остановилась так, будто просто решила посмотреть на улицу. Их взгляды встретились почти сразу, и Эмма на секунду замерла, не успев сделать вид, что вообще-то смотрела в другую сторону. Даже с такого расстояния в незнакомке чувствовалось что-то слишком собранное тёмные волосы, прямая осанка, спокойное лицо и та уверенность, которая заметна сильнее всего, когда человек вообще ничего не пытается изображать. Шатенка поймала себя на том, что разглядывает её внимательнее, чем собиралась. Это раздражало сразу же. Брюнетка напротив тоже не спешила отворачиваться. Она чуть наклонила голову, словно просто отмечала про себя новое лицо в доме напротив, и на её лице мелькнула живая, едва заметная реакция. Не улыбка в лоб, не откровенная усмешка, а что-то очень лёгкое, как будто сам момент её немного позабавил. Эмме это не понравилось примерно в той же степени, в какой понравилось. Было в этом что-то раздражающе спокойное как будто для той такие моменты вообще ничего не значат. Потом шторы снова сошлись, и окно стало просто окном. - Уже нашла, чем заняться? - голос Изабель прозвучал за спиной так внезапно, что Эмма всё-таки отступила от окна. Она обернулась и увидела сестру в дверях. Та стояла, прислонившись плечом к косяку, и смотрела на неё слишком понимающе. - Я просто смотрю на улицу, - Эмма отвернулась обратно к стеклу и сделала вид, что её вообще не задело появление Исы. Изабель вошла в комнату, подошла ближе и выглянула наружу поверх её плеча. Она быстро скользнула взглядом по домам, по окну напротив, потом снова посмотрела на Эмму. По лицу младшей сразу стало ясно, что она всё уловила, но добивать пока не стала. Вместо этого она села на край кровати, сдвинула ладонью покрывало и ещё раз оглядела комнату, будто примеряла её на старшую сестру. - Тут, кстати, правда неплохо, - сказала она, закинув одну ногу на кровать и уперев ладонь сзади в матрас. - Намного лучше, чем я думала. - Ты как будто переехала в фильм, а не в дом, - Эмма провела ладонью по холодному подоконнику и всё ещё смотрела на улицу. - А что нет? - Изабель развела руками и оглядела комнату. - Пальмы, декабрь без снега, дорогой район, странно красивые дома. Очень в духе чего-то, что ты бы потом всё равно смотрела с недовольным лицом. - Я не смотрю с недовольным лицом на всё подряд. - Она повернула к ней голову и чуть нахмурилась, как будто хотела возразить сразу на всё. Эмма снова отвернулась к стеклу, но на этот раз уже без попытки спорить. Комната была новой, воздух был новым, даже тишина здесь звучала по-другому, и на этом фоне любой лишний взгляд ощущался сильнее, чем должен был. Снизу доносились голоса родителей и шорох коробок, но наверху всё держалось в отдельной тишине, как будто у этого этажа пока был свой ритм. Эмма медленно убрала волосы за спину и ещё раз посмотрела на окно напротив, хотя уже знала, что за шторами никого не видно. Потом всё-таки отступила от подоконника и прислонилась к нему бедром. - Всё равно странно. - Что именно? - Изабель сразу перестала играть лицом. Она подтянула одну ногу к себе и обняла колено руками, как делала всегда, когда переходила к нормальному разговору. - Всё, - Эмма пожала плечом и отвела глаза к улице. - Дом, район, новая школа завтра, новые люди. Как будто меня просто поставили в чужую жизнь, а я ещё даже не поняла, как здесь вообще себя вести. Изабель молчала пару секунд. Она перевела взгляд на окно, потом на коробки у шкафа, потом снова на сестру, будто пыталась подобрать слова без лишней фальши. - Может, не в чужую, - сказала она наконец. - Просто в новую. - Это звучит ужасно - А ты звучишь так будто тебе нравится делать трагедию вообще из всего. Только не делай вид, что я не права. - Изабель сморщила нос, но не зло, а почти мягко. Эмма уже открыла рот, чтобы огрызнуться, но Иса заговорила быстрее. Обычно она так делала только тогда, когда правда хотела донести мысль, а не просто съязвить. - Я серьёзно. Ты как будто решила заранее, что здесь будет плохо, и теперь цепляешься за всё подряд, чтобы это подтвердить. Даже если дом хороший. Даже если комната хорошая. Даже если на улице правда красиво. Эмма отвела взгляд и закусила внутреннюю сторону щеки. Злило не то, что Иса лезет с этим разговором. Злило то, что она права, и от этого никуда не денешься. Несколько секунд в комнате было тихо только снизу мама что-то сказала отцу чуть громче, видимо, опять не найдя нужную коробку. - Я просто не понимаю, ради чего вообще всё это было, - Эмма наконец посмотрела на сестру. - Мы сорвались, переехали, я оставила друзей, школу, вообще всё и ради чего? Изабель задержала на ней взгляд и чуть приподняла брови, будто удивилась, что этот вопрос всплыл только сейчас. Потом она выпрямилась и опустила ноги с кровати. - Папа же говорил - Папа говорил это так, будто я должна просто кивнуть и не задавать вопросов. - Потому что у него здесь этот проект, - Иса повела плечом и заправила волосы за ухо. - С его новым партнёром они делают что-то большое вместе, и если всё пойдёт как надо, мы останемся здесь после Нового года. Эмма резко посмотрела на неё. Она знала, конечно, что переезд был из-за работы, но до этого момента всё звучало слишком расплывчато, слишком по-взрослому и слишком далеко от неё самой, а сейчас слова вдруг сложились во что-то конкретное и неприятное. - То есть это может быть не временно. - Да, - Изабель не стала уходить от ответа и просто кивнула. - Скорее всего, не временно. Эмма отошла от окна на шаг и провела ладонью по волосам, убирая их назад. Внутри неприятно похолодело, хотя в комнате не было холодно. До этого момента всё ещё можно было держаться за мысль, что это просто временный этап, длинный, раздражающий, но временный. Новый дом, новая улица, новая школа, которую ещё нужно просто пережить, а сейчас слова после Нового года вдруг стали тяжёлыми и слишком настоящими. Они могут остаться здесь в этом доме на этой улице. - Отлично, - Эмма скрестила руки на груди и криво посмотрела в сторону подоконника. - Просто великолепно. Изабель поднялась с кровати и подошла ближе, но остановилась на расстоянии, будто чувствовала, что Эмма сейчас и так натянута как струна. - Не смотри так, будто я лично всё это устроила, я тебе просто сказала то, что и так было. - Мне это не было понятно - Ну теперь понятно, - Изабель опёрлась ладонью о спинку стула у стола и посмотрела на сестру уже спокойнее. — Я не говорю, что ты должна резко полюбить это место. Просто, может, не надо заранее делать вид, что у него вообще нет шансов. Эмма снова посмотрела на окно напротив, потом на плоскую крышу гаража под своим, потом на светлую улицу за стеклом. Её всё ещё злило, что выбор сделали без неё злило, что завтра придётся идти в новую школу и делать вид, что она в порядке, но теперь злость хотя бы приобрела форму и от этого стало чуть легче дышать. Не любить переезд проще, когда ты хотя бы понимаешь, почему он случился. Изабель посмотрела на неё, и на этот раз у неё в лице не было ничего дразнящего. Только обычная младшая сестра, которая умеет бесить до судорог, но всё равно всегда оказывается слишком близко, когда тебе плохо. - Девочки, идите ужинать. - Снизу раздался голос мамы. Тёплый, привычный, немного уставший и от этого в новом доме он прозвучал по-другому. Изабель сразу отступила к двери, на ходу поправляя рукав худи. Уже на пороге она обернулась, скользнула взглядом по окну напротив, потом по Эмме и в её лице снова мелькнуло живое любопытство, которое она даже не пыталась скрывать. - Надеюсь, соседи нормальные. Шторы были закрыты, и за стеклом уже ничего не было видно только слабое отражение её комнаты и гаснущий свет. - Посмотрим, - сказала она. Когда Эмма спустилась вниз, в доме уже пахло ужином и от этого всё вдруг стало чуть проще. Коробки всё ещё стояли у стены, мама что-то ставила на стол, отец о чем-то говорил с Изабель, и этот обычный домашний шум неожиданно хорошо заполнил тишину нового дома. Эмма села на своё место, убрала волосы за ухо и на секунду просто выдохнула. День всё ещё казался длинным и странным, но уже не таким тяжёлым, как утром. За окном медленно темнело, и на соседних домах один за другим загорались огни. Новый дом пока не стал родным, улица своей, а завтра всё равно ждала новая школа, но прямо сейчас вокруг было тепло, спокойно и по-настоящему. Для первого вечера этого оказалось достаточно.