Генрих Седьмой и законы притяжения

Триместр заканчивался. Март был тёплым, Оскар пришёл на последнюю пересдачу в отличном настроении. — Проходи, садись, — велел Коул. Оскар прошёл и сел за первую парту. Теперь он смотрел на Коула почти без волнения. — Последний тест, — Коул положил на стол листы и посмотрел на Оскара. — Думаю, тебе всё под силам Оскар кивнул и взял листы. Он впервые не чувствовал никакого страха. — Я постараюсь, — ответил он уверенно, а взгляд невольно задержался на учителе. Коул остался так же красив, как раньше. В отличие от мамы, Оскар прекрасно понимал, во что был влюблён. Но теперь этот человек не заставлял его сердце замирать, не вызывал желания пожертвовать всем ради одобрительного взгляда, не занимал собой все мысли. Он просто был. А Оскар понимал, что исцелился. — Что ты так улыбаешься, — спросил Коул. — Тест ещё не написан. Оскар усмехнулся. — Мне просто хорошо. Он взял ручку и начал заполнять ответы, сосредоточившись на задании. Он справился за двадцать пять минут. — Сто процентов... — недоверчиво произнёс Коул. — Даже задачи решены так, что не придраться. Невероятный прогресс. Оскар самодовольно усмехнулся. — Просто у меня хороший репетитор, — ответил он. Но едва он покинул кабинет Коула, самодовольство и уверенность начали таять. Теперь, когда чувства к учителю отпустили, он начал бояться безответной влюбленности в нового друга. *** Они прогуливались по весеннему парку после уроков. Оскар украдкой посматривал на Лероя, но старался держать нейтральное выражение. Его мысли путались: он не знал, как начать разговор и стоит ли вообще. "Лучше не говорить, а то испортишь хорошую дружбу", — зудело сомнение. Он рассматривал его. Кудрявые тёмные волосы трепал ветер, взгляд был расслабленным, даже счастливым. Лерой шёл, радуясь каждому юному листику на дереве, такой близкий и свой. Оскар смотрел на него и ловил себя на мысли, что никогда не смотрел ни на кого с такой нежностью. Коул вызывал желание преклоняться, это было совершено иное, не такое приятное чувство. "Лерой такой спокойный, расслабленный, такой открытый и искренний" , — пронеслось в мыслях. Оскар поймал себя на том, что хочет его обнять. "Нет! Мы всего лишь друзья" , — тут же мысленно возмутился он сам на себя, отводя взгляд. — Ты о чём задумался? — спросил Лерой, поворачиваясь к нему. — Что задумал? У тебя уши покраснели. Оскар вздрогнул и машинально прикоснулся к уху. Его щёки покрылись румянцем. — Нет, ничего, — ответил он неуверенно, стараясь скрыть смущение. — Слушай, я тут размышлял... — вдруг произнёс Лерой и спросил: — А ты уже целовался? Вопрос был настолько внезапный, что Оскар даже не сразу смог ответить. Он растерялся и лишь через мгновение сумел выдавить: — Нет, не целовался. — Фух. Я думал я один такой. Оскар в удивлении выгнул бровь. Он не ожидал услышать такое. — Разве у такого красавчика как ты не было поцелуев? Тут уже Лерой покраснел, причём ярко, так, что не скроешь. — Хватит. Глупости, — возразил он. Оскар усмехнулся. — Я серьёзно. Ты хорош собой, — ответил Оскар. — Неужели никто не делал попытки поцеловать тебя? — Я довольно замкнутый человек и практически никого не подпускал настолько близко. Оскар посмотрел на него внимательно. — Никого вообще? Неужели нет никого, кто тебе нравился? Лерой смотрел вдаль парка. Там, в конце аллеи, виднелась площадь, где после зимы впервые запустили карусель. — Может покататься?.. — задумчиво произнёс он. Оскар повернул голову в ту же сторону, куда смотрел Лерой и улыбнулся. Его взгляд скользнул по карусели, а потом вернулся к приятелю. — Почему нет? — ответил он не думая. И лишь спустя шагов двадцать сообразил: — Эй, что это ты так круто тему сменил? — Сменил? Разве? — Мы говорили про отношения, а тут уже про карусель. Ты явно увиливаешь, — ответил Оскар с усмешкой. Лерой выдохнул как-то обречённо. — Подловил. Ты мне нравишься, Оскар. Внутри Оскара словно пронеслось ураганом. Ему не верилось, что он услышал эти слова. Он отвёл взгляд, чтобы как-то спрятать свою радость. — Да ну тебя... — ответил он, пытаясь казаться спокойным. — Ну да. Лерой на него не смотрел. Оскар почувствовал, как сердце начинает биться в бешеном темпе. Ему было сложно скрывать волнение и всё, что творилось внутри. — Ты серьезно? — спросил он, наконец посмотрев на Лероя. На губах играла глупейшая улыбка, которую Оскар никак не мог контролировать. — Нет блин шучу! — раздражённо ответил Лерой, посмотрел наконец на Оскара. — Ты чего улыбаешься как придурок? — Просто не ожидал услышать такое, — ответил он, не переставая улыбаться. Он подошёл ближе к Лерою. От близости сердце забилось ещё быстрее, он не мог отвести взгляда от лица друга. — И давно? — Довольно да... Ты очень обаятельный. Лерой наконец разглядел его выражение и начал неуверенно улыбаться в ответ. Улыбка Оскара будто вросла в лицо. Он даже не мог вспомнить, когда в последний раз был так счастлив. — Правда? — глупо переспросил он, делая ещё один шаг к Лерою, беря его за локти. — Правда, — глухо повторил Лерой. Теперь Оскар находился в нескольких сантиметрах от него, так близко, что чувствовал его тёплое дыхание. — Мне хочется делать глупости... — прошептал он, не сводя взгляда с его лица. — Например? Он приблизился к Лерою, почти касаясь носом его носа. — Например... — он сделал паузу, прикрывая глаза, — поцеловать тебя... — Это разве глупость? По-моему, очень умный поступок, — ответил Лерой, улыбаясь уверенней. — Ах да? — усмехнулся Оскар, не в силах скрывать всё больше растущего желания. От близости к Лерою хотелось сойти с ума. От его дыхания, прикосновений, а больше всего от звука его голоса... Ладони Оскара переместились с локтей на талию Лероя, притягивая его ближе к себе. И Лерой поцеловал его первым. Нежно, не очень уверенно, но так хорошо! Оскар издал вздох удивления, а затем полностью сдался этому порыву. Он ответил на поцелуй, сначала послушно ласкаясь губами, а после всё сильнее вкладывая эмоции в прикосновения. Лерой слегка отстранился. Его глаза светились от радости. — Может нам поискать более уединённое место? Оскар был ослеплён чувствами, но всё же смог держать голову холодной. Он кивнул, осознавая, что в парке они могли легко наткнуться на знакомых. — Конечно, — ответил он глухо, — пошли. Они свернули с главной аллеи и нашли лавочку, которую было не видно с дороги из-за закрытого сейчас летнего кафе. Теперь Оскар смог расслабиться. Они нашли укромное местечко, где могли наслаждаться друг другом. Он сел в центр скамейки и потянул Лероя к себе, усаживая на колени. — Ты чего! Я тебе не девочка! — возмутился Лерой. Оскар рассмеялся. — Девочкам у меня на коленях делать нечего. Он прижал Лероя к себе за талию. Тот оказался очень стройным и тонким, мешковатая одежда это хорошо скрывала. Лерой усмехнулся. — Ты очень самоуверенный, знаешь? И вдруг его глаза хитро блеснули, он замер, а затем поцеловал Оскара совершенно иначе: страстно, жадно и как-то властно, что закружилась голова, а из груди против воли вырвался стон. Оскар сдался сразу, отвечая с неменьшей жадностью. Он полностью отдался моменту, позволяя Лерою доминировать над их поцелуем. Казалось, что мир вокруг вообще исчез, а реальностью стали только губы Лероя, его руки, прикосновения под футболкой и горячее дыхание. В этот миг всё стало очень правильно и спокойно. Нет, конечно спокойствием назвать состояние Оскара было трудно: всё тело трепетало, сердце пело, из груди вырывались невольные стоны. Но появилось чувство, что некуда спешить, нечего бояться, ведь всё уже хорошо. После поцелуя Оскар улыбнулся, глядя в глаза Лерою, и прошептал: — Мне очень с тобой повезло.