Расскажи мне о любви

***

— Это пиздец. Уже вечерело, солнце только начало садиться, прохладный ветер развивал длинные золотисто-русые волосы Вари. Глаза сами закрывались — день дороги даёт о себе знать. И как назло, рюкзак девушки предательски сползал с плеча, ведь висел на одной лямке, но сил поправить его у неё не было. Лебедева стояла на улице под светлой, но уже потрёпанной аркой железнодорожного вокзала Симферополя. В руках — ручка от чемодана, по виду которого и не скажешь, что его купили лет семь назад, когда девушка летала на отдых всей семьёй. Рюкзак всё также давал о себе знать. Кареглазая уже закрыла глаза от дикой усталости, уже представляя, как она приедет к бабушке, к которой её и отправили родители на «перевоспитание» из-за плохих оценок. Мол, с бабушкой не забалуешь, хотя та относилась к Варе лучше, чем ко всем членам семьи, поэтому девушка даже не сильно расстроилась. И вот она стоит, полусонная, на вокзале в ожидании старшего брата. Не виделись они давно: он лет шесть назад переехал в Симферополь из-за работы. Сон прервала резкая вибрация телефона. «Ну наконец-то», — сразу же пронеслось в голове девушки. Она достала телефон из кармана — ей звонил брат. Варя полуоткрытыми глазами нажала на зелёную кнопку ответа. — Алё, — полусонным голосом ответила девушка. Хоть она и была очень рада, но желания разговаривать не было. — Варь, мне тебя сколько ждать? А? Давай быстрее, — раздался громкий, но достаточно весёлый голос брата. — Номер напомни, — девушка щурилась, ведь глаза сами закрывались. — 760. Всё, давай бегом, — парень после своих слов сразу же скинул. Была у него дурацкая привычка: «Я сказал, меня услышали, а вас слушать не буду». «Боже», — подумала про себя девушка. Она сделала пару шагов и увидела тёмно-серую Audi с номерами 760. Брат стоял, облокотившись на машину, доставая из кармана пачку сигарет. Открыв её, парень одной рукой вынул сигарету, а второй старательно пытался её поджечь. Получилось. Парень поднял голову, сделал длинную затяжку и улыбнулся, увидев сестру. — Варь, бегом! — громко произнёс он, чтобы его сестра, которая уже была больше похожа на огурец, чем на человека, услышала. Девушка услышала брата и попыталась ускориться как могла, но сил по-прежнему не было. Старые колёса чемодана издавали противный звук, проезжая по земле. Наконец она дошла до машины. — Спустя шесть лет ты так и не выросла. Как была гномом, так и осталась, — на лице брата расплылась глупая улыбка. Он всё ещё курил сигарету, но уже пора бы её потушить. — Кость, заткнись, мне щас не до шуток, — девушка толкнула чемодан в сторону брата. — Закинь в багажник. — А ты чего так общаешься? Шестнадцать стукнуло — в себя поверила? — Костя любил издеваться над сестрой, всегда подшучивал и говорил какие-то не очень хорошие слова в сторону девушки. Варя знала: как бы брат её ни обзывал, он всегда говорил это со смехом и сарказмом. Парень кинул сигаретный бычок на землю и притоптал его ногой. Взяв чемодан, парень ловко положил его в багажник, после чего закрыл его. — Садись, дверь открыта, — сказал Костя, который уже направлялся к водительскому месту. Девушка открыла дверь и плюхнулась на заднее сиденье машины. В ней пахло какими-то вонючками и терпким парфюмом брата. Лебедева достала из кармана рюкзака наушники, подключила к телефону. Первой песней заиграла «Расскажи мне о любви» (Грязь, ЛСП). Кареглазая вырубилась ещё до того момента, как машина тронулась. Костя даже не пытался с ней заговорить. Дорога будет недолгой — всего полтора часа. Из полуоткрытого окна дул лёгкий летний ветер, тогда он был и вправду важен. Лебедева проснулась от того, что брат резко остановил машину около старой потрёпанной хрущёвки. В Коктебеле все дома такие. Некоторые окна в доме были ещё деревянные, а подъезды — это вообще нечто: стены крыльца были изрисованы баллончиками и маркерами. Брат вышел из машины, а следом за ним — девушка. Выйдя из неё, она сразу учуяла свежий морской запах. На улице было темно, только один старый фонарь горел тусклым жёлтым светом. — Тебе занести помочь? Или сама? — Ты даже не поднимешься? — девушка удивилась, ведь брат всегда любил посидеть у бабушки. — Нет, к сожалению. Завтра на работу рано. Может, как закончу — заеду, — губы парня растянулись в улыбке, он потрепал девушку по голове. — Ладно, я сама донесу, второй этаж всё же, — Варя улыбнулась, обняла брата, подошла к двери, нажала на старом домофоне цифру 11 и стала ждать ответа. Бабушка открыла сразу. Девушка, на удивление, легко донесла чемодан до квартиры. — Варенька, проходи быстрее, устала небось с дороги. Кушать будешь? — была у бабушки привычка задавать сразу миллион вопросов. Девушка зашла в квартиру. Старый ремонт, который не менялся с последнего её приезда. Пол застелен коврами, длинный коридор, небольшой столик прямо там, а дальше — комнаты. Тут их три, ведь тут ещё жили мама и её брат. Варя очень любила оставаться именно в комнате дяди, ведь там был балкон, а летом он спасал как никогда. — Бабуль, кушать не хочу, хочу только спать, — девушка зевнула. — Так, хорошо. Я тебе уже в Сашиной комнате постелила, как ты любишь, — женщина отправилась на кухню, она опять готовила. Как же бабушка это любила! — Спасибо, бабуль, — девушка опять зевнула. Она развязала свои старые, потрёпанные годами кроссовки Vans, скинула кофту на стоящий рядом пуфик и поплелась до комнаты. Она даже не то что вещи разбирать — она, даже не переодевшись, плюхнулась на кровать и уснула.