Первая Встреча
***
Кордон — это поистине удивительное место, где сплетаются две абсолютно разных реальности. Территория, где Зона уже ставит свои суровые условия, но так тесно соединяется с глупой наивностью внешнего мира, что помогает новичкам освоить новый этап их жизни менее болезненно, чем могло бы быть.
«Зона — не смерть с пулемётом. Зона — это строгая мать, которая делает своих сыновей мужчинами» — цитата группировки «Адоранты»
***
Деревня новичков была своеобразным оазисом. Спокойное место, где сплачиваются сталкеры всех мастей, тепло принимает новых и старых гостей и легко отпускает освоившихся птенцов в опасные приключения. Когда вокруг аномалии, логова мутантов, бандитское и военное ложе, среди этого хаоса охраняемое пристанище выглядело раем перед тем, что будет пострашнее ада.
Нутро молодой сталкерши подсказало ей дорогу, её всеми фибрами своей большой души тянуло в безопасность, даже когда времени на раздумье совсем не было, ведь свист пуль заглушал любые мысли.
Однако, где бы не появлялась Алисонька, там всегда царит хаос. И, когда военный блокпост отмучился, пришло время и деревне новичков стать… Не самым спокойным местом, каким оно обычно бывает.
Бессовестно дрыхнущий постовой (уже знакомый из первой части) своей ошибки не понял. Если в первый раз он отделался лёгким испугом, то теперь на него налетело наше маленькое чудо. Вместе с ней он завалился на забор, доски которого с пронзительным скрипом упали. Открыв глаза, сталкер увидел у себя на груди милое личико с растрепанной чёлкой, но даже в слепящем свете его налобного фонаря не смог так быстро определить пол неизвестного приходимца.
— Вам… Помочь? — удивлённо, но с долей сонной лени спросил дозорный, приподнимаясь на локтях и всматриваясь в лицо, что лежало на нём.
Девушка резко вскочила — словно падение было частью её импровизированного плана. Не обременённый здоровым рассудком мозг выдавал только команду «выжить». Но женский разум устроен так, что иногда в панике выдаёт нечто удивительно полезное. Внезапно цепкая рука нелегалки вырвала пистолет из ладони мужчины. Юница снова во всю прыть понеслась вглубь деревни по скользкой грязевой дороге, размытой дождём.
Сталкер обомлел. Ещё секунду до него доходило, что оружие спёрли, а потом он вскочил и хотел было побежать…
— Ах ты!..
Но не успев выругаться, новичок уловил чужое многоголосье военных, которые очень громко делали это за него. Дозорный не мог бросить работу ради поимки шустрой гостьи — она уже исчезла за старыми домиками.
Голоса приближались, показались блики фонарей: толпа идёт с рейдом на садок новичков. Свято место пусто не бывает, однако обычно Сидорович маячит Волку о таких прибытиях. Главарь башляет копеечку торговцу за маяк, а последний отрывает от сердца несчастные бумажки за спокойствие и право «слепой зоны» в глазах капитана.
— ВОЯКИ НА ПОДХОДЕ! — громко крикнул часовой в импровизированную трубку из рук.
Сталкеры отреагировали куда живее, чем на девичий секундный вихрь, пронёсшийся по тропе в неизвестном направлении.
Волк сразу вздрогнул, открывая глаза и бросая быстрый взгляд на свои владения. Суетливые новички заволновались. Бывалые только слегка занервничали, первыми поднимаясь во всеоружии, чтобы выглянуть.
— Мелкие — по подвалам. Живо. И до команды носы не высовывать. Остальным занять оборону.
Через две минуты деревня опустела.
Шерхан лениво потянулся. Ему было безразлично происходящее. Уровень тутошних военных он уже оценил и был очень разочарован, даже слегка стыдился за них. Сначала Тигран взглянул на рюкзак, где лежал разобранный автомат. Собирать — долго и бесполезно. Затем посмотрел на Волка. Тот уставился на него с подозрительным прищуром, но молчал. Главарю, кажется, не нравилось, что бывший вояка не подчиняется его приказу, но это дело хозяйское. Пристрелят — уже точно не забота Волка. Шерхан зевнул и для приличия поднялся с места, чтобы не встречать «собратьев» сидя.
Стук множества берц был слышен ещё до входа в садок. Поступь — быстрая, уверенная, даже злая. Солдаты осматривали углы, закоулки дворов, кусты и дома, в которых, благо, ещё никто не успел разложиться. Они знали, что все спрятались, но спокойнее от этого не стало.
Наконец вся орава во главе с самим капитаном (крайне редко покидавшим свою берлогу, а уж тем более блокпост) подошла к Волку. Тот был напряжён, но виду не подавал — они его уже знали.
— Здравия. — Капитан не спешил тыкать дулом в живот бывшему наёмнику.
— И вам не хворать. Какими судьбами? — ровно ответил Волк, глядя исподлобья на зелёных человечков.
Усы командира чуть дёрнулись, словно он хотел прыснуть, но он тихо хмыкнул, щурясь.
— Общими, если ты не ответишь правдой. Где девочка?
Главарь деревни чуть вскинул брови.
— Девочка? — переспросил Волк.
— Девочка, девочка. — В голосе капитана начали проскакивать ноты раздражения. — Выкладывай по-хорошему. Иначе мне придётся расформировать ваш детский садик. — Он наматывал ус на палец, стараясь быть спокойным.
Шерхан в это время стоял прямо перед военными, опершись плечом на стенку подвала. Не стесняясь, смотрел прямо в глаза каждому солдату. Те уставились на него, переглядываясь и перешёптываясь. Дождь постепенно утихал, оставляя только прохладную свежесть и ночную дымку тумана.
— Товарищ капитан, это же этот… — вдруг перебил военный. Чтобы на него не накричали, пара товарищей подхватила, тыча пальцем в двухметрового мужчину, который так сильно выбивался на контрасте. — Да-да! Этот… Вежарий, который.
Тигран и бровью не повёл, хотя ему не понравилось, как они обзываются словом на его языке, даже не зная значения. Он лишь стоял, строго глядя свысока на служащих. Те уже потянулись прицеливаться в сталкера, но командир рявкнул «Отставить», даже не повернувшись. Солдаты растерянно вздрогнули и отвернулись.
— Лаам боцуш эхь хеташ долу жӀаьлеш, — прошипел Тигран, явно без уважения к бойцам. Жутко противно было видеть слепое подчинение и безучастность командира, когда буквально перед ними стоит нелегал, из-за которого был скандал, — без оружия, на виду, только крючок нажать осталось. А потому он решил их слегка проучить…
— Я не знаю, о ком речь, но никаких девочек тут не наблюдалось, — спокойно продолжал Волк.
— Врёшь, чёрт. — Капитан подошёл ближе, потянувшись к кобуре. — Она свернула сюда.
— Сплюнь, капитан. Какой мне резон защищать какую-то неизвестную девку? В деревне был только мужской коллектив. — Волк чуть приподнял голову, когда старшина хищно обходил его, пытаясь вычислить ложь на лице.
— …Ты хоть знаешь, что с тобой будет, если ты мне сейчас соврёшь? — Капитан ходил вокруг и около. — Ты знаешь, что сделают со мной, если я не найду эту малолетнюю гадину? Ты…
Южный тигр выждал, когда обстановка между двумя главарями накалилась до оружия, и вдруг подал голос — неожиданно для всех:
— А я знаю, где она.
Одна короткая фраза заставила обернуться каждого. Главнокомандующий отстал от Волка (тот был удивлён не меньше), убрал руки за спину и подошёл к сталкеру. Задрал голову, чтобы посмотреть ему в лицо с немым риторическим вопросом. Но Шерхан более хитёр, чем могло показаться.
— У меня с ней личные счёты, — спокойно продолжал он. — Только за просто так не скажу, где она сейчас.
— За «просто так»? — Капитан скривился. — Ну ничего, думаю, договоримся.
Он оборачивается на свору из своих поданных, намекая взглядом, что пора бы прижать наглого сталкера под предлогом в голове «ещё только крысы инфериорные нам условия не ставили». Военнослужащие как по струнке выпрямились, и показательно нацелились на Тиграна.
Но он знал — блеф. Только уголок губы всё-таки дрогнул в едва уловимой насмешке.
— Хозяин-барин. Если вам нужно — унесу эту информацию в могилу, — спокойно сказал сталкер.
Капитан был очень зол внутри. По выражению его лица это читалось без труда.
— …Валяй, — фыркнул он, махнув рукой. Солдаты по команде опустили стволы.
— Скажем… тысяча рублей с каждого будет достаточно.
Главарь стиснул зубы, но делать нечего. Каждый нашёл у себя по деньге, которые пришлось вручить Шерхану так, словно они эти бумажки от сердца отрывают. К слову, это была правда. Военные привыкли выезжать у сталкеров на горбу, привыкли, что только они могут ставить условия, они главные, власть… И конечно, неприятно, что ими управляет какой-то один нелегал, которого по-хорошему нужно было убить ещё на КПП.
А мужчина специально тянул время: показательно лениво потянулся, отлип от холодных кирпичей, собрал дань и неспеша достал КПК одного из своих сослуживцев — перепрограммированный на Тиграна. Там и хранилась вся переданная ему по блату информация, включая свежеобновлённые и актуальные карты аномалий.
На конкретный ПДА бывший военный согласился не просто так. В нём уютно хранилась целая история, целое поколение полезных связей. Приобретён он был задолго до возникновения Зоны, и имел свои особые фишки: например, декодер или повышенную чувствительность к радиоволнам, что позволяло перехватывать многие радиопереговоры. Когда КПК принесли на новообразованную территорию, тогда и началось его становление как ценности. На данный момент этот ничем не примечательный карманный компьютер имел в себе целую Зону как на ладони: карту тайников, собранную со многих трупов, карту аномалий, сканер всех видов и много чего другого полезного — того, чего нет у обычных сталкеров.
Потому он и хранился в особо близком доступе — на ручном ремне под одеждой. Тигран задрал рукав, оголяя свою мохнатую руку, затянул ремни поуже и наконец включил ПДА. На панели быстро нашёл карту аномалий и послал координаты на КПК военного — в ближайшую аномалию, которая находилась почти за забором.
Тот, только достав свой КПК и увидев координаты на карте Кордона, махнул команде. Вся военная орава аж бегом удалилась на поимку, даже ни о чём не подозревая.
Волк со стороны наблюдал с круглыми глазами. Уже хотел подойти к новичку, чтобы тот прояснил ситуацию: про девочку, про военных, про происходящее. Но только открыл рот…
Где-то за деревней, на поле, в небо с истошным криком взлетело несколько человек. Раскрученные трупы разорвало, орошая кровавым фонтаном пару выживших. Волк едва не подавился от шока, уставившись в пустое ночное небо, где произошла активация Карусели. А Тигран даже не обернулся, пересчитывая деньги с лёгкой усмешкой.
— Пять, восемь… Десять. — В его голосе чувствовалось удовольствие. Не сказать, что это справедливо, но он, как и хотел, проучил некомпетентных бойцов. Стоило ли упоминать, что у сурового сталкера очень жестокие уроки?..
— …Сколько я уже здесь нахожусь, а такое впервые вижу. Особенно от новеньких. — Главарь деревни опустил голову. — Ох, как вояки теперь обидятся… Жизни нам не дадут теперь.
Но он остался без ответа — бывший военный молчал. Он привык только слушать и принимать к сведению.
Под громкое негодование выживших военных поотдаль, Шерхан убрал деньги и двинулся по деревушке, чтобы присмотреть временное пристанище. Ему приглянулся один из самых целых домов на краю деревни. Он вошёл, прикрыв вход дверью, которая лежала у входа, отдельно снятая с петель.
Но даже время сна не предполагало спокойствия.
Шерхан скинул рюкзак под стену, присаживаясь над ним на корточки. Стоило один раз — противореча себе — открыть самое уязвимое место, спину, и этим уже захотел кто-то воспользоваться…
Мужчина почувствовал чьё-то присутствие, но не слышал даже шагов. Он поднял голову, пытаясь прислушаться, но лишь шестое чувство подсказало приближение человека. Шерхан напрягся, зная, что в темноте ориентируется плохо, но в то же время понимая, что его можно сравнить только с бронетанком. Он позволил подпустить к себе анонима, предполагая слабую опасность, даже если его попытаются убить.
Так и есть: первым делом пошёл пистолет у виска. Шерхан безразлично зевнул — больше волновало то, что хочется спать. Это удивило незваного гостя, который не собирался стрелять. По крайней мере просто так. Неизвестный попытался заглянуть в лицо Тиграну. Тот поначалу снова не отреагировал, но вдруг из капюшона выпала мокрая чёрная коса. Мужчина скучающе повернул голову и резко дёрнул за неё.
Напавший перевернулся через широкое плечо — как и планировал Тигран. Он попытался резкими движениями прижать нахала к земле, но из-за размера маленький человек просто выскользнул из хватки, как медоед, и прыгнул на оппонента.
Грохот. Пистолет летит в разбитое окно, стреляя в воздухе. С пола поднимается серая пыль. Короткая борьба в темноте — ни удара, ни захвата, но Шерхан не успевает поймать сталкера. Тот отскакивает, и с его головы спадает капюшон…
В лунном свете из окна Шерхан удостаивается увидеть утончённое, миловидное, и немного круглое от щёчек лицо Алисы, а она, в свою очередь, видит Тиграна, его пронзительный тёмный взгляд и 6 гигантских мясных шрамов по щекам. Они шли примерно одинаковыми полосами по три на каждую, словно это не травмы, а выверенные кем то измывательства, как клеймо. Они долго смотрели друг другу в глаза, напряжённо, чтобы быть готовым в любую секунду защититься, как вдруг…
— ГДЕ ЭТОТ УРОД?! ГДЕЕЕ?! — послышался рёв капитана с улицы.
Тигран ненамеренно расслабился и выпрямился, «розыгрыш» удался на славу. Девушка же наоборот, отошла к окну, держа перед собой нож, и боковым зрением начала наблюдать за происходящим, стараясь усмотреть и тут и там. Командир, схватив бедного Волка за грудки, тормошил с дикой яростью и красными глазами. А тот молчал, держась за кобуру чтобы чувствовать себя в превосходстве перед ним.
— Дика дац. — промурлыкал вдруг тигр, прежде чем рывком прижать девушку к стене. Он схватил её за запястье руки с ножом, и резко вывернул её с непривычным хрустом, но не ломая, сжимая ровно настолько чтобы нож упал. Девушка не отреагировала мгновенно, виной тому лёгкая дезориентация организма, но она успела с размаху ударить локтём в лицо мужчине.
Но даже его нос ощущался как камень, Алиса почувствовала как в нервах от локтя проходят неприятные, болезненно-щекотливые искры, от которых она слегка покосилась. Несмотря на крепкость даже хрящевых элементов у амбала, из ноздрей хлынула кровь. Затем он чувствует резкую боль в паху, и мгновенно делает подсечку борзой оппонентке, которая использовала его достоинство не по назначению. Подсечку она не выдержала, но в полёте успела ещё ударить Тиграна в легкие, но не выбив воздух, грудь была слишком плотной. Алиса рухнула на пол вместе с ним, онемевшей рукой хватая его за волосы на затылке, но тот, тяжело дыша, прижал её коленом на тазу к каменному полу, и насильно перевернул, ложась сверху.
— тихо. Не то обоих загребут. — низким голосом пробормотал сталкер в теплое ушко девушки, которая, на удивление, затихла сама.
Мягкое поведение громилы было обусловлено тем, что он сразу понял — она та самая девочка, про которую говорил военный. А еще потому, что к женщинам, коих видел крайне мало за все свои 25 лет, он относился очень терпеливо, чтя воспитание своих родителей куда больше, чем свою привычную вспыльчивость, у которой теперь появился конкурент…
— от-вали!.. Я сама разберусь! — громким шепотом начала огрызаться девушка, ловко выкручиваясь из-под него на первый взгляд. Но стоило ему навалиться на неё всем своим весом, как она потеряла возможность барахтаться, останавливаясь в положении грудью к груди. Дышать становилось труднее, от плотного контакта жарко. Алиса в безысходности закинула на бедра мужчины свои ноги, чтобы попытаться его перевернуть вместе с собой, но Тигран стойко… Лежал, только иногда делая выпады телом чтобы устоять, ведь сильная же лапочка попалась!
Дверь, приставленная к приходу и слегка отодвинутая нелегалкой чтобы пройти в здание, с ноги выносится, влетая в помещение и ломаясь на деревянно-дощечные бороздья. Белый свет фонаря ослепляет, но не главных героев, которые были заняты потасовкой. Командир и его последний подданный обошли уже все дома, но здесь… Нашли что-то поистине необычное.
Два тела в странной, даже интимной позе и бурной деятельности, с тяжёлыми вздохами и пыхтением, занимаются невесть чем. Хотя, со стороны ясно, что именно этим. Алиса замерла, медленно переводя взгляд и выглядывая из-за плеча Шерхана, который как раз искал себе позу поудобнее, склонив голову и вытирая щекочущие потоки крови об её одежду на груди.
У салаги за спиной начальника расширяются глаза от такой неоднозначной картины, пока второй резко отворачивается, грубо толкая рядового с прохода.
— Пошли!.. — растерянно прошипел капитан, быстро уходя с места застания романтики.
Благо, пара сталкеров была спиной к выходу, и без вспышки на лицо они остались анонимами с нюансом. Девушка, тяжело дыша от стресса и весомого груза сверху, положила голову на пол и позволила себе отдохнуть пару секунд, скидывая бремя погони с себя.
Мужчина же сам медленно поднялся, за собой её нож, и отряхиваясь протянул руку даме, которая с надменным лицом подала ему в ответ, поднимаясь… Но не тут то было.
Тигран резким движением впечатывает новую подружку в угол, закрывая собой проход и подняв собственную руку вместе с чужой прижимает к стене, оставляя вторую свободной на её страх и риск.
— А теперь слушай сюда. — сталкер цепляет подбородок Алисы остриём ножа, заставляя смотреть ему в лицо. — советую запомнить: твоя любая следующая попытка нападения на меня прощена не будет. Я не посмотрю на то, что ты лишь мелкая идиотка, я сразу приземлю тебя на два метра вниз. На первый раз мы расходимся мирно. — после этого он отходит от явно напуганной сталкерши, и протягивает ей нож.
Это проверка, которую Алиса провалила бы с кем угодно… Кроме него. Он слишком... Слишком. И этим все сказано.
Морозова осторожно берёт из его большой ладони нож, пока глаза бегают по нему, оценивая шансы. Критично маленькие, если не нулевые. Потому ей приходится промолчать в тряпочку, и сбежать в инстинктивно сгорбленном виде, словно пристыженный хищник, на которого нашлась управа.
Тигран наконец смог спокойно выдохнуть, оседая на пол рядом с рюкзаком и молча смотря в потолок какое-то время. Эта ночь выдалась… Слишком необычной.
— Аллахӏа, тхо кхин цхьанакхетар ма геш до… — прошептал в пустоту Тигран, закрывая глаза.
***
Он обращался даже не к Господу как обычно, ведь точной веры не имел, а именно к Аллаху, ведь привык, будто бы на Родине он всегда был сильнее, чем прочие. Словно именно сейчас он больше всего хотел, чтобы кто-нибудь Всевышний его услышал. Но он ещё не догадывался, насколько глубоко зайдёт это знакомство, и что приготовила для него и неё судьба…
