Дело в тебе

      Она изменилась. Ксандр уловил это еще утром, когда поймал ее взгляд в отражении кофемашины. Странный блеск. Раньше в ее глазах плескалась покорность и обожание, теперь же вспыхнуло что-то чужое… будто ненависть. Он тогда улыбнулся ей мягко и спросил про планы на вечер. Райна рассказала про бар с Адрианой. Он объяснил, что по пятницам там собирается всякая дрянь. Он ведь заботился. Она должна была это понять.       А вечером, когда он грубо отымел ее на кухонном столе, вновь столкнулся с сопротивлением его воле. Он вдалбливал ее в холодный мрамор, а на ее бледной коже алели следы от шлепков. Видел одержимую искру в бледных серых глазах. В стонах слышал свое имя раз за разом. Но Райна отказала даже после того, как он ясно дал понять, что запрещает.       — Я отвезу тебя сам, девочка моя. — Ксандр возник в дверях ванной, обведя взглядом ее силуэт за мутной стеклянной перегородкой, на губах его застыла великодушная улыбка. Он не видел деталей, но этого и не требовалось — знал наизусть каждый миллиметр ее кожи, ведь она принадлежала ему. Ладонь привычно поглаживала пах, пока Райна смывала пену. — Удивительно, что твоя подружка еще не начала названивать.       Пар клубами вырвался из кабинки, когда Райна вышла и, взяв с тумбы фен, попыталась уйти. Ксандр перехватил ее, уперев ладонь в дверной косяк. Свободной рукой он коснулся ее щеки. От этого одновременно нежного и интимного жеста у нее перехватило дыхание.       — Я видел, что бывает в таких местах, Райна. Как на таких, как ты, смотрят мужчины. Я берегу тебя от них. — Он склонился к ее уху, вдыхая сладкий запах ее геля, смешанный с чистотой кожи. — И знаешь что? Я не позволю ни одному упырю даже дышать в твою сторону. Потому что ты моя.       — Хватит, Ксандр, — не выдержав его агрессивной близости, взмолилась Райна. Она попыталась отстраниться, прижимая полотенце к груди, словно оно было ее щитом. — Мы с Адрианой договаривались давно, и я по ней очень скучаю.       Толчок — легкий, плечом, — но на мужчину это подействовало, как пощечина. Верхняя губа его дернулась, обнажая зубы. Глядя ей вслед, он чувствовал, как внутри закипает липкая, удушливая волна. Ревность обрела вдруг отчетливый, тошнотворный запах ее геля для душа.       Он дал ей фору. Стоял в дверях спальни, наблюдая, как она сушит волосы, как выводит стрелки у зеркала, как в последний момент достает из глубин шкафа то самое платье. Короткое, черное, на одно плечо. Запретный плод, который он просил надевать только для него. Ксандр сглотнул. Платье сидело на ней именно так, как он ненавидел и обожал одновременно. В груди полыхнуло: «Специально делает так». Сердце Райны, судя по пульсирующей жилке на шее, готово было выпрыгнуть.       У двери он позволил себе вольность. Подошел сзади, собственнически сжал ее бедра, впился губами в обнаженное плечо, оставляя отметины. Ксандр был зол, а когда он злился, хотел ее еще сильнее. Платье чуть задралось, когда Райна наклонилась, чтобы застегнуть сапоги. Вспышка ревности — его кулаки невольно сжались, и мышцы на руках заиграли под кожей.       Все равно собирается уйти, — внутренний рык встряхнул его мысли.       Взгляд мужчины упал на протянутую маленькую ладонь, когда девушка выпрямилась, разгладила платье и повернулась. Но удивление практически сразу утонуло в жесткой, снисходительной улыбке. За ней Ксандр умело прятал собственное раздражение.       — Дай ключи от «рэнджа». Я сама поеду, — ее голос дрогнул, но она выдержала его взгляд.       Пульс стал зашкаливать. Мужчина наклонился к Райне и тихо и ласково, почти мурлыча, произнес то, что должно было звучать как забота, а на деле било по самому больному:       — Ты давно не сидела за рулем. Уверена? Тем более, машина большая. Может, все-таки я?       — Ключи, Ксандр. Я и так уже опаздываю. Адриана заждалась.       Его улыбка застыла, превратившись в оскал. Он шагнул к тумбе, демонстративно медленно, словно давая ей шанс одуматься. Металл неожиданно обжег его кожу, а воздух в легких выгорел. Мужчина презирал себя за эту слабость, но отпустил.       — А дальше что? — мысли обжигали, но наружу не вырвались. — Уйдешь от меня совсем?       Он отошел от двери, освобождая проход, но глаза его не отпускали Райну ни на секунду. На тумбе купюры остались нетронутыми, и это злило — решила поиграть в независимую? Зато его кожаная куртка скрыла ее декольте от чужих плотоядных взглядов. Ксандр был доволен этим жестом, но гнев все еще держал в тонусе.       Дверь захлопнулась с громким щелчком, а через несколько минут на его телефон пришло уведомление — мотор его Land Rover завелся. Глаза Ксандра недобро сверкнули, пальцы, обхватывающие холодный стакан с виски, сжались до белых костяшек. Пока он не сошел с ума от этой блядской ревности, набрал номер тренера и уже через четверть часа колотил грушу в зале.       Вернувшись в пентхаус, он застыл на пороге. Тишина была оглушительной. Мужчина прошел по всем комнатам, его шаги отдавались эхом в пустоте. Ее духи не витали в воздухе, черное платье не висело в шкафу — он прошерстил каждую вешалку, каждую полку.       Лед в виски давно растаял, и Ксандр не стал пить. Просто смотрел на золотистую жидкость, сжимая стакан и представляя свои пальцы не вокруг плотного стекла, а на ее шее. Вернулся в спальню, медленно поднял брошенный на кровать телефон, набрал ее номер еще раз и бросил трубку, когда услышал голосовую почту.       Экран загорелся новым уведомлением. Мысли вспыхнули искрами гнева, как порох, но взгляд вцепился в короткую фразу, не в силах оторваться.       Оповещение: Ваш Land Rover попал в ДТП. Сообщение уже направлено контактам «Зейн Карвер» и «911». Откройте уведомление, чтобы выбрать дальнейшие…       Вскоре его зверь мчался с диким ревом по ночной дороге. Фонари и блики города размылись в тянущиеся по бокам неоновые полосы света. Ксандр проигнорировал красный светофор, второй, взгляд его был прикован к дороге. Пальцы судорожно сжимали руль, а губы твердили лишь одно: «Только не с ней, только…»       Машина резко затормозила, встав под углом к ограждению. Мужчина выскочил, даже не заглушив двигатель, и бросился к месту аварии. Его взгляд бешено метался, выискивая Райну среди людей в форме.       Его «рэндж» лежал на боку, уткнувшись радиаторной решеткой в леера. Вся правая сторона превратилась в мешанину из грязи и металла. Дверные панели были глубоко вмяты внутрь, словно по ним ударили гигантским молотом. В районе переднего крыла металл порвался, обнажив внутренности под капотом. Оттуда вытекала техническая жидкость, поблескивающая маслянистой пленкой в свете проблесковых маячков.       Ксандр оттолкнул полицейского, пытавшегося его остановить, и устремился к открытым задним дверям реанимобиля. Внутри, на носилках, он увидел ее. Чертовски бледное лицо, закрытые глаза, повязка на голове, пропитанная кровью, кислородная маска. Медсестра что-то говорила ему, но звук доносился будто сквозь толщу воды. Когда он вскочил внутрь, его рука нащупала ее холодные пальцы.       — Я здесь, девочка моя, — его голос дрогнул. — Держись. Пожалуйста, ради меня.       Когда он выходил из реанимобиля, взгляд на секунду задержался на ее бледном лице, прежде чем дверь захлопнулась. Один из копов попытался снова к нему подойти, говоря что-то про вторую машину, покинувшую место ДТП, но Ксандр лишь бросил на него взгляд, от которого тот отступил. Карвер разберется.       Он сел в свою машину, захлопнув дверь с особой яростью. От резкого удара кулака по рулю сигнал на мгновение взвыл. Мысли в голове уже складывались в нужный пазл. Кто-то заплатит. Кто-то очень дорого заплатит.