Мой ненавистный гид

      Кома – такой приговор вынес Ноа для капитана «Синего шипа»…       Внутри Исаги что-то оборвалось. Он выгнал всех из палаты Кайзера. Да, Михаэль дышал, но спал беспробудным сном. Разум эспера застрял между жизнью и смертью. И никто не знал, вернется ли он. Йоичи сидел у его кровати часами. Держал за руку, передавая тепло и человеческую поддержку. Он не ел, не отдыхал, только иногда поддавался дрёме. К нему постоянно заходили обеспокоенные Шидо и Рин. Их диалоги выглядели примерно следующим образом.       — Йоичи, тебе нужно поесть, - сказал Итоши, оставляя на тумбочке поднос с едой.       — Я не голоден.       — Ты не ел больше суток.       — Это не имеет значения.       Попытка Рина провалилась. Он не стал дальше настаивать, видя состояние парня. Эспер напоследок взглянул на Кайзера и покинул палату, тихо закрыв за собой дверь. Чуть позже пришел Рюсей с бутылкой воды и чистой футболкой. Нагнувшись к лицу гида, охотник начал мягко уговаривать синеволосого на прием пищи и питья.       — Малыш, эй, тебе нужно…       — Отстань от меня, Шидо.       — Да блять, Исаги! – взорвался эспер, однако быстро прикусил язык. – Прости. Просто кэп явно не хотел бы, чтобы ты себя гробил.       — А чего бы он хотел? – усмехнулся проводник, у самого же стояли в глазах слезы. – Он постоянно говорил мне: «не прикасайся», «отъебись от меня», «мне не нужна твоя поддержка». Михаэль отталкивал меня, а когда я, наконец, пробил его броню... когда он сам начал тянуться ко мне... - голос Исаги сорвался. - Теперь он меня не слышит.       Шидо не нашел, что ответить. Он положил руку на плечо Йоичи, постоял так минуту и ушел.       Гид вновь и вновь сжимал ладонь Кайзера, ластился об нее, воображая, как эспер трогает его без отголосков своей фобии. Эмоции не выдерживали. Он зажмурился, пытаясь удержать влагу, но предательские капли всё равно скользнули вниз по его щекам.       — Ты пообещал мне метку! Ты признался мне в любви! Ты со мной поборол свой страх! Ты сблизился со мной! Спал со мной! Целовался со мной! И после всего ты умрешь?! Я не верю! Не верю! Ты капитан! На тебе гильдия! Ты сильный! Сражайся! Твою мать! Сражайся! Не бросай меня! Не… бросай… меня… Пожалуйста… Михаэль… Я люблю тебя… Я так тебя люблю…

***

      На третий день в голове проводника щелкнуло. Он забыл о самом главном – применении полной поддержки. Исаги медленно поднялся со стула. Посмотрел на дверь - заперто. Шторы опущены. В палате горел только тусклый ночник у изголовья койки. Йоичи взглянул на Кайзера. На его губы, чуть приоткрытые в забытьи. На его голые предплечья - форма была снята, оставив эспера в тонкой больничной рубашке. На его грудь, медленно вздымавшуюся под тканью. Не раздумывая, гид снял с себя всю одежду и залез на капитана как тогда, в комнате Кайзера, закрепляя наручники для благих целей.       — И снова мы вернулись с тобой в исходную точку. Только теперь мне нужно, чтобы ты проснулся, - проговорил Исаги, приспуская низ блондина.       Хоть и прелюдии были бессмысленны, гид всё равно поцеловал Кайзера и провел по его члену, чтобы тот встал. Синеволосый подготовил себя быстро, почти грубо, скорее не ради удовольствия, ради цели – спасти дорогого ему человека. Смоченными слюной пальцами он разработал свой вход и вставил в себя достоинство Михаэля. То ли из-за их хорошей совместимости, то ли из-за рефлексов, организм Михаэля отлично среагировал на контакт с Исаги. Плоть стала твердой. Йоичи ощутил в себе эту потрясающую наполненность. Опустившись до конца, он выдохнул и начал действовать.       Вспыхнуло знакомое золотое свечение. Поддержка запульсировала в венах, вытягивая черноту из эспера, заставляя часы на его запястье вращаться всё быстрее и быстрее. Проценты стремительно падали.       — Работает? Боже, Кайзер, пожалуйста, просыпайся, пожалуйста… - простонал Исаги, двигаясь вверх-вниз, отдавая всю свою энергию       Пот стекал по его спине. Руки дрожали от напряжения, когда он опирался на грудь капитана и насаживался на его член в отчаянном, почти безумном ритме. Слезы снова потекли по лицу.       — Вернись ко мне, капитан. Ха… Я… я не могу без тебя!       Каждое слово смешивалось с тяжелым дыханием и стонами. Комната «горела» золотом. Исаги подходил к кульминации. Достигнув пика, он кончил на живот Михаэля и обессиленно упал рядом с ним. Несмотря на его старания, несмотря на всю поддержку и любовь, что он отдал эсперу, несмотря на снижение темной энергии – Кайзер не шевелился.       — Даже это не помогло, - раздосадовано подметил Йоичи, позволяя слезам свободно течь на больничные простыни.       Нет. Это не просто поражение. Это конец всего. Кайзера больше нет - и вместе с ним рухнуло всё, ради чего Исаги просыпался по утрам. Он не останется в «Синем шипе». Он вообще нигде не останется. После подземелья он мечтал стать личным проводником капитана - только его, только для него. Судьба рассмеялась ему в лицо. Утрата прожгла дыру в груди, такую огромную, что сквозь неё могло провалиться всё будущее. Ему не выдержать похорон. Он уйдет раньше, потому что боится, что если увидит могилу Михаэля, то шагнет в неё следом…

***

      — И куда это мы намылились, не попрощавшись?       Тайно покинуть гильдию у Исаги не получилось. Предполагая, что гид может свинтить или сотворить более безрассудную вещь, Рин и Шидо проследили за ним и поймали беглеца в коридорах. Итоши перегородил ему путь, Рюсей обнял сзади, обвивая руками талию.       — Йоичи, не делай глупостей, неужели ты не можешь остаться? С нами… - вопрошал Шидо не свойственным ему грустным тоном.       — Если останусь, то сломаюсь окончательно, - решительно сказал проводник. Кажется, слёз уже нет, хотя они так и напрашивались, ведь он сдружился и с этими двумя эсперами. От того, как его прижимал к себе Рюсей, становилось ещё больнее.       — Пожалуйста, не руби с плеча, подумай…       — Нечего тут думать. – Исаги аккуратно убрал руки Шидо. – Прощайте, парни. Мне… повезло с вами.       Опустив взгляд, Йоичи прошел мимо Рина и затерялся в помещениях гильдии.       — И всё? Ты его отпускаешь? – не понял безразличия Итоши Рюсей.       — Хватит, Таракан, зачем его пытать. Здесь ему всё будет напоминать о Кайзере. Пусть двигается дальше за пределами «Синего шипа», - сделал вывод Рин. – Пошли готовиться к похоронам.       Два эспера молча потрусили к палате Михаэля – провожать главу гильдии в последний путь…

***

      — Ал, мне звонил Рин, - сообщил Юкимия своему гиду, который стоял на балконе, находясь у шатена дома.       Несс вздрогнул. Внутри он чувствовал, что не произошло ничего хорошего. Парень развернулся к Кенью, чтобы выслушать его.       — Кайзер не проснулся, - подтвердил опасения проводника капитан «Меча». – Нас пригласили на похороны.       — Я не пойду.       — Надо. Нам надо попрощаться. – Юкимия взял Алексиса за руку. Тот стоял с опущенной головой, сдерживая слезы. – Он твой бывший сокомандник. Вы многое прошли вместе, и ты простил его и…       — Вот поэтому и не хочу идти, зная, как будет больно.       — Я с тобой.       — Знаю.       — Я поддержу тебя и не дам тебе упасть.       — Знаю…       Несс перестал сопротивляться. Он уткнулся лицом в плечо эспера и позволил себе заплакать. Сначала беззвучно, потом с надрывным, рваным дыханием... Кенью обнимал его и гладил по спине. Закат догорел до конца. Они стояли на балконе под звёздами.       — Спасибо, что ты у меня есть, - тихо прошептал Несс.       Но Кенью услышал. Конечно, услышал.       Он поцеловал гида в макушку и ответил так же тихо, так же бережно, так же навсегда:       — И ты у меня.