Последний день куклой

После слов Прототипа Поппи опустила голову. С каждой секундой в голову, как острое копье, врезались все новые и новые мысли, но все они сводились к одному - обиде и ненависти к владыки мест. Девушка не выбирала свою судьбу, ее мнение даже при жизни несколько лет назад не имело значения. Она не была владельцем своей жизни, эту роль постоянно у нее кто то отнимал... Поппи ненавидела это место, ненавидела Людвига, ученых, игрушек и Прототипа. Все они причиняли боль другим. Она могла быть нормальным человеком, могла быть счастливой. Но, к сожалению, такую жизнь красноволосая могла получить лишь во снах. - Ты не имеешь права меня тут держать! - Поппи наконец посмотрела в глаза паукообразному монстру. Грудь сжимали страх и отчаяние. Последнее чувство было сильнее предыдущего, поэтому девушка повысила тон, понимая свою никчемность перед ним. - Я не выживу здесь, и ты это знаешь. Что тебе нужно? Я наконец-то смогла ощутить какого это: быть человеком, но ты вновь запираешь меня в клетке, заставляя плясать под твою дудку. - ее голос сочился ненавистью. В ответ на все слова из голосовых аппаратов собеседника послышался тихий смех, который звучал так, будто говорили в радио с плохим звуком. - Ты до сих пор не поняла. - Острые когти вновь проникли в клетку. Поппи ничего не успела сделать, как ее схватили за ворот уже грязного и порванного платья и с силой потянули вперед, впечатав слабое тело в металлические решетки. Зудящая боль отозвалась вновь. Прототип нагнулся. Их лица были на одном уровне, в паре сантиметров друг от друга. Его когтистая рука не давала девушке отодвинуться ни на миллиметр. Щека красноволосой прижималась к холодным прутьям, что создавало еще больший дискомфорт. Единственный желтый глаз непрерывно смотрел на нее так, что по коже побежали мурашки. - Ты не человек. Ты все та же кукла. Та же. Бездушная. Игрушка. - Прототип с наслаждением чеканил каждое слово, с трепетом наблюдая за там, как подрагивают мышцы на лице Поппи. Она не верила ему. Да и не было причин. Все, что она чувствовала, ощущала, видела - говорило об обратном. Или она себе это внушила?... Нет. Это невозможно. Девушка подавила эту мысль, что бы та не успела пошатнуть ее веру. Однако, даже этого мгновения хватило, что бы в груди поселилось неприятное чувство, а, и без того злой оскал Прототипа, стал еще язвительнее. Он слегка ослабил хватку, дав Поппи немного пространства, но только для того, что она могла смотреть на него не сбоку, а в анфас. Ему нравится наблюдать за ней, нравится, как медленно рушатся ее надежды и девушка это понимала. Однако сделать ничего не могла. - Взгляни на себя... - начал Прототип. Одним когтем он, осторожно, пытаясь не поцарапать нежную кожу, провел по ее предплечью до кисти, вызвав за собой волну дрожи и мурашек от щекотки. Поппи слегка передернуло. - Ты пытаешься сломать меня, что бы я никуда от тебя не убежала. - злобно выплюнула та. - Пока я не могу тебе что-то доказать. - ласково сказал владелец мест, приятным голосом женщины. - Потому что это закончится очень болезненно для тебя. - он говорил так, словно делал какое-то одолжение. Его тон пугал, будто говоря, что потом все будет неизбежно. Наконец, рука отпустила Поппи и та, от неожиданности, упала на пол клетки, слегка ушиб бедро. Девушка промычала что-то нечленораздельное, потирая свою руку, к которой прикоснулись ранее. Прототип наблюдал за ней молча, будто изучал. Он тоже раздумывал о ее будущем, о том, что ее ожидает. Однако в каждом сценарии исход был ужасен. Через несколько секунд он медленно отошел и, не сказав больше ни слова, удалился. Тяжелая гаражная дверь, как будто вмещающая в себя пару тон, с легкостью поднялась вверх под давлением его руки. Она с грохотом закрылась, будто крича, что пройти теперь невозможно. Девушка злобно закричала от безысходности. По щекам потекли горячие слезы. Умела ли она раньше плакать? Да уже и не важно. Поппи закрыла лицо руками, пытаясь отгородиться от всего. По ней теперь била ее собственная неуверенность. Всего лишь парой слов Прототип смог подломать ее. В дальнем конце опять послышался шорох. А ведь Улыбашки все это время были здесь! Какой позор. Однако сейчас это не очень-то волновало девушку. Нужно было выбираться. Прототип не просто так оставил ее здесь. Он хочет, что бы она была полностью здорова не просто так. Его слова...Он хочет провести над ней эксперимент? Красноволосая стерла слезы рукой и выдохнула, пытаясь успокоиться. С этими мыслями Поппи доползла до консервов, брошенных Прототипом. Ужасно хотелось есть. Открыть получилось не с первого раза, пальцы то и дело не слушались. Наконец, отделив металлическую крышку от содержимого. Там было какое то...мясо? Было похоже на быстрый обед походника. Поппи замялась и понюхала продукт. Пахнет...странно. Ну это неудивительно, он тут лежал десятилетие. Девушка обратила внимание на слегка вздутую банку, но выбирать не приходилось. Подавив первые рвотные позывы от мерзкого вкуса, она начала поглощать содержимое. Главное сейчас - утолить голод. Банка опустела очень быстро. После невкусной еды Поппи отбросила банку и завернулась в плед, пытаясь согреться. Ну вот, она сьела просрочку. Это вроде бы смертельно опасно. Девушка выдохнула и закрыла глаза. Ей ничего не оставалось делать, кроме как спать. Разговаривать со странными соседями она точно не хотела. Что будет потом? Что приготовил для нее Прототип? Неужели настоящие страдания начнутся позже? Мысли давили на голову, словно тяжелый пресс. Поппи поморщилась. Как же она устала думать. Про себя девушка решила, что как только ей полегчает (если консервы не убьют ее раньше времени), то она обязательно рассмотрит тут все, в поисках выхода. А пока нужно просто отдохнуть. Немного полежать. Пока человек отдыхает, мышцы восстанавливаются быстрее, поэтому красноволосая старалась совершать как можно меньше движений и как можно быстрее заснуть. В скором времени это действительно помогло и Поппи провалилась в беспокойный сон.