Тхисеим

      26.08.2029. Воскресенье.       Киревские живут в частном секторе, на левом берегу Хамансока, в двухэтажном доме. Феликс пригласил сестру на ночёвку для того, чтобы попытаться ещё раз синхронизировать сон.       Девушка впервые оказалась в этой части города. Феликс показал ей, где находится его школа, а так же где дома Сони, учившейся на два класса младше и Тихона, который класса с пятого был его соседом по парте. В отличии от остального города, тут было тише, воздух чище и больше природы. Дом Киревских находился недалеко от школы, у него было два этажа, и он был больше похож на дачу.       Настя оглядела прихожую: она была в минималистичном стиле, шкаф и вешалки находились в доступной близости, около двери висело большое зеркало, далее по коридору были картины, двери и лестница. Она прошла чуть дальше, повернулась на кухню и увидела за столом мужчину с повязкой на глазу.       — О-о! — воскликнул он и подошёл к ней. — Ты так поздно пришла, могла и пораньше.       — Это Ян, — сказал Феликс, зашедший вслед за Настей. — Мой дядя... И твой тоже.       — Ага, — сказал Ян и протянул Насте руку. — Кушать будешь?       — Не, спасибо, я сытая, — робко сказала она.       — Да ладно, не стесняйся, тут все свои. Орешки?       Он протянул ей тарелку с орехами.       — У меня аллергия на орехи…       Феликс взял пару штук и закинул в рот.       — Правда? Извини… — Ян повернулся к столу, заполненному всякими фруктами и ягодами. — А на кофе есть?       — Нет, но я сейчас не буду, уже вечер.       Ян глянул на духовку, часы на ней показывали 22:13. Он кивнул.       — Хорошо, Феля, давай покажем Насте дом.       Они вышли. Дядя провёл их в просторный зал, показал им закрытую дверь в кабинет Виталия, который в данный момент работал и никого не пускал. На втором этаже прямо возле лестницы находился его кабинет, в который он впустил племянников.       — Я работаю учителем английского в восьмой школе, которую Феля закончил, а еще иногда занимаюсь репетиторством вот тут, — пояснил он.       — А что у тебя с глазом? — спросила Настя.       — Глаз? А-а, упал неудачно, — отшутился Ян. — Теперь на всё у меня только одна точка зрения, ха-ха.       Настя оглядела его комнату. Среди всех книг её внимание привлёк венок, висящий как будто в центре внимания. Он был украшен твёрдыми цветами и листьями, которых в природе не существует. Фиолетовый и красный цвета переливались в свете лампы, венок будто бы манил Настю. Она невольно потянулась к нему, но Ян снял его с гвоздя быстрее и спрятал за спину.       — Лучше не трогай, — строго сказал он. — Будут последствия.       — Какие? — спросила она.       — Всякие.       — Он всегда так, — пояснил Феликс. — Можно трогать всё кроме венка.       — Именно, — отметил Ян. — А теперь кыш отсюда.       Он выставил их в коридор, сдул пыль с венка, повесил его на гвоздь и закрыл дверь.       — Что-ж. У меня дежавю, — сказал Феликс. — Думаю, это значит, что нам пора баиньки.       Комната Феликса была типичной комнатой молодого юноши, стол завален всякими бумажками и тетрадками, закрытый ноутбук, кружка с недопитым чаем, какая-то открытая книжка.       Пока Настя уходила переодеваться, Феликс достал надувной матрас и приготовил постели себе и ей. Так же он взял лист бумаги, разорвал его на две части, и написал на одной цифру «6». Как раз в этот момент зашла Настя.       — О, как раз о тебе думал, — он протянул ей пустую бумажку и ручку. — Напиши любую цифру, но мне не показывай.       Она взяла их и подошла к столу. Феликс спрятал свою записку в карман.       — Зачем? — непонимающе спросила она.       — Для проверки теории про вещи. Спрячь, потом во сне мы поменяемся.       Настя что-то написала и спрятала в карман. Феликс дал ей фиолетовый фломастер, а себе в карман он положил красный.       — А это…       — Тоже для проверки, — сказал он.       ***       Феликс проснулся на холодном полу. Настя сидела где-то рядом и потирала затылок. Он встал и огляделся, прямо перед ним был стол, закиданный всякими тетрадками и бумажками, на одной из которых было написано «Лаврентьева А. Д. 10.03.2009».       — Мы у меня дома, — констатировала Настя.       — Я вроде понял, — сказал Феликс. — Почему мы тут?       На стене были плакаты разных групп, на кровати лежал плюшевый медведь. Шторы завешены, он раздвинул их и увидел на улице густой туман. Феликс похлопал себя по карманам, достал записку и фломастер и повернулся к сестре.       — Получилось! Меняемся!       Он забрал у неё бумажку и не разворачивая положил к себе. Настя сделала то же самое. Он вручил ей фломастер и протянул забинтованную руку.       — Нарисуй мне что-нибудь и моим и своим, — попросил он.       — Ты хочешь проверить, появится ли это наяву? — спросила Настя.       Феликс кивнул. Она нацарапала ему двух мышей, протянула руку, и он нарисовал ромашку с фиолетовым центром и красными лепестками.       — Настя, это ты? — послышался снаружи женский голос.       Мгновение спустя дверь открылась, и в комнату вошла женщина. Её волосы были убраны в хвост, на носу были очки в толстой оправе. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, как вдруг в неё прилетел фломастер. Она испарилась. Феликс ошарашенно посмотрел на перепуганную сестру, вытирающую рукавом наступившие слёзы, и снова на место, где была женщина. Настин фломастер выкатился за пределы комнаты, дальше там был только длинный серый коридор.       — Это… Это кто? — спросил он.       — Мама, — тихо выдохнула Настя, взяла Феликса за руку и потащила его вперёд. — Идём.       — Почему ты кинула в неё фломастер?       — Испугалась. Она неожиданно ворвалась в мою комнату, это... Рефлекс.       — Какой рефлекс, ты серьёзно?       Она молча вышла из комнаты. Феликс, не дождавшись ответа, выбежал за ней. Дверь в комнату закрылась и исчезла, они остались стоять в коридоре. Настя выставила руку вперёд, и фломастер прилетел с пола прямо к ней.       — Видал?       — Я всё ещё не понял, почему ты так отреагировала…       — Что непонятного?       — Она как будто что-то хотела сказать, — не унимался Феликс.       — Тут всё не настоящее, — пояснила Настя, пятясь назад. — Этот хмырь пытается нас напугать.       Она шла назад, пока не уткнулась в кого-то. Она повернулась и увидела Тихона, который был выше нее на голову.       — Ты уже поговорила с братом? — спросил он.       Настя с криком махнула рукой прямо ему по голове, и Тихон испарился точно так же, как её мама. Она отдышалась и подошла ближе к Феликсу.       — Слушай сюда, хмырь белобрысый! Пудель лохматый! Такой смелый, да? А выйти к нам не хочешь, или тебе нравится только нас пугать?       — Погоди, тебя Тиша пугает? — спросил Феликс.       — Поговорим об этом как-нибудь потом, — сказала Настя.       — Не просто пугает, У Насти кровь стынет в жилах, стоит ей только увидеть Тихона Мацержинского.       Близнецы повернулись в сторону источника звука. Там стоял тот самый преследователь из их сна. Пепельные длинные волосы аккуратно лежали у него на плечах, он был одет в бежевую рубашку и брюки, держащиеся на подтяжках. Он улыбнулся и сложил руки на груди.       — Представляешь, Феликс, она его боится больше чем меня!       Он повернулся к Насте и подошёл к ней чуть ближе. Оказалось, он одного роста с Феликсом, или даже чуть-чуть его ниже.       — И вообще, я не хмырь и не пудель. У меня вообще-то имя есть.       Он прошёл мимо них с поднятой вверх головой.       — Какое? — спросил Феликс.       Мужчина повернулся к ним.       — Всё-то вам и расскажи. Вы мне расскажите, почему вы родились вопреки Пророчеству?       Феликс вышел вперёд и закрыл Настю собой.       — Не бойся, я не буду вас трогать, мне в прошлый раз хватило, — сказал он.       — Что за пророчество? — спросил Феликс.       Он зашагал прямо к нему и посмотрел ему прямо в глаза.       — Невозможно узнать правду, пока вы не честны с собой, — сказал он и наклонился, посмотрев на Настю. — К тебе это тоже относится, куколка.       В миг коридор, бывший серым и бесконечным превратился в светлый и напоминающий химический корпус ХамГУ.       — В ваших интересах меня найти. В ваших интересах исполнение Пророчества. В ваших интересах ваша собственная жизнь. Вы всегда знаете, где я.       Он прошёл мимо них, открыл дверь кабинета и зашёл внутрь. Близнецы увидели табличку. «213. Профессор, д.х.н. Киревский Виталий Михайлович.»       ***       Феликс открыл глаза. Они с Настей были у него в комнате, в окно пробивались утренние лучи солнца. Он посмотрел на бинт, на нём были красная и фиолетовая линии. Достав из кармана записку, он увидел число «4».       — Получилось! — крикнул он. — Настя, у нас получилось!       Она развернула бумажку с цифрой «6» и принялась рассматривать ромашку на руке.       — И что мы теперь будем делать?       — Копать дальше, что ещё? — Феликс посмотрел на неё с воодушевлённым выражением лица. — Хмырь спрятался в батином кабинете, оттуда и продолжим.