«Последний рассвет клана Учиха»

Глава 1: Ночь резни Ночь накрыла квартал Учиха тяжёлым, душным покрывалом. Воздух был пропитан запахом цветущей сакуры и… чего‑то тревожного. Учиха Ичиго, 12-летний генин, стоял на крыльце дома, вглядываясь в темноту. Его младшая сестра Чига, 8 лет, теребила рукав его куртки. «Ичиго, мне страшно», — прошептала она, прижимая к груди плюшевого лиса. — «Почему все так тихо? Даже сверчки замолчали…» Ичиго сглотнул, пытаясь скрыть собственное беспокойство. «Не бойся, Чига. Всё хорошо. Пойдём внутрь, мама приготовила чай». Но не успели они шагнуть в дом, как вдалеке раздался крик. Затем ещё один. И ещё. Ичиго замер. Он узнал голос соседа — дяди Казуо. Крик оборвался резко, будто перерезанный. «Оставайся здесь», — приказал он сестре, доставая кунаи. — «Никуда не уходи. Я скоро вернусь». Он побежал на звук. За поворотом улицы его встретил кошмар: тела в одежде клана лежали на земле, кровь растекалась по мощёной дороге. Вдалеке мелькали тени в масках АНБУ. «Нет…» — прошептал Ичиго. Он услышал шаги за спиной и резко обернулся. Перед ним стоял незнакомый шиноби в маске лисы. «Ещё один Учиха», — холодно произнёс убийца. — «Твоя судьба уже решена». Ичиго отпрыгнул в сторону, уклоняясь от куная. Он не был готов к бою, но выбора не было. В этот момент из‑за угла выбежала Чига. «Ичиго!» — закричала она. Убийца резко обернулся, и Ичиго бросился вперёд, толкая сестру в сторону. Кунай вонзился в его плечо. Боль обожгла, но он стиснул зубы. «Беги, Чига! Прячься!» — крикнул он, отталкивая её к переулку. Чига заплакала, но послушалась. Она юркнула в тень между домами, а Ичиго остался один на один с врагом. «Ты всего лишь ребёнок», — усмехнулся шиноби. — «Зачем сопротивляться?» «Затем, что я — Учиха», — выдохнул Ичиго, чувствуя, как в груди закипает гнев. Внезапно в глазах вспыхнула боль. Мир стал ярче, чётче. Он увидел движения противника до того, как тот их совершил. В зрачках завращались три томоэ Шарингана. «Что?..» — убийца замер на мгновение, и этого хватило. Ичиго атаковал. Он не знал техник, не владел сложными печатями, но Шаринган позволял предугадывать удары. Он ударил кунаем в уязвимое место под маской, и враг рухнул. Тяжело дыша, Ичиго побежал туда, где скрылась Чига. Он нашёл её за старым колодцем, дрожащую и заплаканную. «Я… я убила его?» — прошептала она. «Нет, — Ичиго обнял сестру. — Ты жива, и это главное. Мы должны бежать. Сейчас же». Они побежали через тёмные улицы, минуя горящие дома и тела родных. Вдали слышались крики и вспышки дзюцу. «Куда мы идём?» — всхлипывала Чига. «В лес. Потом — в Коноху. Мы найдём помощь», — твёрдо сказал Ичиго, сжимая её руку. — «Я защищу тебя, Чига. Клянусь именем Учиха». Над кварталом, объятым пламенем, взошла бледная луна. Последний рассвет клана Учиха начинался в крови и пепле. Но где‑то в темноте бежали двое — брат и сестра, чья история только начиналась.