Последний съёмочный день

Съемочная группа отмечала окончание тяжелой смены и завершение долгих и трудоёмких съёмок на локации битвы за Хогвартс. Солнце давно село за горизонт, оставив за собой шлейф прохладных сумерек. Большая компания сидела давно разбрелась по огромной площадке. Все были заметно выпившими и расслабленными, общее настроение ощущалось легкостью и приподнятым моральным духом. Но не все были такими расслабленными. В опьяненном разуме Дэна Редклиффа бушевала буря смятений и несправедливости, съедавшая его заживо каждый съемочный день, а сегодня, обострившаяся до предела. Каждый съемочный день он собирался с особой тщательностью, и на все парах, словно окрыленный летел на площадку, чтобы увидеть её, обменяться несколькими фразами, а в особенно везучие дни — парой тонких прикосновений, что направляли по его телу разряды тока и волны неукротимого жара. Всем его ровесникам нравились девчонки, Фелтону, вон, например, Эмма. И всё у них отлично. Играют множество сцен вместе с самого первого фильма, а сейчас напились и сидят в углу. Всё просто. Всё легко и естественно. А Дэну нравилась Хелена Бонем Картер. Нравилась давно и безответно, но сильно настолько, что сводила с ума одним своим присутствием на площадке, не говоря уже о редких взглядах в его сторону. Она была старше его, сильно старше. Но как она была прекрасна. Насколько харизматична, красива, и опасно огненно-игрива порой. Глаза полные азарта, пламени и безрассудства. Вот бы оно распространялось на меня. Она замужем. Забудь, — каждый раз твердил он себе. Да за кем? За известным режиссером, он дает ей хорошие роли. А после съемок, приходя домой, касается её так, как Дэну и не снилось. Нет, на самом деле очень даже снилось. Не единожды, и просыпался он тогда в самых ярких моментах и эмоциях, а иногда и после них… Надо просто выкинуть её из головы. Забыть. Забыть? Забыть её? — Невозможно, — твердило сердце. — Полностью солидарен, — отзывался разум, посылая нервные импульсы по телу. Черт. Невыносимо. Невыносимо разрывало душу от того, что этот день — последний. Последний день, что завершает череду их постоянных пересечений. Где-то ещё несколько раз они увидятся на смежных сценах с массовкой, возможно, но после — нет. И всё это не то. Чувство опустошения накатывало с новой силой, когда эти мысли крутились в голове вновь и вновь. Он не хотел верить в это, и каждый день отсчитывал до этого дня, и летели они все неумолимо быстро, и конец пришел. Кто он такой, чтобы видеться с ней после съемок? Да никто. Мальчишка с одной ролью. Ну, да, Гарри Поттер. Звучит масштабно, и он заработал космически много для своего возраста, но толку в этом? Если он всего-навсего мальчишка, что не стоит и рядом с мужчинами, на которых она смотрит. И останется ему только мечтать по ночам, разглядывая её фотографии и мечтая о ней, также, как сотням и тысячам фанатов по всему миру. Но сегодняшний день он запомнит надолго и тому причина не только окончание большого объема съемок. Дэн достал из кармана джинсов телефон и разблокировал его, заходя в галерею. Вот она. Самая ценная фотография в его жизни. Сделанная Эммой сегодня на его телефон. Он попросил Хелену сфотографироваться после одной из сцен и короткого совместного интервью. И она согласилась. Она не просто согласилась. Она подошла к нему как никогда близко и прямо на камеру позволила запечатлеть отныне самый счастливый момент в его жизни. Она положила руку ему на плечо, притянула к себе и поцеловала его в щеку, замерев так на несколько долгих мгновений, чтобы Дэн сейчас мог рассматривать это фото у себя в телефоне. На себя он почти не смотрел. А что он? Пацан с глупый улыбкой, абсолютно шокированный в тот момент таким поворотом событий, и до сих пор не верящий в произошедшее. Он оторвал глаза от телефона и быстро нашел ими её. Ровно в тот момент, когда женские плечи передернуло от холода. Алкоголь в голове Дэниела решил, что это тот самый шанс. Возможно, последний. Он немедля встал, не давая сомнениям захватить свою голову целиком и подошел к ней, накидывая на плечи свою куртку. — Не стоило, — негромко и как-то больно потерянно отозвалась женщина, когда он сел рядом. — Конечно стоило, с наступлением темноты сильно похолодало, — поддержал разговор он. — Спасибо, — ещё тише сказала Хелена, в руках которой был бумажный стаканчик с алкоголем, а взгляд непривычно рассеянно устремился куда-то в пустоту. — Что пьете? — изо всех сил старался не потерять нить разговора Дэн. — Виски. — Я тоже его пил. Меня он обычно веселит, — тонко подступался парень к её состоянию, — а вас, кажется, наоборот. Женщина перевела на него взгляд и снисходительно усмехнулась, покачав головой. — Что-то ты весь вечер не очень веселый. Твои друзья беззаботны и расслаблены, а ты — ровно наоборот. — А мне есть о чем печалиться, — алкоголь явно давал его языку смелости. — Я так рад был работать с вами, что мысль о последнем совместном съемочном дне меня крайне огорчает. Ведь мы можем больше никогда не увидеться… Он знал, что звучал как ребенок сейчас, но ничего не мог с собой поделать. Он все еще не мужчина, который мог бы просто взять и заговорить с ней на равных, нет. Однако, разговор дал нужный эффект. — Жизнь длинная, — спокойно протянула Хелена, — в твоем случае впереди перспективная карьера, это только начало. Но если хочешь, запиши мой номер. Не поверив своим ушам, Дэн тут же разблокировал телефон, на экране которой все ещё светилось сегодняшнее фото. Женщина его заметила, а потому, продиктовав номер, сказала: — Скинь мне его. На память. — Будете вспоминать обо мне? — не сдержал улыбки Дэн. — Сейчас. Он отправил фотографию и на экран её телефона загорелся от сообщения с неизвестного номера. Но взгляд Дэна упал на заставку. Там не было Бертона, не было их совместного фото. И не было какой-то банальной природы или фотографии домашнего питомца. Там была она. — Нравится? — пересекла она его взгляд таким тоном, от которого все внутри перевернулось. — Оно… с прошлогодней фотосессии… — вдруг выпалил Дэн и тут же об этом пожалел. Женщина наклонила голову вбок и поправила волосы. — Ты смотрел её? — прищурившись спросила она. Дэниел был готов залиться краской до ушей. Ему уже не было холодно без своей куртки. Ему стало откровенно жарко. — Я… видел, да, — краснея признался он, ведь содержание той фотосессии едва ли можно было назвать пристойным. Хелена убрала телефон и сделала ещё глоток из стаканчика, прежде чем посмотреть ему в глаза. — Сколько ещё моих фотосессий ты видел? Ему хотелось соврать. Сказать, что больше ни одной. Но предательское слово вырвалось само. — Все. Она покачала головой. — Глупый мальчишка. Я старше тебя на целую жизнь. А ты влюбился. Дэниел подавился бы воздухом, если бы тот не застрял в легких, никак не желая выходить после этой фразы. — Я не… кто распустил эти глупые слухи? Ухмылка на её губах стала шире. — Ты. Твои взгляды, твое поведение, ты сам. Думаешь я настолько слепа, чтобы не видеть? Всё это время. — Да, возможно, — с гулко стучащим в ушах сердцем признался Рэдклифф, — но какой смысл в том, что я сознаюсь? Я для вас лишь мальчишка. Вы никогда не посмотрите на меня. — А я и не говорю тебе об отношениях, — спокойно продолжала рассуждать она. — Мы можем просто общаться, также, как делаем это сейчас. — Вы замужем, — вывалил Дэн прописную и режущую по сердцу истину. Хелена вдруг покачала головой, и в глаза её мелькнула та самая пустота. — Что? — не поверила своим глазам Дэниел. — Но… — Это не для прессы. Пока что, — она сделала ещё глоток чистого виски, прежде чем продолжить, — Мы не вместе. Никогда и не жили вместе, расписаны не были. Долго объяснять, нет никакого желания. — В любом случае, — хмыкнул Рэдклифф, — куда мне до Бертона? Он великий человек, талантливый режиссер и… — И мудак, изменяющий мне со своими актрисами, — перебила его Хелена, негромко закончив фразу. — Что? — не поверил своим ушам Дэн. — Нет, абсолютно невозможно… изменить вам?! Самой шикарной, прекрасной, самой красивой и великолепной женщине в мире… нет. Она снисходительно улыбнулась его словам. — Я не стану выносить это в прессу. Не хочу скандальных расставаний и прочего, сделаем всё тихо и спокойно. Но сейчас… — она допила виски из своего стаканчика одним глотком, — к черту. Не хочу о нём. — Простите. Она качнула головой и встала. — Я собираюсь найти ещё виски. Ты со мной? — Определенно, — тут же вскочил Дэн, уже успевший расстроиться, что этот вечер закончится на такой ноте. Хелена направилась к одному из трейлеров, принадлежащему съемочной группе, причем, к самому отдаленному. — По теории вероятности, если где-то ещё и остался алкоголь, так это там, куда всем было лень идти, — обосновала она свою дорогу, которой они направлялись теперь. Куртка Дэна всё ещё была на её плечах, и ничего в жизни он сейчас так сильно не хотел, как-то, чтобы эта женщина была его. Хотя бы на мгновение, мимолетное и безумное. По правде говоря он хотел остановить время и остаться в этом моменте навсегда. Вот так идущим за ней к трейлеру нетвердой походкой. Молча и непередаваемо. Но увы, ничто не может длиться вечно. Хелена зашла в трейлер, где горел свет, и Дэн шагнул за ней. Оказавшись внутри он почувствовал как его окутало тепло, особенно приятное в контрасте с холодным ветром. Женщина видимо тоже почувствовав эту перемену, заметно расслабилась. Трейлер был оборудован под современную кухню длинной бежевой столешницей и диваном напротив. Хелена прошла вдоль столешницы, по-хозяйски заглядывая в каждый шкафчик и лишь в последнем нашла небольшую бутылку желанного напитка. Той же расслабленной походкой от бедра она направилась к Дэниелу, который на мгновение потерял дар речи, молча принимая из её рук бутылку и открывая её. Надо сказать, лишь со второй попытки. — Смелее, Дэн. Иногда просто нужно быть смелее, — низким голосом сказала она, кладя руку по верх его руки и осторожно забирая бутылку, тут же делая несколько глотков прямо из горла и предлагая парню. — Брезгуешь? Шутите? После ваших губ только мечтаю. Вместо этого он помотал головой и взял бутылку, тоже сделав несколько обжигающих горло глотков. — Если я буду смелее, вы больше слова мне не скажете в жизни, — вдруг выпалил он. — Ты, — спокойно отозвалась Хелена. — Давай на «ты». То, сколько раз он об этом мечтал, сколько представлял и прокручивал в голове, то, как много это значило для него, чуть было не отразилось у него на лице. — С удовольствием, — едва скрывая победную улыбку, сказал парень, сразу же решим закрепить данное суждение, — знаешь, я смотрел все твои фильмы, не по одному разу. Видел все вышедшие роли. Но именно Беллатрикс тебе ближе всего. По азарту, по огню в глазах, по… Он не договорил, не потому что его прервали, а потому что потерял дар речи за секунду до этого, считывая её намерения. По этому самому взгляду, он осознал всё за мгновение, до того как её губы накрыли его, касаясь настойчиво и заставляя всё тело воспламенеть новыми ощущениями неистового желания в каждой клеточке. Он задержал дыхание, не смея шелохнуться, безумно боясь испортить момент и прервать то, о чём раньше лишь грезил. В одной руке он всё ещё держал бутылку, которую снова перехватила женская рука, ставя на столешницу, не прерывая поцелуя. Она сделала это ради того, чтобы расстояние между ними сократилось ещё больше. Чтобы чувствовать жар молодого разгоряченного тела, чтобы чувствовать его безумное желание, что накрывало с новой силой с каждым настойчивым и страстным движением её губ. Редклифф не верил в реальность. Нет. Сейчас он больше верил в магию, чем в то, что это происходит с ним на самом деле. И если бы это было сном, он никогда больше не хотел бы просыпаться. Но ещё ни в одном сне, её руки не были так реалистичны, ни разу. Они ещё не скользили по его шее, опускаясь на грудь и оттягивая воротник джемпера, проводя по оголенным частям кожи кончиками ногтей. Она разорвала поцелуй и он понял, что нисколько не ошибся в своих словах. Безумным взглядом темных глаз напротив на него смотрела словно самая настоящая Беллатрикс Лестрейндж. Взглядом, без сомнения, до краев полным желания. И это свело его с ума. Всё разом стало неважным и не имеющим никакого значения. Он отвечал ей лишь тем же безудержным желанием, уже сам целуя годами вожделенные губы, вплетая пальцы в её волосы и немного сжимая на затылке. Его руки были куда менее смелыми, чем её, а потому через несколько минут накрывающей их с головой страсти, она сама перехватила его ладонь, прижимая к своей груди и довольно грубо сжимая на ней. Дэн чуть было не простонал от желания, настигающего его головокружением и нехваткой кислорода от слишком долгих непрерывных поцелуев. Он переместил обе свои руки на грудь, повторяя её действия уже самостоятельно и заставляя едва заметно прогибаться себе навстречу. Когда первая волна страсти немного отпустила, убеждая обоих отдышаться, она отстранилась, вселяя ему страх на свое благорассудство. Только не уходи сейчас. Я сойду с ума. Умоляю. Она двинулась к двери, чем заставила все его мечты и надежды рушится на глазах. Не бывает всё так сказочно в жизни. Ты всё ещё не Гарри Поттер, Дэн. И уж точно не Избранны… Хлопок двери трейлера прервал его мысли, подстегивая эйфорию щелчком щеколды. Сумасшедшая. В самом лучшем смысле этого слова. Она подошла обратно, снова сделав несколько глотков виски из горла, снова отдав ему бутылку в руку, снова приблизившись. Пока он пил, женская рука прошлась по плечу, перешла на шею и опустилась до ключицы. Она изучала. Она проверяла границы. Вот только для неё они были сняты, целиком открыты и уже давно завоёваны ею, одним лишь её существованием. Она снова поцеловала его в губы, ловя на них привкус виски и намеренно задевая зубами язык. Пальцы её вплелись в густые растрепанные волосы, а тело снова целиком прижималось к нему. Глаза изучали черты лица в непосредственной близости. — Девственник? — спросил охрипший от желания и алкоголя голос. Дэн качнул головой. — Нет, — он притянул её в ещё один короткий поцелуй, — но не могу похвастаться большим опытом. Губы его опустились на женскую шею. Рукой отодвигая волосы, он целовал нежную кожу, едва прикусывая. — Это не важно. Забудь о стереотипах про опыт, — голос её успокаивал и возбуждал одновременно. Потрясающе. — Это всё такая… — она резко вдохнула, когда губы его опустились на грудь, обнаженную секундой ранее, и теперь вместе с языком задевали множество нервных окончаний, — … чушь. Он и без того сходил с ума, а когда её рука прошлась по джинсам, что были натянуты от его желания, гормоны перекрыли любые пути отступления и возможности здраво мыслить, а руки уже активно занимались освобождением разгоряченного женского тела от одежды. Она не мешала, нет. Она помогала ему с ещё большим рвением, будто это не он мечтал о ней все съемочные дни, а ровно наоборот. Дэниэл резко вдохнул, втягивая воздух, когда её рука прошлась по оголенному члену. Хелена сама развернула его в сторону дивана и плавно, но настойчиво, заставила сесть, практически сразу же оказавшись сверху. Она осторожным и четким движением направила его член в себя, опускаясь сверху. Дэн сжал зубы, чтобы не простонать. Одна рука его сжала женскую грудь, а вторая опустилась на бедра, что начали потрясающе приятно двигаться на нём сверху. Одно он знал точно. Ей нравилось. Ей нравилось как он сходил с ума от каждого её прикосновения и движения. Она открыто наблюдала за тем, как меняется его лицо, как он прикрывал глаза, как сжимал челюсть, как резко вдыхал или как неподвластно ему дергались мускулы. Она наслаждалась этим. Она отдавала себя полностью, он прижимал её ближе к себе, моментами контролировал движение бедер, целовал грудь и прикусывал соски. Но когда её дыхание начинало резко учащаться, он практически останавливал её, попросту боясь потерять контроль. В один из таких раз, когда с губ её начали срываться особенно яркие стоны, он не выдержал и прошипев резко остановил её, заставив встать с себя и поднимаясь следом. Он покачал головой и потянулся к губам, глубоко целуя и фактически меняя их местами, теперь усаживая её на мягкий диван. — Я хочу сделать тебе хорошо, — прошептал он ей в самые губы, руками сжимая грудь, — но не умею. Он знал, что за этит словами не последует насмешек, а потому был полностью открытым с ней. И снисходительно дернувшийся уголок губ был тому верным подтверждением. — Я буду говорить с тобой, — сказала она парню в самые губы, одной фразой развеяв все сомнения, прежде чем он опустился ниже, целуя её в живот. Женская рука легла на голову, едва заметно надавливая, когда он спустился к её бедрам, разводя их в стороны и вставая на колени. Начав с поцелуев на внутренней стороне бедра, Дэн поднимался выше. Когда его язык скользнул меж складок, голова снова закружилась. Это было очень скользко от количества смазки. И осознание, что она хотела его настолько, перекрывало всё на свете. Он несколько раз медленно провел языком снизу вверх, заставляя её дышать тяжелее, после чего стал заметно смелее, надавливая сильнее и исследуя каждую точку её удовольствия. — Да… вот так, — почти простонала Хелена, когда его язык сделал несколько верных движений из стороны в сторону, — хорошо… Он продолжил ласкать её, прислушиваясь не только к словам, но и к языку тела, к каждому неровному вдоху, к руке, что периодически сжимала его волосы, надавливая на голову сильнее. Она сбито дышала, все чаще позволяя стонам срываться с губ. Но ему было этого мало. — М… это… очень хорошо, да… — он заметил, как она начала кусать губы, а вторая рука теперь сжимала собственную грудь, акцентируя внимание на соске. — Да… ты хочешь чтобы я кончила так? — Безумно, — оторвавшись ненадолго ответил парень. — Тогда войди в меня пальцем. А лучше двумя, — почти приказала она и реакция Дэна не заставила себя ждать, — да, вот так. Согни их немного. Ещё. Он выполнял всё, успевая подмечать её реакцию и наслаждаться ею, теперь трахая её двумя пальцами. — Да, грубее. Вот так. Женское тело заметно напрягалось, ноги начинали изредка подрагивать, а стоны её стали ещё ярче. — Да… ещё… ммм… а теперь верни язык, давай, — он послушно прильнул языком к клитору, сильно надавливая и на этот раз двигаясь интенсивнее, стараясь синхронизировать движение с пальцами, за что получал награду в виде дрожи по телу и громких стонов, — прямо так, да, ещё немного. Не останавливайся, я сейчас кончу, да… Особенно яркий стон дополняла волна оргазма, судорожно прошедшая по телу. Он чувствовал как его пальцы сжимают мышцы, как дрожат её ноги, и то, что это он довел её до такого состояния, пьянило крепче любого виски. Даже огненного. Рука, вплетенная пальцами в его волосы, ослабла, но не отпустила совсем. Отдышавшись, она притянула его на себя. — Иди ко мне. Поднимаясь и возвышаясь теперь над ней, он уложил её спиной на диван, аккуратно убирая с раскрасневшегося лица волосы, прильнул губами к шее, плавно опускаясь на грудь. Женская руки расслабленно гуляли по телу, проводя ногтями по затылку и спине, зарываясь в волосы и снова спускаясь для объятий. Она была слишком прекрасна в этот момент, и момент снова хотелось растянуть на целую вечность. Однако от перевозбуждения уже становилось практически больно. А когда её рука начала ласкать его плавными движениями, Дэн уже не мог терпеть. Он приподнялся на руках, раздвигая ноги женщины и провел членом по смазке несколько раз, прежде чем погрузить его внутрь и начать плавно двигаться. Нет, ничего и подобного даже близко не было у него с ровесницами. То, как она вела себя, то, как двигалась, даже то, как сейчас смотрела на него, как притягивала ближе и как сладко дышала на ухо, кусая за мочку. Всё это было неописуемо. И держаться было крайне сложно. Но было зачем. Стоны её из едва заметных, снова становились громче, а рука ласкала собственный клитор. Дэниел чувствовал, как она начинает прогибаться ему навстречу, как мышцы сжимают его внутри. Он ускорился ещё немного и тоже застонал, низко, пронзительно. — Нет, — простонала женщина ему прямо в ухо, — ещё немного, только не останавливайся, прошу, да… черт, да! — она снова кончила и выгнулась под ним всем телом, а мышцы её внутри теперь хаотично сжимали его и без того перенапряженный член. Он простонал абсолютно несдержанно, почти задыхаясь, и резко вышел, заливая её живот горячей спермой. Когда блаженные мгновения оргазма отпустили ещё затуманенную голову, он наклонился ниже, целуя её в уголок губ.

∎ ∎ ∎

Вечер на улице снова окутывал обоих, только теперь ни одному из них он не казался таким уж холодным. Они шли к общему месту сбора по темноте, которую рассеивали лишь редкие отблески студийного освещения. — Знаешь, это могло произойти и раньше, если бы мы снимали какие-нибудь сцены, где Беллатрикс пьёт огненный виски в пабе. Я бы не выдержал. Хелена лишь усмехнулась. — Роулинг бы поседела, узнай она, что её Гарри Поттер влюблен в самую отвратительную особу. — Не только он, я уверен, таких ещё пол мира фанатов, ты видела себя на экране в роли?! Я с Ордена Феникса с ума схожу! Кстати, всегда было интересно. Это ведь ты предложила режиссеру гнилые зубы для Беллы? У Роулинг этого не было. Но зачем? Хелена остановилась не выходя из тени на свет и протянула руку, задевая пальцем Дэна по носу. — А чтобы желающих было хотя бы в два раза меньше, — оскалилась она. Дэниел прикусил губу. — Понял, понял, тетя Белла, — в той же игривой манере отозвался он. Хелена покачала головой и понизив голос сильнее, сказала: — Я чувствую в следующий раз кто-то напросится на ролевые игры, мистер Избранный. В следующий раз? Дэн не ответил, боясь испортить момент и её настроение, и они оба вскоре вышли на свет, где уже стоило вести себя подобающе, дабы не попасть в поле зрения любопытных глаз и ушей с компроментирующими разговорами. — Походу все внутри павильона, — направилась Хелл к одному из входов. — Да, — задумчиво протянул Дэниел. — А всё-таки знаешь, мне дико жаль, что фильмы подходят к концу. Уходит целая эпоха, а ведь так много можно было бы ещё показать и отыграть. Тех же сцен с тобой, чертовски несправедливо мало! Сняли бы уже целый сериал, а не восемь фильмов! — А может и снимут когда-то, — ответила ему женщина, заходя внутрь павильона, где слышалось множество голосов, — только нас уже в нём не будет. Она вошла в помещение, где собралась все оставшиеся, и Дэн шагнул за ней, закрывая дверь. Он повернулся, направившись следом за женщиной и стараясь держать дистанцию, и тут же почувствовал на себе обжигающе-выразительный взгляд. Из угла павильона, прищурив глаза, на него смотрела Эмма.