Проигрыш

      — Я никогда не придумываю неидеальных планов.       — Мама! Мама!       — Жалкое существо!       Конечно это больше не было правдой. Её планы не были идеальными, и фиолетовый утёнок был надоедливым напоминанием. Напоминаем о том, что она, могущественная и совершенно безжалостная ведьма, была уязвима.       Её обвели вокруг пальца, да ещё и посмели так открыто смеяться над ней, подсунув ей это существо вместо кольца. Это был позор.       Она помнит, как её сёстры смеялись над ней. Как шутили про сказки, в которых в утке прячут мощные артефакты, невсерьёз намекая ведьме сделать утку своим тайником. Айси тогда смирила их взглядом, полным холодного раздражения, и Трикс замолчали, но это не значило, что каждый раз, когда это фиолетовое чудо открывало свой рот, Айси не чувствовала на себе их насмешливые взгляды.       О нет, она прекрасно всё чувствовала. И прекрасно понимала, что это пока они смеются, потом они начнут сомневаться в ней, потом ненавидеть, а потом отвернуться от неё.       Вопрос только во времени, как быстро они обнаружат, что она не такая уж гениальная, и что её «разовые» ошибки вовсе не разовые, и на самом деле за ними последует череда неудач и проигрышей, которые в какой-то момент Айси не сможет остановить.       Ледяная принцесса нервно сглотнула, возвращаясь к реальности. Тролль должен прибыть с минуты на минуту, и ей не стоило витать в облаках до тех пор.

***

      — Вы просто глупые неумёхи! — строгий голос ведьмы проникал в каждую клеточку её тела. Их вылазка в Алфею в поисках Огня Дракона оказалось неудачной и теперь девушкам приходилось держать ответ перед директрисой.       «Нет».       «Это не может повторяться вновь».

--- Flashback ---

      — Где вы все трое были?       — Вот чёрт, — выругалась Сторми под нос. Все три юные ведьмы нелепо застыли в коридоре между прихожей и лестницой, ведущей в их комнаты. Они были с ног до головы покрыты пахучей субстанцией, своим запахом и видом напоминающей смесь слюны огра, порошка ворона, а также болотной тины.       Сестры синхронно развернулись к говорящему, здороваясь:       — Здравствуйте, тётя Близ! Да мы так, всего лишь осматривали окрестности, — неловко рассмеялась Дарси.       — Да-да, — подтвердила её штормовая названная сестра, — просто проверяли периметр, наслаждались свежим воздухом. Ничего более, хех.       — Ничего более, юная ведьма? — раздался новый голос из кухни. Через мгновение его обладательница и ещё одна ведьма появились из-за спины Близ.       Сторми сглотнула.       — Прости, мам, но мы правда были неподалёку и просто… увлеклись..?       — До двух часов ночи? — приподняв бровь резко вставила мама Дарси, на что получила одобрительные кивки родителей других девочек.       — Ну… — Дарси замялась, остальные девушки тоже явно не хотели признаваться в содеянном.       — Ну..? — настойчиво передразнила Близ, смеряя Айси, пока не проранившую ни слова, ледяным взглядом. — Не заставляйте нас ждать до рассвета, девочки, вы же знаете, что мы всё равно узнаем правду.       Это был не блеф. Как-то раз троица решила утаить что-то от своих родителей и закончила тем, что выдала множество своих пикантных секретов под действием ведьминской сыворотки правды.       Тем не менее, признать содеянное самостоятельно и увидеть реакцию матерей было далеко не приятным заниятием. Айси чувствовала, как подруги, стоящие по бокам от неё, трясутся мелкой дрожью, не решаясь нарушить повисшую тишину.       Что ж, тогда это придётся сделать ей. В конце концов, кому как не непоколебимой ледяной принцессе брать на себя инициативу.       Она сделала глубокий вдох.       Она не боялась, конечно нет. Но видеть как синие колкие глаза матери смотрят на неё было неприятно.       — Мы пытались найти и приручить Цербера, — слова повисли в воздухе между ними.       Затем был хаос, возмущение, крики недовольства. Девочкам говорили об абсурде их предприятия — Цербер считался мифом, делом давно минувших дней, и отправиться на его поиски было таким же отчаянным занятием, как попытаться дотянуться до Солнца. Одним словом смех.       Нотации длились недолго в силу позднего часа, но девушкам ещё предстояло слушать их последующие дни. Затем Дарси и Сторми забрали по домам их матери, и Айси осталась одна.       Волшебные часы неприятно щёлкали на кухне, отмеряя секунды малейшими кристаллами льда. В абсолютной тишине дома звук действовал Айси на нервы, пока она и её мать, казалось, вели немую перепалку. Идеальная осанка и ледяное выражение лица Близ не выдавали ни малейшего намёка на настроение матери.       Упрямый голубой против разочарованного синего.       — Пойдём, Айси, — нежно поманила за собой дочь Близ. Инстинктивно ледяная принцесса двинулась за матриархом, ещё больше напрягшись от приятного тона ведьмы. Это было не к добру.       Они дошли до бальной комнаты — просторное помещение с высокими потолками и огромными зеркалами на стенах. Оно так и сияло внутри. Женщина подошла к одному из зеркал и жестом поманила дочь встать рядом с собой.       — Моя дорогая Айси, — начала говорить женщина, кладя руки на плечи дочери, становясь за её спиной, — посмотри на себя. — АЙси смотрела. Она не видела своё отражение с начала их небольшой вылазки, но предполагала что выглядела ужасно неряшливо. Её предположения оказались верны: всё её тело покрывала слизь, зелёные пытна мха, паутина и пыль, волосы были не в лучшем состоянии: из её хвоста также торчала дюжина веток и листьев, делая её похожей на кикимору. — Моя дорогая Айси, — вновь повторила Близ, — такая красивая, статная Айси. Уже почти совсем не девочка.       Женщина подняла руку с плеча дочери и осторожно провела костяшками пальцев по щеке той. Её прикосновение всегда было ледяным, даже несмотря на холодную природу Айси, и девушка невольно вздрогнула от касания. Дыхание, кажется, застряло где-то у неё в груди.       — Такая красивая, — длинные пальцы запутались в грязных белых волосах, принимаясь расчёсывать пряди. Волосы были в полном беспорядке и потому пальцы матриарха застревали в них, через силу продолжая свой путь, что причиняло девушке неприятную боль в скальпе. Через какое-то время таких действий боль начала становится невыносимой и Айси тихо захныкала:       — Мам, пожалуйста. Мне больно, — её слова остались без внимания, руки матери продолжили драть её всё ещё спутанные волосы. Айси запрокинула голову, пытаясь облегчить боль, и начала вырываться, — Мам! Больно!       — Больно? — тупо переспросила Близ, её руки остановились.       Вопрос эхом вторил им в опустившейся на зал тишине.       Недоумевая, Айси кинула на мать взгляд через отражение в зеркале, только чтобы увидеть как синие радужки затягивает тьма.       — Мам..? — её голос дрожал.       Мозг забил тревогу. Айси знала, что ей нужно скорее убираться отсюда или хотя бы придумать что-то, что могло бы отвлечь Близ. Она резко рванула вперёд, бросаясь в сторону выхода, но тут же вскрикнула от боли.       — Больно? Больно?! Это тебе-то больно?! — Близ крепко держала ведьму за её хвост, до боли оттягивая голову дочери назад, так, что у девушки перед глазами засверкали звёзды. Вторая рука ведьмы гуляла на её шее, — А ты знаешь, как больно ты сделала мне?! Шастаешь где-то в округе со своими друзьями, как какая-то бездомная дворняга. Так ещё и заставила меня — меня! — отчитываться перед своими подругами, а потом краснеть за то, что их отпрыски попали в какую-то глупую передрягу из-за моей собственной дочери! Ты хоть представляешь?!       В порыве чувств или от большой любви, но ледяная ладонь Близ с каждым словом всё сильнее смыкалась на горле девушки, впиваясь когтями в кожу и перекрывая доступ к кислороду.       — Я волновалась за тебя, знаешь ли?! Но тебе видимо совсем плевать на собственную мать, только и нравится, что гоняться за какими-то мифическими существами, да? Глупая Айси! — Близ тряхнула её голову из стороны в сторону, — Никак не можешь вырасти из своих сказок и мифов. Все твои сверстники уже давно занимаются чем-то более достойным, одна ты маленькая недоделанная ведьма. Может мне подкинуть тебя к феям, чтобы они пели тебе колыбельные на ночь всю твою оставшуюся жизнь, м?       Айси задыхалась, из её глаз текли слёзы, но она не могла ничего сказать в свою защиту — из горла вырывались только спутанные сдавленные всхлипы. Её мать всегда считала её жалкой. Никогда не признавала интереса Айси к истории и легендам, открыто смеялась над этим и потом публично унижала Айси за детское любопытство перед своими знатными друзьями. Айси была грязью у ног её могущественной матери, неблагодарным глупым ребёнком, из которого Близ честно пыталась выбить всякую «дурость». Это было несправедливо. Способности Айси никак не уступали способностям её сверстников.       «Прошу, хватит. Я не жалкая! Я не заслужила этого всего! Пожалуйста, мама, остановись!».       Мощный ледяной заряд вырвался из рук Айси и ударил по женщине за её спиной, отбрасывая ту на несколько метров назад.       Девушка рухнула на колени, судорожно хватаясь за горло, пытаясь отдышаться. Оно как будто саднило изнутри, и ледяная принцесса тут же залилась неудержимым кашлем, инстинктивно пытаясь избавиться от зуда. Позади послышался шорох.       — Да как ты смеешь! — только и услышала Айси, прежде чем её ледяной волной отбросила в стену.       Глухой удар головы о камень и звон разбивающегося стекла заполнил помещение.       Айси вновь задыхалась.       — Маленькая неблагодарная тварь! Как смеешь ты поднимать руку на собственную мать? Я — всё, что у тебя есть. Всё. Я тебя вырастила, я тебя воспитала, и — видит Тьма — я пыталась сделать из тебя приличную ведьму. Но нет! — Близз стояла над девушкой и кричала на неё. Айси слушала, но её разум разваливался на части от боли, всё ещё пытаясь восполнить организм кислородом и пульсируя от удара о стену, а также уколов тысячи мелких осколков, что впивались в её кожу по всему телу. — Но видимо такая дрянь как ты не стоила всех этих усилий. Валяешься тут в какой-то блевотне, как подзаборная жалкая шавка. Надо было выкинуть тебя на болоте, как только ты родилась!       Что-то большое и тяжелое прилетело в неё сверху, ударив девушку по спине. Айси крепко зажмурила глаза, считая до того, когда это закончится, каждый раз сбиваясь со счёта: 12. 14. 8. 9. 10. 8. Из её глаз непрерывно текли слёзы. А мать стояла над ней и кричала, кричала, кричала. Она говорила Айси, каким разочарованием она является и как не заслуживает своего места под солнцем.       Наконец женщина затихла и, судя по звуку шагов, начала удаляться.       — Чтобы завтра привела себя в подобающий вид, и чтобы мне впредь не приходилось за тебя краснеть, я ясно выражаюсь? — ведьма задержалась на пороге.       Видимо, девушке удалось выдавить из себя что-то похожее на согласие, потому что её мать удалилась, наконец оставив её одну.       Айси долго лежала на своём месте, свернувшись в клубок и проливая слёзы, кажется, вечность, повторяя в голове только два слова: ничтожная, жалкая, ничтожная, жалкая, ничтожная…

***

      — Не переживайте, директор, мы вас не подведём.       — Я на это надеюсь. А теперь идите.       Больше никогда она не будет чувствовать себя так, никогда не даст никому сомневаться в ней вновь. Она прошла долгий путь, чтобы завоевать уважение и репутацию, и не даст ни директору, ни ведьмам, ни уж тем более её матери поводов сомневаться в ней.       Если бы только не Винкс, и эта Блум, она бы уже была на высоте.       Ну ничего, она покажет им. Она покажет им всем.

***

      Провал.       Очередной провал. И они с сёстрами возращаются в общежие зализывать раны, вновь без всякого плана и вновь без огня Дракона.       — Прошу извинить меня, я удалюсь, — бросает она Дарси и Сторми, прежде чем спускается в ванную комнату.       Изнутри на неё смотрит её искажённое гневом отражение, в которое она упирается цепким взглядом.       — Опять провалилась, да, ведьмочка? — сухой смешок покидает её губы, — Посмотри на себя, жалкое создание, такими темпами скоро будешь вылизывать сапоги других ведьм и станешь посмешищем. Прямо как Мирта.       Она смеялась, но её плечи тряслись не из-за веселья, а из глаз текли не слёзы счастья.       Как она могла вновь проиграть? Её план должен был быть идеальным, но каждый раз что-то шло не так. А значит план идеальным не был, значит она плохо старалась, её было недостаточно, она была никчёмной. Если бы не Винкс, которым всегда везло.       При мысли о компании, перед её мысленным взором тут же возник образ рыжеволосой феи.       Она помнит их первую встречу, девушка была любопытной и неосторожной, пытаясь шпионить за ними. Айси также помнит это приятное чувство власти и контроля, когда её силы кидали Блум от стены к стене, и когда лёд поглотил её тело, сковывая. Проучить маленьких неопытных фей ничего не стоило.       Как же потом она удивилась, когда эта самая фея с магической силой лепрекорна, начала вставать у неё на пути вновь, и вновь, и вновь. И её сила росла — и очень быстро — даже Сторми это признавала, хотя обычно ей не было дела до других магических существ и их могущества — штормовая ведьма любила уповаться только собой и своей силой.       «В отличие от тебя, Айси, у Сторми хотя бы нет проблем с концентрацией и самоотдачей — уж если она взялась за дело, то она его закончит, пусть ей придётся спалить город дотла. А в чём твоя проблема?».       Её ногти покрылись тонким, но прочным льдом, и она начала скрести ими по своему животу от отчаяния.       «Чёртова тупая дура».       Она пыталась вспомнить последние их вылазки, вновь и вновь прокручивая в голове, что же пошло не так. Вот они крадут кольцо из покоев Стеллы, вот подсылают чудовище, вот подстраивают аварию Ривена… И каждый раз она сталкивается с одним и тем же: рыжие волосы и голубые глаза. Блум манит её притягивает к себе, отвлекая её внимание и делая рассеяннной и каждый раз — каждый чёртов раз — Айси ведётся и не может ничего с собой поделать.       Её интригуют их стычки. Интригует фея. Ей ни в коем случае не нравится сражаться с ней или ещё что-то, но есть нечто интересное в наблюдении за тем, как сила и уверенность девушки растут с каждым днём, и как она упорно противостоит Трикс, стоя на своём до последнего. Даже когда кажется, что выхода уже нет, даже когда Блум загнана в угол и ведьмы возвышаются над ней, Айси видит, как этот упорный блеск в глазах рыжей не гаснет, а наоборот, разгорается сильнее. И Блум вновь сбегает, удивляя их и утирая им носы.       Её это вымораживало. Её это бесило. Во всей Облачной башне не было ни одной ведьмы, которая ушла прямо из-под их носа — да ещё и так блистательно, — не говоря уже о каких-то феях. Но Блум делала это. И одновременно с разочарованием это приносило Айси и некоторое удовлетворение — у неё был достойный соперник, готовый бесконечно кидать ей вызов, заставляя ведьму придумывать всё лучшие и лучшие планы, чтобы всё равно те в итоге оказались напрасными, заставляя ледяную принцессу проявлять свою изобретательность ещё раз.       В глубине души она надеялась, что это будет продолжаться вечно. Что Блум никогда не падёт, а Айси никогда не победит, сталкивая их друг с другом снова и снова. Блум стала занозой в её заднице, назойливой заносчивой помехой. И у Айси были все поводы ненавидеть девушку, что она бы и сделала, будь на её месте кто другой. Но только не с Блум, Айси не знала почему, но у неё не получалось ненавидеть её так же, как всех остальных.

***

      Их армия Тьмы захватывает Магикс и Алфею, это уже необратимый процесс, который Айси затягивает только по собственной прихоти, а не от того, что у неё нет ресурсов.       Она хочет, чтобы эти феи почувствовали, как будут проигрывать раз за разом, сходя с ума от того факта, что они ничего не могут с этим сделать и что в любом случае им придёт конец — просто позже или раньше. Ну, или может Трикс их пощадят и конца вообще не будет — сёстры не дадут им и намёка на милосердие, дабы не облегчать их страдания.       Айси удовлетворённо вдохнула, чувствуя, как Огонь Дракона разливается по венам. С ним она чувствовала себя непобедимой, она была непобедимой. В отличие от Блум, которая застряла в очередной ловушке в подземельях, пытаясь — наивно — добраться до Трикс и остановить сестёр.       Айси было смешно видеть Блум такой — последнюю наследницу Домино, наделнную вселенской мощью и лишившуюся её только потому, что три ведьмы знали больше её самой и были сильнее.       Блум даже не успела насладиться своей силой в пол меры, как её у неё отняли!       Истерический смех, исходящий от ледяной принцессы, заполнил Облачную башню. Однако почти тут же его обладательница нахмурилась и взглянула обратно на сверчка-зеркало.       Даже без сил Блум была тут. Даже без сил она не опускала руки.       Айси невольно попыталась представить себя на её месте: если бы её лишили её магии. Это была бы катастрофа. Разумеется, Айси всё равно придумала бы какой-то план, вернула бы силы или заменила их отсутствие чем-то другим. Такая она была. Не сдавалась, всегда находила выход.       Блум, конечно, было далеко до неё. Её опыт и навыки были ни в каком сравнение с навыками Айси, и ведьма предполагала, что феей руководят лишь чистый энтузиазм и упрямство, а также возможно безрассудство.       Когда позже она обезоружила Блум, она могла убить её. Она могла. Но вместо этого ей хотелось смотреть в эти голубые глаза и искать там вызов, искать там огонь. Потому что без огня Блум не было её льда — они зависели друг от друга, ещё с первой встречи.

***

      — Не меня потеряла? — едва успела услышать она голос феи где-то за своей спиной, как её с силой отбросило в землю.       Они проигрывали. Опять.       Бой ещё не был закончен, Сторми и Дарси сражались где-то неподалёку с четвёркой Винкс, а сама Айси взяла на себя Блум. Её ледяная магия была сильна, она сама была безжалостна. Но тем не менее, ведьма знала, что они уже проиграли.       — Я могу заниматься этим хоть весь день, — всё её тело саднило, кожу разорвало при приземление на гравий и, кажется, её лодыжка была вывихнута. Айси отряхнулась и поднялась обратно лицом к фее со всей своей грацией. — Ты же знаешь, что не победишь, принцесса.       — О, ты так уверена? — Айси посылает очередную волну снега и льда, которую фея без труда плавит огнём. — Мне кажется ты не в том положение, чтобы загадывать вперёд, Айси.       Ведьма рычит, посылая ещё серию льда: тот подкрадывается к Блум со всех сторон, словно гидра отращивая новые и новые «головы», когда девушка отбивается от уже подступившего к её ногам холода. В конце концов Блум проигрывает эту битву, оказываясь заключённая в лёд, как тогда на Земле, когда её силу отняли.       Айси торжествует. Смеётся своим уже привычным безумным смехом, подкрадываясь к фее ближе. Её руки путаются в рыжих волосах, а ногти царапают щёку девушки.       — Что скажешь на это, принцесса? — бровь игриво поднимается в ожидании ответа, — Хотя лучше ничего не говори, — после этих слов рот Блум тут же покрывает слой льда, и той остаётся только невнятно мычать в ответ. — Что если я оставлю тебя тут? А сама вернусь в Алфею и поубиваю всех твоих друзей по очереди? По одиночке? Тебе это понравится? — смакует слова ведьма.       В глазах Блум появляются слёзы. Она смотрит на Айси так... странно. Как на монстра. И на какое-то короткое мгновение ведьма теряет концентрацию, опешив от взгляда феи.       На что она тратит весь свой ум и способности? Чтобы добиться чего..?       Ведьма оступается — ушибленная нога отзывается резкой болью — и девушка кренится вбок, едва ли не падая. Этого мгновения достаточно, чтобы Блум с грохотом вырвалась из своего ледяного плена и жёстко припечатала ведьму к ближайшей вертикальной поверхности.       Руки рыжеволосой тут же ложатся поверх запястий ледяной ведьмы, вжимая в опору, не позволяя той колдовать.       — Да как ты можешь говорить такое?! Ты действительно не видишь никакой грани между нормальным и больным?! Действительно готова так просто издеваться, мучать или- или… убивать других?! — в глазах феи уже не просто стоят слёзы, они льются непрерывным потоком, затуманивая зрение девушки. И тем не менее, она продолжает смотреть на Айси, глаза в глаза, проникая куда-то глубоко внутрь. Она кричит на неё. Она не верит ей. На мгновение Блум замолкает, наконец отворачиваясь, потупя взгляд в землю. А затем сдавленно выдавливает:       — Ты действительно такая сумасшедшая?       И Айси не может не рассмеяться на её вопрос:       — О да, Блум, я именно такая.       «Ведь быть сумасшедшей проще, чем быть кем-либо ещё, чтобы тебя заметили».       Блум кажется это признание шокирует — по крайней мере, её тело стопориться, а внимание ускользает. Именно поэтому Айси пинает её ногой в живот, опрокидывая на землю, и седлает девушку сверху, левой рукой зажимая руки феи в замок. Та морщится от боли.       — Посмотри на меня! — пальцы с длинными ногтями подцепляют подбородок девушки и переводят взгляд той на себя. — У меня есть сила, которая ни одной когда-либо живущей ведьме и не снилась — даже Беатрис. Она есть у меня, благодаря только моим усилиям, и я могу делать с ней всё, что захочу, понимаешь? Потому что никто меня не остановит, потому что я заслуживаю этого. В конце концов я заработала её честным трудом, — она усмехается, — а то, что я «сумасшедшая» лишь означает, что тебе далеко до того, чтобы понять мои мотивы. Понять всю прелесть моего могущества. Что на это скажешь?       Блум молчит.       Не плачет, не отвечает, не сопротивляется. Просто молчит и смотрит взглядом, средним между разочарованием и усталостью.       Тишина затягивается, секунды, десятки секунд, минуты. Это застаёт Айси врасплох, она молчит в ответ, смотрит в ответ, и на какое-то время будто погружается в другое измерение. Растворяется в происходящем. Начинает чувствовать себя неуютно в этой тишине, её мозг заполняет образовавшуюся пустоту воспоминаниями.       — Ты называешь это волшебством? Я покажу тебе волшебство!       — Вы совершаете огромную ошибку! Вы сумасшедшие!       — Сумасшедшие? Правда? Что ж, мисс Гриффин, попробуйте сказать это ещё раз.       — Они просто мелкие раздражающие мушки! Давайте раздавим их.       — Я хочу чтобы эта война длилась как можно дольше. Я хочу, чтобы Алфея долго страдала, а потом потерпела унизительное поражение.       — Я тебя прикончу!       — Что если я оставлю тебя тут? А сама вернусь в Алфею и поубиваю всех твоих друзей по очереди?       Наконец Айси приходит в себя и с ужасом обнаруживает разлитый под собой лёд, захватывающий тело феи под ней. Ведьма одёргивает себя.       — Нет… Нет нет-нет-нет-нет.       Дёргается к Блум, лихорадочно суетится, убирает лёд, ощупывает лицо девушки, шею, запястья, пытается нащупать пульс, руки трясутся и она не может сконцентрироваться на движении крови в венах рыжеволосой. А потом понимает, что не на чем концентрироваться. Пульса нет.       Замирает.       В эту секунду мир рушится, проваливается в бездну и тянет Айси за собой.       Повелительницу мира, оставившую холодный труп врага на опушке в лесу. Такой же холодный как и сердце ведьмы, с годами становившееся только более и более жестоким, пока ледяная принцесса окончательно не стала спятившей тираншей.       Её это ждёт.       — Блум, нет! — опять бросается к телу девушки, пробует те немногие целебные заклинания, которые ей известны, пробует сделать искуственное дыхание, массаж сердца, хоть что-то… ничего не помогает. — Блум, пожалуйста, я не такая! Ты не должна умирать, чёрт! Я не такая. Я не такая!!!       «Ты опять проиграла, не так ли, Айси? Только теперь это по-настоящему. Теперь это не просто поражение, это провал. Ты убийца, Айси. Да, ты. Ты не сможешь этого изменить, не сможешь переписать историю. Самая блестящая ведьма своего времени, обладающая Огнём Дракона, хах? Да ты такая же жалкая, как и была раньше. Даже хуже».       — Блум, пожалуйста, пожалуйста… — она не плачет, нет. Но впервые в своей жизни ей холодно и по её горлу словно растекается лёд. Она пытается сглотнуть его, но делает только больнее, срывая горло. Внезапно её осеняет: Огонь Дракона.       Она чувствовала его силу в себе, как она разливалась по её венам — и это опьяняло, это приводило её в восторг. Но сейчас ей нужно было собрать всю мощь Дракона по крупицам. Перед ней возник магический сосуд, наполняемый Огнём Дракона, словно обратимые песочные часы. Едва сосуд был наполнен до краёв, Айси тут же рукой вцепилась за одежду на груди Блум, мысленно перенаправляя силу обратно к её источнику. Она возвращала Огонь Блум.       — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…       Едва слышный шёпот, неосознанно срывающийся с ледяных губ, пока их обладательница прислушивается к стуку в груди Блум.       — Пожалуйста, Блум, прошу…       Ничего.       Тишина.       Только её шёпот и шелест листьев. Где-то вдалеке грохочет битва за Алфею.       А затем…       Ту-дун. Ту-дун.       Резкий вдох, и Айси обнаруживает себя отскакивающей от очнувшейся Блум, будто боится обжечься. Фея садится на земле, машинально хватаясь за горло, словно впервые пробует дышать. Её расфокусированный взгляд блуждает по окружению, пока не спотыкается о ведьму.       — Ты чуть не убила меня…       — Н-нет, это-, — мозг Айси кричит от непонимания ситуации, он ликует от того, что Блум жива, но также не может принять тот факт, что Айси, на короткое время, но стала единоличным убийцей, — это не так! Я не... не-       Блум не слушает её слабые оправдания, нокаутирует её, больно впечатывая в поваленный ствол дерева. Что-то хрустит и девушка подозревает, будто у неё сломано ребро. Она поднимает руки, пытаясь отбиться от последующей атаки феи, но только опаляет запястья пламенем Дракона. Ведьма кричит от боли.       — Остановись, пожалуйста! Стой! — ледяная принцесса падает на колени, впиваясь обожёнными пальцами в траву, призывая лёд, в попытках ослабить жжение — ничего не помогает. Перед её глазами возникают звёзды.       Блум останавливается. Но не удивлённо, не с любопытством смотря на соперницу, не с тревогой, не с гневом. Фея безучастно отворачивает голову в сторону, устремляясь взглядом куда-то в недалёкое прошлое.       Она раздумывает, скучающе, с видом человека, который полностью владеет ситуацией — что правда, поскольку Айси не может больше ничего, кроме как корчиться и стонать от боли на траве.       Затем Блум начинает говорить.       — Когда я впервые попала в Магикс, всё вокруг было для меня в новинку. Магия парила вокруг и, хоть я ещё не могла чувствовать её на тот момент, воздух был будто пропитан ей. Каждая незначительная деталь, от флоры и фауны до здешних технологий и городской инфраструктуры, была магической. И каждый встречающийся мне житель обладал этой частичкой недостижимой для меня ранее силы... А когда я впервые наткнулась на вас с Трикс в том переулке, я была напугана и зла, конечно. Но при этом всём я была и восхищена. Ты задала для меня планку, знаешь ли?..       «Нет».       — …увидев на что способны какие-то задиры-ведьмы я ждала, что такой же мощью будут обладать и другие жители Магикса или профессора Алфеи, например, — более опытные и талантливые. Но время шло, а такого навыка владения магией, такой силы, скоординированности, такого мастерства я больше ни у кого не встречала. Разве что у Стеллы, но её сила была грубой и угловатой, не такой изящной…       «Заткнись. Даже не начинай».       — …я провела своё собственное исследование. Магия ведьм и магия фей. Похожие заклинания, ключевые принципы, техники оттачивания мастерства. Я начала больше практиковаться, пытаясь равняться на вас…       «Стоп. Остановись. Хватит».       — …я восхищалась тобой.       Айси не может смотреть на огненную девушку перед собой. Айси не может сказать и слова. Айси хочет исчезнуть. На её глаза наворачиваются слёзы и она не позволяет им пролиться.       — А потом ты взяла в заложники моих приёмных родителей…       «Прости».       — …забрала мою силу…       «Прости».       — …отправилась уничтожать магическое измерение. Я не знаю, что с тобой случилось, но ты совсем сошла с ума. Раньше я ещё могла понять тебя, могла понять желание обладать большей силой. Но сейчас… я правда пыталась... пыталась увидеть в тебе обычную девушку из магического измерения, непонятую сверстниками, заигравшуюся в злодея. Но похоже ты и есть самый настоящий злодей. Без всяких причин, без всяких объяснений. Ты сумасшедшая. Ты психопатка. Садистка. Тиран...       — ...мне жаль, что когда-то я боготворила такого человека, как ты.       «Нет, Блум, это не так! Это не то, что ты думаешь. Я могу исправиться, я другая!» — так и пыталось вырваться у ведьмы из груди.       Но когда она наконец подняла глаза на свою соперницу, она не увидела в ней ничего кроме апатии и принятия.       «Она уже всё для себя решила».       «Твои слова ничего не изменят, ты уже упустила свой шанс».       «Ты снова проиграла, Айси».       «Бедняжка Айси, такая жалкая и никчёмная. Блум права, ты не заслуживаешь искупления, ты не заслуживаешь понимания».       «Твоё место тут — на земле выжженной феей огня».       «Ты не заслужила ничего большего».       Рыжеволосая девушка формирует огненный шар в своих руках, готовая направить его в своего врага.       Ведьма не движется, всё ещё стоя перед Блум преклонив колени. Кажется будто она ждёт.

***

      Последнее, что видит Айси, перед тем как оказаться в Лайт Роке, — это голубые глаза феи, которые смотрят на неё. В них стоят те же слёзы горечи, что и у Айси.