Бутон нежности

— Не подходи! — почти истерично крикнула Вэй Инь. И спокойнее пояснила: «Мы же не хотим, чтобы ты мучилась, верно?» Она сильнее обхватила себя руками. Лучше замёрзнуть насмерть, чем покрыть Лань Чжань скверной. Скверной, от которой могут остаться следы и жжение в области касания. Девушки на двух сторонах разрушенного моста тьмы и света. Любое столкновение магии заканчивается обоюдными ранами, но кто-то проигрывает больше. Лань Ванцзи покачала головой и быстро переместилась за спину, обхватила поперёк груди и приземлилась на пол, утягивая заклинательницу за собой. Вэй Усянь только и успела моргнуть, а уже сидит в объятиях. — Отпусти, замёрзнешь! — но замерла, почувствовав лопатками мягую грудь. Лань Чжань шумно выдохнула, но не отпустила. По ладоням медленно разлилась чернота тёмной энергии, кожу жгло огнём, одежда липла и холодила. А в душе теплилось умиротворение и странное желание согреть Вэй Инь. Они упали с утёса и застряли в пещере без возможности разжечь костёр. Продрогшие, обезоруженные, с обнажёнными друг перед другом слабостями... — Смотри! Вэй Усянь указала на камень, из-за которого выглядывали две пушистые мордочки. — Не бойтесь, тепла всем хватит. Кролики резво добежали до девушки и прыгнули на колени. Вэй Инь согнула ноги и прижала левой рукой зверьков к себе. — Беленький и чёрненький, несчастные, как и мы. Лань Чжань, давай заберём? Ты будешь Янем, — она провела по носу белого, — а ты... — Инь — закончила Ванцзи. Усянь рассмеялась, одновременно прислушиваясь к телу. Магическое покалывание на груди утихло, сменившись человеческим жаром. И ради проверки девушка полностью опёрлась на "подругу", положила правую руку на чужую ногу. — Лань Чжань, что ты чувствуешь? Многоликий вопрос; адепт Гусу теряется в ощущениях. Уголки губ приподнимаются, когда любуешься картиной; от другого тела исходил сырой холод; а горение тьмы утихло. — Скверна не распространяется — в ухо ответила Лань Ванцзи. — Мгм — Вэй Усянь блаженно прикрыла глаза. — Ты горячая... Повисла тишина. Светлая заклинательница мысленно попросила разговоров – хотелось слушать этот громкий с заигрывающими нотками голос. — Лань Чжань, а ты помнишь наши первые объятия? Та покачала головой. Вэй Инь обернулась и коварно улыбнулась. — Жаль, что не знаешь. Поздней лунной ночью я упала со стены прямо на твои колени. Ты, как и сейчас, пленила меня и не отпускала. В одиночку пьёшь вино, другим запрещаешь. Девушка поменяла руку и провела кончиками пальцев по щеке. — Твоя кожа была прохладной, ощущалось сильнее магической. — Следы остались? — Ванцзи на миг прикоснулась губами к ладони, но быстро отстранилась. — Следы? Да, есть... — Усянь смущённо отвела взгляд. Ощутив напряжение, вновь посмотрела. — Не вини себя! Я вытерплю любые шрамы, но останусь с тобой. Обе девушки застыли. Вэй Инь поняла, что проговорила глупость. Она не уверена, что любит госпожу. Подшучивание, как проявление интереса, не вызывало того трепета, о котором рассказывают шёпотом. Да и способна Усянь любить? Лань Чжань задумывается. Разум не позволяет доверять словам. Но она хочет верить служанке. Над головой раздался собачий лай. Кролики выпрыгнули и сбежали, Вэй Усянь подскочила от резкой боли и страха. В дыру заглянул юноша. — Вы как сюда попали? — Здравствуй. Долго рассказывать, помоги выбраться. Цзинь Лин вытащил девушек и вопросительно посмотрел на Инь. — Собаку убери, пожалуйста — та спряталась за спину госпожи Лань. — Да если бы не Фея, вы бы так и сидели! — вспылил Жулань, но быстро осёкся и поклонился. — Прошу прощения, госпожа Лань. Лань Ванцзи кивнула. Молча сокрыла лицо вуалью и зашагала в сторону леса. — Мне сопровождать? — уточняет Цзинь Лин. — Покушение может повториться — задумчиво протянула Вэй Усянь. Атмосфера уединённости и нежности рассеялась, как дымка. Окружение не пещера, подобного морока не нашлёт...