Ответное письмо Киану Ривза

Чэнь Вань изо всех сил удерживал взгляд на лице Чжао Шэнгэ, не позволяя ему опуститься ниже. Но тело Чжао Шэнгэ, какая бы его часть ни была, обладало слишком сильным присутствием. Внешне Чэнь Вань казался спокойным, однако мысли его уже расплывались в тумане. Чжао Шэнгэ босиком шёл вдоль края бассейна. Чэнь Вань шагнул вперёд, поднял его туфли, наклонился и аккуратно поставил их у его ног. Чжао Шэнгэ посмотрел на него сверху вниз, наблюдая, как тот покорно опустил голову, затем внезапно потянул его за руку и поднял. Он сам надел обувь, но руки Чэнь Ваня не отпустил, и от прикосновения эта часть его руки стала влажной и очень тёплой. Опасаясь, что Чжао Шэнгэ может простудиться, и заметив, что по дорожке иногда проходят слуги, Чэнь Вань взял белое полотенце и спросил: — Накинуть? Чжао Шэнгэ слегка сморщил нос, будто это было слишком хлопотно. Но Чэнь Вань продолжал держать полотенце поднятым обеими руками, и тогда Чжао Шэнгэ чуть наклонился вперёд. Поняв намёк, Чэнь Вань накинул полотенце ему на плечи. Его руки прошли перед Чжао Шэнгэ и обогнули его спину - на короткое мгновение это создало иллюзию объятия. Чжао Шэнгэ опустил голову; тихий и покладистый, словно большой кот, он позволял Чэнь Ваню делать всё, что тот сочтёт нужным. Мокрые кончики его волос касались щеки и мочки уха Чэнь Ваня. Капли воды одна за другой падали ему на плечо. Чэнь Вань задержал дыхание, подавляя бешено колотящееся сердце, не выдерживавшее такого искушения. Даже его привычная непринуждённая улыбка утратила часть своей лёгкости. Дело было не в том, что он смотрел на него сквозь розовые очки - Чжао Шэнгэ и правда был зрелищем, от которого трудно было отвести взгляд. Когда он был моложе и ещё не приобрёл ту загадочную властность, что окружала его теперь, некоторые даже называли его "мужской моделью переговорного стола". Когда полотенце было на месте, Чэнь Вань собрал его вещи, и они вместе направились обратно к вилле. В районе виллы слуг было больше. Чжао Шэнгэ шёл, глядя прямо перед собой, будто вокруг никого не существовало. Чэнь Вань проводил его до двери. Чжао Шэнгэ спросил: — Зайдёшь? Чэнь Вань испытывал сильное искушение, но покачал головой. — Уже поздно. Завтра рано утром я выхожу в море с доктором Фаном. Исследовательское судно и беспилотный катер должны были прибыть к острову ещё до рассвета. На следующий день планировался самый масштабный сбор данных за всё время, поэтому работы было много, и выход назначили на раннее утро. Чжао Шэнгэ лишь сказал: — Спокойной ночи, Чэнь Вань. — Спокойной ночи, Чжао Шэнгэ. Чэнь Вань дождался, пока он войдёт внутрь, затем вернулся в свою комнату. Он заперся в ванной и, глядя на своё отражение в зеркале, почувствовал к себе отвращение. Звук льющейся воды наполнил помещение. Кто-то тихо прошептал имя, с тоской и болью: — Чжао Шэнгэ...

***

В последний день на острове Тин исследовательское судно Эксплорер вышло в море. Погода улучшилась по сравнению с предыдущим днём: ветер и волны были относительно спокойными. Хотя судно было не слишком большим, в открытом море оно всё равно заметно выделялось. Ли Шэнхуэй выделил несколько дополнительных людей в распоряжение Чжао Шэнгэ. Команда Чжао Шэнгэ была элитной, но с местностью они были плохо знакомы. Сегодняшний маршрут должен был быть в два-три раза длиннее вчерашнего - через разные порты, пристани и рыбацкие деревни. Чтобы всё прошло без препятствий, Ли Шэнхуэй даже предложил отправить с ними одного из своих самых доверенных помощников - Линь Ляня. Среди местных рыбаков и жителей его авторитет был почти равен авторитету самого Ли Шэнхуэя, и его присутствие гарантировало, что никто не станет им мешать. Никто не знал, какие выгоды пообещал Ли Шэнхуэю Чжао Шэнгэ. Но после их частной беседы в чайной комнате тот действовал так, будто приносил присягу императору. Чжао Шэнгэ оценил этот жест. Предпочитая стратегию "дружить с дальними и давить ближних", и понимая, что остров Тин не представляет реальной угрозы, он был готов решать вопрос дипломатически, добиваясь взаимной выгоды. Чэнь Вань не возражал: биографии нескольких заместителей Ли Шэнхуэя он уже проверил буквально до восемнадцатого колена. Эксплорер был крупнейшим проектом компании Минлун за последние годы, если не считать Кит №17. Его разработали совместно с материком и построили там же - это был первый крупный научно-исследовательский проект, созданный в сотрудничестве двух сторон. Он вызвал огромный резонанс по всему Азиатско-Тихоокеанскому региону и даже в мире. Море было спокойным. Когда Фан Цзянь завершил финальный сбор данных, Эксплорер начал возвращаться. Думая о том, что завтра они с Чжао Шэнгэ вдвоём отправятся на Пляж №19, он же остров Фэйлин, Чэнь Вань невольно ощущал лёгкое волнение и предвкушение. Через два часа исследовательское судно подало сигнал к швартовке. Двигатель звучал немного громче обычного. Чжао Шэнгэ слушал, как Фан Цзянь рассуждает о возможных смещениях верхних слоёв морских осадков в скальных породах. Чэнь Вань сверял показатели приливной энергетической активности в реальном времени. Когда он случайно поднял взгляд, его глаза слегка сузились. Судно подало сигнал к швартовке, но нос корабля вовсе не повернул. Если они пройдут ещё немного вперёд, окажутся в зоне опасных подводных течений. Чэнь Ваня охватило внезапное беспокойство. Не подавая виду, он положил руку на Беретту у пояса и подошёл к окну. Линь Лянь, который весь день охранял палубу, тоже что-то почувствовал. Он едва заметно кивнул Чэнь Ваню. Ли Цзямин. Обещания, которые Чжао Шэнгэ давал Ли Шэнхуэю последние дни, фактически загнали Ли Цзямина в угол, не оставив ему пути отступления. Всё это время они были настороже, ожидая его следующего шага. Но, несмотря на всю осторожность, в самый последний день всё же произошёл просчёт. Чэнь Вань прокрутил в голове все детали, но так и не смог понять, где именно произошёл сбой. Сегодня корабль уже один раз причаливал, и тогда всё было под контролем. Люди Ли Цзямина действовали хитро. Сейчас судно оказалось в опасной бухте со слабым сигналом, где трудно было отследить, отклонился ли маршрут. Но Чэнь Вань вырос, пробивая себе путь на горе Сяолань. Он обладал врождённым чутьём на опасность и выработанной годами настороженностью. Он подошёл к Чжао Шэнгэ. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы тот всё понял. Не говоря ни слова, Чжао Шэнгэ немедленно приказал увести Фан Цзяня в нижнюю каюту. На борту было достаточно охраны - и его собственной, и людей Ли Шэнхуэя. Но никто не мог сказать наверняка... сколько чужих уже проникло внутрь. Они находились на виду, тогда как враг скрывался в тени. Судно всё ещё дрейфовало в открытом море, погода начинала меняться, а управление кораблём уже могло находиться в руках противника. Чжао Шэнгэ сохранял полное спокойствие. Он связался со своим заместителем и одновременно отправил координаты Ли Шэнхуэю. Затем потянул Чэнь Ваня за собой и вошёл в зону, куда можно было попасть только после распознавания лица Чжао Шэнгэ. Чэнь Вань перехватил его запястье и тихо сказал: — Чжао Шэнгэ, вам нужно идти в защищённый отсек. Зона проверки была лишь временно безопасной. Если Линь Лянь быстро не выявит и не устранит людей Ли Цзямина, система всего судна может быть захвачена. Хотя Эксплорер был лишь средним исследовательским судном, его возможности были впечатляющими: виртуальное якорение, развёртывание глубоководных станций, вертикальная локализация, многолучевая съёмка морского дна и другие операции. Кроме того, на борту имелся защищённый отсек. Этот отсек работал как аварийный ковчег: устойчивый к низким температурам и высокому давлению. Пули для него ничего не значили, и даже взрыв бомбы на корабле не смог бы его повредить. В экстренной ситуации он мог автоматически отделиться от судна и стабильно функционировать на глубине пятидесяти метров под водой. Он выдерживал штормы и бурные волны до семидесяти двух часов и был оснащён системой позиционирования, позволяя находящимся внутри дождаться спасения. Однако такой отсек был полностью герметичным, изготовленным из нового высокопрочного материала. Его непроницаемость означала и очень ограниченный запас кислорода. А поскольку он находился уже ниже уровня поверхности, два человека могли просто не дожить до прибытия спасателей Ли Шэнхуэя. Обычно на корабле устанавливался лишь один или два таких отсека, большее количество мешало бы нормальной работе судна. Чжао Шэнгэ посмотрел на него две секунды и сказал: — Проводи меня. Увидев, что он не спорит, Чэнь Вань облегчённо выдохнул и повёл его вниз по трапу, под уровень палубы. Как только дверь герметичного отсека открылась, кто-то сзади внезапно толкнул Чэнь Ваня внутрь. Он мгновенно среагировал, уперев пистолет в дверной косяк. У него был запасной план. Но, как Чэнь Вань понимал Чжао Шэнгэ, так и Чжао Шэнгэ понимал Чэнь Ваня. Чжао Шэнгэ ничуть не удивился, что у него есть запасной ход. Палуба над ними начала странно вибрировать. Чжао Шэнгэ тут же вытащил револьвер Кольт Питон. В его больших руках оружие выглядело особенно внушительно. Одним лёгким движением он выбил из руки Чэнь Ваня изящную компактную Беретту и холодно сказал: — Чэнь Вань, я не хочу направлять на тебя оружие. Ты сам говорил, что будешь послушным. Не заставляй меня злиться в такой момент. На Эксплорере было два защищённых отсека. Один уже занял беззащитный Фан Цзянь. Второй Чжао Шэнгэ единолично решил отдать Чэнь Ваню. К несчастью, Чэнь Вань тоже единолично решил отдать его Чжао Шэнгэ. Сверху раздавались торопливые шаги. Чжао Шэнгэ одной рукой сжал запястья Чэнь Ваня, словно железными кандалами, слегка приподнял его подбородок и мягко приказал: — Заходи. Другой рукой он схватил лежавшую у борта пеньковую верёвку и крепко связал запястья Чэнь Ваня, не оставляя ему ни малейшего шанса сопротивляться. — Что бы ты ни услышал, не выходи, — голос Чжао Шэнгэ не был резким, но его давление ощущалось отчётливо. — Чжао Шэнгэ, — позвал Чэнь Вань, подняв связанные руки, прикреплённые к колонне. — Вы слишком туго связали. Я не дотягиваюсь до кнопки регулировки температуры. Если ситуация действительно дойдёт до того, что отсек придётся отделить от корабля, неизвестно, сколько времени он будет дрейфовать. Если он окажется рядом с айсбергом, температуру внутри придётся повышать. По крайней мере, у человека внутри должна оставаться минимальная свобода движения. — Не хитри, Чэнь Вань, — спокойно предупредил Чжао Шэнгэ, но всё же вернулся и немного ослабил верёвку, оставив достаточно пространства, чтобы тот мог двигаться в тесном отсеке. Чжао Шэнгэ был чрезвычайно осторожен, а хватка у него была мощной, почти не оставляющей Чэнь Ваню возможности сопротивляться. Хотя Чэнь Вань с детства участвовал во множестве драк, по телосложению и силе он не мог сравниться с Чжао Шэнгэ. Чтобы не дать ему вырваться, Чжао Шэнгэ держался очень близко - настолько, что Чэнь Вань почти слышал, как сильно бьётся его сердце. Чэнь Вань не выглядел так, будто сопротивляется. Он лишь опустил глаза и тихо сказал: — Чжао Шэнгэ, мне кажется, запястьям всё ещё немного больно. Чжао Шэнгэ нахмурился. Чэнь Вань вроде бы не жаловался, но звучал так, словно капризничает. — Молчи, — тихо сказал он. Ему не хотелось, чтобы Чэнь Вань снова заговорил. Его голос слишком легко сбивал его мысли. Увидев чёткие красные следы на бледных запястьях Чэнь Ваня, Чжао Шэнгэ никак не изменился в лице, но всё же чуть ослабил узлы. Чэнь Вань не замолчал. Словно смирившись с тем, что уступает в силе, он позволил связать себя. Успокоив мысли, он спросил: — Через какой выход вы собираетесь уходить? Чжао Шэнгэ не ответил. Он продолжал опускать голову и крепко связывать его. Чэнь Вань снова наклонился ближе. — Идите по правому борту. Там спасательная лестница лучше спрятана. Чжао Шэнгэ чуть откинулся назад, всё так же не поднимая головы, и тихо произнёс: — Мм. Это означало, что он услышал. Когда последний узел был завязан, Чэнь Вань дал ещё несколько указаний. Но Чжао Шэнгэ больше не хотел разговаривать и молчал. — Вы слышали, что я сказал? — вдруг спросил Чэнь Вань и накрыл ладонью руку Чжао Шэнгэ, слегка потянув её. Его рука была мягкой и тёплой; подушечки пальцев легко скользнули по ладони Чжао Шэнгэ. Жест был едва заметный, но Чжао Шэнгэ нахмурился, будто его дразнили. Он уже собирался приказать Чэнь Ваню вести себя как следует, как в следующую секунду пеньковая верёвка выскользнула из его руки, которую только что коснулись. Верёвка ловко перекрутилась и внезапно обвилась вокруг его собственного запястья. Брови Чжао Шэнгэ резко сошлись. Пока они разговаривали, Чэнь Вань незаметно распустил и перенаправил узел. В мастерстве и физической силе Чэнь Вань не мог сравниться с Чжао Шэнгэ, который с детства проходил систематическую подготовку. Но когда дело доходило до грязных приёмов и хитрых уловок, Чжао Шэнгэ никак не мог тягаться с Чэнь Ванем, выросшим в мутных, жестоких глубинах общества. То, что знал Чэнь Вань, было куда грязнее всего, чему когда-либо учили Чжао Шэнгэ.